Проще прошлого

Утро следующего дня, однако, не принесло тех результатов, на которые настроил себя Одинсон. Тору не удалось подкараулить Локи после завтрака, трикстер просто на него не явился. На вопрос Тора о его местонахождении, царица Фригга пожала плечами и с легкой улыбкой посетовала, что собрать всю семью за столом становится все труднее. А затем, воспользовавшись отсутствием Локи, поставила мужа и сына в известность, что разговор с приемным сыном она планирует на вечер этого дня. Тор был доволен, ему казалось, время и без того упущено, и стоит покончить со всем этим как можно быстрее. Возможно, если сказать Локи правду сейчас и дать понять, что семья от него не отвернулась, он одумается и, если не признается в том, что натворил, открыто, то хотя бы даст намек, откуда ждать беды. По крайней мере, Тор искренне на это надеялся. Однако, прежде ему самому очень хотелось поговорить с Локи. Попробовать понять масштаб проблемы и хотя бы немного наладить контакт. Бог Громовержец понимал, что до того момента, когда предательство младшего царевича может быть раскрыто, времени не так много, и вряд ли ему, Тору, удастся войти в доверие настолько, чтобы Локи раскаялся и признался. Однако, попытаться стоило. В конце концов, накануне, когда дезориентированный от пережитого Тор свалился на пути к Золотому Залу, его младший брат выглядел по-настоящему за него обеспокоенным. И Одинсону хотелось верить, Локи волновался не потому, что думал, будто кто-то осмелился лишить его права лично убить старшего брата. А значит, в глубине души трикстера еще есть уважение по отношению к старшему, он еще верит в то, что они могут быть настоящими братьями. За эту тонкую ниточку веры Тор и собирался держаться. Однако, разыскивать в огромном дворце не желающего общаться Локи оказалось задачей не из простых. Тор постучался в покои брата, затем наведался к матери, в библиотеку, и…все. Стоя посреди очередного длинного коридора и рассеянно кивая слугам, Одинсон с тихой злостью понимал, что просто не знает, где может быть его младший брат. В прошлом он никогда не утруждал себя тем, чтобы узнать, чем занимает свое время Локи, куда ходит, что ему интересно. Когда в этом была необходимость, младший царевич каким-то чудом оказывался рядом, а большего от него и не требовалось. Когда же Локи хотел побыть один, найти его не мог даже сам Хеймдалл. Именно эта способность трикстера позволила ему в прошлом незаметно проникнуть в Йотунхейм и договориться с их предводителем. Однако, Одинсон не думал, что брат решится сбежать туда среди дня. К тому же, скорее всего в этом не было необходимости, судя по поведению Локи, тот уже давно поведал ледяным великанам о тайных тропах, ведущих во дворец. Бездумно шагая куда несли ноги, Тор завернул за угол и почти что нос к носу столкнулся с теми, кого меньше всего сейчас хотел видеть. Франдал, Вольштагг, Огун и Сиф стояли посреди коридора и о чем-то переговаривались. Тор собирался, было, развернуться и потихоньку сбежать от друзей, однако в этот момент одна из проходящих мимо служанок с почтением поклонилась царевичу, чем привлекла внимание четверки. - Тор! – пробасил Вольштагг. – Где ты был? Мы ждали тебя вчера вечером. Одинсон про себя обругал так не вовремя появившихся друзей и их навязчивость, однако приблизился. Обменявшись приветствиями, все замерли в каком-то напряженном молчании. Тор решился первым его нарушить. - Ждали меня вчера? – спросил он. – Я решил провести время с семьей. Забыл предупредить. Франдал и Вольштагг обменялись быстрыми взглядами. Вчерашний инцидент явно не покинул их мысли. - Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросил Франдал. – Уже не мерещится, что ты в…Вальгалле? – и он натянуто засмеялся. Вольштагг издал что-то похожее на короткий смешок. Сиф и Огун, явно поставленные в известность о произошедшем накануне, внимательно смотрели