Ночной кошмар

Тихое дыхание раздавалось в ночной темени, давая понять, что этот человек спит сном, на вид крепким, но на деле очень хрупким. Казалось бы, волнение излишне. Однако, нет. Вскоре дыхание стало частым и тяжёлым. Это заставило Хуа Чэна перестать влюблённым взглядом глядеть на чёрные волосы своего Принца и заметить нервно вздымающиеся плечи. Се Лянь лежал к нему спиной, и демон не мог увидеть его лица, но он лишь приподнялся на локте, желая выяснить, что это посмело нарушать преспокойный сон Его Высочества. Лоб Принца покрылся холодным потом, обильно стекающим на подушку. Пальцы подрагивали, брови жёстко сошлись в переносице, а рот скривился в горькой плачущей улыбке, какая бывает от сильного горя. В самых уголках глаз появились маленькие шарики сверкающих от света из окна слезинок. Дыхание стало рваным, а ресницы затрепетали. Хуа Чэн подумал, что его Принц вспомнил нечто из своей жизни, что ему сейчас и снилось, и начал своим низким голосом утешать: -Не бойся, всё позади. Никто не посмеет больше тебя обидеть. Он уже поднёс руку, чтобы погладить Божество по его мягким ручейкам волос, когда тот совершенно внезапно распахнул покрасневшие глаза и теперь резко спохватился, где он, и что происходит. Не замечая того, что его глаза ещё не свыклись с освещением, делая всё увиденное размытым и двойным, он стал ими жадно и испуганно-тревожно что-то высматривать. Не найдя это что-то перед собой, он всё так же резко развернулся, чуть не заехав локтем в подбородок Хуа Чэна, который ошеломлённо, но не менее тревожно смотрел на Се Ляня. Увидев перед собой лицо с глубоким тёмным глазом слева, подчёркивающей его бледную кожу чёрной повязкой справа, губами, что изогнулись в нервном выражении, и прекрасными каштановыми волосами, глаза наполненные неупавшими слезами смягчились, и в них засияла нежность. Но в то же время, не дав демону ничего понять, Се Лянь быстро рванул к нему, левой рукой обнимая под головой, а правой со спины, прижав так близко и крепко, как даже во время парного совершенствования не сближались, с громким криком: -Сань Лан!!! Пот со лба разлетелся холодными капельками во все стороны, падая на острые плечи Хуа Чэна, на его удивлённое лицо, на простыни сзади него. Демон не мог понять, да что же творится с его Принцем сегодня. Ведь всё точно не спроста. Но он и помыслить не смел, что его Божество вовсе не видело сны о своём грустном и тяжёлом прошлом, а совсем наоборот- про ужасное будущее и про... Него самого: -Сань Лан...- задыхаясь, пытался не потерять рассудок Се Лянь,- Мне... Мне приснилась такая страшная и отвратительная вещь. На этих словах он вжался лицом в красивый промежуток тела между началом шеи и ключицей демона. -В нём, Сань Лан. В нём ты умер,- ладони судорожно сжались, ногтями на их пальцах начиная царапать кожу спины, а мышцы, что хватало сил, напряглись,- Но это не всё. К-кольцо... Его не было! Оно навеки пропало, а ты.. Ты тоже на..век..и... Се Лянь не смог сдержаться и заплакал прямо в тело Хуа Чэна. Последний же тупо уставился сначала перед собой, затем на волосы, чёрные, как смоль, но тут же спохватился и обнял ответно. Поцеловав в макушку он начал нашёптывать успокоения в заострённое ушко Принца: -Всё хорошо, Ваше Высочество. Гэгэ не о чем беспокоиться: я здесь, кольцо здесь, мы вместе, Мой Принц. Затем он взял голову Се Ляня за примявшиеся щёчки в ладони и начал мелко и легко выцеловывать каждый сантиметр: сначала это все ещё не упавшие слезинки на щеках, на вкус очень горькие, полные чувства потери. Не такие, когда Се Ляню очень хорошо от ощущений его демона в нём. Хуа Чэн всё поднимался и дошёл до самих глаз, целуя прямо в веки или у самой переносицы, откуда и берутся