Один из поводов завязать с писательством.

      — Стэн, я давно знал, что это случится. Оставалось только дождаться, когда Эрик окончательно выйдет из себя, но мне было до лампочки. Как, впрочем, и сейчас. Меня больше заботит, почему мы не будем выступать против Денвера в следующем месяце. Ну и что будет на обед…       — ЧТО? Мы не будем играть? Почему? ТЫ НЕ МОГ СКАЗАТЬ ОБ ЭТОМ РАНЬШЕ?

***

      Если бы в школе стояла гробовая тишина, ну, или будем реалистами, просто шел урок, может быть этот ужасно громкий крик парней кто-нибудь, да услышал. Но сейчас была вторая перемена, поэтому фраза растворилась так же быстро, как «нежная кремовая» пенка в самом дешманском растворимом кофе; обычно такой висит около кассы в дурацких пакетиках и надеется, что проходящий мимо студент или кретин, иногда это одно и то же, клюнет на, как ему кажется, выгодное предложение и возьмёт себе пару пакетиков этого крашеного цемента.       Парни не могли поверить в это: сначала Картман, а теперь они не надерут в сотый раз этим городским зазнайкам их городские задницы.

Либо это проклятье, либо наглый фейк.

      Баттерс, всё это время стоявший тихо и наблюдавший за всеми со стороны, поправил снова съехавшую набок повязку и немного пригнулся, чтобы его слова вдруг не услышал кто-то посторонний.        — Пацаны, получается, мы не будем играть? А почему? На днях же нас поставили против них… —  чуть-чуть осунулся, сделав голос потише. —  Мы что... В пролёте?        — Баттерс, не трави хотя бы ты душу, Токен вот вякнул чушь, пусть теперь сам и объясняется. — Крэйг покосился на друга. —  Токен, мать твою, ты оторвёшься от своего ёбаного телефона сегодня? Хули нас турнули, можешь сказать?       Токен, закатив глаза, выпрямился, словно он собирается читать свою давно написанную и подготовленную речь по случаю вступления на должность второго чёрного президента Соединённых штатов.        —  Вы не читали сегодняшний выпуск? Хм, я думал, вы уже в курсе, поэтому не стал давить на больную мозоль. Раз такое дело. —  Он быстро начал что-то искать среди вкладок на своём смартфоне, затем открывает нужную и показывает.        — Вот, в рубрике «спорт». Посмотрите.       Экран содержал следующую информацию:

«"Коровы остаются в стойле." Южный парк не будет играть против Денвера: об этом нам сообщает сам директор образовательного учреждения Южного Парка — ПК Директор. Причины такого заявления вы сможете узнать из его интервью на стр. 7»

      Когда это было прочитано, Токен убрал телефон в карман и решил продолжить.        — И вот я пытался прочитать это тупое интервью и увидеть какие же там могут быть причины. Дочитал только до того момента, как ПК Директор заявляет, что отказ от матча — вынужденная мера. А почему она вынужденная... — в его голосе уже было слышно лёгкое раздражение, —  я узнать не смог, точнее сказать, не успел — меня отвлекли устроенные вами грёбаные петушиные бои. Найдите на сайте новость и узнавайте сами, я рассказчиком выступать не собираюсь. —  Он открывает свой шкафчик, достаёт оттуда форму для физкультуры, захлопывает дверцу и, перед тем, как уйти, говорит.        —  До конца перемены осталось минут пятнадцать, так что советую уже идти переодеваться на физру, пока и её не отменили. Увидимся уже в зале.        — Точно, физра. Забыл. Забыл! —  Испуганно протараторил Баттерс.        — Ой, ребята, а я форму с собой не взял, что же делать? За её отсутствие точно поставят двойку. А я не хочу опять сидеть под домашним арестом…       Стэн закатил глаза от очередной глупости блондина.        — Баттерс, дебил, у тебя рука сломана. Тебе нельзя заниматься, пока не заживёт и справку не принесёшь. Всё,  —  открывает шкафчик, берёт форму. — Я пошёл, мне ещё надо зайти перед уроком к мистеру Майки. Забыл совсем об этом. Если опоздаю, предупредите учителя. Ладно?

