Маяк

Небо было серым, впрочем, как и всегда, день за днем, вновь и вновь. Я будто перестаю различать цвета, как только выхожу за порог своего временного жилища. Снова убираю тропинку к маяку, стоящему посреди этой серости и вечных ветров. К сожалению, мне здесь быть еще неделю. Скучную, серую, долгую неделю… День за днем я живу на этом клочке земли и слежу за маяком. Дни сливаются воедино, я уже не могу конкретно сказать, что я делал. Все это время единственными моими слушателями были чайки и маяк… Маяк… Иногда он меня пугает. Чем? Мне самому интересно. Он уже пережил дюжину смотрителей. Как они выдерживали? Понятия не имею. Убрав тропинку я отправился за тряпкой и ведром, чтобы вытереть линзы и стекла маяка. К счастью, сарай пристроен к лачуге и мне не приходится тащится на другой конец островка. Тряпка и ведро нашлись быстро. – Все на том же месте… Тихо пробубнил я. Закинув тряпку на плечо мне пришлось пойти в дом за водой, мыть морской водой будет только псих или идиот. Кто-то может и скажет, что виды здесь чудесные, если увидеть их в первый раз, возможно. Правда, когда ты день ото дня видишь лишь серое, давящее на глаза, безжизненное небо… В общем, мне так не кажется. Работа на маяке уже давно не является почетной в нашем городке, на нее идут или от безысходности, или убегая от закона, кому вообще в голову придет искать кого-то на этом, забытым всеми богами, клочке земли. Набрав воды, я направился к маяку, верхушку которого уже облепили сотни чаек. Подойдя к нему, моя рука просунулась в крайне неудобно пошитый карман за ключом. Но в кармане ничего не оказалось. Нахмурившись я положил ведро с тряпкой у двери маяка и проверил нет ли дырки в нем, но карман был цел… Паникой слабо можно описывает состояние в котором я прибывал. Куда мог деться ключ на маленьком клочке земли, который населяет только один нище брод и чайки? Я рванул к домику, сердце в груди бешено колотилось. – Хоть бы я его просто выложил… – Хоть бы… Рывком открыв дверь я влетел в спальную комнату. Ключ лежал на столе… Я выдохнул, взял его и медленно поплелся к маяку. Почему ключ был не в штанах? Ну не мог же он сам оказаться на столе сам, а кроме меня никто не мог положить его. Возможно, я просто не помню, как выложил его... – Да, именно так. Успокаивал себя мой разум, пока мое тело брело к маяку. – Все так и было, по другому быть не может… Подойдя к нему и немного успокоившись, я взял ведро с тряпкой и отперел дверь маяка ключом. Чтобы открыть эту, жутко скрипящую, дверь постоянно приходится прилагать не мало усилий. Надо будет попросить, чтобы привезли что-то для смазки двери. Винтовая лестница, уходящая ввысь… вот первое что увидит человек зайдя в маяк. Старую каменную лестницу, в некоторых местах уже поросшую травой. Медленно поднимаясь по лестнице я размышлял о том, чем можно заделать окна в хибаре, на случай шторма, не хотелось бы жить с разбитым окном. – Вроде в сарае были какие-то доски… Под эти мысли подняться на верх маяка не заняло много времени. Линзы маяка были чистыми, но если сказали вытирать каждый день, то куда деться. После я вышел на балкон, чтобы помыть стекла от грязи, налипавшей за всю ночь. Когда все чайки разлетелись я увидел на полу трупик одной из них. Стекло было в крови и прилипших остатков птицы. Как она врезалась в него? Да черт знает, это явно меня не касается, а вот уборка после этого, даже очень. Я взял чайку за крыло и выкинул за пределы балкона. Настало время поработать… – Черт бы побрал эту крылатую крысу, да и всех ее дружков тоже. Вытирать кровь, отдирать застывшие испражнения птиц и различные ошметки от стекла не очень приятное дело, но мне не привыкать. Меня с детства учили: