16. Ноги в руки и беги
25 сентября 2023 г., 08:00
Какаши повёл Сакуру по извилистым коридорам отдела пыток и допроса. Она не была уверена, откуда он так хорошо знал дорогу, но решила не задавать лишних вопросов и молча шла за ним. Он задал хороший темп, однако нездоровая бледность выдавала, как тяжело давались ему последние несколько дней.
Мимо Сакуры прошмыгнул один из его псов, Бисуке, и бросил на неё благодарный взгляд.
— Спасибо, что пошла с нами, — прошептал он. — Босс сегодня неспокойный.
Какаши глянул на них через плечо, но ничего не сказал. Сакура улыбнулась собаке.
— Всегда рада помочь.
— Послушай, Сакура-тян, ты ведь медик, да? Какаши болен — пожалуйста, присмотри за ним. Цунаде выглядела очень озабоченной сегодня утром.
Сакура остановилась.
— Цунаде? Этим утром? Что ты имеешь в виду?
Бисуке хотел ответить, но не успел — их окликнул Какаши:
— Мы почти на месте, — его низкий голос отразился эхом от стен более просторного помещения.
Сакура решила приберечь свои опасения на потом. Что бы ни задумал Какаши, это произойдёт именно здесь.
— Что это за место? — шёпотом спросила она.
Какаши почесал затылок.
— Кажется, тот, кто его построил, хотел дать заключенным больше пространства для ходьбы. Хотя здесь даже окон нет, — он вздохнул. — Какое унылое местечко. Но ничего, сойдёт и оно.
— Сойдёт для чего, сенсей? — поинтересовалась Сакура.
Какаши повернулся к ней. Ей было легче прочесть его эмоции когда она видела оба его глаза, но даже так Сакуре трудно было уловить что-то более конкретное, чем «счастливый», «обеспокоенный», «ленивый» или «злой» (хотя Наруто утверждал, что научился различать то, что он называл «лицо сенсея, читающего порно». Что именно это означало, Сакура знать не хотела). Однако прямо сейчас Какаши-сенсей выглядел встревоженным.
— Я не могу объяснить подробности, поэтому скажу так: мы вот-вот встретим кое-кого, кто, скорее всего, знает больше о нашем пушистом друге, — ответил ей Какаши.
«Пушистый друг? Лис?» — Сакура сдвинула брови. Кого это Какаши-сенсей имел в виду?
Она успела заметить, как он сделал быстрый жест рукой. Его чакра коротко вспыхнула, и мгновение спустя рядом с ним появился агент АНБУ. Это был крупный, дородный мужчина. Из-под его маски торчали густые каштановые волосы.
— Вы звали, Хокаге-сама? — пробасил он.
Что? Агент АНБУ? Сакура моментально насторожилась. Какое отношение он имел к Лису? Но это объясняло, почему Какаши-сенсей не хотел рассказывать ей подробности: сопровождавший их шиноби мог легко всё подслушать.
— АНБУ Бык, скажи мне, почему ты пренебрёг охраной Кохару-сама прошлой ночью? — холодно спросил Какаши, скрестив руки на груди и смерив Быка пристальным взглядом. Его чакра гудела под поверхностью кожи; явная угроза для любого, кто способен чувствовать чакру.
Бык едва заметно отшатнулся и опустил голову.
Сердце Сакуры забилось чаще. Ну конечно. Логично, что Какаши-сенсей приказал кому-нибудь сменить Сая ближе к ночи. Если его сменил Бык, почему он не поднял тревогу?
Сакура нахмурилась, глядя, как Бык припал на одно колено.
— Хокаге-сама, прошу вас, поверьте, это просто ошибка…
— Я много лет тебя знаю, Бык. Ты не из тех, кто совершает такие грубые ошибки. А теперь скажи мне правду: что ты делал прошлой ночью? — голос Какаши-сенсея прозвучал резко и сердито. Сакура помотала головой. Она почти никогда не слышала его таким.