слёзы, как-бы пытаясь там закрыть выход слёзам и успокоить рыдающего Принца. Это помогало- видимо, почувствовав неизмеримую заботу о нём, нежность, направленную к нему, любовь, предназначенную для него, Се Лянь мало-по-малу успокоился и расслабился, дозволяя демону целовать себя, где тому хотелось. Хуа Чэн языком раскрыл размякшие губы Се Ляня, накладывая на них свои, проникая глубже длинной озорной мышцей. Но Хуа Чэн, насколько бы не был ненасытным, всегда держал себя в руках, Се Лянь иногда удивлялся его поразительной сдержанности и самообладанию. Так и сейчас, демон, мыслящий и поступающий куда и гораздо лучше многих из небожителей, понимая нынешнюю ситуацию, имел одну только цель- ни в коем случае не принуждать Его Высочество, только доставить ему самому удовольствие и успокоить, никаких лишних действий, пока он сам не попросит. Хуа Чэн аккуратно поднял поддатливое тело, усаживая так, чтобы его дрожайшее сокровище опиралось на спинку кровати, не испытывая ни малейшего дискомфорта. Чтобы его Принц мог спокойно ориентироваться в пространстве, он зажёг ночник с тёплым оранжево-охровым светом. Хотя сам мог отлично обойтись и без него- создание тьмы и зла. Затем он развязал и так наполовину ослабленный узел пояса, распахивая белоснежные нижние одежды, открывая гладкую, на вид непорочную, грудь. И только им двоим было известно, что на этой груди уже несколько раз появлялись и заживали маленькие красные ягоды, которые так подчёркивали белый образ этого Бога Войны в короне из цветов, и делали таким невыносимо возбуждающим, особенно с этим томным раскрасневшимся лицом, что не удержался бы никто и набросился сразу же. Кроме любимого демона, всегда спрашивающего разрешения, да и позволил бы он кому-то другому тронуть и, тем более, обидеть и грубо надругаться над этим наипрекраснейшим за всю историю Небес Божеством? Но, конечно, раз он получал разрешение, а получал он его почти всегда, то и он еле держался. Полностью обнажив верх, это воплощение порока начало стягивать полупрозрачные штаны, показывая такие, казалось, нереальные, гладкие, словно из нефрита, ноги. Корень Ян у Се Ляня стоял ровно, просто безупречно, так, что никак не хотелось с ним что-то делать- хотелось просто любоваться и бесконечно наслаждаться тем, что каждая частичка Его Высочества прекрасна, и тем, что это его Его Высочество. Но Се Лянь, видя, что Хуа Чэн бездействует, почувствовал себя не очень уютно, а от того, что его нижней части совершенно не уделяли внимания, он невыносимо страдал- ему скорее хотелось ласки. -Сань Лан...- проскрипел он, а в голосе слышался подавляемый стон. Хуа Чэн немедленно принялся ублажать Божество, взяв в ладонь налитый кровью орган. Сначала он медленно проводил от самого кончика до самого основания, размазывая белёсые капельки по поверхности, заставляя Принца выгнутся в спине и вцепиться в простыни, всегда претерпевающие такое бесцеремонное комкание во время, подобных этой, ночей. Но это было лишь предварительным знаком, предвестником приближающейся волны удовольствия. В следующий момент Хуа Чэн уже ухватился за ствол и начал быстро проводить рукой вверх-вниз, часто сжимая, заставляя дыхание Принца стать прерывистым и обжигающе горячим. Румянец коснулся не только щёк, что слегка поправились после того, как Се Лянь переехал в Призрачный Город и стал нормально питаться, и ушей, но и также перешёл на шею и самые вершины плеч. Кисти Се Ляня сжались до белых костяшек, когда он, вместо ощущений выходящей из него спермы, почувствовал горячие губы на своём достоинстве. Се Лянь вцепился теперь уже не в тёмно-красные простыни, а в волосы с угольно-чёрным отливом, причёска из которых давно потеряла свою форму и смысл. Равно