на Тора. - Да, что-то я вчера погорячился, - изобразил беззаботный тон Одинсон. – Вальгалла… Не то, чтобы я против. Но точно не сейчас. Впереди еще столько подвигов, правда, друзья? Сиф улыбнулась одними губами. Глаза воительницы продолжали внимательно изучать старшего царевича. Тор невольно задумался, как именно преподнесли вчерашнее происшествие ей и Огуну? - Да, в Вальгаллу торопиться не стоит. Тем более, если умрешь от отравления, ты туда не попадешь. Старший царевич Асгарда едва сдержался, чтобы не скривиться. Вот в чем дело. Отравление. Франдал и Вольштагг действительно не отступились от своей теории, согласно которой Локи, то ли из вредности, то ли из желания навредить, что-то подмешал старшему брату в вино. На мгновение ему захотелось попытаться донести до друзей, что Локи ни причем, но тогда пришлось бы придумывать другую приличную причину своего поведения. А ее у Тора не было. - И уж конечно я не попаду на пир к героям, если умру от похмелья, - попытался отшутиться Одинсон. Франдал и Вольштагг вновь переглянулись. Молчание затягивалось. - Что-то я не вижу суетящихся слуг, - выдал, наконец, рыжебородый. – Почему, вдруг, во дворце стало тихо? Разве уже все готово к коронации? Жду не дождусь пира! – и воин в предвкушении потер руки. Тор тонко улыбнулся. Кажется, придется друзьям перенести еще одно потрясение. - Да, об этом я тоже еще с вами не разговаривал. У меня для тебя, друг, есть не очень приятная новость. Да и для тебя, Франдал, тоже. С кого начать? - С него, - незамедлительно ткнул пальцев в светловолосого рыжебородый. Франдал пожал плечами. - Что там у тебя? - Я не назначу тебя своим первым советником, - поведал Тор. Вольштагг расхохотался. - Я так и знал! Дружище, - он хлопнул светловолосого асгардца по плечу, - я же говорил, это должность не по тебе! Ты даже не сможешь посоветовать кто лучше, блондинка или брюнетка! – И вновь разразился хохотом. - Какая разница, - прищурился Франдал, - если у обеих хорошая фигура. Сиф обреченно закатила глаза, Огун неодобрительно покачал головой, однако, хранил привычное молчание. - Так на кого ты променял Франдала? – поинтересовалась темноволосая воительница. – На Вольштагга? Он будет прекрасным советником в области пиров. А особенно ценны будут его советы за столом. - Нет, - беззлобно отмахнулся Вольштагг, - я сам не хочу. Тор, бери лучше Огуна. - Ну, какой же из него советник? Советник советовать должен. А Огун молчит! Четверка воинов вновь рассмеялась. С прежней тонкой улыбкой Тор посмотрел на Вольштагга: - А теперь плохая новость для тебя. Не будет никакого пира. Рыжий асгардец нахмурился. - Это еще почему? – удивился он. – Какая же это коронация, если нет пира? - А вот это уже новость для всех вас, - подвел итог Бог Громовержец. – Коронации тоже не будет. В наступившей тишине Огун прочистил горло, словно собираясь что-то сказать, однако, так и не проронил ни слова. - Я так и знал! – неожиданно взорвался Вольштагг. Идущая мимо служанка вздрогнула от звука его голоса и поспешила убраться подальше. – Я видел, к чему все идет. Все видели! Это из-за Локи, да? Из-за того, что вчера было?! Не успевшая добежать до конца коридора служанка остановилась, явно прислушиваясь, и вновь нарочито медленно зашагала вперед. Тор с тоской подумал, что среди прислуги сплетни сейчас разлетятся со скоростью молнии. - Он перешел все границы! - бушевал рыжебородый асгардец. – Ничем хорошим это не кончилось бы точно. Я еще вчера всем сказал, будет беда. Так и вышло! Всеотец видел тебя в том состоянии и отменил коронацию? Разозлился, думая, что ты недостоин?! - Не кричи, - одернула друга Сиф, видя, что служанка явно не торопится покинуть коридор. К тому же, на горизонте появилась еще одна, возможно, привлеченная шумом. Огун поддержал боевую подругу одобрительным молчанием. - Как будто никто не знает, что змееныш завидует Тору! – не