По контракту

"Что я? Где я?". Эти вопросы было бы глупо задавать. Я приподняла голову и посмотрела на упоротого брата. Всегда мечтала о таком параноике, который старается из песка сделать домашние котлетки. Коля сидел под пальмой и жевал банан... сори, это был не Коля, а какой-то макак... просто они так похожи... Я схватилась за голову и приподнялась, однако опять свалилась без чувств. В глазах рябило, голова гудела, во рту будто тысяча скунсов пометили территорию. Солнце скрылось за пальмами, наплывали тучи. Так, а что вчера произошло? Ничего не помню. Кажется, мы сбивали мартышками кокосы… Или нет? А, вот ручного оператора, которого из кустов с камерой вынули, я помню. И как его раздевали тоже. А дальше… Мне всего шестнадцать лет, а я уже вытворяю такое. Весёлая жизнь, ничего не скажешь. Ладно, притворимся, что это не я. Чего не помню, того не было! Пляж пустовал. Относительно. На жёлтом песке остался след затухшего костра, следы ног и лап, перья… и два брата, которые во сне пускают слюни. Фу!.. Я решила, что пора вставать. Нашла в себе силы приподнять руку. И только. Предательская конечность решила, что довольно с неё на сегодня упражнений, и снова упала. Я захныкала и замолкла. Стала ждать помощи. Она пришла оттуда, откуда не ждали. Какая-то девушка оттащила за руки меня под пальмы (при этом у меня песок забился в рот, нос, глаза и уши, но ей это было всё равно) и напоила меня прохладной водичкой. Для исключения – не солёной. - Ты кто? – прохрипела я, вылив немного воды себе на лицо. Сразу же почувствовалась свежесть. - Я – Макури, - сказала девушка. Нет, не на русском. По-моему, на английском. А вообще… хрен поймёшь этих аборигенов. Макури имела достаточно экзотическую внешность. Только на косплеях ей и выступать. Её чёрные волосы были распущены и развивались на ветерке, чёрные глаза смотрели с жалостью, кожа имела кокетливый кофейный цвет. Отличительные черты – очень пухлые губы, узкие глаза и совсем… ну очень мало одежды. - А я Ира, - выдавила из себя и снова свалилась без сил. - Я знаю, - закивала она. – Ты вчера нашему вождю понравилась. - Что? Кто что нравится? – уловила я только часть слов. Мне на пальцах объяснили смысл и вправили мозги. Девица хотела сказать, что я пообещала жениться на его сыне в замен на то, чтобы нас отпустили. Етишкин пистолет… Известие о скорой свадьбе меня отнюдь не порадовало. Я впала в транс, рассчитывая, что слабоумную они в невесты не возьмут. Ошибалась. Девица, растолкав Колю и Гошу, напомнила, что церемония состоится через пару дней в глубине острова. И мило заметила, что если я не явлюсь ровно через три дня, то они сами придут на побережье. Ага, с копьями и стрелами. - Да не переживай так, - попытался утешить меня Гоша, но слёзы обиды продолжали катиться по красным щекам. Неужели им всё равно, что их будущая невеста будет красной? - Сама себя не пожалеешь, никто не пожалеет, - сказала я, утирая горькие крокодильи слёзы. Приехала работать, называется… Через пару часов меня привели в относительный порядок: кое-как расчесали, умыли, колючки из задницы выдрали. На самом деле колючки выдрали ещё вчера, так что моя попа красовалась стильной огромной фиолетовой гематомой. За это я была готова сказать ей лично отдельное спасибо. Сидеть было больно, стоять – проблематично. Меня закинули на спину и понесли в сторону лагеря. Всю дорогу мою спину сверлил укоризненный взгляд Коли, но я старалась не замечать. Гоша всю дорогу рассуждал о «рак и три тысячи креветок сверху». Что он имел ввиду, я не поняла. Просто наслаждалась поездкой на его спине и покрепче обхватила руками его шею. Лагерь встретил нас - увы - недружно. Прямо на пляже валялись избитые макаки, другие макаки (я про участниц) вертелись вокруг чернявой девушки и сочувствовали ей. Сопровождалось всё это вздохами: «Все мужики козлы!». Я лениво рассматривала их, жмурясь от светлых прядок парня, которые щекотали нос. Не дошли до бунгало мы чуть-чуть. Рита встала в стойку и накинулась на меня: - Ты где прохлаждаешься?! Ты что, не понимаешь, что шоу чуть не сорвалось! Я от тебя такого не ожидала! «Простите, Вы о чём? Я просто сегодня плохо соображаю» - Как ты могла забрать двух судей и свалить на другой конец острова?! «То есть меня они не искали?» - И почему должна была я ловить этих противных мартышек? – широкий жест в сторону участниц. – Всё, моё терпение лопнуло! Мальчики, оставьте нас вдвоём. Меня сгрузили в песок и ушли. Предатели. Что б вас Василий (местный макак) покусал. - Ты знаешь, что на этом острове ты одна несовершеннолетняя. «Неправда! Там ещё народец…» - Одно моё слово, и тебя турнут. Соберёшь вещички и помашешь ручкой прекрасной карьере. И останешься без характеристики и выходного пособия. Хотя, нет. Генеральная тебе такую характеристику даст, тебе точно понравится. - Не сомневаюсь, - ответила я сухо. Любовь Романовну в народе знают как бабу-огонь. Всё из-за её прошлого. Её ценят и уважают многие (боятся они её), поэтому стараются в споры с ней не лезть. А характеристики она и вправду даёт – закачаешься. Мне рассказывали. Проверять не хочется. - Она такой скандал закатит, что общественность узнает, что несовершеннолетняя заправляла сериалом, у которого возрастные ограничения восемнадцать плюс. Сплетня долетит до верхов, шеф будет прижат к стене. Вот только она мило улыбнётся и скажет, что ты устраивалась к ней по вот этому паспорту. Полицейские посмотрят и полюбуются поддельным документом и нагрянут к тебе домой. Заодно и всю семейку проверят. А там, я думаю, тоже грешки имеются. На тебя будет заведено уголовное дело, поддельные документы отберут. И на работу тебя не возьмут. По крайней мере, с такой характеристикой. Скотина. - Думаю, ты меня предельно ясно поняла, - заметила мою кислую мину Рита. - Это нечестно. Я на это не подписывалась. - О, подписывалась, - заулыбалась женщина. – Ещё как подписывалась. Там, где ты ставила закорючку, бумажка называлась «Контракт». Нужно было просто внимательнее читать договор. Я сжала губы. Возразить было нечего. - Отлично. У тебя всего три шанса. Первый ты уже использовала, второй я даю тебе сейчас. Используешь третье предупреждение – ты уволена. - Поняла, - бросила я. - Отлично. Кинув свои обязанности на мои хрупкие плечи, - начала Рита, - ты подписала себе приговор. Постираешь вот эту гору грязного белья, - её палец указал на огромную гору вещей. Ёпрст, никак с мартышек стянули… - Рассортируешь, приготовишь следующий конкурс и отчитаешься мне. Да, и ещё. Тебе письмо. С этого момента ты полноправная конкурсантка, поэтому твоя задача рваться в финал и всех ненавидеть. - Всех-всех? – уточнила. - Всех-всех, - подтвердила она. Это я могу… Начну, пожалуй, прямо сейчас.