А если я не прав и лжет мой стих, то нет любви - и нет стихов моих

— Они идут в комнату к Пэнси! — Они точно встречаются! — Драко бывает таким... — Повезло же ей... Со всех сторон слышались громкие перешептывания. Гермиона еле справлялась с порывом заткнуть уши. Не прошло и суток, как она уснула с улыбкой из-за Малфоя, а сейчас ей хочется кричать от обиды, на саму себя. Отведя взгляд в стену, чтоб даже периферическим зрением не видеть эту парочку, она ускорила шаг. Друзья машинально повторили за ней. Чуть пройдя мимо двоих, Рон спросил: — А почему мы идём так быстро? Секунда на размышление. «Может пора уже рассказать друзьям правду?» — Все смотрят на Малфоя и Паркинсон, не хочется быть на их «сцене». Троица перешла на обычный шаг. Гарри: Теперь с ними уж точно все понятно. Рон: Да это было очевидно, два сапога пара. Два ужасных сапога. Гарри: Ну, мне кажется, что Драко даже стал чуть-чуть лучше. Рон: Может быть, но Пэнси — та ещё стерва, а ты что думаешь, Гермиона? Гермиона: А я не забиваю свою голову идиотами и идиотками. А вы.Вы хуже...хуже первогодок! Только и делаете, что сплетничаете! Малфой, Малфой! Пэнси, Пэнси! Паркинсон и Драко! Я в этом не участвую, и слушать не хочу! Гневно ответила девушка, резко распахнула тамбурную дверь в кабинет Макгонагалл и зашла, чем знатно удивила своих друзей. — Переживает из-за бала. Наверное, так никто и не пригласил… Шёпотом произнёс Рон. — Эх, девушки, такие чувствительные и ранимые… Как бы подытожил слова друга Гарри и они зашли за Гермионой. Девушка стояла у второй двери вполоборота на парней. Когда те подошли, она постучалась. — Входите! Послышался приглушённый голос профессора Макгонагалл. — Гарри, как хорошо, что ты тоже тут. После недолгого разговора с деканом, суть которого была в ознакомлении новоиспеченных старост с их обязанностями, заключающимися в том же, что и у обыкновенных старост. Единственное, они не могли добавлять факультету баллы. Рон предложил всем вместе отправиться в Хогсмид, что они и сделали. Зайдя в «Три метлы», Гермиона предложила сесть за небольшим столом в углу под лестницей, где их практически не видно. — Эх, как давно я не был дома. С самоиронией отнёсся к этому предложению Гарри, но не всерьёз, он лишь хотел чуть поднять настроение подруге и у него получилось, на лице Гермионы появилась улыбка. В своём кругу они часто шутили над собой и друг над другом, но это совсем не было обидно. Устроившись за предложенным столиком, Гермиона открыла меню и принялась выбирать. В пабе было довольно темно, если дверь была закрыта. Из-за этого легко можно было понять, что в заведении прибавление посетителей, ведь почти все помещение озарялось вспышкой света. С «чуланного» стола не было видно вход, но далеко напротив находился большой стол у стены, пустовавший на тот момент. То и дело в пабе менялось освещение и становилось все шумнее, неудивительно, ведь это излюбленное место старших учеников Хогвартса, а до Святочного бала ещё довольно долго. Гермиона, Гарри и Рон, в ожидании мадам Розмерты, болтали и обсуждали меню, выбирая перекус и напитки. Уже не обращая внимания на вспышки света, Гермиона заметила, как за тот дальний пустой стол напротив сели Грегори Гойл, Винсент Крэбб, Блейз Забини и Теодор Нотт со своей девушкой — Ромильдой Вейн. Вместе они были почти с начала прошлого учебного года, хоть то и дело расставались. Ромильда младше слизеринца на два курса, и, на удивление, гриффиндорка. По слухам, у неё несносный характер и по напыщенности она не уступает Пэнси. — Привет, у вас не занято? Прозвучал нежный голос Полумны, подошедшей вместе с Джинни. — Конечно нет, будем рады вашей компании. Раньше всех ответил Гарри и