Runaway

«Солнечный майский денек и крики. Хриплые крики о любви прикованного мальчика и женский смех. Пахнет кровью и дымом» Янтароглазый тихо сидел в углу кареты, наблюдая за теплой непонятной для него картины. Яширо, ее мама и миниатюрная горничная с косичками обнимаются и плачут от счастья. Он завидовал, ему никогда не почувствовать материнской любви и спокойно вдохнуть без страха за себя. Конечно, у него есть брат, он любил его. Раньше. Сейчас он походит на мать и это медленно избивало младшего Юги. — извините, что прерываю ваш момент, но мне нужно кое-что сказать вашей дочери, г-жа Яширо. — да, конечно. Женщина с прелестными белыми волосами и глубокими голубыми глазами подняла свой взор на него. Ее черты лица и манера речи все было идеально и отдавало теплом, в отличие от, ныне покойной мисс Юги, они у нее были острыми словно камень и глаза, они прожигали все что видели. Порою Цукаса хочет вырвать свои глаза, только чтобы ничего более не напоминало о ней. — Нэнэ, на этом мы с тобою попрощаемся и прости, что принес столько боли. Парень чуть поднялся и начал медленно двигаться к двери как вдруг его за руку схватила Яширо. — стой! М-может ты уедешь с нами? У тебя будет собственная комната и…и шоколадный торт, ты же его любишь! — Яширо, ты должна ненавидеть меня, забыла? К тому же мне нужно повидаться с братом и закончить начатое несколько лет назад. Береги себя и свою семью, я…я… Открыв маленькую дверку, он услышал пенье, до боли знакомое. — уезжайте быстрей! Он здесь! Нэнэ…забудь о нас, тебе будет легче. Он быстро выпрыгнул из кареты и приказал кучеру везти их как можно скорей от сюда и быстрей не останавливаясь. — хорошая ночь, не правда, брат? Из-за большого дерева вышел Аманэ. Он был…в зимний накидке своей матери. Красная как кровь и расшита золотой нитью словно паутиной. — и правда, просто замечательная. И так скажи, почему ты предал меня? — она здесь лишняя, только я могу быть подле тебя! Цукаса улыбнулся и отбросил револьвер куда подальше. — м? выкинул свое оружие, хорошо тогда и я так поступлю. На снег был выкинут еще один револьвер.

***

Мисс Яширо тихо гладила свою дочь по голове, успокаивая. Она уже узнала о всех зверствах и ей было…мягко говоря отвратительно сидеть рядом с Цукасой, однако этого она не показывала. — ну-ну, поспи. Тебе нужно успокоиться, помнишь? — д-да, мама. Девушка была счастлива, она наконец покинет это место и вновь придет весна, унеся с собой боль. Но воспоминания останутся и будут делать больно. Луна станет нашей могилой.