унимался Вольштагг. – Испортил коронацию родному брату, подставил перед самим царем! Я знал, что Локи способен на шалость. Но оказывается, подлость ему тоже не чужда! «Ты даже представить себе не можешь, на что может быть способен Локи, и как на самом деле он умеет портить коронации», подумал Тор, но вслух произнес: - Хватит. – И бросил суровый взгляд на уже неприкрыто подслушивающих служанок. Девушки встрепенулись и мигом исчезли из поля зрения старшего царевича. Вольштагг замолчал, однако продолжал негодующе сопеть. - Локи здесь ни причем, - сообщил Тор. – Возможно, как и вы, он ничего еще не знает. По крайней мере, я не успел ему сказать, мы почти не видимся последние дни. Коронацию я отменил сам. - Сам? – открыл, наконец, рот Огун. - Сам, - подтвердил Тор. – Я еще не готов быть царем. К счастью, вовремя это осознал. Сиф покачала головой. - Тор, на тебя это совершенно не похоже. Пару дней назад ты рвался навести порядок во всех мирах, едва сядешь на трон. Приструнить йотунов. А сегодня, вдруг, не готов. Что случилось? Тор пожал плечами. - Взвесил «за» и «против». «Против» оказалось больше, - просто ответил он. – Я воин и хочу сражаться. Править… С этим пока еще прекрасно справляется отец. Не настолько он стар. Мне же еще нужно многому поучиться. - Я тебя не узнаю. - Я последнее время сам себя не узнаю. Даже в зеркале. Все недоуменно умолкли. - Выходит, Франдал, тебя все-таки не сместили, - пытаясь пошутить, нарушил неприятную тишину Вольштагг. – Наш будущий царь сам отказался от должности. И бессовестно оставил без нее тебя, дружище. - Боюсь, даже если бы церемония состоялась, и мне все же достался золотой трон, я бы выбрал другого советника, - проговорил Одинсон. - Я бы назначал Локи. - Локи? – насторожился рыжебородый. - Да, Локи. Он умный, хитрый, много знает, многое умеет. В конце концов, он мой брат, ему по статусу положено быть рядом со мной. Так что…- Бог Громовержец дернул плечом, словно показывая, что аргументов на его взгляд достаточно. А про себя добавил: «И, главное, как много проблем можно избежать, если постоянно держать его перед глазами и при деле». На самом же деле Тор почти сразу пожалел о сказанном. Друзья в целом неплохо приняли известие об отмене коронации, но едва услышали о том, что их друг не против приблизить к себе давно уже не вызывающего доверия младшего брата, немедленно напряглись. - Тор, а ты вчера не ходил к лекарям? – задал вопрос Вольштагг. Одинсон не сразу понял, к чему клонит друг, поэтому ответил честно: - Нет. Мне не было настолько уж плохо. К тому же, не пристало царевичу ходить к лекарям с такой проблемой, как похмелье. - А ты точно уверен, что у тебя было только похмелье? – подключился Франдал. – Тор, ты говорил очень странные вещи. А сейчас, вот, отменил коронацию… - Да еще и поешь хвальбы Локи, - мрачно заметил Вольштагг. – Умный, хитрый, брат… Раньше у тебя и в мыслях подобного не было. Фокусов его ты избегал, навыков не отмечал, над умом и хитростью смеялся. А тут вдруг оценил все его…достоинства. Да и про брата как-то подозрительно резко вспомнил. - Вольштагг, ты перегибаешь, - коротко проговорил Огун. Сиф согласно кивнула. А до Тора, наконец, дошло, о чем речь. Подавив желание крепко выругаться услышанными некогда от Старка выражениями, царевич как можно спокойнее сказал: - Я уже сказал, и повторять не буду. Если когда-нибудь я стану правителем девяти миров, именно Локи будет тем, к чьим словам я буду прислушиваться в первую очередь. Никакая магия меня не заставит говорить подобное, это только мое решение. Но коронации не будет, так что, хватит об этом. А вообще, мне как раз сейчас нужен Локи. Не знаете, где он? – попытался и замять тему, и найти причину, чтобы уйти Одинсон. – Со вчерашнего вечера не видел. Нужно срочно с ним поговорить. Вольштагг недобро посмотрел на друга. Было видно, речь царевича его абсолютно не