любой труд должно выполнять, каким бы отвратным он не был. Закончив вытирать стекла, я положил тряпку в ведро и начал спускаться вниз. Вздох, вот мой спутник по жизни. Выгнали с судна, я вздыхаю. Уволили с доков, вздыхаю. Отправили на маяк, вздыхаю… Вылив грязную воду в отхожее место у меня, как всегда, появилось свободное время до заката, слишком много свободного времени… Сложив ведро с тряпкой в сарай, я пошел в хижину и лег на кровать. Лежа на скрипящей, накрытой прогнившим одеялом, кровати в моей голове не было ничего… Пустота… Лишь шум разбивающихся о камни волн и крик чаек, громкий и раздражающий крик… здесь его хотя бы плохо слышно. Что буду делать, когда закончу с работой? Отправиться в столицу? Работы там не многим больше, хотя все равно лучше, чем в нашем захолустье… Может стоит пойти по миру, может где и осяду? Смысл сейчас думать об этом, мне надо провести здесь еще немало времени… Когда я повернул не туда? Год назад? Четыре? Или же я изначально иду по неправильному пути, что кончается тупиком… Размышляя не о чем, я потерял счет времени, оно тянулось, и тянулось, и тянулось... В очередной раз посмотрев в окно мне открылась новая картина. Столь прекрасная, в сравнении с вечной серостью, что мое сердце забилось быстрее. – Хорошая будет сегодня ночка… Небо у горизонта стало светлеть, но я понимал к чему все идет. Сняв куртку, я отправился в сарай, чтобы подготовить топливо для маяка и взять доски для окон. – Черт тебя дери! И нужно же было накаркать! Корил я себя пока наливал топливо в канистру. Выйдя с топливом на улицу, мой взор устремился на небо, уже не только горизонт, а и большая его часть просветлело. – Эх, если бы не шторм… Вздохнув мои ноги продолжили путь. Открыв скрипучую дверь и поднявшись наверх, я залил топливо в маяк, после чего проверил механизм и груз. Груз держался прочно, канат менять еще было рано. Главная проблема с этим грузом была в том, что его хватало лишь на половину ночи, из-за чего приходилось не спать. Проверив все еще раз и взяв канистру, я пошел к сараю. Положив канистру, я взял молоток, гвозди и доски, не хотелось бы жить с разбитым окном… Разве я уже этого не говорил? Окон было три: два на “кухне” и одно в спальной комнатушке. Работа была не пыльной, но требовала достаточного усердия, мне же с этим жить целую неделю. Когда окно в спаленку уже было заколочено, вытирая рукавом пот с лица, я посмотрел на небо, оно уже полностью было оранжевым, а горизонт был чернее черного. Надо поторопится, я же не хочу жить в продуваемой всеми ветрами халупе… Я перешел к окнам в “кухне”. С ними не пришлось возится долго, и работа была закончена раньше срока. Я пошел в сарай, сложил оставшиеся доски и гвозди, после чего взял трос. Стоит его протянуть от домика к маяку, мало ли чего. Привязав один конец троса к балке крыльца я двинулся к маяку. Троса хватило! Моей радости не было предела, правда не долго… Привязать то его не к чему… Немного помаявшись, я плюнул и привязал второй конец к ручке двери. – И так сойдет. Закончив с приготовлениями, я поспешил в домик, стало холодать. Одев куртку и дождевик, нужно проверить свой скарб, если эти крохи можно назвать скарбом… В него входят: Две деревянные миски, ящик картошки, мешочек с свечами, мушкет (Который, благо, мне не разу не пригодился) с мешочком пороха и десятком пуль (Возможно это еще с тех времен, когда свирепствовали разбойники), сменная одежда, несколько пачек спичек (Иногда я зажигаю по одной, что уж поделать, свечи то казенные и много их не позажигаешь), железяка для свечей (Совсем забыл как ее называть…) и столовые приборы(Странно, вроде одной ложки не хватает, скорее всего чайка стащила), дождевик и