Молчание, последовавшее за его словами, тянулось вечно. Внезапно Бык пошевелился. Сначала его пальцы оторвались от земли, затем колено, а затем он поднялся и стал в расслабленную позу — беспечную и совершенно неподобающую агенту, отчитывающемуся перед Хокаге.
— Я выполнял приказы моего господина, Хокаге-сама, — тон Быка резко переменился.
— Твоего… господина? — эхом отозвалась Сакура. Она инстинктивно сгруппировала чакру, чтобы быстро отреагировать в случае опасности. Прямо сейчас она была не ученицей Какаши-сенсея, а его телохранителем. Хотя ему самому эта мысль, вероятно, была ненавистна.
Бык на секунду засомневался, но потом опустил плечи и издал странный смешок.
— Эх, почему бы и нет? Для меня игра окончена. Если бы вы не приказали мне сменить Сая, всё было бы в порядке. Но нет, вам просто надо было поступить как ответственный Хокаге.
Чакра Какаши-сенсея опасно завертелась. Воздух в комнате внезапно стал тяжелым и тёплым, давя на Сакуру со всех сторон и наполняясь потрескиванием энергии, в которой читалось только одно. Намерение убить.
Бык поёжился.
— Вам, наверное, не терпится прикончить меня или упечь в тюрьму до скончания веков. Ничего личного, Какаши-семпай, уверяю вас, вы были хорошим коллегой ещё в АНБУ. Капитан, под руководством которого я бы с гордостью служил. Но, видите ли, вся эта система неправильная, — он говорил быстро, с лёгкой дрожью в голосе.
— Система? — прорычал Какаши. — Какая система?
«Система шиноби?» — подумала Сакура.
Бык хрипло рассмеялся.
— Тот факт, что вы не знаете, говорит сам за себя. Как будто это не очевидно. Один Хокаге за другим, и никто из вас так и не понял, что вы всё делали не так.
— Что делали не так? — выпалила Сакура. Её гнев нарастал. Она не позволит этому человеку оскорблять Хокаге.
— Ты тоже часть этой системы, малышка, — покачал головой Бык. — Непотизм. Каждый Хокаге до сих пор был так или иначе связан со своим предшественником. Вот почему все они без исключения совершали одни и те же ошибки. Если бы Данзо-сама назначили Шестым, всё бы наконец улучшилось, но нет. Вместо этого мы получили милую маленькую династию пьяных идиотов и сынка трусливого предателя…
Сакуру настолько возмутило неуважение к Цунаде, что она чуть не пропустила мимо ушей второе оскорбление, пока не увидела, как Какаши-сенсей резко отшатнулся. Она повернулась к нему, но к тому времени выражение его лица сменилось чистейшим гневом.
— Так что, он планировал убить старейшин и меня просто чтобы высказать своё мнение? — процедил он.
— Лис говорил, что вы именно так и подумаете, но я ему не поверил. Похоже, он был прав — опять. Его план это нечто большее. Гораздо большее. Видите ли, мы не будем вас убивать — это не входит в наши планы, — прошипел Бык.
Шерсть Бисуке встала дыбом. Он распахнул пасть, обнажив острые, как бритва, зубы, и угрожающе зарычал на Быка.
Сакура помотала головой.
— Э-э-э… что?
В последовавшей за этим потрясённой тишине Бык снова усмехнулся.
— Во всяком случае, не напрямую. Думаете, мы не учли, что Цунаде или ваша ученица вас подлечат? Сначала мы уничтожим ваших маленьких друзей, ваши союзы. И только потом, когда вы окончательно подведёте эту деревню, мы уничтожим вас. А, может, нам и не придётся этого делать — возможно, деревня сделает это за нас, как они сделали с вашим отцо…
— Довольно! — рявкнул Какаши. Сакура не могла отвести от него глаз. Он выглядел потрясённым и выбитым из колеи, его глаза были широко раскрыты, а на лбу выступил пот. Что собирался сказать Бык?..
— Что… почему… у него ко мне какая-то… личная неприязнь? — заплетающимся языком пробормотал Какаши.
Бык задумчиво наклонил голову набок.