как и повязка на глазу, снятию которой, демон никак не препятствовал. Стало, конечно, немного обидно, что Хуа Чэн принял форму Сань Лана, но только в таком облике у него билось сердце, гоняя по сосудам кровь... Мысли Се Ляня прервало одно лишь движение- демон двинул своими губами вниз, вбирая горячую плоть полностью, по самое основание. И тут он начал ускоряться, двигаясь всё быстрее и быстрее. Принц сжал ладони в кулаки, потягивая Хуа Чэна за волосы, а его глаза вновь наполнились слезами. Эти слёзы уже очень разительно отличались от недавних- эти были столь же сладки, сколь ощущение происходящего что для одного, что для другого. Сдавленные стоны пронзали ночной воздух, когда Се Лянь бросил взгляд за окно, наблюдая, как на слабеньком ветру покачивались длинные ветви ивы, пуская рябь по глади преспокойного озера. Хуа Чэн задевал яйца, высовывая язык и облизывая самым кончиком прямо с плотью во рту. Затем он проходился по стволу, уделяя внимание каждой проступающей вене, но не пуская в ход зубы, доходил до самой головки, косаясь губами только дырочки, откуда непереставая вытекала по капле липкая жидкость. Наконец, и это занятие полностью удовлетворило Божество. Посему Хуа Чэн приблизился очень-очень близко к лицу Се Ляня. Вот так вот вышло, что они уже почти всё закончили с нижней частью тела, когда про торс и не вспоминали. Демон игриво облизнул губы, а Се Лянь так и вспыхнул- кровь слишком резко прилила к голове, и тот чуть не кончил. Хуа Чэн стал оставлять мокрые поцелуи на шее, спускаясь ко грудной клетке. Два затвердевших соска ждали своей очереди. Протянув ещё чистую руку демон двумя пальцами сжал твёрдый шарик, начиная понемногу его подёргивать. Губами же он приник ко второму, блаженно посасывая и покусывая. Бог Войны, что когда-то сражался с целой армией Юнани, сейчас был абсолютно беспомощен перед этим сладким, таким приятным чувством. Перед его горячо любимым Сань Ланом... Губы демона смачивали некоторые укусы, рядом с которыми зияли краснеющие засосы. Пришло время и для самого главного. Хуа Чэн протянул руку с подсохшей на ладони спермой к самым губам Принца, не входя внутрь ротовой полости, выжидая терпеливо, пока Его Высочество захочет или же наоборот- нет, взять эти пальцы. Но в итоге, Се Лянь чётко понимал, что к чему. Он без сомнений принял тонкие, идеально сочитающиеся с тонкой ручкой каллиграфической кисточки, пальцы, слишком щедро одаривая тех языком. Он так чщательно вылизывал их, что слюна обильно капала с подбородка. Пальцы были такими мокрыми, что Хуа Чэн без труда смог войти одним из них внутрь круга мышца, где-то в глубине двух упругих ягодиц. Он начал им двигать по кругу, таким образом немного расширяя отверстие. Из мягких, блестящих от слюны губ вылетали протяжные звонкие стоны удовольствия, вперемешку со слёзами, которые крупными каплями падали из глаз. К первому пальцу добавился второй, и демон разводил их друг от друга, чтобы как можно скорей подготовить Принца. Вскоре, это произошло, и Се Лянь, полностью готовый как физически, так и морально, лёг на спину под Хуа Чэна, раздвигая ноги так широко, как старался, чтобы его демону было удобно. Руки он придвинул к лицу, прикрывая пылающие щёки. Однако оба внезапно вспомнили, что Хуа Чэн до сих пор в одежде. Се Лянь знал чем это всё закончится. Когда дело доходило до раздевания, то Се Ляня раздевали очень быстро, а вот с этим паршивцем дело обстояло по-другому. Он становился в полный рост перед смущённым в край Принцем и начинал свой медленный своеобразный домашний стриптиз. Так и сейчас: он встал ровно напротив Се Ляня, который свёл свои ноги снова вместе, из-под ресниц глядя на слишком горячего демона перед ним. Ну а