Victoria's secret

Это утро мне запомнится надолго. Я выспалась. Не то чтобы я все это время не высыпалась, нет. Сегодня мне ничего не приснилось, не было никаких видений. Совершенно нормальное утро. На дворе суббота. Выходной, то есть никакого Фенцио. Я не хотела вставать, но долг нормального человека обязывал меня почистить зубы. Конечно, я могла сделать все утренние процедуры с помощью своих способностей, но это может привести меня в апатию, или же я могу лишиться последней радости земной жизни, что перешла со мной сюда. Так что мне пришлось попрощаться с кроватью до вечера и встать. Без Мими было необычно. Не было вечного «что мне надеть сегодня?» или «Вики, может, никуда не пойдем?», где я всегда отвечала «давай», но, несмотря на это, мы все равно шли на лекции. Ни один из известных мне миров несправедлив. Проделав утренний ритуал и собравшись, я не знала, чем себя занять. Сегодня вечером мы с Аароном куда-то отправимся, но это вечером, а до него еще далеко. Я решила прогуляться до школьного двора, может, встречу там Ади или Сэми? Коридоры, как всегда, были пусты, только в этот раз в них не было слышно даже шороха. Никого. Все разлетелись по домам. Одни только непризнанные оставались в стенах этой школы, но даже их я не встретила. И, правда, как серые мыши. Дойдя до сада, я никого не увидела. Меня это и не удивило. Однако, мое внимание привлекло что-то, сверкающее между камнями. Я этого раньше не замечала, поэтому, подойдя к ним, я обнаружила, что их кто-то сместил. Приложив немного силы и магии, я отодвинула один из камней. Эта была маленькая шкатулка. Она была вся белая, но отражала лучи солнца, словно зеркало. Я пощупала ее со всех сторон, ища способ открыть ее, но все тщетно. Ее крышка была словно приварена к ней. В мою голову пришла идея: открыть ее с помощью моих способностей; но как — это оставалось загадкой. Я попыталась нагреть ее, но ничего не вышло. Тьфу, блин. Я ударила ее со всей силы, но, увы и ах, это не помогло. Вдохнув поглубже, я решила оставить этот ребус на потом. Я забрала ее с собой, чтобы спрятать в комнате. Такими темпами наша с Мими комната превратится в тайник запрещенных вещей. Погуляв немного, я вернулась в свою комнату. Спрятав шкатулку под кровать, я села на своё излюбленное здесь кресло, у меня опять появилась вечная проблема. Что делать? На часах было три. Я решила поискать в чем пойти на дружескую встречу. Пока Мими не было, ее шкаф перешел в мое распоряжение. Но даже со столь обильным содержимым я не могла найти что-то не сильно вызывающее. Поэтому мне пришлось искать в самых недрах, чтобы найти то, что Мими позаимствовала с Земли, но никогда не наденет, потому что это слишком закрыто или обычно. Мой выбор пал на классические светло-синие джинсы, футболку белого цвета, бежевый кардиган и обычные белые кеды. Как раз для дружеских посиделок. Сделав неаккуратный пучок, я села на кресло. Я поняла, что скучаю по Мими. Мне не хватало ее, но она вернется только завтра вечером.

***

Я решила сходить в библиотеку, но в ту, которая в школе. Она особо не пользуется популярностью, но мне это только на руку. Благо мне не пришлось ее долго искать. Она была полной противоположностью адской библиотеке. Она была раза в четыре меньше, чем в аду, но зато здесь было в прямом смысле все по полочкам. В ней было чисто, все было в бежевых тонах. Из-за большого количества окон здесь было очень светло. Я не знаю, что именно мне нужно, поэтому я искала те книги, где было упоминание чего-то знакомого мне. Я стала блуждать между рядами, ища какие-нибудь полезные мне книги. Спустя минут тридцать моего блуждания я нашла книгу «Видения — как дар свыше», я положила ее к себе в сумку и стала искать дальше. Но удача отвернулась от меня на этот раз. Я ничего не нашла, что мне могло помочь. Полшестого. Я решила прийти раньше назначенного времени. Водоворот вращался с необъятной скоростью, словно смерч. Но он не выглядел так устрашающе. То ли это из-за того, что я знаю, что в нем нет ничего опасного, или мне уже просто нечего бояться. Я уже здесь. Я услышала шелест травы, затем почувствовала апельсин с грецким орехом. Аарон здесь. Он вышел из-за дерева. На нем была непривычная для меня футболка, косуха и черные джинсы. Сегодня день неожиданности. Он неловко улыбнулся, увидев мой рассматривающий взгляд. — Не очень получилось. — Он подошел ко мне и предложил руку. — Почему? — Обычно, опаздывают девушки, а не мужчины. — Я положила свою руку в его и позволила ему вести меня в водоворот.