проняла. - Поговорить? Что-то последнее время ты стал проводить с ним много времени. - Напротив, - как можно более равнодушно ответил начинающий раздражаться Тор, - за последние сутки я видел Локи два раза. И один из них был вчера за ужином, когда поговорить нет никакой возможности. Сейчас он мне нужен. Так что, никто не знает, где он может быть? - Да где ему быть… В библиотеке, наверное. Или лаборатории. Как всегда, давится своим ядом… - Решил, что давиться в одиночестве с моей стороны будет как-то уж совсем эгоистично. Принес попробовать. Угощайся. Непонятно откуда взявшийся Локи с самой благодушной улыбкой протянул светловолосому воину небольшой пузырек. Франдал отшатнулся то ли от предложенного «угощения», то ли от внезапного появления трикстера. - Что это? Убери от меня эту дрянь!.. Локи пожал плечами, с видом оскорбленного добродушия опустил руку. Тор же витиевато выругался про себя, не позволив внутреннему голосу, подражающему Роджерсу, запретить выражаться. Локи, чтоб его, подслушивал. Очень «своевременно». И это в тот момент, когда старший царевич собирался хоть как-то налаживать с братом отношения. Мельком взглянув на пузырек, Одинсон проговорил: - Это не дрянь. И не яд. Это лекарство, дают тем, у кого серьезная потеря крови. В военных походах незаменимая вещь. - Не стыдно, Франдал? Тор, вон, и тот сразу определил. Ну конечно. Если уж Тор сразу определил, тогда вещь действительно сверхочевидная. Очередная шпилька в сторону умственных способностей Громовержца. Одинсон поморщился от досады. Он быстро перебрал в памяти касающуюся брата часть разговора, и сделал вывод, что ничего плохого о Локи им сказано не было. Напротив, Тор похвалил его качества и сообщил, что сделал бы его своим советником. Вот только, что бы там ни услышал Бог Обмана, кажется, он, то ли неправильно понял, то ли все извратил, так как, похоже, в очередной раз обиделся и теперь собирался выразить недовольство. - А тебе это зачем? – в попытке отвлечь всех Одинсон кивнул на пузырек в руке брата. – Разве ты ранен? - Я – нет, - отрапортовал Локи. – Это я из лаборатории лекарям несу. Представьте себе, иногда там делают полезные вещи. А не только ядами давятся. - Вообще-то, Франдал имел ввиду, что ядом давишься конкретно ты, - сердито хмуря рыжие брови, прокомментировал Вольштагг. – От зависти к Тору. Что, скажешь, не правда? - Локи, он пошутил, - оборвала друга Сиф, исподлобья глядя на младшего царевича Асгарда. – Хотя вообще, меньше бы ты подслушивал, не был бы таким нервным. Трикстер прищурился, смерил воительницу злым взглядом. - Вас подслушивает половина дворца, - прошипел он, легким кивком указывая на стайку служанок, которые, как оказалось, по внезапности и незаметности возникновения в неподходящее время, ничем не уступали самому Локи. Компанию девушкам составили трое стражников. Поняв, что они обнаружены, незваные слушатели поспешили убраться восвояси. - Когда в следующий раз решите меня обсудить, советую найти более людное место. Ближе к кухне, например. Избавите прислугу от необходимости бегать за вами, подслушивать и передавать сплетни, и тем самым отвлекаться от работы. А так услышат все и сразу, из первых уст великих воинов, друзей самого… - Локи, успокойся. - Тор едва скрывал раздражение и досаду. – Никто тебя не обсуждал. Мы разговаривали, я сказал, что ищу тебя и… Локи обернулся к брату. Выражение лица его было пугающе спокойным. - И к слову пришлось? – с невинным видом услужливо подсказал трикстер. – Случается. Ничего страшного, не переживай, Тор. Не оправдывайся. Тебе не идет. Да и я, пожалуй, пойду. Прошу прощения, что отвлек. Локи кивнул всей компании, круто развернулся и быстрым шагом направился прочь. - Говнюк, - пробубнил Франдал, глядя вслед удаляющемуся трикстеру. Сиф ощутимо ткнула друга локтем в бок. - Оставьте его в покое. Локи и так нервный, а последнее время вообще