Приручить Вороненка

      Я проснулся от запаха табака. Кроу сидел на краю постели, завернувшись в застиранный синий халат и курил, глядя в стену. И снова это были мои сигареты, конечно же. Я потянулся, не поднимаясь. По губам сама собой скользнула блаженная улыбка. Кроу оказался просто дьявольски хорош. Что было сложно подозревать в нем при его обычной постной мине и общем занудстве.       — Дай затянуться? — шепнул я, поглаживая его по бедру.       Он обернулся, протянул руку, небрежно взъерошивая мои волосы и улыбаясь уголком рта. Сигарету отдавать не спешил, затянулся сам и склонился к моему лицу, складывая губы трубочкой. Я фыркнул, но потянулся к его губам, чтобы вдохнуть горьковатый табачный дым. Эта игривость была добрым знаком. Значит, он ещё не успел впасть в свое обычное состояние заоблачной правильности.       Поцелуй с дымом оказался чуть менее хорош, чем обычно, но это не смутило ни меня, ни Кроу. Он навис надо мной, полы халата распахнулись, являя все то, что до сих пор вызывало у меня сухость во рту.       — Как себя чувствуешь? — шепнул Кайл, целуя меня под ухом. — Нам нужно поторопиться, если мы хотим успеть домой до ночи.       — А если не хотим? — я обнял его за шею, притягивая ближе. — Чувствую себя лучше всех на свете. Только в душ бы…       — Значит, иди в душ, — вопреки своим словам Кроу коснулся губами моей шеи, вынуждая запрокинуть голову и тихо ахнуть.       — Давай вместе? — прошептал я, закрывая глаза и зарываясь пальцами в волосы на его затылке. Они оказались влажными, видимо, он сам принимал душ не так давно.       — Тебе мало? — фыркнул Кроу, скользя языком от подбородка к кадыку и ниже, к ключицам.       — Тебя? Пока да, — я и правда чувствовал оживление внизу живота. Наверное, если мы сделаем это снова, я еще пару дней не смогу сидеть, но это — такие мелочи. Если мы выпивали с Лукасом, то у меня и после одного раза задница могла болеть, это не смертельно.       — Чтобы у тебя болела задница и был прекрасный повод пропустить школу накануне пробных тестов? — в голосе Кроу прорезались знакомые менторские нотки, хотя он все еще не переставал меня целовать.       — Фу, перестань, — возмутился я, слегка пихнув его в лоб, — выключи его!       — Кого? — Кроу, успевший опуститься с поцелуями до уровня пупка, вскинул голову. Влажные пряди волос упали ему на лицо, придавая какое-то особенное, раздолбайское выражение.       — Своего внутреннего препода, — я прикусил губу, машинально разводя колени. — Мне… нужно в душ. А потом — чтобы ты снова меня трахнул.       — Я не могу его выключить, ведь это и я есть, — горестно вздохнул Кайл, пристраивая подбородок на моем бедре и внимательно наблюдая, как с каждой секундой эта близость волнует меня все больше и больше.       — Но временами ты совсем не такой, — заметил я. Почему-то его пристальный взгляд вызывал смущение. Хотя несколько часов назад этот же человек трахал меня, как в последний раз.       — Критический уровень спермотоксикоза на время выводит его из строя, — фыркнул Кроу, приближая губы к моему паху и обдавая головку члена горячим дыханием. — Неужели он совсем тебе не нравится?       Я застонал, на пару мгновений выбывая из дискуссии. От Кроу пахло мылом и табаком, а от меня… я даже боялся представить.       — У меня такое чувство, словно он к тебе приставлен, как надзиратель, — я пихнул Кайла в плечо, вынуждая отстраниться. — Мне правда нужно в душ. У меня весь живот в засохшей сперме.       Он не стал меня удерживать и я, скатившись с постели, поспешно отбыл в ванную. Горячая вода прогнала остатки сонливости, и я почувствовал себя гораздо лучше, но когда вылез из душа, настроенный на продолжение феерического вечера, обнаружил, что Кроу лежит в постели, повернувшись спиной к двери.       Я сел на край кровати и погладил его по плечу.       — Кроу? — позвал я шепотом. Он не ответил, продолжая лежать неподвижно. Будто и правда уснул. Я протяжно вздохнул и поднялся. Хотелось пить, так что я решил прогуляться до ближайшего автомата и купить холодной колы.       Но не успел я натянуть джинсы, как послышался обиженный голос Кроу:       — А еще погладить?       У меня вырвался смешок. Но я даже не обернулся, продолжая натягивать джинсы прямо на голое тело.        — И где тебя погладить?       — Где захочешь, — по шороху на постели я понял, что Кроу повернулся ко мне лицом. — Если ты за сигаретами, то и мне купи, ладно?       — Тебе какие? — я тоже обернулся. Кроу не выглядел сонным. Притворялся, значит. Хотел отмазаться от секса?       — Кэмел, — Кроу потянулся и облизнул губы. — И приходи скорее, здесь слишком холодная постель.       Я многозначительно поиграл бровями и вышел из номера. Только бы Кроу оставался таким, как сейчас. Что бы он ни говорил, его занудная версия вовсе не казалась естественной. Я знаю «правильных ребят». Салли такая. И она, по-моему, занудная и правильная от всей души, 24/7. А Кроу… будто наказывает себя таким образом.       У автомата я сразу открыл банку колы и выпил половину, после чего купил две пачки Кэмела и вернулся в номер, закуривая на ходу.       Когда я вернулся, то увидел восседающего на постели Кроу в окружении картонных коробок из закусочной возле мотеля. В руке он держал огромных размеров бургер и совсем не походил на наказанного.       — Присоединишься ко мне?       Я не сдержал смешок.       — И когда ты только успел? — бросив ему сигареты, я упал на диван и взял первую попавшуюся коробку, в которой оказалась картошка фри. И только тут почувствовал, что голоден. — Знаешь, Кроу, ты — просто чудо! — прибавил я, улыбаясь.       — Я же говорил, что купил еды еще до того, как мы начали утолять другие аппетиты, — фыркнул он.       — Ничего не знаю. Мы вошли в номер, я увидел кровать, а дальше все, как в тумане.       — А до этого ты предлагал трахнуть тебя прямо на полу, — Кроу рассмеялся, откладывая недоеденный бургер и как-то слишком пристально глядя на меня.       — Это тоже в тумане, — я облизал пальцы, с вызовом глядя ему в глаза. — Слушай, а почему ты всегда не можешь быть таким?       — Каким? — Кроу протянул руку, чтобы стереть каплю соуса с моей губы и тут же сунул палец в рот, заговорщицки мне подмигивая.       По телу пробежали мурашки, но я все же взял себя в руки.       — Таким… расслабленным. Классным. Как сейчас.       Кайл нахмурился, снова берясь за бургер. Не то чтобы я действительно ждал от него ответа. Это скорее был риторический вопрос. И чуть не вздрогнул, когда Кроу вдруг спросил:       — А ты? Почему в школе ты не такой, как сейчас?       Я опустил взгляд и принялся копаться в оставшихся коробках, пока не выбрал себе бургер.       — А какой я в школе?       — Твои педагоги говорят, что ты — крайне зациклен на себе и ленив к учебе, но я ведь вижу, что это вовсе не так.       — Может они просто придурки? — усмехнулся я с деланной беззаботностью. — Ты что, спрашивал обо мне в школе?       — Не то чтобы специально расспрашивал. Так, слышал кое-что. И решил уточнить детали.       Я поморщился.       — Сплетни собираешь, как миссис Маккинни. И вообще, не думай, что съехал с темы. Мы говорили про тебя.       — Но я тоже хочу узнать о тебе что-то кроме того, что ты куришь Кэмел, умеешь работать в саду и музыкально стонешь в постели.        — По-моему ты просто хочешь уйти от ответа, — он упрям, но я тоже могу быть упрямым. Спор даже отвлек меня от еды.       — Ну хорошо, — Кроу поднялся, чтобы стряхнуть крошки с халата прямо на пол. — Тогда давай ответ за ответ. Это будет честно на твой взгляд?       Я вздохнул, глядя на недоеденный бургер. Аппетит пропал напрочь.       — Давай, — кивнул я, отпив еще колы. Теперь он замучает меня вопросами. Наверняка только за этим все и придумал. Хоть падай теперь и прикидывайся мертвым.       