***

Когда мы приземлились, я открыла рот, чтобы что-то сказать, но, ничего не находя, закрыла его. Италия. Аарон перенес нас в Венецию. Уже был вечер, но из-за пасмурной погоды не было видно звезд и восходящей луны. Но Венеции это не было нужно. Атмосфера, что царила здесь в первые секунды твоего прибытия, окутывает тебя в свои объятья. Плавающая гондола, проплывающая под мостом, на котором мы стоим. В ней сидит влюбленная парочка, слушая, что им говорит гондольер. Признаться, я никогда и не думала, что Венеция настолько красива, даже стоя на одном месте пять минут, я успела полюбить ее. Здесь не было машин. — Почему именно Венеция? — это первый из множества вопрос, которых я хотела задать ему. — Здесь нет гор, — он посмотрел на меня улыбающимся взглядом. — Но гор нет не только в Венеции. Франция, Германия, Швейцария, в них тоже нет гор. — Аарон состоял из тайн. Даже место, которое он любит, тайна для меня. — Венеция тонет. С каждым веком вода все больше захватывает территорию. Через множество веков ее не станет, но останется ее история. Эту историю будут знать все, но еще через множество лет забудут и ее, поменяв на нечто более интересное, заменят ее придуманными фактами, из-за чего вместо Венеции останется лишь сказка, легенда. А сейчас… Я могу увидеть ее, запомнить ее настоящей. — Он слегка отпрыгнул от ограды и засунул руки в карманы куртки. — Пойдем, я хочу тебе кое-что показать. — Пойдем. — Он повел меня вниз по мосту, к стоящей рядом гондоле. Проплывая на гондоле, я смотрела на ее архитектурные постройки. Дома, театры, кафе… Здесь всё было в приятных коричнево-бежево-розовых оттенках, придавая ей дух старой Европы. Аарон сказал гребцу адрес, куда надо плыть, но я не знала, что это за место. Венеция удивительна. Минут через тридцать мы оказалась на острове Бурано. Яркие дома Бурано были раскрашены в разные цвета, от голубого до ярко-красного. По узкой дорожке ходили местные жители, совершенно не обращая внимания на эту красоту. — Почему эти дома цветные? — Этот вопрос вылетел из моего рта, совершенно незамеченным для меня. — Бурано — остров рыбаков. Существует легенда, что выпившие рыбаки то и дело захаживали к соседкам, якобы перепутав свой дом с чужим. Жены решили выкрасить свои дома в разные цвета, чтобы лишить изменников такой отговорки. — Он смотрел на дома, как будто ища там что-то или, возможно, кого-то. — Правда? — Нет, это лишь миф для туристов. На самом деле, рыбаки стали красить свои дома, для того, чтобы среди однообразных домов найти свои и швартовать к нему лодку. — Он посмотрел мне в глаза. Его взгляд мне показался расстроенным, словно… Он почувствовал ностальгию. — Откуда ты все это знаешь? По факту, я сейчас должна блистать знаниями, поскольку, я жила на Земле, а не ты. — Я прожил тут пять лет по земным меркам. На небесах это ничего, одно мгновение из миллиарда, а тут… Я познал многое, осознал стоимость своей жизни и принял решения, меняющие ее.