невыносим. Не знаю, что с ним, но не трогайте, пусть остынет. «А ведь это только начало», с тоской подумал Тор. У него, вдруг, разболелась голова, отчего царевич горько улыбнулся. Тор, который пережил битву в Нью-Йорке и Заковии, смерть родителей, гибель Асгарда уже был знаком с подобным явлением. Тот же Тор, которым он был сейчас, до сегодняшнего дня страдал от головной боли разве что с похмелья. - Давайте договоримся сейчас, и больше не будем возвращаться к этому вопросу, - подавляя нотки усталости в голосе, проговорил он. - С этого дня никто из вас не задевает, не оскорбляет, не провоцирует Локи. Он член царской семьи, сын Одина Всеотца, мой брат. Имейте к нему уважение. Может быть, характер у Локи не сахар, но, в конце концов, никому из вас ничего плохого он не сделал. - Да ты первый не выдержишь, - отмахнулся Франдал. Слова Тора явно не произвели на воина впечатления. Усталость вновь сменилась раздражением. А раздражение в свою очередь уступила место злости на самого себя. Ну конечно тот Тор, которого эти четверо знают, не выдержал бы. Да, шутили над Локи они не всегда по-доброму, да и поддевали, бывало, но, в конце концов, трикстер в долгу не оставался. Тору казалось все это безобидной ерундой, и он как-то не задумывался, что на этот счет думает сам Локи. Разумеется, он, как умел, давал сдачи и в итоге все сводилось к дружескому «мы в расчете, ничего не было». Для Тора и друзей этого было достаточно. Видимо, так было только для них. - Я выдержу, - сказал Одинсон. – И вам советую…нет, приказываю сделать так, как я сказал. Локи младший царевич Асгарда, у него есть права на трон, и вероятно, когда-нибудь он вполне может стать царем. Так что осознавайте свое положение. – Окинув переваривающих сказанное друзей взглядом, добавил: - Мне надо идти. После происшествия с друзьями, Тор не надеялся увидеть Локи скоро, однако трикстер обнаружился неподалеку у одной из лестниц. Поднявшись на три ступеньки вверх и опершись о перила, младший царевич подбрасывал и ловил пузырек с лекарством, вид у него при этом был крайне заинтересованный. Что, впрочем, не означало, что Тор мог застать его врасплох, было видно, что Локи его ждал. Одинсон подошел к брату отмечая, что вынужден смотреть на него снизу вверх. - Думал, опять придется бегать за тобой по всему дворцу. - Ты сказал, что искал меня, - ответил Локи, продолжая одной рукой жонглировать пузырьком. – Что тебе нужно? Тор поджал губы. Да, он хотел поговорить, но кое-что под звездами неизменно. Например, такое качество Тора, как решение проблем по обстоятельствам. Одинсон совершенно не умел планировать, что бы то ни было, наперед. Вот и сейчас он, почему-то, думал, что стоит ему найти Локи, нужные слова подберутся сами собой. Однако, то ли недавнее происшествие сделало свое дело, то ли просто не было у Бога Громовержца этих самых нужных слов. Подавив досадный вздох, Тор решил сказать для начала хоть что-нибудь. - Извини ребят. Они, не хотели… - Хотели, - оборвал его Локи. Сосредоточенные на пузырьке глаза сузились. – Как будто я не знаю, что вы обо мне говорите. Мне плевать. Но делали бы это не настолько публично. Великие воины Асгарда – сплетники, прямо во дворце обсуждающие члена царской семьи. Это подрывает репутацию обеих сторон, не находишь? - Локи, правда, прости. - Ты стал часто извиняться, причем, не за себя. Это настораживает. «Это настораживает не только тебя. Отец тоже решил, что мне что-то от него нужно», отметил про себя Тор. - Тебе не стоило подслушивать. - Я не подслушивал, - процедил Локи. – Вы не особо беспокоились о том, чтобы вас не было слышно, и были настолько увлечены разговором, что не заметили, как его тема идет мимо. - Врешь, я бы тебя заметил, - пробубнил Тор, прекрасно понимая, что это не так. Все пятеро действительно были поглощены беседой, а по широкому коридору ходили слуги. Озираться на каждого