Жизнь не сахар, а полигон интересов.

Теобальд мягко вел авто, расслабившись под тихий гул двигателя и любуясь красотами города. Ночная трасса была пустой, что позволяло ехать немного быстрее. Дома пролетали за окном, а картинка почти не менялась. Он почти не вспоминал про Мицки на заднем сидении, пока тот сам не напомнил о себе, выдернув из нирваны. —О-отпустите… —Чего? —Пусти… Меня… подставили… — жалобно просил ломаный голос на заднем сидении. —Это не моя проблема. Я на тебя бешеные бабки спустил. Хочешь свалить? Верни мне мои двадцать миллионов и катись. Мицки тихо всхлипнул. Подавленность, безысходность и боль в причинном месте. Он хотел прямо здесь и сейчас развалиться на осколки и умереть. —Как зовут нашу сучку? — обратился альфа, но ответа не получил. —А не пошел бы ты?.. — тихо ответил омега, собравшись с духом. —Кому-то надо бы ебало почистить. Ты мне нервы не делай. Один уже допрыгался. То, что ты ебаный омега, тебе поблажек не даст. Сделай себе услугу, не усугубляй. —Вам только суку подавай… Сраные альфачи… А дальше что?.. Попользуешься и выкинешь?! —Именно. А нах ты мне надо? Хочешь вылететь сейчас? — Мицки притих. Нависло молчание, которое длилось до самого дома Теобальда. Уже там он, открыв дверь машины, ухватил чуть ли не вывалившегося омегу за тонкое плечо, и вытащил, заставив почти повиснуть побитое тело, сдавлено прошипев. Дверь машины захлопнулась, пиканье блокировки и Тео скорым шагом втащил омегу в свой дом, где оставил того на кресле приходить в себя. Как и должно солидному человеку, автоматизированный дом работал на простых голосовых командах. Даже окна без ручек с затемнением. Мицки снова остался предоставлен сам себе. Ему становилось только хуже, из-за чего он постоянно ерзал на месте. Он молча стиснул зубы и попытался встать. Итог очевиден. Ноги подкосились, и тонкое тело свалилось на пол. Тем не менее, надежда умирает последней, и омега пытается ползти к выходу. —И куда это мы собрались? — вопрос отразился ударом по ушам, и перед глазами омеги оказались крепкие ноги. Теобальд присел и, подняв бледную мордашку чтобы видеть гримасу похоти и отчаяния, продолжил: —Малыш. Если так хочется на свободу, почему бы не быть хорошим мальчиком? — Тео наклонился ближе, продолжая на ушко: — Ты можешь жить как захочешь…. — Мицки дернулся, но отстраниться ему попросту не дали. — А можешь… — голос альфы стал холоднее, каким-то пугающим. — Жить как шавка, ночуя на кафеле моей ванны и подыхать… По лицу медленно скатилась очередная слеза. Дальше его попросту не хватало. Мицки будто услышал, как рассыпалась надежда. —Вижу, ты понимаешь… —Помоги… —А? — альфа оторопел от перемены тона. —Пожалуйста… Мне… Плохо… Я найду деньги…. Только не… —А я только решил, что ты одумался… Знаешь. Ты ведь только полчаса со мной, а уже бесишь! — альфа ухватил Мицки за еще не тронутое им плечо и как тряпку отшвырнул на диван гостиной. — Похоже, сначала придется тебе объяснить, с кем ты связался, — Мицки тихо взвизгнул от переменившегося расклада и, поджав ноги, стал сильнее жать к себе то подобие покрывала, в котором он приехал. Шансов у него определенно не было. Тело слабо слушалось, соответственно и Теобальду не составило труда вырвать у омеги мешающую тряпку и открыть своим глазам бледную наготу. К горлу подступил ком. Вблизи приобретение смотрелось куда лучше, нежели с балкона зала. В какой-то момент он поблагодарил богов за свое положение дел. Мицки попытался ускользнуть, но цепкие руки его мгновенно остановили и уложили на диван. Крепкое тело мгновенно нависло над омегой. Он пытался царапаться, отнекивался и крутился, за что получил сочную пощечину, легко приглушившую назойливый писк. Руки за голову, и свободная рука альфы протискивается между ног Мицки, добавляя пространства, затем нога, ловко расстегнутая ширинка, и Тео закидывает бледные ноги омеги по обе стороны от себя немного повыше. —Н-не надо.! П-пожалуйста! — вновь пощечина. Теобальд никогда не мирился с неподчинением и, кажется, сейчас, когда перед ним такое тело, мозг вовсе отключился. Член сдавливает белье, которое он скоро опускает и приподнимает бедра омеги. Альфа довольно облизнулся и, прислонившись головкой, стал напористо давить, не оставляя времени на раздумья. —Будешь