— Немного. Может быть. А, может, я солгал. Может быть, всё, что я сейчас сказал, это ложь. Одно я знаю точно: вы будете слабеть с каждым днем. Интересно, что подумает деревня, когда тот, кто должен быть их защитником, не сможет выполнять ту единственную обязанность, которую на него возложили?..
Сакура не выдержала.
— Замолчи! — крикнула она. — Ты достаточно наговорил!
— Сакура, нет…
Сакура проигнорировала Какаши-сенсея и бросилась на Быка. Может, он и АНБУ, но она — Харуно Сакура.
Она подобралась достаточно близко, чтобы увидеть, как расширились глаза Быка под маской, прежде чем он начал действовать. Бык откатился в сторону от её удара и чуть не потерял равновесие от ударной волны, вызванной кулаком Сакуры.
— Твою ж…
Бык попытался ударить её с разворота, но она легко перескочила через его ногу и прыгнула на неё всем своим весом. Что-то громко хрустнуло, и Бык взвыл от боли. Сакура потянулась к его воротнику, но Бык молниеносно сплёл цепочку печатей, и ей пришлось отскочить назад, чтобы избежать потока пламени, вырвавшегося из его маски.
На мгновение Сакуру отвлекло свирепое рычание. Мимо неё стремительно пронёсся Бисуке. Маленький пёсик бросился на Быка, метя прямо в горло. Позади неё Какаши-сенсей выругался и что-то крикнул, но Сакура едва расслышала.
Бык взревел, когда клыки Бисуке впились ему в плечо, но он не зря был агентом АНБУ: чтобы одолеть его, понадобиться больше, чем сломанная нога и собака. Одним движение руки он оторвал от себя Бисуке, отбросив бедного пса через всю комнату — но не успел он опомниться, как на него обрушился град каменных стрел Какаши.
Бык сумел увернуться, но одна из стрел пригвоздила его плащ к земле. Сакура воспользовалась моментом и, замахнувшись кулаком, бросилась к нему. Даже без чакры её силы хватило бы, чтобы вырубить подлеца и разбить его маску. Однако в последний момент его плащ порвался, и он избежал атаки. Кулак Сакуры скользнул по маске, отчего та разлетелась вдребезги, обнажив его бледное перепуганное лицо. На мгновение они замерли. Её решительные зеленые глаза смотрели прямо в его испуганные карие. Он одарил её дрожащей улыбкой.
Прежде чем она поняла, что он задумал, Бык надкусил что-то твёрдое. О нет, это…
К тому моменту, как Сакура добралась до него, Бык рухнул на землю. Его тело всё ещё билось в конвульсиях, но свет в глазах уже померк.
Цианид.
— Таблетка для самоубийства, — сказал Какаши-сенсей у неё за спиной. Голос у него был совершенно измученный. — Он… пришёл сюда подготовленным. Должно быть, заподозрил…
Сакура стояла над Быком, переводя дыхание. Она наклонилась и убрала остатки маски с его лица. Приоткрытые карие глаза смотрели на неё с непримечательного крупного лица. На вид ему было где-то под тридцать; прилично для агента АНБУ.
Сакура повернулась к Какаши-сенсею.
— Это точно он? Не какой-нибудь самозванец? — спросила она.
Какаши устало кивнул и подошёл к ней. Он выглядел ещё бледнее, чем раньше, и двигался скованно. Клон, призыв нинкенов и земляное ниндзюцу обычно не замедлили бы его, но в нынешнем состоянии…
— Это он. И, похоже, он не был ни под чьим контролем.
К ним, ковыляя, присоединился Бисуке и прижался к ноге Какаши. На его зубах и морде виднелась кровь Быка, придавая миниатюрному пёсику свирепый вид.
— Мне не понравился этот человек, — проскулил он.
Какаши вздохнул.
— Ты поступил глупо, Бисуке.
— Но он оскорбил старого хозяина, — Бисуке жалобно посмотрел на Какаши снизу вверх.
Старого хозяина? Что?..
