Дайте мне руку

      – Одзаки-сан, – неожиданно тянет Зеницу. Он делает растяжку – одно из упражнений послетренировочной заминки, – когда внезапно вскидывает голову и смотрит на Одзаки-сан честными глазами, полными искреннего любопытства.       – Да, Агацума-кун?       Клинок ничирин Одзаки-сан очень красив – нежно-голубой, с овальной узорчатой цубой и плывущими по стали игривыми, изящными облаками. Она не задумываясь взмахивает катаной, словно по привычке стряхивая с лезвия несуществующую грязь и капли крови, а после механическим движением задвигает ее в сая.       – Почему у вашего Стиля нет преемника? Да, у вас всего одна рука, и вы хромаете, но это не мешает вам раскидывать нас всех как котят! Ваш Стиль точно должен быть кем-нибудь унаследован!       Одзаки-сан поджимает губы, но после растягивает их в вымученной улыбке. Зеницу дергается и замирает, понимая, что ляпнул что-то не то, но Одзаки-сан не выглядит злой или расстроенной.       Ее мелодия звучит все так же размеренно, но в ней слышится какая-то неправильность, словно кто-то немножко фальшивит.       – Я пробовала, – честно признается Одзаки-сан и поправляет задравшийся воротник хаори. Она мягко смотрит на Зеницу в ответ и неловко улыбается самыми краешками губ. – Но у меня совсем не получилось. Все ката Стиля Небес основываются на владении двумя клинками, а тут, – Одзаки-сан шевелит обрубком руки и пожимает плечами, словно ее это вовсе не волнует, – сам понимаешь.       Зеницу слышит – в голосе Одзаки-сан звучит глухое признание в собственном бессилии.       Он замолкает и ни с кем не разговаривает весь оставшийся день.       Зеницу почему-то стыдно.