Близнецы Севера

Зима 1977 года выдалась крайне суровой. Метель бушевала круглые сутки, а деревья, и так имеющие внушительные снежные шапки, покрылись коркой изо льда. Укутавшись посильнее в шерстяной шарф, и сделав глоток горячего чая, Аглая Яговна, известная в народе, как Баба Яга, сидя на крыльце своей избы, смотрела вдаль на горящие огни старого замка. Женщина то и дело прокручивала в голове слова, которые она услышала от своей старой подруги Макошь. Богиня судьбы никогда не ошибалась, даже во сне она могла предсказать будущее каждого человека, живущего не только в Нави, но и в Яве, и в Праве. И казалось бы, давно нужно было смириться с жестокой правдой, но в глубине души Аглая надеялась на то, что в тот вечер, ее старая подруга перепила рябиновой настойки, и в первые за тысячу лет совершила ошибку. Страх никак не покидал сердце старой волшебницы, ужасные мысли терзали души, наверное именно поэтому она сейчас смотрела на огни вдали, а не сидела в кресле-качалке с кружкой чая и каким-нибудь новым детективом. Но плохое предчувствие и страх за беременную дочь сподвиг ее на путешествие. Слишком спонтанное путешествие. Избушка прыгала по сугробам намного шустрее зайца беляка, и Яга не была уверена в том, что курьи ножки не останутся где-то среди снега в очередном овраге, даже несмотря на яркий свет луны, который освещал дорогу. Сегодня была особая ночь, 21 декабря, ночь, через которую самый обычный день переходит в самый короткий день в году — день Зимнего Солнцестояния. Волшебный и мистический, разные народы слагали легенды о событиях, происходящие в ночь на 22 декабря, что-то из этих легенд правда, что-то нет. Но одно каждый знал точно, в эту ночь лучше сидеть дома. Протерев глаза женщина вздохнула, её дочь — Марья, находилась на седьмом месяце беременности. С первого месяца начались большие проблемы, плод, росший в утробе развивался очень быстро и был наделён необычайной силой. Но несмотря на это, лекари твердили, что состояние женщины удовлетворительное и роды должны пройти без осложнений. Что ж, если Макошь оказалась права, то лекари соврали. Ведьма открыла сумку и проверила бутылёк с живой водой, тот был на месте, этот факт грел сердце Яги и давал слабую надежду. Тогда она ещё не знала, что сказанное однажды устами богини судьбы не изменить, и ещё в тот злополучный вечер на её полотне оборвалась одна нить и появились две новые. Погрузившись в свои раздумья Аглая даже не заметила, как ее избушка пересекла границу леса и освещенную фонарями мостовую, ведущую ко входу в величественный замок, башни которого уходили далеко в небо. Спустившись по старенькой, но все еще крепкой лестнице, Яга откашлялась, уставила в привычной ей манере руки в боки, и со всего размаху ударив по воротом ногой заорала: — Леший, Лешиииий, открывай! , — ещё один удар — Ты там что, оглох совсем, нечисть лесная! Послышался скрежет деревянной двери сторожки и скрип от валенок, идущих по снегу. -Что ты разоралась, карга старая, ночь на дворе, учеников разбудишь, — прокряхтел старый привратник, подходя к воротом. — Нормальные люди утром приезжают, а ты ночью заявилась и думаешь, что специально для тебя ворота открыты и красная дорожка проложена? — Это ты кого каргой старой назвал, а? Мне всего лишь триста семьдесят, если ты не знал, я, между прочим, в самом рассвете сил! — произнесла женщина поправляя шарф и беря бутылёк с живой водой из сумки в руки. — Да и вообще, Савелий, али ты с ели какой упал? Аль может белены объелся? Практика же зимняя, никого в академии быть не должно. Леший потёр нос и посмотрел на горящие окна северной башни. -Дык эдак, директор практику отменил, госпоже Марье ныне совсем плохо, сказал мол, жену не брошу, в поле не поеду, оценки ставьте авто… Договорить Савелий Тихомирович не успел, громкий женский крик пронесся над замком, а стеклянная колба упала на ледяную дорожку, разбиваясь на тысячу маленьких осколков.