***

      Кабинет школьного психолога находился далеко от спортзала, поэтому Стэну, чтобы успеть всё сделать вовремя и не опоздать на урок, пришлось не идти до его кабинета, а бежать, держа в руках тяжёлую спортивную сумку с формой, и из-за этого парень случайно кого-то задел плечом.        — Блять.       Он решил обернуться, чтобы посмотреть на того, кого только что сбил. Это оказался какой-то неприметный пятиклашка, низкий для своего возраста и почему-то его лицо показалось Стэну знакомым, хотя до этого они не общались вовсе, наверное. Странно. Из-за парня, школьник уронил на пол свой рюкзак, который, по какой-то причине не был закрыт, поэтому из него высыпалось всё, что вообще можно хранить в школьном портфеле.        — Прости, пацан, сейчас. — Заметив краем глаза, что пацанчик его побаивается, да так, что намеривался тут же свалить, поджав хвост, он искренне недоумевает. — А вещи свои ты отдаёшь на благотворительность? Куда попёр?       Чтобы не быть козлом, Стэн садится рядом с ним на корточки и помогает собрать всё обратно.       «Теряю бесценное время на херню, угораздило же меня, дебила.» - думал в это время Стэн, раздражаясь всё сильнее с каждым движением, от чего они становились всё более резкими и рваными, - «Осталось десять минут, а Мистер Майки, я уверен, раздует из полной фигни целую лекцию, из-за которой я не успею на тупой урок, а потом у меня точно будут неприятности. Вроде бы всё. Потрясающе.»       Отдав последние школьные принадлежности мелкому пездюку, Марш срывается с места, и, словно он участвует в забеге с препятствиями, налету перепрыгивает окружающий его мусор, которого было слишком много, как если бы на территории школы снова развязалась война эльфов и людей.       «Но думать об этом мне некогда, осталось минут 7 до начала, может даже, если повезет, успею.»       Наконец добежав до заветной двери, Стэн останавливается и переводит дыхание. «Забег был достаточно долгим.» Проносится в его мыслях и, отдышавшись, он делает пару шагов, кладёт ладонь поверх ручки, поворачивает. И…        — Какого ляда, блять? — закрыто. — Серьёзно, что ли, ебать? Закрыто? Вот замечательно. — добавив с сарказмом. — Как день может стать ещё хуже?       Отпустив дверную ручку и отойдя к рядом стоящим стульям, достаёт из кармана джинсов телефон и смотрит на время.       «Жду ровно две минуты и ухожу.»       Чтобы не отвлечься и не простоять больше, решает убрать телефон обратно, но ему вдруг приходит сообщение от Венди:

«Я узнала, что тебя вызвали к школьному психологу. Нужно поговорить. После урока физкультуры не задерживайся, буду ждать в кабинете информатики.»

       —Ну вот откуда она всё это узнаёт, а? Раздражает. У неё вся школа в шпионов играет? — не став отвечать из чистой неприязни и к ситуации, и к ней, Марш выключил телефон и резким движением убрал. — Ну я уже достаточно подождал.       Собираясь уже уходить, он разворачивается и поднимает сумку с пола, но в этот же момент дверь распахивается, будто её не открывали с той стороны, а толкнули ногой, и Стэну чуть не прилетает по башке.        — Будь аккуратней, Стэн, а то больного в этом гадюшнике станет на одного больше... — это же… тот пацан из класса Джимми… Как его там?        — И не поздороваешься? Как невежливо. Мистер Майки освободился. Если тебе так нравится пялиться на меня, можем встретиться после уроков. — Нейтан повернулся к выходу. — Скажу сразу, я обычно жду две минуты, но могу сделать для тебя исключение и подождать четыре, до встречи.       «Нельзя такое говорить про инвалидов, но от этого у меня…» - он поёжился. - «Мороз по коже.»       Стэн решает, что глупо стоять столбом и дальше он не собирается, поэтому подходит к уже успевшей надоесть за сегодня двери и заходит в кабинет.        — Мистер Майки, вы хотели меня видеть? — говорит это и затем присаживается перед психологом. — Можно побыстрее? Скоро урок, я не хочу опаздывать.       Кабинет школьного психолога уже не казался самой большой свалкой. Всё вокруг было чисто, на полках стояли книги по работе с детьми, кое-какие даже были по школьным предметам. Единственное, что могло бы смутить - это огромного количества школьных журналов и стопок бумаг, лежавшие прямо на столе перед самим психологом.       Мистер Майки, выглядевший неважно, перевёл свои вечно уставшие щенячьи глаза от документов на парня и в ту же секунду оживает, поспешными движениями убирая бумаги, над которыми только что работал, в верхний ящик стола. Затем приглаживает ладонью редкие волосы на голове, поправляет галстук и приветствует ученика.       — Здравствуй, Стэн. — говорит он монотонно и мягко, — Спасибо, что зашёл. Мы знаем, что произошло, м-понятненько? М-понятненько, да? И совет учителей решил, что с этим должен разобраться ты. Ясненько?