делать то, что говорят! Как думаешь, под чьей наркотой ты сейчас, а? Не хочешь?! Да если этого не сделаю, так ты сам насадишься на первое, что окажется рядом! И схуяли я должен тебе позволять это?! — первый легкий толчок. Мицки выгнулся в спине, всхлипывая. Теобальд наклонился поудобнее и резким толчком вошел, не позволяя одуматься ни омеге, ни себе, вызывая болезненный выкрик. Еще толчок, вновь всхлип. —Б-больно! Кхг! П-пожалуйста! — Теобальд делает еще несколько резких толчков, после чего замирает, вогнав агрегат поглубже, звонко шлепнувшись телом о ягодицы омеги. —Будешь хорошим мальчиком, страдать не будешь. Понятно? — уже спокойнее произнес Теобальд, вынимая член из столь желаемого прохода. Хочется. От вынужденного ожидания хочется только больше. —Х-хорошо… Т-только… н-не так… — отвернув взгляд в неизвестном направлении, выдавил омега, пытаясь хоть немного отползти. Теобальд довольно рыкнул в ответ, после чуть ли не полюбовно погладил ягодицу омеги. Он несколько отстранился, после чего заставил трясущееся тельце перевернуться. Он и сам знал. Погорячился. Обняв омегу со спины, подсунул руку ко рту того, тонко намекая на свои требования. Немного молчания, но после сильного шлепка по ягодице, от которого омега открыл рот, Теобальд сам залез к нему пальцами и заставил их вылизать. —Активнее, или хочешь повторить?! — наехал Теобальд, вновь шлепнув омегу, вызывая соответствующие действия. Минута издевательского блуждания с языком, Теобальд не церемонясь проник мокрыми пальцами в Мицки. Сначала два, активно и грубо растягивая пространство, потом третий, четвертый добавил почти сразу после третьего, под серенаду стонов и всхлипов Мицки. У омеги в свою очередь невольно закатывались глаза, а еще погодя он невольно стал немного подаваться на пальцы. Это стало сигналом к действиям, и Теобальд, не теряя ни минуты, повторил то, что было вначале. Только в этот раз входил он гораздо медленнее, позволяя свыкнуться со своими размерами. Стоило войти головке, как омега сам подался назад со сладким стоном. М. Теобальд: «А еще капризничал. Хех. Гляди, дай они ему чуть больше, и изгачально не жаловался бы. Но как же в нем все-таки…» Альфа толкнулся навстречу, медленно углубляя и ускоряя толчки, выбивая все разнообразнее звуки, от которых самому становилось дурно, от желания порвать тело под собой. Он прислонился грудью к спине Мицки и в движении стал кусать того, от мочки ушей до позвоночника, оставляя следы. Мицки вышел к финалу первым и очень скоро. Второй раз уже проследовал вместе с Теобальдом, который не побрезговал закончить внутрь, издавая в дуэте блаженный стон. Теобальд отстранился и, оставив подергивающееся тело на диване, ушел в душ. По его возвращению Мицки уже спал, свернувшись калачиком от холода. Укусы и удары отобразились яркими синяками. Радовало уже то, что омега был цел. Теобальд отрыл более-менее нормальное одеяло и накрыл им спящего, сам же направился в свою спальню, не забыв проверить окна и двери. Утро было как праздник. Теобальд, выйдя из своей комнаты, застал забавную картину. Мицки, который вчера был ни живой, ни мертвый, скрестив трясущиеся коленки, жадно поглощал из кружки воду, доливая ту из крана. Вот точно верблюд с марафона недельной длительности. Альфа подкрался сзади и, обхватив в объятии талию мальчишки, отнял из его рук кружку, отставив в сторону. —Господи! — выпалил омега, чуть ли не подпрыгнув от испуга. Нервишки шалили знатно. —Неужто я так хорош? А я думал, финансовый дьявол. —Да пошел ты. И грабли убери! —Ой-ой. Не советовал бы огрызаться. Или ты уже забыл, чем закончился вчерашний вечер? Или может… — крепкая рука скользнула по бледной коже к ягодицам, прямиком к интимному колечку. Мицки поежился. Только запахло жареным, а его уже дергал испуг. —Нгх… Перестань… — сдавленно выдал он в попытке увильнуть. Лицо мгновенно покраснело. Омега ощущал острую необходимость в одежде, если хочет, чтобы к нему не приставали по первой возможности. —Тебя ведь еще не до конца отпустило. Аж взмок… — средним пальцем альфа проник внутрь, отчего Мицки издал позабавивший его тонкий вздох. Вот точно котенок мяукает. —Еще и как… Некоторое время поиздевавшись, Теобальд отстранился и оставил омегу в покое, ополоснув руки