тот, заметив реакцию Его Высочество, лишь ухмыльнулся. Да, на нём почти и не было одежды, однако ему хватало и того, что он имел сейчас. А именно: тонкий халат, который тот надел после недолгого очищения своего тела, чтобы не лежать грязным рядом с самой чистотой, в их личной купальне. И так, Хуа Чэн одной рукой потянулся к противоположному плечу, обнажая ключицу, складочку у подмышки, ну а затем и блестящее плечо. О, как любил Се Лянь эти острые плечи, как всегда тянулся к ним, чтобы зацеловать их до того, пока они не превратятся в огромные красные пятна от количества засосов. Но на одних плечах дело не кончалось. Хуа Чэн второй рукой также медленно потянулся к поясу, вытягивая буквально по половине сантиметра за каждую попытку развязать его. Се Лянь внутренне взорвался, не выдержав- он соскочил с кровати, быстро схватив демона за его хитрые руки, начав развязывать всё самостоятельно. После пары движений халат стремительно полетел вниз, безвольно упав на пол к ногам хозяина. Принц опомнился, только когда услышал небольшой смешок, доносящийся из горла демона напротив. До него дошло: -Сань Лан!- он-то думал, что его уже ничего не смутит больше, но всякий раз этот хитрец опровергал его мысли, заставляя краснеть ещё больше, чем через край. -Гэгэ такой нетерпеливый,- с нескрываемой удовольственной улыбкой произнёс он так низко, что Се Лянь вздрогнул. Его достоинство поднялось и упёрлось в живот, немыслемо боля от нетерпения. Оба вернулись на кровать, Божество вновь раздвинуло ноги перед Князем Демонов. На этот раз Хуа Чэн и сам уже не собирался тянуть- слишком много воды утекло, пора бы и насладиться друг другом. Его собственный корень Ян поднялся не ниже и теперь упирался прямо в колечко мышц. Пара мгновений, и чужеродная плоть наполовину проникла в тело Се Ляня. Чувство было непривычным, но отнюдь не болезненным, а приятным. Хуа Чэн начал двигать бёдрами, как только понял, что его Принц уже привык. Сначала он проникал не глубоко, но потом в один из толчов вошёл ровно и беспрепятственно на всю длину. Се Ляня как током прошило, спина его выгнулась, а дыхание полетело к чертям. Он потянулся к плечами Хуа Чэна, а тот, видя, что хочет сделать Принц, сам подхватил его со спины, усаживая на себе. Толчки продолжаются, и сам Се Лянь уже просто откровенно насаживается на причину всех пороков своего демона. Верхом же Божество приклеилось к демону, впиваясь ногтями в спину, но демону всё равно, самое главное- удовольствие его Гэгэ. Как и хотел, Се Лянь, пока толчки всё наращивали темп, начал целовать острые, такие острые, но мягкие, плечи, так целовать, что Хуа Чэн, неожиданно даже для себя вдруг издал очень низкий, протяжный стон нараспев. Оба замерли, даже их прерывистое дыхание на миг остановилось, даже сердца будто перестали биться. Но тут первым нарушил этот момент Се Лянь вскрикнув и даже немного подпрыгнув. Он резко, не сдердавшись, кончил, буквально выстрелил на их тела, даже не подождав и самого Хуа Чэна, настолько этот стон был возбуждающим. Неужели ему так хорошо? Хочется услышать этот стон снова... Как же это было прекрасно. Но тут и демон, виновник такой внезапной разрядки Се Ляня, не заставил ни себя, ни Принца долго ждать. Ещё один такой же стон, только теперь сопровождаемый и горячим потоком прозрачно-белёсой жидкости. Услышав этот звук вновь, Бог Войны также в унисон застонал. В такой позе они повалились на изкомканные простыни, обнимая тела друг друга и дыша в основания шеи друг друга. -Не бойся, всё позади. Никто не посмеет больше тебя обидеть,- только и услышал теперь уже спокойно засыпающий Принц, слабо, но с чувством улыбнувшись и прижавшись всем своим торсом к теперь не такому уж и чужому. -Мгм...