теплая одежда для второго смотрителя (*вздох*), журнал… – Черт возьми! Я стукнул себя по лбу и отметил сегодняшний день. Снаружи уже шумел ветер и небо совсем покрылось тучами, значит пора запускать маяк. Дверь из дома получилось открыть с трудом, будто ветер силой не хотел выпускать меня, справившись с ней я твердо двинулся к маяку, кутаясь в дождевик и сопротивляясь ветру. Дойдя к двери , я ее с легкостью открыл, благо ветер помог, но с закрытием возникло уже больше трудностей… Проверив трос внизу еще раз, я пошел наверх, шум ветра снаружи все усиливался, а свет постепенно угасал. По пути наверх я осматривал трос, он был цел, с верху также ничего не поменялось, и я включил свет маяка. Ярчайший свет ударил из линз, благо я уже наученный и прикрыл глаза рукой, но помогло не сильно. Я запустил механизм и спустился. Маяк заработал, освещая все вокруг своим спасительным светом. Тем временем шум ветра только нарастал, и я поспешил в хижину. Выйдя наружу и с трудом закрыв дверь, под сильные удары ветра и ледяные брызги, я закрыл на ключ маяк и быстрым шагом пошел к домишке. Дойдя до него по тросу и войдя внутрь, я зажег свечу и пошел в спальную комнатку. –Ты же хотел, чтобы хоть что-то случилось… Надеюсь, это не приживется. Сидя за столиком, я чувствовал усталость, возможно из-за непогоды, но спать мне категорически было нельзя. Пытаясь занять себя хоть чем-то, до меня донесся звук со стороны сарая. Шторм совсем разошелся. К счастью, хибара сколочена на славу, вроде недавно поставили. Звуки шторма, благо, не усиливались, но и не утихали. Стук ливня о доски заглушал мысли, но хотя бы отгонял сон. Этот стук отдавался в моей голове, будто шум идет не снаружи, а из головы… –Надо проверить механизм маяка. С этими словами я встал из-за стола и побрел к двери. С трудом открыв ее мой взгляд устремился на единственный источник света вокруг, механизм стоял, и мне пришлось отправится к маяку чтобы его завести. Я сразу же ощупал карман, на наличие ключа, который был на месте, и по канату пошел к маяку. Ветер сдувал с чудовищной силой, а холод от брызг и ливня пробирал кости сквозь дождевик и куртку. Трос свою задачу выполнял сполна, не давая непогоде снести меня в океан. Темнота пожирала все, ориентироваться приходилось лишь на свет маяка и трос. Подходя к двери маяка, я достал ключ, вставив его в скважину и тут до меня дошло… Дверь не заперта… – Но я же ее запирал. Я точно запирал… Мое сердце стало стучать чаще. – Мать вашу я его точно запирал! Я вошел в маяк, закрыв за собой дверь на ключ. Первое что бросилось в глаза это лежащий груз с оборванным тросом… Черт возьми да что тут творится! Пришлось идти в сарай за новым грузом и тросом, мешок с прошлым был порван в хлам. Пройдя через буйство стихии вновь я с трудом вошел в сарай. Вытирая воду с лица, я глазами искал еще один трос и мешок с грузом. Груз нашелся быстро, а вот троса не было нигде. – Или я уже совсем помешался или на островке есть еще кто-то… Внимательней обыскав весь сарай– трос обнаружен не был. Вздохнув, я вышел с грузом, подошел к крыльцу и отвязал конец троса. Идти с грузом в одной руке и держа трос в другой вдвойне сложнее, но если бы я боялся трудностей, то я бы сюда и не подумал бы соваться! Медленно продвигаясь, я думал на счет всего бреда что сейчас происходит, если это человек, то он должен сейчас где-то быть… И это пугало… Спихнуть все на случайности не получится, слишком много случайностей. Ливень будто начал нарастать. Только этого мне не хватало! Стиснув зубы, я, изрядно устав, добрался до чертового маяка, ключ все еще был в скважине. Я положил груз внутрь и принялся отвязывать трос, он был изрядно промокшим, что не