Почему форумы не помогают раскрепоститься и нужно брать все в свои руки

Природная скромность и Накаджима Ацуши — синонимы, настолько приросшие друг к другу, что при слове «скромность» сразу в головах людей всплывал образ парня-оборотня. Туда же в копилку зажатость, неуверенность, нелюбовь к себе и остальные комплексы и страхи. Ацуши прекрасно понимал, что эти качества ничего хорошего ему в жизни не принесут. Вступая в отношения со своим наставником, он боялся, что эти качества могут все испортить или разрушить. Дазай был терпеливым, чутким и нежным. Аккуратно вел его по дороге отношений, ничего не требовал и не делал ничего такого, что могло бы смутить Накаджиму. Единственный раз, когда с его губ сорвалось рисковое «Давай жить вместе», Осаму уже хотел было извинятся за то, что напирает на него и торопит события, но Накаджима пробормотал скромно, пряча горячее лицо в ладонях, что согласен. Совместная жизнь шла на пользу Накаджиме, но все равно он оставался скромным, неуверенным и зажатым. Боялся проявить активность, боялся попросить большего, чем дают. Скромно ложился на своей стороне кровати и так был счастлив, когда его в ту же секунду притягивали в родные объятия, не позволяя спать никак иначе. И так боялся, что в один момент не притянут. Из-за того, что он не проявляет подобного в ответ. Ацуши настолько загнал себя на этой мысли, что уже какой день шерстил интернет-форумы на тему, как пересилить неуверенность в себе и раскрепоститься. Это казалось глупым и таким нужным одновременно. Вот и сейчас он сидит на диване, склонившись над экраном ноутбука, постоянно смотря по сторонам, чтобы Осаму не увидел, что он читает. Все советы на форумах уже давно казались бессмысленными и неработающими, по крайней мере в его случае. Он читал комментарий за комментарием, не понимая, зачем он продолжает это делать. Прервал его поцелуй в макушку. — Что читаешь? — спросил Осаму, вставая взади него, опираясь о спинку дивана. — Да так, бессмыслица какая-то, — Ацуши быстро закрыл вкладку, поворачиваясь лицом к возлюбленному. Осаму легонько поцеловал его в губы, вызывая смущение на юношеском лице. — Ага. Я в душ, не хочешь со мной? — лукаво произнес Осаму, заигрывающе смотря в фиолетовые с янтарным отливом глаза. — Я.Ох, я… Это… — кажется, от смущения Накаджима начал задыхаться. — Эй, я не настаиваю, — легкий поцелуй в нос. — Выдохни, любовь моя, — Дазай отправился в ванную, кокетливо подмигнув прежде чем закрыть дверь. Ацуши выдохнул, но это был не отнюдь выдох облегчения. Он залез с ногами на диван, тут же обхватывая их руками и утыкаясь коленями в лицо. Он снова ничего не сделал. А ведь он старается! Он пытается, он читает эти треклятые форумы в надежде найти «Святой Грааль», что поможет ему и будет решением всех проблем. Но если бы в жизни было все так просто! И как Осаму терпит его? Они уже живут вместе, делят во всех смыслах одну постель, но Ацуши стесняется и зажимается, будто их отношениям всего неделя. Сидя на диване, пряча лицо в коленях и выдыхая, ничего не сделаешь. Интернет, в котором Накаджима надеялся найти спасение, тоже не помог. Пойти бы к психоаналитику со своей проблемой, чтобы заодно разобраться с остальным багажом эмоциональных проблем, да это вызовет вопросы со стороны друзей и беспокойство Осаму. Ацуши поднял голову и с некой грустью посмотрел на закрытую дверь ванной. Внутри, под слоем своих страхов и зажатости, он чертовски хотел ответить на предложение Осаму утвердительно и присоединиться к нему. Казалось бы, чего стоит, они уже на таком уровне отношений и доверия, что это казалось естественным, но… Все дело в его страхах и комплексах! Ацуши встает с дивана и подходит к двери, не решаясь открыть. По внутренним ощущениям между ними вовсе не закрытая дверь, а огромная не пересекаемая пропасть. К черту эти форумы, к черту это все, думает Ацуши. Если он хочет, то почему должен зажиматься и идти в убыток себе? Осаму не раз ему говорил, что будет все, что его душе угодно, стоит тому пожелать. Собираясь с силами, он все же открывает дверь и входит внутрь, тут же закрывая за собой. В ванной шторке отчетливо виден силуэт Осаму, который из-за шума воды явно не слышал, что кто-то вошел. Накаджима