проходящего мимо никто из друзей даже не подумал бы. Трикстер пожал плечами, прекратил баловаться с лекарством, сунул пузырек в карман и прямо посмотрел на старшего брата. - Как хочешь. Оба замолчали. Однако, ситуацию надо было спасать, и Одинсон, затолкав подальше внутренний голос, ехидно комментирующий его способности к коммуникации, и брякнул первое, что пришло в голову: - Как дела? Локи дернулся. - Что? - Ну, - продолжил Тор, радуясь, что, наконец, может видеть лицо младшего. Он рассчитывал уловить хоть какую-то реакцию, возможно, это подсказало бы, где и как стоит надавить, - ты завтракать не пришел. Вчера вечером был какой-то мрачный… Я подумал, вдруг, что-то случилось. - Тебе что за дело? – подозрительно нахмурился Локи. - Может, нужна помощь? – Трикстер явно не был настроен на контакт, и это злило. С другой стороны, чего, собственно, Тор хотел? Чтобы Локи, едва им вскользь поинтересовались, заливаясь слезами благодарности, выложил все, что накипело и раскаялся в содеянном? Не тот случай. - Ничего не случилось, - сообщил Локи, не меняя выражения лица. – А случится, я как-нибудь сам разберусь. Просто, у меня много дел. – И недвусмысленно посмотрел на лестницу, давая понять, что хочет уйти. «Как-нибудь ты и разобрался с Таносом», прокомментировал про себя Тор. А потом, вдруг подумал, может, стоит сказать брату правду? Он, в конце концов, маг, должен иметь какое-то представление про перемещение во времени. Напугать его Читтаури, поведать про разрушенный Асгард, Хелу, Таноса…Особенно про последнего. Не скрывая сообщить, что если младший не прекратит обижаться и не последует примеру Тора в пересмотре их отношений, имеет все шансы обрести упокоение, валяясь со сломанной шеей на залитом кровью металлическом полу ворованного космического корабля. И с сожалением отмел эту идею. Подобное мог бы сказать мрачный, израненный, одноглазый Тор, который, скорее всего, умер в кузнице Нидавеллира. Тому Тору этот Локи бы поверил, к нему, возможно, прислушался. Но сейчас Громовержец выглядел привычным трикстеру взбалмошным старшим братом, и начни он говорить о том, что знает будущее, скорее всего, это будет расценено, как попытка поиздеваться. - Я отменил коронацию, - опомнившись, быстро проговорил Тор, осознав, что пауза затянулась. Локи вскинул брови. И даже сделал шаг на ступеньку вниз. Теперь он не столько возвышался над старшим братом. - Значит, это правда? Я слышал, но, не поверил… - Правда, врать я не умею совершенно, - постарался придать голосу простодушия Тор. – Да, коронации не будет. - Что случилось? Это из-за вчерашнего? Ты сказал отцу, что попал в Вальгаллу и он решил, что пока рано передавать тебе трон? - Если бы я сказал отцу про Вальгаллу, - Одинсон рассмеялся, - все не ограничилось бы только отменой коронации. - Вольштагг уверен, что я виноват в том, что ты вчера нес эту чушь, - сказал Локи. – Убедил остальных. Он винит меня в отмене церемонии и том, что ты лишился трона. - Не знаю, что ты там успел подслушать…, - увидев сощурившиеся глаза младшего, Тор поспешил поправиться, - услышать, но я им все объяснил. Я сам отказался принимать власть, это только мое решение. Ну, какой из меня царь? И буквально прочитал на лице Локи ядовитое «Действительно». Однако, мгновение спустя тот вновь выглядел совершенно спокойным и даже слегка скучающим. - Вольштагг и остальные и этому феномену нашли чудесное объяснение. Я опять же что-то с тобой сделал. Не подскажешь, что конкретно? Как-то спокойнее, когда знаешь, в чем именно меня обвиняют. - Никто тебя ни в чем не обвиняет. Как я уже сказал, это было мое решение… - В то, что оно твое, с трудом верю даже я. Не то, что… - Локи запнулся, и Тор тут же мысленно продолжил «твои друзья», - остальные. Мечта о правлении девятью мирами была первостепенной для тебя последние лет…- трикстер задумался, словно, подсчитывая, - даже не припомню, как