— Как и многие другие до него, — пробормотал Какаши. — Идём, Сакура, мы получили то, что хотели — более или менее.
— А что делать с телом? — спросила Сакура, хотя она уже знала ответ. К ним стремительно приближались другие сигнатуры, и вскоре в комнату ворвалась группа охранников. Наверное, они почувствовали выброс чакры во время боя.
— Простите, сенсей… если бы я не кинулась на него… — замялась Сакура.
Какаши покачал головой.
— Не извиняйся. Он бы в любом случае это сделал. Он знал, что не сможет справиться с нами обоими.
Сакура внезапно подумала, что было бы, если бы Какаши-сенсей пошёл один. Смог бы он одолеть Быка в его нынешнем состоянии? Она почувствовала острый укол тревоги. Что если бы он погиб?..
Нет. Она поверила россказням Быка, не так ли? Сакура отбросила все сомнения. Сенсей непременно бы победил. Она просто… упростила ситуацию. Верно?
Однако у неё были и другие вопросы. Она искоса посмотрела на Какаши. Он не сводил глаз с тела Быка, даже когда охранники и АНБУ окружили его, чтобы унести.
— Какаши-сенсей, что он имел в виду, когда говорил о вашем отце? — осторожно спросила Сакура. Она вспомнила, что почти ничего не знала о семье своего наставника, только о её отсутствии. Она всегда предполагала, что они умерли, но никогда не задумывалась, что это означало для Какаши.
— Он… Не бери в голову, Сакура, — Какаши не смотрел ей в глаза. — Давай… Давай вернёмся наверх. Посмотрим, не очнулся ли Сай.
Но Сакуру не покидали сомнения. За этим точно скрывалось нечто большее. Быть может, пришло время нанести визит Цунаде-сама…
* * *
Какаши откинулся на спинку стула и уставился в окно. Над Конохой собирались тёмные тучи, и вскоре небо прорезали первые вспышки молнии. Прошло совсем немного времени, прежде чем над деревней прогремели раскаты грома. …возможно, деревня сделает это за нас, как они сделали с вашим отцом… Он вздрогнул, вспомнив слова Быка. Слабый Хокаге, неспособный защитить свою деревню, опозоренный и пристыженный, и… нет. Нет. Он не мог так думать — такой ход мыслей означал смерть для разума. Ему вдруг вспомнился момент из детства. Тогда он был совсем ещё маленьким. Ночью была сильная гроза, и он перепугался и пришёл в комнату к папе… — Ты боишься молнии? — спросил его папа. — Н-нет, я ничего не боюсь. — Бояться это нормально. Даже мне иногда бывает страшно. — …Правда? — Ещё как. В этом нет ничего постыдного. — Что тебя вообще может напугать? — Хм, ну… помнишь, как ты сломал руку в прошлом году? — Ага. — Тогда я был очень напуган. — Да? Почему? Я же просто руку сломал. Врач залечил её минут за десять. — Ну, да, я знаю, но я беспокоился о тебе. Я боялся, что всё может быть хуже, чем сломанная рука. — Но это глупо. Переломы заживают. — Страх не всегда имеет логичное объяснение, Какаши. Иногда он обоснован, но обычно это не так. Ты ведь помнишь это слово? «Логичный»? Да? Хорошо. Нелогично так пугаться, когда мой сын ломает себе руку. Точно так же, как нелогично бояться молнии, когда ты находишься дома. Но мы всё равно боимся. — … — Ладно, ладно, не надо дуться. Я же говорил тебе: бояться — это нормально. Но некоторые страхи можно преодолеть. Как, например, страх перед молнией. — Как? — Узнав о них побольше. Ты знаешь, из-за чего появляется молния? — Что-то происходит в облаках?.. — Да, сынок. Завтра утром я возьму в библиотеке книгу об этом. Тогда мы и посмотрим, откуда она берётся на самом деле. Если ты знаешь, как что-то работает, оно не будет казаться таким пугающим. — Хорошо. — Запомни вот что, Какаши: пока ты находишься внутри дома, молния не сможет тебя достать. Особенно, если