выдыхает. Уже поздно давать заднюю и он слегка подрагивающими руками снимает одежду, раздеваясь догола. Легкой поступью подошел к бортику ванной. Неуверенно схватился за шторку, нервно сжимая ее в руках. Движение шторы заметил Дазай и наконец разглядел сквозь нее силуэт своего возлюбленного. — Ацуши, что-то случилось? — Нет, ничего, — выдохнул парень, отодвигая штору и все так же неуверенно смотря на Дазая. — Могу я присоединиться? — Конечно, не смею отказываться! — звонко ответил Дазай, приятно удивляясь. Он подал руку, приглашая, и ощутил легкую дрожь, когда Ацуши вложил свою руку в его, забираясь внутрь. Струя горячей воды поначалу обжигала, но не так, как чувство стыда и скованности внутри. Осаму гладил большим пальцем его руку, которую так и не отпустил, успокаивая. Осаму не стал спрашивать, почему Накаджима вдруг передумал и решил присоединиться к нему. Ацуши всегда был для него как открытая книга и сейчас, как и раньше, Дазай всё прекрасно понимал. Легкое прикосновение к талии, едва касаясь ее подушечками пальцев, молчаливо спрашивая разрешения. Ацуши кивнул в ответ и Осаму обнял его за талию, прижимая ближе к себе. Накаджима тут же густо покраснел. Прикосновения мокрых обнаженных тел, такой интимный момент, что и слова говорить не хотелось. Ацуши положил руки на грудь мужчины, неловко заглядывая в глаза напротив. Дазай улыбнулся ласково, как улыбается только Накаджиме, и поцеловал его, непринужденно, неторопливо, не заходя дальше. Пальцы парня-тигра ожидаемо вплелись ему в волосы, запутываясь в каштановых прядях. Дазай же притянул его к себе вплотную, обнимая за спину. Когда воздух кончился и они отпрянули друг от друга, Ацуши тут же уткнулся носом в чужое плечо. Осаму усмехнулся, утыкаясь в белую макушку и успокаивающе поглаживая по спине. — Люблю тебя, — тихо, шепотом, ласково. Ацуши трется носом о плечо возлюбленного, словно кот. — Я тоже люблю тебя, — поцелуй в плечо. Еще один, а за ним и последующий. Череда поцелуев идут выше и переходят на шею. Осаму удовлетворенно выдыхает. Делал ли когда-нибудь так Ацуши раньше, Дазай не может вспомнить, да и не хочет. Главное, что происходит сейчас. Со стороны Накаджимы слышится что-то похожее на скулеж, когда Дазай спускает руку с талии на ягодицу и сжимает ее. Другая же рука детектива гладит, лаская, все, до чего дотягивается: спину, плечи, шею. Горячая вода давно не обжигает кожу Ацуши, в отличии от прикосновений его возлюбленного. Дазай притягивает его для очередного поцелуя, он уже не такой невинный, как предыдущий. Несдержанно, страстно, они постоянно сталкиваются носами и у них не получается не причмокивать в процессе. Руки Дазая блуждают по всему телу тигра-оборотня, не оставляя без прикосновений ни дюйма любимого тела. Ацуши дрожит, стонет в поцелуй и неосознанно трется пахом о чужое бедро. Все это чертовски заводит Дазая. Оторвавшись от очередного мокрого поцелуя, Дазай трется носом о нос Накаджимы и произносит: — Прости, но я чертовски хочу тебя, — от этой фразы Ацуши становится еще краснее, хотя, казалось бы, куда еще больше? — Давай хотя бы не здесь, — просит Ацуши, и детектив не в силах ему отказать. Выключить воду, наспех вытереть полотенцем себя и возлюбленного, а затем, подхватив Накаджиму на руки, быстро отправиться в спальню. Дазай не может терпеть, поэтому уложив свою ношу на кровать, сразу лезет за смазкой, раздвигая тонкие ножки в стороны. Ацуши краснеет, тяжело дышит и дрожит от возбуждения, с помутненными глазами смотря на то, Осаму располагается между его ног и наносит на пальцы смазку. Закусывает губу, когда в него проникает палец. Осаму целует колени и кусает внутреннюю сторону бедер, разрабатывая парня. На втором пальце Накаджима выгибается, насаживаясь глубже. Просит быстрее покончить с этим и быстрее войти в него, и Дазай точно подобного от своего Ацуши ни разу не слышал. — Нетерпеливый, — буквально рычит брюнет, быстро вытаскивая пальцы из парнишки и смазывает себя, — Ну и как тебе отказать, а? — схватив за ягодицы, резким движением тянет к себе вплотную, скидывая с подушек спиной на одеяло. — Не пожалеешь, что так быстро закончили с растяжкой? — лукаво, вскинув бровь. Ацуши хмурится, хватает за