облегчало задачу. Давай же! НУ!!! Я был близок к тому, чтобы впасть в неуправляемый гнев, что мне явно не было не нужным. Кое как отвязав трос, дверь была закрыта на ключ. Долго идя по винтовой лестнице, я чувствовал, что мои ноги уже на грани. Поднимусь надо будет передохнуть… Наконец добравшись до верха, я отвязал остатки предыдущего троса и привязал новый. После чего сел на ступени отдохнуть. Я посмотрел на порвавшийся трос… Он не был порван, он был разодран, будто его пытались отрубить ужасно заточенным топором. А топором ли? У меня в голове крутилось лишь одно: надеть груз и сваливать в домик от всего этого подальше! Я резко встал и начал заводить механизм, пока я это делал, снизу эхом донесся удар о дверь… Настолько громкий что его было слышно на верху во время шторма! Я быстрее начал крутить ручку, я чувствовал, как начинаю паниковать… Я хотел, чтобы этот шторм закончился, чтобы все успокоилось и просто было тягучим и привычным! Произошел щелчок, НАКОНЕЦ-ТО! Я быстро сбежал вниз и приступил к привязке груза, благо это заняло какие-то секунды, но стук не прекращался… Стоя у двери, я ждал очередного стука… Сколько я стоял? Не знаю… Я уже ничего не знаю… Я выдохнул, собрал остатки мужества и резко открыл дверь… На пороге, благо, никого не оказалось и я, быстро закрыв дверь на ключ, из последних сил рванул к хибаре. Путь был не прост, я уже сильно устал и еле мог найти силы просто двигаться, но страх– это мотивация, которая придает очень много сил. Вдруг мелькнула молния и краем глаза, в этой непроглядной темноте и вечно идущем ливне я заметил силуэт… ДА ДВИГАЙ ЖЕ ТЫ! Я рванул к домику, не обращая внимание на боль в ногах. Мушкет! Надо добраться до него раньше этого типа! Сердце чуть ли не выпрыгивало из тела! Страх заполнил всю голову, я уже полностью поддался панике… И вот, спасительная дверь, я уже схватился за ручку. Я решил оглянутся… В этой темноте, каким-то образом, я увидел тот самый силуэт… И он шел к домику… Я рывком залетел в хижину и рванул к мушкету, проверил заряжен ли он, И СЛАВА БОГАМ, ОН БЫЛ ЗАРЯЖЕН! После чего я стал напротив двери и стал ждать… Сердце уже болело, ноги не держали, глаза были залиты водой, а руки тряслись от страха ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ДА ЧТО ОН ТАМ ДЕЛАЕТ! Не знаю сколь долго я так простоял, но для меня это была вечность, я уже не замечал сильнейший стук капель дождя о крышу и гром, меня волновал лишь этот силуэт… Я его плохо рассмотрел, но меня пугало его наличие… В голову уже закралась мысль: Может я схожу с ума? Ну не может это все быть взаправду… Но я не ослабил хватки… Вдруг все будто затихло… Полная тишина... Шторм все еще бушевал, я это понимал… Но в этот самый миг моя жизнь изменится… Бесповоротно и навсегда… Дверь медленно открылась, и я увидел силуэт… От страха я не мог ничего сделать, но и силуэт не двигался, он даже ничего не говорил… Мелькнула молния… Но силуэт остался не освещенным… Человек это или нет, но я ему не дамся… В этот раз, он не получит моего вздоха… Когда грянул гром я уже выстрелил. Прямо в его грудь, в сердце. Секунда, вторая, мы оба будто еще не поняли, что произошло. Силуэт издал столь громкий, нечеловеческий звук, что у меня даже заложило уши… И все… Оно убежало во тьму… Я еще стоял какое-то время сжимая мушкет, не веря в то, что произошло. Немного придя в себя, я зарядил мушкет и всю оставшуюся ночь провел в углу спальни, прожигая свечи… Шторм успокаивался… Все стихало и возвращалось на круги своя. Окончательно я пришел в себя лишь к утру, если можно это так назвать. Я положил мушкет, потушил свечу и вышел на улицу… Небо было серым, впрочем, как и всегда, день за днем, вновь и вновь…