рядом есть я. Ты же знаешь, молния в некотором роде моя специальность. А я никогда не причиню тебе боль. — Никогда. — Именно. А теперь ложись… да, вот так… давай я укрою тебя одеялом… тебе принести Спота? Да? Хорошо. Сейчас принесу. Вот, держи. А теперь закрывай глазки и думай о доме, который тебя оберегает. Слышишь, как дождь барабанит по крыше? — Угу. — Это наш щит от грозы. Ночью дом становится нашим защитником. — Наш дом тоже шиноби, как ты? — Хе-хе, да, наверное, так и есть. Интересно, какого ранга наш дом? Джонин? — Ага. Он отгоняет молнию. — Точно. А теперь пора спать, юноша. Ты ещё недостаточно взрослый, чтобы сидеть допоздна. — Я взрослый! Мне уже пять! — Вот именно. Закрывай глаза — ты сегодня устал. Давай, ложись спать. Мы не дадим тебя в обиду. — …Посидишь со мной ещё немного? — Сколько угодно, Какаши. Какаши вздохнул, закрыл глаза и попытался не бояться того, о чём не беспокоился годами.* * *
Если Наруто что-то и понял за последние несколько дней, так это то, что он совершенно не понимал Какаши-сенсея. Не то чтобы это было откровением. Он не был уверен, что когда-либо до конца его понимал. Но его недавние поступки… не лезли ни в какие рамки. Главный сторонник командной работы во всей Конохе, Хатаке Какаши, был абсолютным профаном в командной работе. Ну, по крайней мере, не в бою. Или во время миссий. Но здесь и сейчас? Когда на кону стояла его собственная жизнь? Как же это похоже на Какаши-сенсея — так наплевательски относиться ко всему происходящему. Посылать клона, вызывать нинкенов и попадать в передряги, когда он должен лежать в больнице… Наруто не мог перестать думать о том, что Какаши-сенсей уже однажды умер. Не мог полностью избавиться от воспоминаний о том, что его чакры просто не было там, где она должна была быть, словно в мире появилась зияющая дыра. Наруто ни за что не позволит этому случиться снова. Пока они тащились в штаб-квартиру Корня Саске не проронил ни слова. Один из псов Какаши-сенсея объяснил, где находился вход и как попасть внутрь, и благодаря глазам Саске они быстро во всём разобрались. С Курамой Наруто даже не нужен был фонарик: его плащ из чакры напоминал миниатюрное солнце, что здоровски помогало им ориентироваться в тёмных коридорах, даже если при этом он разрушал все их шансы остаться незамеченным. Впрочем, Наруто это вполне устраивало: гораздо проще было избить врага, когда тот пытался убежать. Кроме того, это позволяло ему ощущать сигнатуры чакры любого, кто находился поблизости. Пока что он чувствовал только Саске, а также отголоски старых печатей по всему зданию. Честно говоря, от этого у него мурашки бежали по коже. Это место было штаб-квартирой Корня — в этих коридорах дрались и убивали друг друга дети. Было трудно представить здесь Какаши, Сая или Ямато, но он всё равно попытался. Было ли им страшно, когда они впервые сюда попали? Наруто поёжился. Его детство вовсе не было безоблачным, но, по крайней мере, ему не приходилось убивать людей. «Может, хоть так на тебя обратили бы внимание», — проворчал Курама, но Наруто проигнорировал его. Он оставил старые обиды позади, и неприязнь, которую он все ещё испытывал к жителям деревни, было легко подавить. — Где же этот клон Какаши? — пробормотал Саске. — Разве он не должен быть здесь, внизу? Наруто пожал плечами. — Дай-ка я проверю, — он закрыл глаза. Клонов было труднее найти, чем людей, ведь у них не было своего источника чакры — только то количество, которым наделил их создатель. Их эмоции тоже было сложнее ощутить, потому что эти эмоции были гораздо более плоскими, без нюансов или