шею, притягивая ближе, вплотную к себе и прежде, чем поцеловать, отвечает уверенное: «Нет». Дазай ухмыляется в поцелуй, толкаясь внутрь до упора. От резкой боли Ацуши шипит и кусает его в губу. — Эй, все нормально? — обеспокоенно, Дазай не смеет и движения сделать больше, пока Ацуши не даст согласия. — Да, да, — жадно хватая воздух, ответил Ацуши. — Просто неожиданно. Все в порядке. — Точно, малыш? — поцелуй в ключицу, который скорее для успокоения Дазая, чем его пары. — Я могу продолжать или мне… — Продолжай, — Ацуши заключает лицо напротив в чашу своих рук. — И не останавливайся. И Осаму не останавливается, он буквально втрахивает тело под собой в матрас, которое так активно отвечает, подаваясь бедрами навстречу движениям и руками прижимает ближе. Ногти у Накаджимы ничем не хуже тигра оставляют на спине мужчины глубокие царапины, на что Дазай не жалуется и не посмеет пожаловаться в будущем. По комнате разлетаются звуки шлепков при толчках, да пыхтения. Ацуши не издает ни звука, точнее ему не дают этого сделать: Осаму целует его страстно и требовательно, отрываясь только для восполнения кислорода в легких. После таких активностей им снова придется принимать душ, да и кровать желательно перестелить будет. Дазай сжимает мягкие ягодицы до синяков, меняя угол проникновения и входя быстрее, за что получает череду новых царапин на спине и кровавый укус в плечо. Он никогда не скажет это Накаджиме, но тому чертовски идут красные следы крови на губах и однажды Дазай попросит его накрасить их самой яркой красной помадой, которую только найдет. Он точно не против, чтобы Ацуши одарил его губы и тело парой поцелуев, оставляя после себя красные следы везде, где посчитает нужным. Ацуши кончает спустя пару толчков, прижимаясь вплотную к Осаму и зажимая его изнутри, отчего тот кончает следом, выходя из возлюбленного и пачкая его бедра своей спермой. Вид извращенно-красивый и Осаму обязательно бы пошло пошутил, но не хочется. Сил хватает только на то, чтобы откинуться на бок, прижимая к себе такого же обессиленного Накаджиму и заключить в объятия, оставляя поцелуй на лбу. Ацуши определенно смущает его нагота, но он старается этого не показывать: ворочаться и доставать из-под них одеяло совершенно лень. Он лишь прикрывает глаза, расслабляясь от прикосновений и поглаживаний Дазая. Тот ласкает его, проводят ладонью от спины по осиной талии до ягодиц и обратно. — Ацу-чан, — протянул Дазай, от чего Накаджима открыл глаза и посмотрел на него. — Скажи пожалуйста, для чего ты читал эти глупые форумы? Ацуши замер. Черт, кажется его все же спалили! А он так надеялся, что никто, а особенно его возлюбленный, не увидят, что он так старательно вычитывал в интернете. — Ну… я… как будто ты и сам не понимаешь, — пробурчал парень, не собираясь оправдываться. — Ага, к моему счастью, мне удается разгадывать, какие глупые мысли ты мог напридумывать себе в своей голове, — Дазай накрутил на палец одну из белых прядей. — И как, помогли? — Вообще нет, — честно признался Накаджима. — Хаа, что же тогда послужило причиной того, что ты все же присоединился ко мне в душе, если не секрет? — Ну… — Накаджима замялся, покусывая губу. — Просто… Я хотел к тебе. Вот и все. Дазай нежно поцеловал его в нос, надолго прижимаясь, не находя подходящих слов и так выражая свои чувства. — И как ты меня только терпишь? — спросил Ацуши, улыбаясь. — Мне кажется, это моя фраза, солнце, — усмехнулся Осаму. — И с чего ты взял, что это вообще проблема? Я люблю тебя и не сделаю или не потребую ничего, что тебе не хочется или что за рамками твоего комфорта. Не стоит об этом переживать. Со временем вся твоя неуверенность и скованность уйдет. — Ты уверен? — с надеждой посмотрел на него Ацуши. — Конечно, душа моя! Я же всегда рядом. Говори только мне, что тебя беспокоит, а не ищи ответы на глупых форумах. — Спасибо, — чмокнул в благодарность. — Я постараюсь быстрее раскрепоститься. — Но если не получится сразу, ничего страшного. Мы никуда не торопимся. Ацуши еще раз поцеловал Осаму, устраиваясь в его объятиях удобнее. Столько переживаний и самоистязаний, а стоило лишь всего залезть с Дазаем под душ. В слив ванной ушла не только вода, но и часть его душевных проблем.