По контракту

С каждым поворотом в моей судьбе, с каждой несправедливостью и бедой, Маша теряла то глаза, то подбородок. Нет, ничего криминального, просто с моей речью у неё выкатывались глаза и знакомился с коленками подбородок, вот и всё. - И ты с ними нормально общаешься? - не поверила своим ушам девушка. - После того, как они чуть не уложили тебя на лопатки? - Да не было этого, - покраснела я, хотя, наверное, это было незаметно. - Мы просто общались и... вот. - И тебе всё равно, что они на тебя так смотрят? - Как смотрят? - не поняла. - Как хищники на жертву. Подавилась слюной. - Как лев на львицу, - продолжила добрая Маша. А я начала задыхаться. - Они тебе нравятся, - сделала вывод участница под номером шесть. - Такая бурная реакция... - Нет, эти дибилы... - Говори, что хочешь, но они тебе нравятся. И ты это знаешь. Я позорно разревелась. Не хотелось над кем-либо издеваться, не хотелось видеть братьев, вообще ничего не хотелось... - Хм, подруга, а у тебя когда эти дни начинаются? Вот ещё одна "классная" новость. Ну, зашибись! Я просто человек-удача. Стоило обдумать, что делать с сыном вождя. Они так просто не отстанут, чувствую одним интересным местом. И выбора у меня нет. И бежать некуда. Прижали... Хотя... есть у меня тут одна идейка. Хотя... нет. Наряженная мартышка за невесту не сойдёт. ...А наряженная участница телешоу "Forever"?..

***

Барабаны стучали в ритм наших сердец, костры, казалось, горели и полыхали до самых тёмных небес. Искры сыпались нам под ноги. Маша сомнительно на меня посмотрела. - Иди первая. - Умеешь испортить всю торжественность, - фыркнула я и пошла первая. Шла, признаться честно, как по раскалённым углям. Терпела, материлась про себя, но дошла. Кажется, потом лужицей растеклась по земле, но это не так важно. Машка (вот не за что не поверю, что она меня не заметила и наступила случайно!) вышла вперёд и гордо задрала подбородок. - Кто тут заказывал невесту? Отчего-то барабаны умолкли, костры стали тусклее, сваты скисли. Так, вот такой нежданчик. Они что, знакомы, что ли? - Слезь с меня, - прошипела я, усиленно стараясь не прокусить губу. Поздно. Во рту появился привкус железа. - О Всевидящий, - начал вожак, раскидывая руки в стороны. - Зачем ты послал на наше поселение такое бедствие? - Что?! - пискнула я и снова заткнулась. - Наш род опозорен навечно! - Ну, спасибо. - И теперь, когда звёзды сказали нам, что эти девы - никчёмные жёны... - Я вообще-то всё слышу. - Я не подарю их своему сыну! - Больно надо! - Да заткнись ты уже, - не выдержала Маша. - Что-о? - протянули мы с вождём вместе. - Я не вам, мистер, - посмотрела она на вождя. - О, Всевидящий, прими же их души как жертву! - Что?! - запаниковала я. - Маша, Маша! Ау! - Чего? Они хотят заплатить Богу жертву. Наверное, петуха или овечку. - Или нас. Моё предположение оказалось верно. Опять мы оказались в полной заднице. И вылезти оттуда было проблематично. А всё ведь так хорошо начиналось... Помнится, когда закончился дождь. Да, именно началось всё тогда, пять дней назад...

Пять дней назад.

Я рыдала и рыдала, словно прорвало. Маша сочувственно гладила меня по голове. Дождь за окном разбушевался не на шутку. - Я не знаю, - рыдала. - Они оба такие милые. - Это у тебя, подруга, солнечный удар. - Ага... Наверное, я могла бы так вечно. Мне было так стыдно, что я не могла ничего сказать. Вместо этого я рыдала на коленях абсолютно незнакомой (ну почти, да) мне девушки по имени Маша и причитала, что все мужики - козлы. Эх, ладно, опущу лирику и сопли. Наступил новый день, с ним и новые проблемы. Они начались из-за Гоши. Дождь прошёл, все мы вернулись в свои бунгало. И я уже хотела было идти перестирывать вещи (угадайте, что же с ними случилось? Правильно. Они попросту стали вонять и превратились в какую-то зелёную тухлую жижу), но путь мне преградил Гоша. Взволнованный, какой-то дёрганый. Опять извинялся за своё поведение, обещал соорудить секс на пляже... так и не поняла - он про коктейль имел ввиду или нет?.. Потом начал качать права. И делал это так, будто он был моим парнем. Расспрашивал про нас с Колей. Я соврала, сказала, что он сам начал приставать. А потом... а потом Гоша меня поцеловал. Вот так просто, будто не он всего день назад обещал не приставать. Внутри опять затрепыхались бабочки, но я прогнала это чувство. Потом поняла, что чувство очень уж тянет. Пришлось срочно бежать в туалет и открывать упаковку с тампонами. Целый день участники слонялись по пляжу и отдыхали, приводили себя в порядок. Я же внимательно следила за Гошей, чтобы между нами оставалось достаточно пространства. Однако Коля заметил мою перестраховку, поинтересовался. И разозлился. За этим последовали разборки, только не со мной. Пока братья валялись по пляжу и дубасили друг друга, я обсуждала с Машей эти дни, прокладки, тампоны и мартышек. Не спрашивайте, при чём тут последние... сама не знаю. К концу вечера я уже изнемогала от боли в животе. И как назло не было таблеток. Я искрутилась, побывала в позе "зю", в позе йоги... За этим занятием нашёл меня Коля. Ему досталось. Потом Гоша. Ему тоже. Мало того, что расцарапала физиономию, выносив при этом мозг (а его туда ещё кто-нибудь заносил?), я дала ему в пах, пообещав, что больше ни один извращенец ко мне не пристанет. Если смотреть трезво и рассуждать здраво, то Коля и Гриша как раз извращенцы-педофилы, потому что мне ещё нет восемнадцати. Ага, было бы всё так просто в нашем мире... На следующее утро я поняла, что жизнь прекрасна. Особенно, когда вкусила райскую амброзию... яичницу. А дальше началась какая-то фигня.