улыбнулся Джинни. Девушки сели по бокам от Гермионы, напротив парней. Рон смущенно заулыбался, глядя на Полумну. — Будешь пиво? Неожиданно спросил парень, обращаясь к когтевранке, чем заставил всю компанию тихо захихикать, но тихо не получилось. После этого рыжик засмущался ещё сильнее и, чуть покраснев, уставился в меню. — Буду. А ты? Ответила Полумна и ласково улыбнулась, глядя на парня, который поднял глаза на неё и улыбнулся в ответ. В этот момент к гостям паба подошла хозяйка заведения. — Чего желаете, мои малыши? Спросила у всех мадам Розмерта. Рон начал первым: — Две пинты сливочного пива, пожалуйста. Одну для меня, одну для шикарной блондинки напротив. И с улыбкой, выдерживая паузу, подмигнул Полумне, этому он от братьев научился. — И две большие молочные ириски-тянучки. Парень закрыл меню и положил на край стола, тем самым обозначая, что закончил. — Джинни, ты что хочешь? Заговорил Поттер, обращаясь к Джинни. — Я доверюсь твоему вкусу, Гарри. Ответила девушка, ведь она прекрасно знала, что тот возьмёт медовуху и яблоки в карамели на палочке. — Две медовухи и два яблока в карамели на палочке, пожалуйста. Оставалась лишь Гермиона, которая уже отвлеклась от мыслей о Драко с Пэнси, планировавшая взять себе бокальчик содовой с вишнёвым сиропом и кусочек тыквенного пирога, но не тут-то было. К компании стола напротив присоединились две головы. На одной среди темноты паба словно светились почти белые волосы, а вторая, к сожалению, шла в комплекте и села рядом с первой. «Ну конечно, тут же мёдом намазано. Пошли бы в кафе к мадам Паддифут, там-то послаще будет» проскочило в мыслях у Гермионы и вновь затянуло в нагнетающий поток ревности. — Огневиски. Двойной. Все, включая Розмерту, с приподнятыми бровями посмотрели на Гермиону. Гарри и Рон недоумевающе переглянулись, мол, не поехала ли часом их подруга, но ничего говорить не стали, у всех бывают трудные времена. Грейнджер же вела себя псевдобезразлично, будто её абсолютно ничего не беспокоит. — Хотя… Всё же содовую с двойной порцией вишневого сиропа и кусочек тыквенного пирога. Быстро передумала девушка, понимая, что напиться, чтоб скорее убежать от горя, как лирический герой — не выход, особенно перед балом, точнее, просто перед балом. Когда Розмерта приняла заказ и ушла, Полумна заговорила первой: — Молочные ириски-тянучки. Мои любимые. Рон, ты просто душка. Когда мне было семь, папа говорил, что пропажа этих ирисок из нашего дома — проделки нарглов. Сейчас-то я понимаю, что это неправда и он их сам съедал. Нарглам нравятся только мягкие ириски. Пока друзья обсуждали виды ирисок, нарглов и прочие проблемы, Гермиона листала меню в сотый раз, периодически поглядывая на соседнюю компанию. Хорошо, что из-за бескосоурной лестницы никто соседней компании не мог наблюдать за ней. Мадам Розмерта довольно быстро принесла всё заказанное. Друзья, быстро разобрав свои напитки и закуски, продолжили разговоры обо всем. Посидев ещё с час в Трёх мётлах, мальчики отправились на тренировку по квиддичу, и девочки с ними, в качестве зрителей. — Сможем потом зайти в библиотеку на десять минут? Спросила Гермиона у девочек, сидя на трибунах поля для квиддича. — Окей, но может хотя бы один день без..знаний? Может прогуляемся, а после зайдём к Луне за вещами и к пойдём в мою комнату, готовиться к балу? Возразила подруге Джинни, знающая, что когда Гермиона напряжена, волнуется, расстроена, в сомнениях и прочих похожих эмоциональным состояниях – она находит свою отдушину в потоке поступающей информации из книг. — Я очень за, Джинни, но мне все равно нужно зайти в библиотеку. Тогда пока вы пойдёте к Луне, я зайду по своим делам и встретимся в нашей гостиной.