А если я не прав и лжет мой стих, то нет любви - и нет стихов моих

Гермиона Грейнджер сладко спала под мягким и пушистым пледом, в то время как её соседки укутывались в одеяла. С наступлением холодов мистер и миссис Грейнджер прислали дочери в подарок очень милую флисовую тёплую пижаму пастельно-зелёного цвета с принтом из белых мультяшных зайчиков лёгкой рисовки. Помимо того, что тёплый сам по себе материал, девушку грела ещё и любовь родителей, исходящая от пижамы, и волшебнице было абсолютно все равно на то, что это «магловский прикид». Девушка внезапно проснулась за четыре часа до завтрака. Комнату освещал лишь свет улицы, просачивающийся через толстые стёкла, но несмотря на это — довольно яркий. Некоторое время глаза привыкали, а как только девушка посмотрела в окно — тут же пришла в детский восторг. Ярко светила луна, звёзды словно стали ближе и невообразимо красивыми хлопьями падал снег, как в сказке. «Разве кто-то говорил, что отличницы — это паиньки, которые всё всегда делают по правилам? Всего лишь стереотип.» После этих мыслей ученица очень тихо, чтоб не разбудить соседок, поднялась с кровати, запрыгнула в мягкие тапочки и вышла из своей комнаты. Осторожно, будто идя на преступление, девушка покинула гостиную Гриффиндора и медленно направилась в астрономическую башню замка, надеясь никого не встретить на своём пути. Пройдя весь путь, Гермиона остановилась у двери и на её плечах началось сражение ангела и демона. Придя к выводу, что за это можно сильно получить, но оно того стоит, она отперла дверь. С каждым шагом по щекам все сильнее бил мороз, но это было даже приятно. Может, внешне вид из спальни практически ничем не отличается, но именно здесь, на незастеклённом балконе самого высокого помещения Хогвартса, он чувствуется каждой клеткой тела и души. Даже в волшебном мире иногда не хватает капельки волшебства. Восхитившись красотой, ощутив прилив энергии и изрядно подмёрзнув, ученица отправилась повторять свой путь в обратном направлении. Стоило ей только выйти из входной двери в башню, перед ней, из-за угла, появился силуэт, которого Гермиона очень испугалась, собственно, как и силуэт испугался Гермиону. Каждый резко остановился, словно схваченный корнями и намертво стоящий на своём месте. Очень нерешительно силуэт сделал маленький шаг вперёд. Гермиона повторила за ним. Затем они, с опаской, одновременно сделали несколько шагов навстречу друг другу и почти поравнялись. Каждый увидел того, кто все это время был напротив. — Мы друг друга не видели. Тихо, но уверенно сказала Гермиона, поняв, что сдавать — гиблое дело для обоих, ведь очки потеряют оба факультета, так как каждый из учеников нарушил запрет, и наказание тоже ждёт обоих. — Хорошо, нет проблем. Ответил Малфой, максимально пытаясь не подавать вида, что хоть и очень удивлён, но рад этой встрече. Девушка молча кивнула и возобновила шаг, пройдя мимо Драко. — Эй! Звук заставил её остановиться и вполоборота повернуться на парня: — Да, Драко? На удивление себе самой совершенно обыденно произнесла Гермиона. Она поняла, что это был первый раз, когда она обращается к нему по имени, лично, наедине, в почти полной темноте, где лишь свет луны подсвечивает их лица и тела, находящиеся так близко друг к другу. Мысли об этом вызвали всплеск адреналина в кровь, который подобно лаве быстро растёкся по всему телу и словно заставил гореть, сердце вновь начало бешено колотиться, стало невыносимо жарко. — Клёвая пижама, Грейнджер. С бессовестным интересом смотря на девушку произнёс Малфой и тут же продолжил с доброй ухмылкой: — Гермиона Грейнджер. Первый раз по имени, лично, наедине, в почти полной темноте, где лишь свет луны подсвечивает их лица и тела, находящиеся так близко друг к другу. — Спасибо. Скромно улыбнувшись ответила девушка, хоть изнутри её и переполняло горячее чувство радости, которое она ощущала даже физически в своём животе. Они смотрели друг другу прямо в глаза, между ними протянулась невидимая нить не напрягающего напряжения, которая сама за короткий срок накалилась так же, как и пара, владеющая её началами. Но тут внимание перехватила резкая смена освещения. Подвешенные под потолком факелы загорелись. Хогвартс проснулся. Гермиона обратно перевела взгляд на парня, слегка кивнула головой и, развернувшись в сторону своего изначального направления, поспешила удалиться. Уже вернувшись в комнату, упав на кровать, мисс Грейнджер поняла — улыбка с лица не спадает, а тело приятно ломит, но все же нужно постараться уснуть ещё на пару часов. Но в голове было лишь одно. « — Клёвая пижама, Грейнджер. Гермиона Грейнджер.»