"Ну это уже ни в какие ворота!"

      Казалось, что всё растущее, как на дрожжах, внутри Стэна раздражение, скоро станет размером с детище его отца, может, даже превзойдёт его. Морщины на лбу парня, не пропадающие весь этот чёртов день с лица, стали ещё больше и глубже, чем напоминали складки на животе его сестры. От этой ассоциации, он разозлился ещё больше. Тут же подрываясь с места, одним прыжком достигает стола психолога и с гневом смотря его глаза, говорит.       — Мистер Майки, почему вы скидываете на меня эту херню, я никак с этим не связан! Вы думаете, мне есть время здесь сидеть и выслушивать этот бред? Вы думаете, я буду заниматься этим? — уже перейдя на крик. —Нет, я не буду. Ищите козла отпущения дальше. Разворачивается к выходу, кладёт руку на дверную ручку, как его окликает психолог.       — Стэн, администрация не хочет допустить того, чтобы этот случай повлиял на репутацию школы. М-понятненько? — далее добавив в голос твёрдые нотки, — Стэн, если ты не уладишь этот вопрос мирно и тихо, до того момента, как это попадёт в телевизор — тебя обвинят, не без помощи Совета, во всех грехах.       Парень параллельно с этим уже открывал дверь, но, услышав последние слова психолога, застывает, и страх берёт над ним верх. Что было понятно по его глазам. Замечая это, Мистер майки уже довольно тихо, почти шёпотом, но не убирая твёрдость из голоса, спрашивает.       — Ты ведь не хочешь этого? Не хочешь лишних проблем? — он встаёт со своего места, подходит к мальчонке, захлопывает рукой дверь, и, смотря сверху вниз, продолжает. — Их и не будет, Стэнли… Их и не будет, если ты окажешь нам всем услугу.       Ученик не узнавал своего учителя. Даже привычного повтора-вопроса не было. Острый, серьёзный и такой холодный чужой взгляд из-под очков разрезал его душу, словно лезвие самой лучшей катаны, резал и пугал, пробирал до мурашек. А тишина, став максимально неловкой, клубилась и давила на бедного мальчика. Ему вдруг стало очень душно, он, наверное, никогда ещё в своей жизни так не боялся кого-то, как нового Мистера Майки. Он вообще никого до этого не боялся. Его сумка выступила в роли щита-барьера, вцепившись в неё как можно сильнее, мальчик прижал её к груди, всё никак не мог набраться решимости попросить психолога отойти и отпустить его — перемена давно закончилась, его ждут. Ему надо уйти как можно скорее и как можно дальше от этого ужасного места. Вдохнув полной грудью, на одном дыхании выпалил:       — Мистер Майки, мне пора, откройте дверь!       Чужие брови, ранее не двигавшиеся, сместились к переносице, нахмурившись.       — Стэнли, я отпущу тебя при одном условии…, — не убирая руку с двери и не разгибая спину, Мистер Майки садится на корточки перед своим учеником. Этот взгляд, прошибающий у мальчишки холодный пот, оказался уже почти на одном уровне с его собственным, застывшим от нахлынувших чувств, — Что ты пообещаешь мне решить, на самом деле, не мою проблему, а свою. Ведь, — он поправил очки, неотрывно смотря всё это время ученику в глаза, — Если что, мне ничего не будет. А вот ты — пострадаешь. Ты, сестра, которая тоже здесь учится, не забывай про отца и мать. Все вы понесёте груз ответственности. Пообещай мне, что ты решишь проблему. И тогда дам тебе уйти.       Мальчик не мог разорвать зрительный контакт, он, как и его ноги, застыли, примёрзли к полу и, как бы он не пытался, не мог расцепить челюсти, чтобы ответить, словно они были склеены.       Наконец, спустя пару минут гнетущей тишины, казавшиеся мальчишке бесконечными, он опустил голову и, обретя слабую смелость, прошептал.       —Хорошо… Обещаю. Отпустите.       Мистер Майки поднимается, убирает руку с двери и с лёгкостью меняет выражение лица на более привычное, словно надев маску или, наоборот, сняв её. Отходит на пару шагов в сторону, пропуская парня.       — Иди. Не подведи меня и школу, которой ты обязан.