под краном. —Будешь таким паинькой, я подумаю о твоих возможностях. Но пока посиди-ка дома. У меня еще работа есть. Не скучай. И еще… Не советую пить то, что в бутылках. И в комнату мою заходить тоже, — оповестил Альфа, уходя вновь к себе. Вышел он уже в рабочем костюме. Мицки еще некоторое время ошалело стоял, восстанавливая сбившееся дыхание, а позже вовсе доковылял обратно на диван и закутался в припадке тихой истерики. Самовольный и мнимый в таких условиях был попросту не в себе. Теобальд вскоре ушел, заперев за собой дверь, а еще через минуту послышался звук двигателя уезжающей машины. Мицки остался наедине с собой. Альфы не было довольно долго. В какой-то момент Мицки даже разочаровался. На улице темнело, он заперт, аппетита нет, а изучение дома не дало ни малейшего намека на шанс сбежать. Всё автоматизированно на основе ключей Теобальда. Доступны были только кухня, ванна, вечно открытая комната Теобальда, туалет и две гостевые комнаты, одна из которых больше напоминала кладовку. Ну, и, конечно, же балкон. И чёрт возьми, он застеклён! Автоматические окна! Мицки устало вздохнул. Может, для того кто что-то понимает в хайтек домах, и были лазейки, но он был слишком далёк от крутой техники. Мягкое место лишний раз на пару со спиной решили напомнить о себе. Он уже несколько раз застывал от вспышек боли. В какой-то момент он подловил себя на мысли, что от эмоций не замечал тяжёлых последствий грубого обращения, а теперь, когда он успокоился и слегка отвлекся, букет страдания стал перекашивать его лицо. Даже когда стемнело, Теобальд не вернулся, а Мицки уже устал и голод стал прорезаться. Холодильник, как и ожидалось, блестел чистотой и… Он был пуст. Пара яиц, какой-то лаваш и коньяк. «Вот они, мажоры… Естественно, кроме бухла у него ничего нет! Хотя с таким домом мог нормальный бар сделать… Чёрт, как же хочется напиться и забыться…» — несколько разочарованно вздохнул омега, добираясь до яиц. Желудок требовал еды, а за двое суток так скоро он просто скрючился в позе зю. Много времени на поиски посуды не понадобилось. Голодный омега будто чуял где, что и как. Два яйца — это, конечно, не еда по сути, но чем чёрт не шутит. Немного воды из крана, нагрелась электроплита, и уже через двадцать минут он уплетал кушанье. Что удивляло, так это что грёбаный насильник не оставил и намёка на то, когда вернётся. После сытного ночного ужина Мицки укутался в покрывало, чтобы не гулять нагишом, и пошёл на поиски одежды. Теобальд, конечно, говорил не входить в его комнату, но если учесть тот факт, что он не находил вещи нигде, осталось только стырить какую-то рубашку из комнаты Альфы. Так он и сделал. Нарыл какую-то огромную футболку и буквально утонул в ней. Будто гигантское платье надел. По крайней мере, теперь он был прикрыт. Закончив примерку, Мицки снял гигантскую футболку и ушёл в ванную. Тут уже было куда приятнее. Ванна набралась, хотя и походила скорее для мелкого омеги на бассейн, но усталое тело, оказавшись в горячей воде, просто расплылось и сознание медленно стало дремать. Уснуть полностью не давал только факт того, что, полностью расслабившись, он бы просто утопился. Отмывшись и пропарившись, Мицки вытерся доступным в ванне полотенцем и застыл. Взгляд упал на зеркало. По рукам, пояснице и бёдрам зияли синяки, будто он несколько раз скатился с лестницы. —Мда… Мицки, валить надо бы, пока не дошло до переломов… — сам себе проворчал омега, после чего услышал щелчок двери. «Блять, уже?!» — будто альфа вышел на пять минут, возмутился Мицки. Он спешно накинул на себя футболку, а альфа уже стучал в запертую дверь ванны. —Закругляйся давай! Ты не один. — альфа шумно зевнул, очевидно, после сложного дня. Хотя и было странным, что вернулся он после полуночи. Омега был уверен, что этот амбал просто заночует в отеле. Открывать дверь не хотелось. —Ты серьёзно? Мне и в ванну сходить спокойно нельзя?! —Открывай или я открою сам! Мицки невольно передернулся. Даже его наглости недостаточно, чтобы усугублять и без того паршивую ситуацию вот так. Закон Агра, он такой. Цель, которая недостижима, раззадорит куда больше, чем то, что можно получить лишь протянув руку. Тонкая рука потянулась к замку, и тот еле слышно щёлкнул. Дверь распахнулась