***

Гондола пришвартовалась возле небольшого кафе на воде. Аарон вышел из гондолы и подал мне руку, помогая мне выйти. Когда мы оказались на земле, мы прошли в это самое кафе. Зайдя в него, он подошел к администратору, попросив меня подождать его. Я стала осматривать интерьер этого ресторана. У него не было стен, все пространство было открытым. Вместо крыши тут служили большие белые зонты, пропускающие через себя небольшие отблески света. Мебель была из темного дерева, светлые скатерти выделяли пустые сверкающие бокалы из всего этого убранства. В ресторане было не многолюдно. В основном тут были влюбленные пары и пенсионеры, проживающие свою счастливую старость. Мне стало тоскливо, смотря на них. В жизни я никогда не думала о старости, никогда не мечтала о ней. А сейчас я поняла, что отдала бы за это все свои сбережения, но только все мои сбережения обесценились. — Прошу. — Аарон подошел ко мне неожиданно, протягивая мне руку. Он повел меня в самый дальний угол ресторана, приглашая сесть за столик. — Это все меньше и меньше похоже на дружескую встречу. — Я посмотрела на пару влюбленных. Они флиртовали друг с другом, не обращая внимания на весь этот мир. На девушке была легкое платье, значит, здесь, не прохладно. Из-за моих новых сил, я стала плохо ощущать температуру. Я сняла кардиган, повесив его на спинку стула. — Почему? Разве друзья не могут поужинать в ресторане вместе? — он отодвинул стул, приглашая меня сесть. Но задвинула я его сама. Он сел напротив. — Могут, но не в таком месте. Здесь любовь витает в воздухе. Ее можно увидеть, даже ощутить на кончиках пальцев. — Я провела пальцем по ободку пустого бокала, наполняя его водой. — Тут даже вид говорит «Это место для непросто друзей». Вид выходил на церковь, которая расположилась между старыми зданиями, выделяя ее. Светлая черепица крыш красиво сочеталась с белой церковью. Думаю, если бы небо не было загромождено тучами, я бы отсюда не ушла без разукрашенного холста. — Здесь хороший винный погреб. — Он смотрел на мой бокал, который был в отпечатках от моих пальцев. — Все же, это свидание. — Одним своим касанием об стекло бокала, как он оказался таким же, как до моего прихода сюда. Это еще раз доказывает, что я порчу все к чему прикасаюсь. — Возможно ты права. Но как я говорил раньше, все зависит только от тебя. — Официант принес открытую бутылку вина, наливая сначала Аарону, но когда он поднес ее к моему бокалу, я выставила руку, в знак, что мне не надо. — Почему именно этот ресторан? — Я хотела сменить тему на что-то более дружеское, но… — В нем скрыто много историй и тайн, в частности и моих. — Он осмотрел свой бокал и без всяких церемоний сделал первый глоток. — Тогда мне стоит опасаться этого места — я расслабилась и слегка спустил со стула. — Не люблю скелетов в шкафу. — Ты права, нет ни одной тайны человека, которая не была страшна. — он все смотрел на содержимое своего бокала, наверняка рассуждая, какой он. На половину пуст или полон? У меня пуст. — Но раз ты привез меня именно сюда, значит, ты хочешь либо раскрыть мне тайну, либо, чтобы я сама ее узнала. — Я чувствовала, что что-то предвидится, но как всегда, послала это чувство в самые недра нужных мне советов. — Ты снова права. — он залез пальцами к себе в волосы, растрепывая их. — Просто, я думал, что так будет легче. — Мне кажется, тебе будет легче, если ты мне скажешь то, что хотел. — Во мне появилась не объяснимая мне уверенность. Я не боялась его слов. — Я люблю тебя. — Быстро. Больно. Невозвратно. — Нет, ты не любишь меня. — В этот момент я почувствовала ненависть, гнев к самой себе. За эти два дня мне признались в любви два демона. За эти два дня я разбила сердце двум демонам. — Любовь… Я не верю в нее, ее не существует. Это всего лишь всплеск твоих эмоций, тебе кажется, что ты влюблен, но нет, это самообман, самовнушение. — Ты не права. Она существует в независимости от того, веришь ты в нее или нет. Ты сама сказала, что она витает здесь, значит, ты врала? Тут ничего нет? — Нет, она есть, но не у нас. — Шепфа, почему ты дал мне дар речи? Почему я не могу закрыть свой рот? — Ты противоречишь сама себе. — На мое удивление, он оставался таким же спокойным. Но боль в глазах улыбкой не скроешь. — Это и есть твоя тайна? — Сейчас бы я не отказалась от вина, а лучше глифт. — Нет. Она заключалась в том, что в этом месте я уже признавался в своих чувствах. Но их тоже отвергли. — Он допил все содержимое своего бокала одним глотком. Что я здесь делаю? — Думал, ты разделяешь их со мной, но нет. Я ошибся. Второй раз. — Если ты однажды любил, то в чем правда любви? Если ты уже разлюбил и признаешься в ней другой? В чем её правда? — Я хотела уйти. Я хотела побыть одной. Желательно до той поры времени, пока меня все не забудут. — Правды нет. Все лгут. — Он наклонился в мое сторону, что скатерть сползла на его сторону. — Но я не могу это объяснить. Она есть. Я в этом убежден. — Ее правда заключается в том, что человек сначала обманывает себя, а затем и окружающих, это и есть любовь. Это сказка для тех, у кого нет смысла и желания жить. — Я отвернулась в сторону домов, пытаясь не смотреть в его глаза. Я боялась увидеть в них ту боль, которую причинила ему я. — Ты невыносима. — он пытался поймать мой взгляд, но я настойчиво продолжала смотреть в сторону. — А ты глуп. — Я вдохнула, и повернулась лицом к нему. — Ты будешь вино? Как насчет… — Нет. — Я перебила его. Я хотела уйти. Я устала. — Думаю, не стоит. Я лучше пойду. — Я встала со стула, забирая кардиган. — Спасибо. — За что? — он рассмеялся. — За то, что сказал? За то, что поставил тебя в неловкое положения, позоря себя? — Спасибо, что показал Венецию. Пожалуй, ты прав. Любовь существует. Я влюбилась в нее. — Знаешь, ты дала мне надежду. — Я остановилась, говоря себе, что надо уйти. — Надежду, на то, что ты можешь полюбить меня. Если полюбила Венецию, то полюбишь и меня. — Пока. — Я быстрым шагом вышла из ресторана и прямо на улице вызвала водоворот. Во время полета в моей голове было пусто. Но в груди все болело. Я почувствовала боль, ту самую боль. Мне стало страшно. Страх и боль окутали меня. Я стала думать о своей комнате, надеясь оказаться прямо в ней, но в глазах начало темнеть, водоворот стал вращаться все медленнее и медленнее, холод, крик.

