Victoria's secret

      Вокруг меня вода. Я плыву, но не знаю, где поверхность, а где дно. Везде тьма, но вода кристальная, и я вижу отчётливо свои пальцы и родинки на руках. Мои глаза открыты, и я не чувствую боли. Это похоже на смерть, но не помню, чтобы я умирала. По крайней мере, физически.       Мысль, что это смерть, ни капли не напугала меня. Я всё так же плыву в темноту, и меня ничего не пугает. В моей голове бескрайняя пустота, а тело такое лёгкое, что я и не замечаю, как болтаю ногами и взмахиваю руками.       Не знаю, сколько я плыву. Кажется, что всю жизнь. Я переворачиваюсь на спину и вижу свет надо мной. Это наверняка должно было вызвать во мне улыбку и желание плыть к нему. Но я не делаю ни того, ни другого и всё так же плыву в темноту.       Не помню почему, но я не хочу плыть к свету. Свет казался меня слишком ярким, оттого и ненастоящим. Я всё смотрела на свет, не моргая. Он ослеплял меня. Странно, что свет может ослепить.       Боль резко прокалывает мои глаза. Я закрыла лицо руками, но тут же поняла, что всю свою жизнь я не умела плавать. Ноги сбились и начали судорожно бить по воде, но это не помогало. Всё моё тело окоченело, и я открыла рот, но не смогла закричать. Лёгкие сдавило огнём, а в ушах забился быстрый ритм сердца.       Боль в теле оглушила меня, и я не почувствовала, как что-то потянуло мои волосы вверх. Я не сопротивлялась, когда поняла, что свет был ко мне всё ближе. Глаза горели, и даже вода не касалась моих век. Но лишь только свет окутал меня полностью, и я, словно рыба, кричав беззвучно, поняла, что больше не плыву.       — И долго ты собиралась там плавать?       Мужчина убрал мои руки с глаз, но я лишь сильнее зажмурилась. Этот голос был настолько безучастный, что я не поняла, злится он на меня или нет. Я узнала его. Теренс держал мои руки и проводил пальцами по моим ладоням, рисуя непонятные мне рисунки. Боль так же резко отступила, как и появилась.       Свет уже не обжигал мои глаза, но теперь я чувствовала, как мужской взгляд прожигал мои щёки. Я приоткрыла глаза, жмурясь от одной лишь мысли о свете. Но мои глаза больше не жгло, и я смогла открыть их.       Теренс сидел на траве, массируя мои ладони своими большими пальцами. Его прикосновения были такими приятными, что я и не почувствовала дрожь в ногах. Мне меньше всего на свете хотелось, чтобы он прекращал свою магию, но я не могу сидеть здесь. Ведь там, в реальности, я лежу, не подавая признаки жизни. Надеюсь, Аарон там рядом.       — И что ты тут делаешь?       Теренс отпустил мои руки и посмотрел на меня таким взглядом, словно я ему сдачу с копейки не отдала.       — Не знаю. Я думала, ты знаешь, что я здесь делаю.       — Я тебе говорил, что это ты приходишь сюда. Вики, это твоё желание прийти ко мне. Я не могу призвать тебя сюда.       Теренс слабо улыбнулся. Он удивляет меня каждую нашу встречу и каждый раз по-новому. Я улыбнулась ему в ответ, впервые поняв, о чём он.       — Откуда ты узнал про снимок УЗИ?       Я не стала спрашивать Теренса, он ли послал мне это видение, ведь это было очевидно. Но я не могла знать, откуда он мог знать об этом. Парень же не мог видеть меня, когда я была жива. По крайней мере, я так думаю.       Теренс ни капли не смутился, ведь прекрасно знал, что я спрошу об этом. Но его мягко-глупая улыбка и холодный взгляд не предвещали хороший для меня ответ.       — Думаю, ты и сама это уже знаешь.       Конечно. Я всё прекрасно знаю. И даже если я спрошу его «Что идёт после бесконечности», Теренс ответит — «Ты и сама это знаешь». Да я с такими способностями не ведьма, а гадалка.       — Это универсальный ответ для всех моих вопросов, или ты просто сам не знаешь? — Теренс уже открыл рот, чтобы ответить, но я его перебила, — и не смей говорить мне, что я и сама прекрасно знаю.       — Хорошо, не буду.       