Runaway

Крупные капли слез медленно стекали с бледных щек и падали на белую ткань, оставляя узор из пятен. Дрожащие руки держали тонкую иглу, которая вела красную нитку. Крестик за крестиком и вот один цветок камелии красиво красовался на ткани, усыпанной слезами. Девушка не знала от чего слезы застилают ее взор и мешают красной нити продолжить ход, однако это не останавливают бледные руки. — крестик за крестиком… «Побег, но что потом? Может остаться здесь? Если не буду сопротивляться, то может смерть быстрее обнимет меня?» В следующую секунду палец начал кровоточить от того, что Нэнэ укололась и довольно сильно, но она не заметила это. Стремительно алая жидкость начала пачкать камелии, делая их будто живыми и настоящими. — ох нет…теки обратно… Тяжело вздыхая, шептала красноглазая, наблюдая за тем, как кровоточит ее рана. Как вдруг ее глаза закрыли ледяные руки и начали шептать морозным голосом. — угадай кто~ — Цукаса? — правильно! Холодные пальцы смахнули слезы и медленно начали трогать шею, покрытую ели заметными укусами из прошлого. — что такое? Почему ты плачешь? Рядом с девушкой на колени сел брат и положил свою голову на ее колени, уже обнимая тело Яширо. Она сквозь слезы, которые еще текли, посмотрела на его шею, но там не было укуса. «Аманэ, зачем ты пришел?» — мне плохо, Цукаса…я…может остаться? Выронив свою работу на пол, она погладила его по голове, забыв про маленькую рану. — если хочешь остаться, то и я останусь рядом. Нэнэ, а ты любишь меня? — да, я тебя люблю и хочу остаться с тобой… Аманэ это ведь ты? Безжизненно произнесла девушка, но последнее так тихо, что Юги это не услышал. В следующую секунду он поднял на нее свои красивые глаза и улыбнулся. — потому не плачь, хорошо? Я обещаю наш кошмар закончится, но тогда придется окрасить наш мир в алый, сестра… — ты хочешь… — да, если мы не сбежим, то принесем его в жертву нашей любви, это станет нашим началом~ — я…согласна… Ее мутные глаза, слабые руки и измученная душа дарили ему ни ведомое наслаждение, что он готов снова окунуться в ад. Теперь ее любовь стала главной, поэтому и брат не нужен, никто кроме нее не нужен. «я утопаю и вязну, потому помоги мне»