Тёмная любовь мистера Блэка

Я лучше умру молодым, бедным и пьяным, если меня будут обсуждать за ужином, чем доживу до ста богатый, трезвый и никому не запомнившись. Эндрю

Это была болезнь… болезнь всего их рода — быть зависимым от кого-то, от той, кто станет для тебя в с е м. Безумна ли вся семья Блэк? Это был пятый курс её старшего сына, Сириуса Блэка. — И что же ты выбрал, сын? — за чашечкой чая, во время обеда, снимая так и не заданный вопрос ещё четыре курса назад, Вальпурга заинтересованно, без боязни, посмотрела на старшего сына, чувствуя, как на секунду замирает сердце. — Королям нужны их Королевы, — тихо, но мрачно, сказал Орион, и выпил чашку с бренди — на него миссис Блэк смотреть не хотела, она обладала хорошей памятью и много не забыла вспомнила. — Алиса, она моя Королева, и будет принадлежать мне, — тёмно-синие глаза пугающе-жестоко блеснули в темноте, а улыбка, нет, скорее ухмылка охотника, как у Ориона, украсила его милое кукольное личико, сделав наследника ужасающе пугающим. Миссис Блэк быстро уняла начавшуюся дрожь — это безумие их семьи, их мужской части, и ничего они, она, сделать не могли, ведь и сама она была такой же жертвой, — к счастью, большую часть времени Орион вполне был…кхем…нормален и даже адекватен… Кем бы не была та самая Алиса, Вальпурге стало её немного жаль — она и сама была женой одержимого и помнила…знала хорошо что на её муже природа выделила большие и крепкие нервы, безумное терпение и извращённую фантазию в постели. Сириус таким похвастаться не мог — он не мог держать свою натуру в узде, она долго не проживёт, даже если будет сильной — любовь семьи Блэк болезненна и не долго терпима, а она лишь редкое исключение — она родилась в безумной семье Блэк Орион обладал большой терпимостью, Сириус забрал же большой нрав неудержного безумия Блэков — не зря говорят «Бешеный, как Блэк» Орион мог остановиться в самом конце, в начале и даже в середине чего-либо и какого-либо действия — Сириус тормозов не знал, и если изредка он мог остановится в самом начале, — и то, таких случаев можно пересчитать по пальцам рук, — то в середине или, не дай Мерлин, в самом конце — тут он и не знал слова «нет, «Нельзя» или «запрещено», а так же им подобные — голову сносило мальчику окончательно. Так было всегда и так будет, но сейчас, смотря на Наследника… Вальпурга боялась…боялась до дрожи что Сириус, её Сириус натворит, — а что он что-то натворит даже не обсуждалось, она это просто знала — и так было всегда. Потом она вспомнила о бедной девочке Алисе — миссис Блэк было её немного, жаль, да, но… разлучить Сириуса и его наречённую… это будет смерти подобно, — а ведь она хотела пожить подольше, несмотря на…кхме…некое «безумство», да, пускай будет так, её мужа. — Покажи её, — повелительным тоном приказал Лорд Блэк, и Сириус, недовольно скривившись, кивнул, самостоятельно извлёк свои вспоминания в думосброс. И он показал. Это было в библиотеке Хогвартса: Сириус, Джеймс, Римус и Питер с Эванс — грязнокровкой, за которой увязался Поттер-младший. Они сидели за самым дальним местом, там, где их почти не было видно, делая свои чертежи явно не для домашней работы, когда Сириус поднял голову и снова увидел её. Это была пятикурсница с факультета Рейвенкло — и её звали Алиса. Алиса Григшот, полукровка. У Алисы были длинные, завивающиеся природой волосы, оттенком между горьким шоколадом и сладкой карамели от природы не видавших другого цвета — точнее миссис Блэк сказать не могла, но заметила, что как только солнце упали ей на волосы, то они стали переливаться, отблёскивать различными цветами шоколада. У Алисы были — Вальпурга подошла поближе — серые, будто затянутые настоящим дымом глаза, среди которых невыносимо было найти зрачок. Алиса была одна, точнее, зашла она одна, однако направлялась к столу к подругам — и случайно повернулась в сторону знаменитой пятёрки, ласково, хотя скорее приветливо, но сын мог воспринять это иначе, улыбнувшись, смотря в сторону Сириуса. Всё за её фигурой словно таился туман, показывая флёр загадочности. Повернувшись в след за девушкой, миссис Блэк посмотрела прямо в глаза сына из воспоминания — и вздрогнула. Значит, он уверен в своём выборе, женщина видела это по ставшей эрекции, участившемуся дыханию, обожанию вместе с жадностью в глазах сына, и нервно дёргавшимися руками. Жаль, безумно жаль и…интересно, что из этого выйдет. И всё-таки да, безумию семьи Блэк подвержены были все — просто кто-то больше, а кто-то меньше. Иначе ей было бы страшно, а не смешно наблюдать за последующим представлением.