глубины реального человека. Тем не менее, спустя всего минуту он заметил мерцание впереди. — Уже совсем близко. Хотя я не уверен, что это он, — добавил он, давая Саске понять, что нужно быть настороже. Саске фыркнул, но кивнул и приготовил меч. Потребовалось ещё несколько минут ходьбы по пыльным коридорам, прежде чем Наруто смог с уверенностью сказать, что впереди была чакра Какаши. К тому времени клон тоже их почуял и перестал отдаляться. Более того, он как будто застыл на месте. Наруто занёс кулак и вбежал в комнату, где находился клон, собираясь сделать то, что так давно намеревался — спасти Какаши-сенсея от истощения чакры, а себя — от головной боли. Однако вместо Какаши он обнаружил совершенного незнакомца, который с воплем отскочил от него и прицепился к потолку. — Наруто, ты что творишь?! — сказал незнакомец голосом Какаши-сенсея. Наруто уставился на него. У человека, который, как настаивал Курама, действительно был Какаши-сенсеем, была копна волнистых каштановых волос, сероватые глаза, странные фиолетовые отметины на щеках и очень, очень неприкрытое лицо. — Лицо, — запинаясь, пролепетал Наруто. — У вас… э-э… у вас есть лицо, — он ткнул в него пальцем. Клон немедленно покраснел и ощупал своё лицо. — Это… э-э-э… я… Саске на полном ходу влетел в комнату, широко раскрыв глаза и активировав шаринган. — Что случилось? Кто-то напал… — он замер, заметив клона. Его глаза почти незаметно расширились. — А-э-э, хенге! Это всё хенге! — выпалил клон, спрыгнув с потолка на корточки. Позабыв о прежней решимости, Наруто пристально на него посмотрел. У клона было привлекательное лицо, даже со странными фиолетовыми отметинами. И выглядело оно немного знакомо… Саске открыл рот, чтобы что-то сказать. По какой-то причине его щёки залил румянец. — Секундочку… — Наруто поморгал. — Я вас уже когда-то видел! Клон перепугано выпучил глаза. На лбу у него выступил пот. — Вы тот самый фотограф! — воскликнул Наруто, задыхаясь от возмущения. — Это всё время были вы! Саске нахмурился. — Какой фотограф?.. — внезапно он широко распахнул глаза и рывком повернулся к клону. — Ты тот АНБУ! Сукеа! — Ой-ёй, — это всё, что клон смог сказать в своё оправдание, прежде чем снова отступить в безопасный угол потолка. — Хотите сказать, мы весь день пытались увидеть ваше лицо — настоящее лицо, — а вы всё это время были у нас перед носом и… запутывали нас? — Э-э… давайте лучше сосредоточимся на миссии, — клон поднял руки в примирительном жесте. — Это очень важно… — К чёрту миссию! Мы не потерпели неудачу, вы нас подставили! Гр-р-р! Готов поспорить, это вы заставили Акамару прыгнуть перед камерой! — желание врезать клону в лицо вернулось с новой силой. — Вы всё это время были переодетым Какаши-сенсеем! Он не заметил, как Саске нахмурился и тихо пробормотал: «Это не хенге…». Вместо этого Наруто бросился на клона, но внезапно Саске метнулся вперёд и остановил его. — Успокойся, идиот! Клон прав — сейчас нам надо беспокоиться о более важных вещах, чем нелепые розыгрыши, — прошипел Саске. — Кроме того, он может помочь. Клон выглядел слегка удручённым. — Мне показалось это забавным. — Ты что, не понимаешь? Мы могли бы увидеть лицо Какаши-сенсея, если бы он тогда не вмешался! — Наруто снова ткнул пальцем в клона, чьё лицо подозрительно покраснело. Наруто запустил руки в волосы, рыча от досады. В тот момент, когда он повернулся к ним спиной, Саске с клоном переглянулись. Саске иронично приподнял бровь, что не совсем сочеталось с румянцем на его щеках. Клон бросил на него умоляющий взгляд. Саске вздохнул, закатил глаза и одними губами