Но Кроу первым делом уселся рядом, сгребая меня в объятия. Это было так неожиданно, что перехватило дыхание.       — Не бойся, котенок, я с тобой, — шепнул Кроу, целуя меня в висок. — И я приму тебя любого, что бы ты ни рассказал.       — Угу, — протянул я с сомнением. И приспичило мне пойти за колой. Сейчас бы потрахались и снова спать легли. Но нет, придется говорить о всякой ерунде. — Так ты ответишь на мой вопрос или нет?       — Что ты там спрашивал? Ах да… — Кроу мягко пихнул меня в грудь, вынуждая опуститься на подушки и лег рядом, снова обнимая. — Дело в том, Марти, что как только я позволяю себе быть таким вот «классным», то сразу создаю проблемы всем вокруг. Включая себя. У «настоящего» меня напрочь отсутствует система ценностей. Он делает только то, что хочет, не думая о последствиях. И получается хреново чаще всего.       — И как ты только умудрился стать преподом в таком случае? — я пристроил голову у него на плече.       Кроу хмыкнул, запуская пальцы в мои волосы и мягко поглаживая, будто кота.       — Понял, что у этой крайности есть противоположная и решил ее задействовать. Почти успешно, надо полагать.       — Мне нравится твоя безбашенная крайность, — вздохнул я, прикрывая глаза. — Знаешь, со мной тебе не обязательно вечно пытаться корчить из себя идеального. Ты мне нравишься, как есть.       Кроу немного помолчал. Он дышал размеренно, но я вдруг почувствовал, как напряглись его мышцы.       — Даже после того, как я… трахнул тебя, не дождавшись совершеннолетия? — горячее дыхание коснулось моего уха.       Я фыркнул и приподнялся на локте, чтобы заглянуть ему в лицо.       — Это ты себе в грехи записываешь или в подвиги? А что было бы после совершеннолетия? У меня бы отвалилась «молочная» задница и отросла новая?       Кроу непонимающе моргнул и громко фыркнул, едва успев прикрыть ладонью рот. Он затрясся так, будто ему в задницу сунули вибратор и включили на полную мощность. Мне и самому стало смешно. Иногда Кроу говорит такие нелепые вещи, что просто не знаешь, что и делать. А вроде так хорошо прикидывается взрослым.       — Но вообще-то… — выдавил он, наконец, не прекращая смеяться, видимо, в красках воображал выпадение «молочной задницы», — вообще-то за связь с несовершеннолетним и в тюрьму можно сесть.       — Слушай, не знаю, как у вас в Британии, но у нас тут есть еще такая штука как «возраст согласия». Так что никто тебя не посадит. Даже мой отец.       Стоило только упомянуть отца и Кайл обнял меня крепче, будто тот уже прямо сейчас должен был войти и силой отобрать меня у него.       — Не думай, что я не готов отвечать за свои поступки, но… лучше всё-таки не афишировать наши отношения.       Я удивленно вскинул брови:       — Да я и не собирался. Что я, идиот? Да и мне просто некому растрепать, не волнуйся, — я погладил его по плечу.       — Хорошо, — он выдохнул с явным облегчением. — Я не хочу, чтобы и тебя у меня отобрали.       У меня внутри все задрожало, даже дыхание на мгновение перехватило. Я уткнулся лицом ему в грудь, прижавшись щекой к застиранному халату.       — Да кому это надо. Всем… всем плевать, Кроу, честно, — я обнял его крепче, пытаясь взять себя в руки и не разнюниться. — Никуда я не денусь.       Он прижался губами к моей макушке и вздохнул. Но мне показалось, что его тоже слегка потряхивает. А может быть и не слегка. Так прошло несколько очень долгих минут. Мы жались друг к другу, будто замёрзшие коты, пока Кроу вдруг не шепнул:       — Закончишь школу и… мы с тобой уедем хочешь?       Меня как подбросило. Я приподнялся так резко, что едва не въехал Кроу головой по зубам.       — Ты серьезно? Мы уедем? Вместе? Я готов хоть завтра! — губы сами растянулись в идиотской широкой улыбке. По здравому рассуждению, не стоило так просто верить Кроу, даже если он станет божиться, что готов увезти меня куда угодно и заботиться до скончания времен. Но я почему-то уже поверил. Сразу же.       Он, кажется, не ожидал такой бурной реакции и слегка опешил, но тут же поспешно погладил меня по плечу. Я же цепко вглядывался в его серые глаза, пытаясь найти хоть намек на ложь. Хоть маленький намек на то, что сейчас он рассмеется и крикнет: «шутка!»       — Завтра не получится. Но я серьезно. Если ты действительно этого хочешь, Марти. Правда, у меня есть пара условий.       Ну вот. Условия. Разумеется.       Я слегка нахмурился.       — Что еще за условия?       Кайл провел ладонью по моей голове, пропуская волосы между пальцев.       — Ты закончишь школу. Дома. Хотя бы на средние баллы и попробуешь поступить в колледж. Заметь, я не говорю: обязательно поступишь, хотя бы попробуешь.       Я задумчиво облизнул губы.       — А если я не захочу? Ладно школа, черт с ней. Но колледж… Кроу, я не знаю даже, на кого мне учиться. Чему. Хочешь сказать, если я не стану поступать, ты больше спать со мной не будешь? — у меня снова возникло ощущение, что я говорю то ли со старшим братом, которого у меня никогда не было, то ли с отцом. Закончишь школу на средний бал и поступишь в колледж. Ну да.       — Малыш, — Кроу приподнял мое лицо за подбородок, заглядывая в глаза. — Неужели ты правда хочешь работать на заправке? Впрочем… ладно, это действительно не мое дело. Но я надеюсь, что тот факт, что я с тобой сплю, не отобьёт у тебя же желание продолжать наши занятия.       Я потер лицо рукой.       — Если ты не будешь включать препода в постели, не отобьет. Это — мое условие. Окей?       Бурлящий восторг несколько испарился. Каждый раз, когда Кроу заводил подобный «серьезный разговор», мне становилось не по себе. Даже не знаю, что именно так на меня влияло. То ли его тошнотная правильность в такие моменты, то ли этот тон, дающий понять, что я — младше. Сопляк, которого нужно учить. И если Лукас только корчил из себя взрослого, то Кроу искренне так считал. Что он типа ответственен за меня или что-то в этом роде.       — О, в постели я буду включать исключительно «мистера Хайда», — мурлыкнул Кроу, прихватывая зубами мое ухо. — С извращениями.       Я рассмеялся и сел на него верхом.       — Ловлю тебя на слове, Кроу, — я склонился к его лицу и коротко коснулся губ. — Получу аттестат, и мы уедем, да? Куда ты хочешь?       Руки Кроу тут же оказались у меня на заднице, но я не возражал.       — В какой-нибудь максимально либеральный штат, где я бы смог работать в колледже или университете. А может быть… в Ирландию.       — Ирландию? — переспросил я без восторга. — Я про Ирландию знаю только то, что там живут лепреконы. Как насчет Калифорнии?       Мысль покинуть Штаты немного пугала. Да, это не то же самое, что отправиться в какой-нибудь там Китай, но это все равно почти… другой мир. Я слышал ирландский акцент в фильмах. Ни слова не разобрать. Думаю, мне пришлось бы заново учить язык, если бы мы и в самом деле поехали в Ирландию.       — Калифорния — это прекрасно. Главное, чтобы хватило денег хотя бы на первые месяцы жизни там. И ещё уточнить бы про легализацию… кхм… мда.       — Да, деньги… — я улегся ему на грудь, озадаченно хмурясь. — Устроюсь на подработку, до лета успею что-то скопить.       Я снова вспомнил о приличной сумме, припрятанной в отцовском сейфе. Там ведь и мои деньги. Но он никогда в жизни мне их не отдаст. Тут и думать нечего.       Это было очень странно, ведь ещё несколько часов назад я не знал, обломится ли мне перепихнуться с Кроу «по-взрослому», а сейчас мы лежим в постели и планируем совместное будущее. С ума можно сойти. — Мы правда уедем? — шепнул я, помолчав. Мне вдруг стало тоскливо. Лукас никогда не обещал ничего конкретного, только говорил, что вот скоро «дела пойдут в гору». А вместо этого все полетело в задницу.       — Мне бы очень этого хотелось, — так же шепотом отозвался Кроу. Его руки гладили меня по спине и плечам.       А мне бы очень хотелось ему верить. Я прикрыл глаза и, приподнявшись, прижался к его губам.       Кроу целовал меня неторопливо, нависая сверху, и его расстрёпанные волосы щекотали лицо, потом шею, грудь и живот. Но дойдя до уровня пупка, он снова возвращался вверх, нарочно дразнил меня, я точно это чувствовал. И эта игра работала на отлично. По крайней мере стояло у меня так бодро, что было почти больно. Наверное, я мог бы несколько дней подряд не вылезать из постели, если бы Кроу всегда был таким.       Ничего. Всего полгода потерпеть. И мы уедем. И сможем трахаться, ни от кого не прячась.       — Ты прекрасен, Марти, — шепнул Кроу, прижимаясь губами к моей шее и немного прихватывая кожу языком. Глаза при этом у него горели шальным огнем. — Я хочу только тебя, мой милый мальчик…       Я никогда не думал, что падок на ласковые слова, но тут меня пробрало до мурашек. Я даже смутился и усмехнулся, пробормотав:       — Так тут больше и нет никого…       Кроу вскинул на меня удивленный взгляд и вдруг резко покраснел. Не думал, что люди вообще могут настолько быстро становиться похожими на перец-чили.       — Прости… Кажется, я совсем не умею говорить комплименты.       Такая реакция смутила меня еще сильнее.       — Да нет, это я не умею их принимать. Забудь. Мне не стоит болтать, особенно в постели, — я погладил его по волосам. — Я… растерялся. Мне очень приятно на самом деле.       Кайл вдруг хитро прищурился, отчего его лицо приобрело крайне загадочное выражение.       — А мне бы очень хотелось, чтобы ты болтал, — шепнул он. Его рука скользнула между полами моего халата, нежно оглаживая бедро и почти касаясь паха. — Хоть немножко. Я ведь совсем не знаю, что ты думаешь или чувствуешь.       Я ахнул, прикусывая губу.       — Мне… ох, Кроу, не знаю. Что тут можно сказать? Мне нравится, давай еще?       — Ты можешь сказать… — пальцы Кроу мимолётно пробежались вдоль моего члена, собственнически огладили яички. Глядя мне прямо в глаза, Кроу облизнул губы и отбросил полу халата, чтобы обхватить ладонью член, — как сильно ты меня хочешь. Я бы даже предпочел, чтобы ты стонал мое имя, прежде чем мы закончим.       Это оказалось сложнее, чем он ожидал. Я зажмурился, чтобы жаркий взгляд Кроу не сбивал меня с мысли, и тоже облизнулся.       — Я хочу тебя, как чокнутый, Кроу, — прошептал я, чувствуя себя довольно глупо. — Я люблю твои руки, твои губы и твой член…       Боги, как все это нелепо. Почему нужно обязательно говорить вслух очевидные вещи?       — И буду стонать тебе, сколько захочешь. Только потрогай меня так еще, — прибавил я так же шепотом.       Кроу тихо рассмеялся. Я хотел возмутиться этому безобразию, но тут услышал знакомый шелест упаковки и замер, тяжело дыша. Кроу снова меня погладил, а потом я почувствовал, как он надевает мне резинку.       — Я надеюсь на твой голос, малыш, — шепнул Кроу совсем рядом от моего уха.       Я же едва не заскулил, выгибаясь навстречу его руке. Ощущение были острыми, словно мы не трахались несколько часов назад. Словно мы вообще ни разу не трахались.       — Что ты собираешься делать? — прошептал я, не открывая глаз, и вдруг подумал: как было бы горячо, если бы Кроу завязал мне глаза. И, может быть, руки. От одной мысли об этом по спине пробежали мурашки. Пусть бы делал со мной, что захочет. Я знал — Кроу не причинит мне боли.       — Хочешь сохранить интригу, мой маленький? — мочки уха коснулись горячие губы и меня пробрала дрожь по всему телу, а член поднялся торчком. — Я могу это устроить.       Я обнял его за плечи, поглаживая затылок и спину.       — Хочу, — во рту стало сухо. Кроу словно прочел мои мысли. — Ты мог бы… завязать мне глаза. Если хочешь…       Кроу тихо рассмеялся и погладил меня по щеке:       — А что ещё тебе завязать, маленький? Я исполню все твои грязные фантазии.       Я едва не застонал, только дернулся, как от разряда током и снова облизнулся. Мне вспомнилось все бдсм-порно, которое я видел. Но там иногда такое вытворяли… я бы это даже не описал. Только включать и тыкать пальцем в экран — «вот так хочу».       Эта мысль меня повеселила и я улыбнулся:       — Руки. Еще руки. Пока все.       Кроу снова тихо рассмеялся.       — Хорошо. Подожди немного.       Матрас спружинил под его весом. Я не открывал глаз, но понял, что Кроу встал с кровати. Несколько невыносимо долгих минут он бродил туда-сюда по комнате, а когда нервы у меня уже начали сдавать, то матрас снова прогнулся.       — Прости, малыш, я не был готов к такому развитию событий, а потому придется импровизировать.       Он поцеловал меня в губы, а спустя мгновение я почувствовал мягкую ткань на глазах. Кайл приподнял мою голову и повязка туго села в нужном месте.       Сердце стучало так сильно, что я, кажется, дрожал всем телом. Я не боялся Кроу. И все же от волнения внутри все скручивало. Сильнее было только возбуждение. Кроу меня даже не касался, а стояло так, что было почти больно.       — Поцелуй меня, — шепнул я, снова его обнимая.       — Э-э, нет, воронёнок, — Кроу ловко выскользнул из моих объятий. — Ты хотел связанные руки, так?       Я кивнул, облизывая губы. Кроу осторожно перехватил мое запястье и поцеловал. А мгновение спустя уже стянул чем-то крепким. Возможно поясом от халата.       — Боже мой, мне так нравится твоя уязвимость… — шепнул Кроу, целуя второе запястье. А затем обвил повязкой и его.       Мне это тоже нравилось. Куда сильнее, чем я от себя ожидал.       — Ты меня трахнешь? — прошептал я и обнаружил, что голос звучит хрипло. Не то от волнения, не то от возбуждения.       — А это все, что тебя волнует, солнышко? — проворковал Кроу, заводя мои руки за голову и судя по всему привязывая к изголовью. — Ещё как трахну. Но до этого мы немного развлечемся, хочешь?       Я слегка потянул руки, но узлы не поддались. Впрочем, я и не думал, что Кроу пойдет на какие-то условности. Нет, все будет по-настоящему. От мысли об этом я едва не поскуливал.       — Я в твоей полной власти, — прошептал я, приглашающе разводя колени.       — Как здорово звучит, — мурлыкнул Кроу. Матрас рядом со мной прогнулся. Я почувствовал тепло тела Кроу совсем близко, кажется, он тоже разделся. А в следующий миг Кроу лизнул меня в губы. Вздрогнув всем телом, я ахнул, но Кроу не собирался останавливаться на достигнутом. Его язык пощекотал меня под подбородком, коснулся ключиц, поиграл с сосками — каждым по очереди, коснулся живота.       Я уже не мог сдерживать стоны, ахая от каждого прикосновения. Ощущения необычайно обострились. Кажется, если бы Кроу коснулся члена, я бы мгновенно кончил. Наверное, потому в тех порнофильмах «нижним» перетягивали шнурком основание члена. Чтобы все не закончилось в первые же полторы минуты.       Но Кроу не торопился. Я чувствовал его дразнящие прикосновения то возле пупка, то под ухом, то возле шеи, дыхание участилось, удары сердца отдавались в груди, мне казалось ещё немного, и я просто взорвусь, но вдруг Кроу остановился. Будто бы вообще исчез, а я остался лежать с завязанными глазами и стянутыми руками.        — Кроу? — позвал я, дернувшись, но узлы не поддались. — Кайл, ты здесь?       Дьявол. Надеюсь, это не какая-нибудь шутка. Но Кроу не отозвался. С каждым мгновением мне все сильнее становилось не по себе. Я снова дернулся, начиная злиться. И вдруг в паху стало так горячо, что я громко и удивлённо застонал, только потом сообразив, что Кроу просто решил мне отсосать. Я выгнулся, подаваясь навстречу его губам, по телу прокатилась дрожь.       — Кррроу, — мурлыкнул я, разводя пошире колени. Лукас часто говорил, что «в презервативе не то», но я ощущал все так остро, что казалось — еще одно прикосновение языка — и кончу. Чтобы сдержаться, я зажмурился и попытался думать о чем-то совершенно не сексуальном. О задании по алгебре, например. Помогало слабо — уже через минуту я снова сорвался в стон.       — Ещё, малыш, — донёсся до меня его голос будто издалека. — Покажи мне, как ты умеешь стонать.       И он снова вернулся к ласкам. И я исполнил его желание, выгибаясь, так что путы впились в запястья, дернулся навстречу его горячему рту. От возбуждения внутри все ныло и скручивало, голова кружилась. Я, кажется, шептал имя Кроу, но не особенно это осознавал. Пока вдруг не понял, что кроме ласк горячего, как ад, рта, в меня ещё проникают пальцами. И, кажется, я кончил только от самого этого факта, захлебываясь стоном.       Обессилев, я лежал, раскинув ноги и едва мог дышать. Даже то, как Кроу освободил мои запястья и снял повязку с глаз, лишь отметил краем сознания. Я потянулся к нему почти машинально, обнимая за шею слегка занемевшими руками.       — Кроу, я тебя люблю…       Признание вырвалось будто само собой, хотя я вовсе не планировал его делать. И даже не был уверен, так ли это на самом деле. Но его ответные объятия были такими крепкими, такими жадными, что сомнениям просто не осталось места.       — Я тоже люблю тебя, малыш, — шепнул он в самое ухо, будто доверял страшную тайну. — Я тоже.       Я зажмурился, прижимаясь к нему теснее. К глазам почему-то подкатили слезы. Как я ни сдерживался, они хлынули потоком. Во мне как будто прорвало кран. Даже я сам испугался.       — Что такое, Марти? — переполошился Кроу. — Что случилось? Я сделал что-то не так?       Я помотал головой и попытался снова уткнуться ему в плечо. Проклятые слезы лились и лились и никак не хотели заканчиваться.       — Да я просто… не знаю… мне так хорошо, — прошептал я почти обиженно и снова всхлипнул. — Обещай, что мы уедем! Вдвоем! Навсегда!        Мне сразу же стало стыдно за это хныканье, но слова уже вырвались и остановить их было нельзя, как и льющиеся из глаз слезы. Кайл притянул меня к себе, накрыл нас обоих одеялом, поцеловал мое мокрое от слез лицо.       — Что бы ни случилось, Марти, я буду на твоей стороне, — шепнул он, не прекращая целовать меня. — И мы уедем, обещаю. Как только ты закончишь школу. Никто тебя у меня не отнимет.       — Что бы ни случилось? — повторил я, чувствуя, как внутри все леденеет. — Ты уверен?       Если бы я мог уговорить его уехать прямо сейчас. От этого города и всего, что с ним связано.       Прежде чем ответить, Кайл подтянул к себе халат, валяющийся на краю кровати, чтобы аккуратно промокнуть им мое лицо. Без очков его взгляд казался удивительно молодым и… каким-то уязвимым. И он смотрел на меня по-особенному, как никто другой раньше, отчего становилось тепло.       — Что бы ни случилось, малыш. Разве что ты сам передумаешь.       Я отчаянно помотал головой. Мда. После такой сопливой сцены у него на меня вообще стоять не будет. Надо же было так разнюниться на ровном месте.       — Я не передумаю! Жаль, только, что мы не можем уехать прямо сейчас. Знаешь, многие бросают школу. В старших классах — это уже ничего страшного…       — Котенок… — Кайл опустился на подушку рядом, все ещё заглядывая в глаза. — Твой отец — шериф. Ты — несовершеннолетний. Неужели ты хочешь, чтобы я попал под суд, если вдруг он сможет доказать, что я увез тебя силой? Или ты хочешь, чтобы я тебя усыновил?       Я потер лицо рукой, ощущая, как краснеют щеки. Глупо было даже предлагать.       — Ладно-ладно, я понял. Не начинай снова, — вздохнув, я обнял его покрепче, уткнувшись лицом в плечо. — Значит, через полгода. Заведу календарь и буду дни зачеркивать.       — Хорошая идея, — фыркнул Кроу в ответ. — Можем повесить его у меня над кроватью.