Теренс встал с травы, подавая мне руку. Не знаю, почему я раньше не замечала, какие у него тёплые руки. Слишком тёплые для мёртвого. Я встала, и мы молча пошли в лес. Только сейчас я решилась посмотреть по сторонам, и стоило мне это сделать, я чуть не пала на землю. Всё это время я плавала в реке мёртвых.       — Почему я плавала в этой реке? Как я там вообще очутилась?!       Меня пробило как дамбу, и мысли с бешеной скоростью вылились из меня потоком вопросов.       — Я не знаю, — Теренс грустно посмотрел на меня, прикусив нижнюю губу. — Если честно, я удивлён, почему ты жива. Если живая душа касается воды мёртвых, то теряет свой цвет жизни. А ты в ней плавала. Причём я почувствовал тебя, но долго не мог разглядеть, пока ты не стала всплывать. Это было странно.       Теренс смотрел на меня, но его взгляд был опустошён, а губы вечно сжимались. Его слова пугали меня так же, как и восхищали. Я толком не знала про эту реки и её особенности, но само название уже о многом говорило мне.       — Что странно?       — Тебя река словно отталкивала, — Теренс приподнял большую ветвь рукой, пропуская меня вперёд, но я не отставала от него. — Я видел твоё обездвиженное тело и думал, что ты мертва. Но ты поднималась всё выше, а мертвые души опускаются на дно. Это меня смутило, и я достал тебя.       — То есть ты бы не стал мне помогать, если бы тебе не было интересно?       В моём голосе не было обиды, скорее, наоборот, в нём сочился смех. Смех с ужасом.       — Нет, не стал. Я никогда раньше не касался вод этой реки.       Мы подошли к тому самому дому, где и жил Теренс. Я глупо и с грустью уставилась на парня, не зная, что и сказать. Он спас меня, рискуя собой. Он мог остаться на дне этой реки и больше никогда не увидеть света.       — Спасибо, что не бросил меня.       Но вместо ответа Теренс лишь улыбнулся мне, впуская в дом. Внутри ничего не изменилось. Всё та же пустота и чистота. Ничего лишнего и ничего нужного. И только огонь горел в камине, освещая и без того светлую комнату.       Я села на пол напротив камина. Не требуя особого приглашения, Теренс подсел ко мне.       — Ну, спрашивай.       Парень улыбнулся одним кончиком губ, так и говоря, что уже знает, о чём я хочу его спросить.       — У меня был брат-близнец?       Я не смотрела на Теренса, боясь увидеть ответ в его глазах. Я и сама знала ответ, говоря в прошедшем времени, но мне всё равно нужно подтверждение.       — Да.       — И что… почему его, — я не то сглотнула воздух, не то просто потеряла дар речи, произнося эти правдивые слова.       — Почему он умер? — Я кивнула ему, всё так же смотря на огонь. — Ты же знаешь своё пророчество и то, что никто не подвластен над такой вещью, как судьба. Твой брат был лишь частью этого пророчества, эта была его судьба.       Это было самое простое объяснение из тех, что я себе придумывала, оттого оно мне казалось неправдивым. Это и есть та самая поверхность, до которой я не могла доплыть. Но теперь, когда я доплыла и увидела свет, почему я не почувствовала воздух? Почему мне не легче?       — Но в пророчестве говорится, что я с ним встречусь, — это было очевидно, но осознание всё ни как не хотело одолевать мной полностью. — И я тоже умру?       Я посмотрела на Теренса, и он мне не улыбнулся. Это был его самый красноречивый ответ из всех. Поджав губы, я встала с пола, сдерживая острый ком в горле, но не чувствуя ни одной слезы в глазах. Внутри меня было пусто, и лишь инстинкты держали меня на ногах.       — Спасибо за помощь.       Теренс поднялся с пола и обнял меня. Впервые он позволил себе это. Нерешительно я обняла его в ответ, прижимаясь лицом к его плечу. От парня пахло елями и морской солью. Это было так знакомо мне, словно когда-то давно это было моей жизнью.       — Надеюсь, мы с тобой больше не встретимся.       Теренс грустно, но обнадёживающе улыбнулся мне, заправляя прядь моих волос за ухо. Я невольно улыбнулась ему в ответ и отошла от него. Языки пламени из камина тут же прильнули ко мне, лентами лозы обвивая мои руки. Я вступила одной ногой в камин, видя, как в глазах Теренса отражается пламя. Огонь окутал меня, и я вернулась домой.