долго. И вот, вдруг… - Я повзрослел. Локи не смог удержаться. Зеленые глаза распахнулись в искреннем недоумении, брови поползли вверх. Тор сдержал рвущийся смешок, а про себя подумал: «Вот задница». - А что насчет тебя? - Меня? - Ну да, - Тор заговорил искренне и убедительно. – Тебя. Я вдруг понял, что быть царем, это не удовольствие, а ответственность, и мне многому еще нужно поучиться. Но знаешь, если бы я все-таки получил трон, мне бы очень понадобилась твоя помощь и поддержка. Ты во многих вещах разбираешься в разы лучше моего, твой ум, твои таланты принесут пользу Асгарду и всем мирам. Я понимаю, между нами есть недопонимания и проблемы… Давай решим их сейчас, чтобы потом не выяснять отношения будучи при власти. Девять миров - наша с тобой ответственность. - И позволил себе осторожно улыбнуться. Локи молчал и просто смотрел на Тора. Ни по выражению лица, ни по взгляду невозможно было понять, какие трикстера одолевают мысли, чувства, эмоции. Громовержцу очень хотелось сказать еще что-нибудь убедительное, но он боялся, что это может быть расценено как попытка давления, и возымеет не тот эффект, на который Одинсон рассчитывал. Оставалось просто ждать и надеяться на благоприятный исход. - Тор, я благодарен тебе за оценку моих…хм…талантов, - Локи смотрел так же открыто, но взгляд его перестал быть недоуменным, теперь он был настороженным и изучающим. – Но я не понимаю, о чем ты. Недопонимания, проблемы? Что ты имеешь ввиду? «То, что ты собираешься меня убить, братишка. По-моему, это можно в некотором роде считать проблемой, как думаешь?». Нет, не собирается, одернул себя Тор. По крайней мере, не собирался делать это изначально. Возможно, позже, осознав, что он может стать царем, править и доказать, что несмотря на происхождение он ничем не хуже Тора, Локи в какой-то момент потерял над собой контроль и все-таки нанес тот решающий удар Разрушителем. Однако, впуская во дворец йотунов, Локи вряд ли думал о том, что Тор может пострадать. Скорее всего, целью были сорванная коронация и попытка поссорить Тора с отцом, показать царю Асгарда, что его любимый сын на самом деле глупый, несдержанный мальчишка, не достойный ни Мьельнира, ни золотого трона. Подавив усталый вздох, Тор ответил: - У меня есть причины так думать. То, что говорили ребята… Я понимаю, что это неправильно, и постараюсь пресечь в дальнейшем. Очень бы хотелось видеть в твоем лице союзника и советчика. В первую очередь в твоем лице, Локи. Мне кажется, многое этому мешает. Много чего между нами неправильно, и я бы хотел…хотел это изменить. Локи молчал, долго и внимательно разглядывая старшего брата. Но, когда он заговорил, Тор понял, что его лепет не возымел ровным счетом никакого эффекта. - Я уже сказал, мне плевать, что и кто обо мне говорит. Сплетни – не больше, чем развлечение для прислуги. Если сеятелями сплетен становятся великие воины Асгарда – это не мое дело. Мне не нравится лишь то, что они позволяют себе это в отношении царской семьи и прямо здесь. - Я не об этом… Не только об этом. - Тор начал теряться. Хотелось сказать много и сразу, но, во-первых, катастрофически не хватало слов, во-вторых, он это чувствовал, Локи сейчас его просто не слышит. – Просто… - Я ценю твою попытку помочь, но мне не нужен защитник, затыкающий всем рты, - не дал договорить трикстер. – Я вполне способен разобраться со своими проблемами сам, если они у меня возникнут, тем более, что болтовню Вольштагга я проблемой не считаю. А теперь, если не возражаешь, у меня дела. Бог Обмана коротко кивнул, развернулся и отправился вверх по лестнице. Провожая взглядом прямую спину брата, Тор поймал себя на том, что, во-первых, он со своими попытками наладить контакт, с треском провалился, во-вторых, еще одна такая беседа, и он, кажется, готов будет умолять те силы, что привели Громовержца сюда, вернуть его обратно на Нидавеллир.