***

Темнота. Опять эта темнота. Я поднялась с колен, продолжая идти прямо. Света не было, не было звуков. Была лишь темнота и неизвестный мне путь. Я не знаю, сколько я шла. Кажется, вечность. Я не чувствовала ни усталости, ни боли. Мои ноги сами вели меня, но с каждым пройденным шагом свет все не появлялся. Мне стало трудно дышать, кто-то стал перекрывать мне кислород. С каждым шагом я начинала чувствовать боль в груди все больше и больше. Коленки подкосились, но я продолжала идти, преследуя неизвестную мне цель.

Иди… ИДИ

Он оглушил меня, но в этот раз это было слово, я поняла его. Мне надо идти. Я ускорила свой шаг, но через пару шагов упала на колени. Сердце забилось сильнее, боль усилилась, из глаз потекли слезы.

ИДИИДИИДИИДИ

Он не прекращался. Я схватилась за голову, затыкая свои уши, но это бесполезно. Этот голос был у меня в голове. Чтобы как-то заглушить его, я встала и продолжила идти. Но он не успокаивался. Слеза продолжали литься, а я и не пыталась их остановить. Мне казалось, что звук плача заглушал этот голос.

Сюда Сюда СЮДА

От куда-то слева послышался мужской голос. Я пошла за ним. С каждым новым шагом крик заглушался, но боль усиливалась, казалось бы, что уже сильнее нельзя, но она все усиливалась и усиливалась. Свет. Я увидела свет. Меня охватила детская радость. Забыв про боль, я побежала к нему, но с моим приближением он удалялся все дальше и дальше. Я ускорилась, как вдруг мою грудь пронзила острая сильная боль. Я остановилась, и с каждым мгновением свет стал поглощать меня все больше и больше. Я закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание. Перейдя в более-менее норму, я открыла глаза. От увиденного я забыла свое имя. Это было что-то неземное. Лучше, чем рай. Тут не было ни тепло, ни холодно, тут были небывало красивые растения, цветы. Запах… Запах такой родной и в тоже время неизвестный мне. Под моими ногами стала прокладываться тропа, не думая ни о чем, я пошла по ее направлению. Она вела меня в самые недра леса, обходя все непроходимые заросли. Здесь было светло, но посмотрев вверх, ты не найдешь ни солнца, ни облаков. Тропа вывела меня прямо на поляну, где было кристально чистое озеро. Никого. Ни одной живой души. Я подошла к озеру, смотря на его поверхность, где я видела вместо своего отражение его каменистое дно. Я почувствовала жажду. Присев, я сделала из ладоней лодочку и черпнула от туда воды, но когда я хотела сделать глоток, мои руки были сухие. Я попыталась снова зачерпнуть воду, но она ускользала от меня. Я стала наклоняться к ней, но когда расстояние между нами было меньше пары сантиметров, знакомый мужской голос окликнул меня. — Нельзя трогать реку мертвых душ.