произнес что-то подозрительно похожее на «ты мне должен». Клон облегчённо выдохнул. К счастью, им не пришлось лгать, когда Наруто повернулся обратно и глубоко вздохнул. — Ладно. Ладно, Какаши-сенсей, я прощаю вас просто потому, что вы клинически невменяемый. — А-э-э… Не обращая внимания на грустные глаза клона. Наруто продолжил: — Нам надо тщательно здесь всё осмотреть. И вообще, зачем вы замаскировались? Вы, это, инго… инкони… инкогнито? Клон снова спрыгнул с потолка и провёл рукой по волосам. — …Да. Точно. Я здесь инкогнито. Нельзя же, чтобы Хокаге рыскал вокруг штаб-квартиры АНБУ, да? Наруто не понял. — Разве так не было бы проще? Они же не могут вас прогнать. — Так вот почему ты хочешь быть Хокаге? — Саске закатил глаза. — Эй! Заткнись! — воскликнул Наруто, краснея. Курама захохотал в его голове. — Нет, не поэтому! И вообще, у нас есть дела поважнее, верно? Вы! — он указал на клона. — Вы здесь уже давно околачиваетесь. Что вы нашли? В одно мгновение тон разговора сменился на серьёзный. Наруто мысленно похвалил себя за хорошую работу и выжидающе посмотрел на клона. Сукеа-Какаши прокашлялся. — Ну, поначалу не очень много. Но здесь… — он кивнул на стену позади него. — Саске, ты, наверное, сам видишь… Наруто приподнял бровь. На вид самая обыкновенная стена. — Здесь что, какая-то потайная дверь? — догадался он, проходя мимо Какаши, чтобы осмотреть её. Она выглядела такой же серой и унылой, как и любая другая стена. — Она скрыта за гендзюцу, — внезапно сказал Саске, пристально всмотревшись в стену. Наруто ахнул. Теперь и он это почувствовал — он так отвлёкся на клона Какаши, что не заметил тонкую нить чакры, проходящую через комнату к двери. А за ней скрывалось… что-то ещё. Саске шагнул вперёд и легонько постучал по ней пальцем. Изменение произошло почти мгновенно: тени рябью пробежали по стене, стекая вниз, как дождь по стеклу, и оставляя за собой обычную дверь. — Да… Это определённо потайная дверь, — заключил Какаши. — И кто-то недавно здесь был. Воздух тут пахнет иначе, чем в других комнатах. Наруто напомнил себе не недооценивать поразительное обоняние Какаши-сенсея и встал позади Саске. — И что теперь? Мы ведь зайдём внутрь, да? Саске фыркнул. — Шутишь? Потайная комната в штабе Корня, который сам по себе засекречен? Это точно убежище Лиса. — Ну, может быть… — пробормотал клон Какаши, — но раз уж мы здесь, можно и проверить. Саске, ты видишь ловушки? — Кажется, нет, — медленно произнёс Саске. Для Наруто этого было достаточно. Он протиснулся мимо Саске и толкнул дверь. К счастью, она была не заперта, и он не врезался головой в стену. Как только Наруто переступил порог, он почувствовал укол тревоги. Что-то было не так… Саске и клон уже шагали за ним. Наруто в ужасе повернулся к ним. Что-то было очень, очень не так в этой комнате. — Подождите… — начал он, но всё, что он собирался сказать, застыло у него на языке, когда на полу и стене вокруг него загорелись ослепительно яркие линии, пробудив огромное количество чакры. Это была печать. Наруто успел увидеть изумленное выражение лица Саске и встревоженное клона, как вдруг мир вокруг утонул во вспышке пламени и звука. Он не чувствовал ничего, кроме страха, жара и боли. Затем что-то большое и когтистое обернулось вокруг него — чакра Саске, полная стремления защитить, бок о бок с чакрой Курамы. Постепенно мир снова начал обретать смысл — вплоть до того момента, когда он поднял глаза и увидел над собой тёмное, затянутое тучами небо. Когда капли дождя начали стекать на его обожженное лицо, Наруто понял, что печать разнесла штаб Корня в пух и прах.