мгновенно. —Я тебе говорил не ходить в мою комнату? —Сам виноват, что без шмоток оставил, — огрызнулся он машинально. —Что? — с лёгким намёком на отсутствие желания спорить, спросил Тео, наклоняясь ближе. Мицки нервно сглотнул. —Повтори, — громче произнёс альфа, чуть повысив тон. —Ты меня без одежды оставил! Не слышно?! — повысил тон уже Мицки, переходя на нервный полукрик, уже ожидая, что разговор плохо кончится. Он зажмурился и зажался, будто сейчас ему вмажут. Теобальд только устало тихо засмеялся. Спокойно так. —Не психуй, не глухой. И что же нарыл там? Что видел? — с подлым интересом задал Тео последний вопрос, выдыхая на ухо омеге. —Н-ничего… Только футболку взял… — как при допросе тише ответил он. Наглости поубавилось. —Не верю, — также понизив тон, произнёс Теобальд. —Правда ничего… И что вообще я должен был там увидеть?.. Теобальд тихо рассмеялся, после чего отстранился. —Да так. На вшивость проверяю. Я видел, где ты рылся. —Пф, — фыркнул Мицки, отводя нервный взгляд. —Завтра ко мне друг приедет. Сегодня ночуешь в моей комнате. И не рыпаться. Надо будет тебя в порядок ещё привести, засмеют с такой клячей. —Ты кого клячей назвал, урод?! — невольно выпалил Мицки, закрывая рот руками. А ведь альфа только собрался выйти. Он застыл на месте, но вскоре продолжил свой маршрут, будто ему просто показалось, что только сто питомец открыл на него рот. «Он сейчас серьёзно? Что за перемена в обращении?» — удивлённо завис уже омега, не понимая реакции. Дальше вечер шёл в молчании. Теобальд, взяв халат, освежился в душе, вышел в халате и налил выпивки из холодильника, а Мицки всё сидел на диване и грузил сам себе нервы. —Ещё раз, как там тебя зовут? — спросил Тео очевидно, охмельневший. —Ты и не спрашивал. Хотя, если и спрашивал, то давно и всем пофиг было —Так вот спрашиваю. Отвечай, пока я добрый. Напомнить сложно? —Мицки… — обижено ответил омега, зажимаясь на углу проклятого дивана. —Теобальд. Не Тео, не Тел, а Теобальд. Хочу предупредить. Завтра вести себя адекватно. Не скулить, не ныть, не плакаться. Достаточно простые требования? Достанем тебе одежду и будешь вести себя спокойно, вроде уже несколько давно со мной живёшь. —Ещё скажи на руках у тебя сидеть. Теобальд громко поставил стакан, стукнув им по столу отчего омега дернулся. —Если надо будет, будешь и на руках сидеть, и на полу как ручной щенок. Будешь вести себя как надо, гляди и гулять сможешь. Может, к тебе заедем. Дома ничего важного не осталось? —Меня уже должны искать… —Кто? Тот баран с аэропорта? —Мой тренер… — Мицки говорил тихо. Монотонный разговор вызвал только сонливость, а на перемены тона он уже не реагировал, соответственно и голос стал совсем измученный. —За него не беспокойся. Кстати, посещать его ты тоже сможешь, опять же за послушание. —Не боишься что я всем про тебя расскажу? —Не пугай кота сосиской. Сам ведь знаешь, омеги сейчас ценные штучки. К тому же, у меня документы с твоей подписью. Имею право делать что захочу и где захочу. —Животное… —Пх… Не спеши, — Теобальд убрал стакан и остатки выпивки в холодильник, шатаясь направившись в комнату. Мицки он попутно ухватил за предплечье и потащил за собой, получая соответствующее сопротивление. —Пусти! Мало тебе утром было?! —Завались! Не буду я тебя ебать… — сонливо ответил альфа и, зайдя в комнату, швырнул тонкую тушку на кровать. —Спишь тут. По полкам больше не рыскать. Мне работать ещё, — Теобальд ткнул пальцем в сторону прикроватной тумбы с ноутбуком. — Будешь у меня на виду. Пять минут отсутствия — имеешь последствия. Плюс—минус. Смотря, как себя ведёшь и что делаешь. —Да ты совсем пьян. А если убегу ночью? —Ты сейчас специально нарываешься? Мицки промолчал, отвернувшись и в очередной раз тихо заскулив. Теобальд только устало вздохнул и, достав из тумбы бутылку воды, кинул её омеге, а затем вдогонку и таблетки. —Дурь? — спросил Мицки, нервно косясь на подачку. —Обезболивающее. Или тебе больше нравиться ныть всю ночь? Могу обезболить и по-другому. Омега замотал головой, принимая предложенное. Он колебался, стоит ли пить, но всё же, схватив таблетку зубами, запил её, жадно поглощая воду. Что удивительно, боль отпустила, а минут через пятнадцать после того, как все сели на свои углы кровати, и вовсе уснул.