Истории Майхема

Полуденное солнце освещало город так, будто сейчас раннее утро. Прошлым вечером Златоград впервые обсыпало снегом. Белоснежный ковёр уже был испачкан следами разных форм и размеров. На больших и не очень улицах некоторые существа убирали снег, пользуясь лопатами или, если владели, огненной магией. Наёмник в красной рубахе и кожаной броне, закрывающий своё лицо чёрной маской. Шёл от местного почтового отделения читая письмо: «Эй, ты случайно не хочешь навестить старика Локи? Грод тут случайно новый вид выпивки изобрёл. Что что, а вот не ожидал я от огра алхимика нектар, нучше «домашнего мёда Хельги». А если серьёзно, вести о тебе мы только от Лео и слышим. Ладно. Мы тут с Гором смогли магосталь уплотнить и добавили туда кое что. Короче мы его со следующей партией в кузнецу Ивана отдадим. Тебя то ведь хрен найдёшь, а почтовкам лично я не доверяю, особенно Златоградским. Любите вы подсматривать в чужие письма и воровать! Как опробуешь напиши как тебе, только поосторожней с ним.» Наёмник ухмыльнулся приподняв бровь. Он как раз хотел заглянуть к кузнецу сегодня. От «Большёго торового кольца», представляющего собой полукруглый порт, его путь лежал через центральную дорогу, в сторону «Малого». «Малое торговое кольцо» было широкой уличной площадью, обставленной ларьками и окружённое магазинами. Гул разговоров людей часто перебивался криками торговцев, восхваляющих свой товар. Группа уличных музыкантов играла весёлые песни, ожидая пожертвований от прохожих, а из местной таверны пахло творожными варениками и жаренным кабаном. Единственным тихим местом здесь была Кузница «Стальной Звон». Жар её печей растопил снег, из-за чего она выглядела так, будто на её место вставили кусочек ранней весны. Трудолюбивый кузнец Иван Сталезвон усердно бил молотом об почти готовый раскалённый клинок. Наёмник подошёл к кузнице и прислонился спиной к каменной стене. Он ждал пока крупный мужик в белой пожёной льняной рубахе и фартуке из свиной шкуры, ковал очередное оружие. Ему помогал его подмастерье, очень похожий на него. Та же одежда, те же короткие светлые волосы, широкие плечи, узкий лоб и мощная челюсть. В общем уменьшенная копия, только глаза карие и щетины нет. Подмастерье держал раскаленную сталь железными щипцами с деревянными ручками, пока кузнец со всей силы колотил железку, звеня на весь рынок. Но внимание наёмника привлекало другое. Он рассматривал ассортимент готовых товаров. Среди них были неплохого качества мечи, различная металлическая утварь, обрамлённые деревянные щиты и элементы тяжёлого латного доспеха. Наёмник заметил, что на некоторых щитах были видны разные вариации гербов Златограда. Среди них он заприметил нынешний герб, где вместо кота была изображена чёрная птица с золотым клювом.  — Кидай в котёл. — наказал кузнец подмастерью. — Олежка, сделай ещё пару десятков гвоздей, а потом отдохни. После обеда займёмся точкой.  — Да отец. — с интузиазмом сказал подмастерье. Молодой пацан поставил клещи у печи, поправил толстые перчатки и пошёл за железным прутом и нужными ему инструментами. В это время кузнец обратился к наёмнику в свойственной ему слегка грубоватой манере.  — Чего тебе? Наёмник достал письмо.  — Я хотел попросить тебя сделать метательных ножей, а ещё мне передали это письмо.  — Да, тебе там что-то передавали, какой-то меч, лично в руки. Кузнец отошёл к стоящим позади него ящикам, и достал из одного из них меч, обмотанный в льняную ткань.  — Странно… — удивился Иван. — Тёплый он какой-то. Мне аж интересно стало, что тебе мой поставщик магостали передал. Он отдал меч наёмнику и опёрся на прилавок. Люций прикинул вес меча. Он оказался в меру тяжёлым, но был легче чем его гладиус. Размотав льняную ткань он увидел уникальное творение своих давних друзей. Это был где-то метровый полуторник, гарда и ножны которого были украшены витиеватыми плетёными нитями, выгровированными в метале. В этих узорах были видны очертания феникса клюв которого немного выпирал на лезвие. На навершии меча были выгравированы Кальские символы, увидев которые кузнец присвистнул.  — Это же Горлок, верно? — Иван указал пальцем на символ. — Я Кальские закорючки не понимаю, но эти две я узнаю везде. Откуда у твоих знакомых оружие от легендарного кузнеца?  — Как буд-то я знаю. — сказал Люций, обнажив клинок. Ножны скрывали острое, зеленоватое, едва светящиеся лезвие на котором были выгравированы кальские символы. Люций чувствовал как магия пульсирует внутри меча. Потоки волшебной силы проходили сквозь тело наёмника, периодически переливаясь из него в клинок и обратно, до тех пор, пока она не достигнет баланса. Меч буквально ощущался как продолжение руки.  — Грам?.. — тихо прочёл Люций надпись на лезвии. Он вставил меч в ножны и прицепил к своей поясной портупее, под правую руку.  — А я думал ты правша. — удивился кузнец. Люций вытащил меч из ножен обратным хватом, несколько раз прокрутил его, вставил обратно в ножны и поклонился как артист из театра. Иван закатил глаза и отошёл от стойки.  — Мог бы и не выпендриваться, шут.  — Ты меня знаешь. — разведя руки сказал Люций. Наёмник опёрся на стойку.  — Так, а что насчёт ножей? — спросил он. Кузнец тяжело выдохнул, достав ранее кованый им мечь.  — Сколько?  — Ну… — Люций осмотрел себя. — Где-то шесть. Такие, чтобы как небольшие кинжалы.  — Двести золотых.  — Сколько?! — удивился Люций — Почему так много?  — Во-первых магосталь, во-вторых маленькие изделия и в-третьих у меня нет на это времени. Не успею выполнить княжеский заказ, и…  — Ладно понял. — отвернувшись перебил наёмник. — Пора искать работу. Поиск работы у наёмников не был чем-то сложным. На Трикупероне, особенно в окрестностях Златограда, всегда были желающие наёмнической помощи. Обычно их нанимали в охрану или курьерами, но были и те, кто искал хороших шпионов или наёмных убийц. К счастью или сожалению, Люций не особо любил заниматься подобными вещами. Его больше интересовали заказы. Его больше интересовали заказы, связанные с чем-то необычным и опасным. Таверна «Голубое перо» — место, с которого Люций начал поиски заказчика. Двухэтажный дом с передним двором был построен из ровных дубовых досок. Его основание было укреплено каменной кладкой, а крыша уложена синей деревянной черепицей. Оно находилось с противоположной стороны торговой площади и привлекало внимание высокими окнами. Люций открыл едва скрипнувшую дверь. Зазвенел железный колокольчик. Он увидел знакомый ему высокий зал с двумя колоннами в центре и множеством столов и стульев. в дальней части зала находилась лестница ведущая на второй этаж, который представлял собой балкон с деревянным полом. Под балконом была арка ведущая на кухню и стойка выдачи, у которой болтали служанки. Рядом, прямо перед входом находился бар с бочками браги и полками различного алкоголя. Сегодня там стояла хозяйка заведения. Увидев Люция она скрестила свои когтистые пальцы и положила на них свой подбородок уперев локти в стол. Наёмник удивился и подошёл к ней. Это была Ниела Панк — представительница рассы авиан. Тела авиан не сильно отличались от человеческих. Они имели схожие формы и пропорции, однако авиане были немного меньше, а их женщины не имели груди. Стройное тело Ниелы, словно затянутое невидимым корсетом, было покрыто градиентными синими перьями. Когтистые руки и пальцеходящие стопы похожие на лапы хищной птицы, были от колен и локтей до кончиков пальцев обтянуты сумеречно-чёрной бугристой кожей. На месте рта и носа у неё рос короткий синичий клюв. Большие глаза демонстрировали только огромные чёрные зрачки с широкой полосой лазурной радужки, а большие перья на голове ярко выражали брови и создавали иллюзию пышной причёски из коротких зачёсанных назад волос. Несмотря на погоду ниелла носила светло-серую хлопковую дхоти, выглядящую как высокие шаровары, стопы были обмотаны двухслойной тканевой лентой, что была жёсткой снаружи и мягкой внутри и заменяла авианам обувь. Помимо этого Ниела носила с десяток различных ожерелий из серебра и сапфира, несколько серебряных колец на обеих руках, пару браслетов и полупрозрачное тканевое полотно закрывающее тело от правого плеча до левого подреберья, аккурат выше талии. Люций заметил, что Ниела подкрасила свои лапки, клюв и веки сделав их немного чернее.  — Вау. Сегодня какой-то особый день? — спросил он присев за барную стойку.  — Да так, решила поработать. — ответила она. — Знаешь, когда все вокруг работают на тебя тебе остаётся только лежать на кровати, страдая от безделия и одиночества. Голос Ниелы почти не отличался от голоса молодой человеческой девушки, за исключением лёгкой, еле слышной хрипоты. Она как и все Авиане пародировала человеческую речь, используя только горло.  — Снова проиграла Якову?  — Да. — выпрямившись и отведя взгляд, ответила она. — Он захотел пару лишних выходных и я поддалась ему.  — Пару лишних выходных? Что-то случилось. Ниела тяжело выдохнула.  — Справа снизу на доске. Люций посмотрел на доску объявлений, которая висела на стене справа. Здесь было множество листовок с просьбами, заказами, и объявлениями о продаже. Люций сорвал ту о которой сказала Ниела.  — Заказ на чудище из Охотчинского леса. Что в этой бумаге такого? — спросил он.  — Проблема в том, что каждый день его срывает какой-то наёмник, а утром следующего дня приходит старик с измученным бледным лицом и вешает листовку обратно.  — Типичная ловушка разбойников?  — Ага ну да. — нервно рассмеялась Ниелла. — Мы тоже так думали и в очередной раз решили просто её убрать.  — Но потом передумали?  — Помнишь Рыжего Ольгерда?  — Тот Калец с топорами?  — Ага, забрал её с рук Якова и ушёл. — Ниела сделала паузу. — Утром пришёл старик и повесил её снова. Вечером пришёл Ольгерд. Седой. Заказал много выпивки. Яков говорит у него дрожали руки. Следующим утром он пробил себе голову топором в одной из верхних комнат. Люций присвистнул.  — Любопытненько.  — Эй, ты же не думаешь? — обеспокоенно спросила она.  — За кого ты меня держишь? Ты же меня знаешь, конечно думаю. Люций свернул бумажку и положил её в карман.  — Постарайся не здохнуть там.  — Не смотри на меня как на придурка. Я уж точно умнее предыдущих. — сказал Люций подойдя к двери. — Да и ктому же, как я могу здохнуть после твоих намёков об одиночестве и скуке. Он вышел и закрыл дверь таверны. Ниела тяжело вздохнула, вскрыла бутылку голубого вина и сделала пару глотков с горла.  — Хм… может Якова просто уволить… Мятый кусок бумаги вёл Люция в небольшую деревню. Это место находилось недалеко от города и располагалось на торговой тропе. Деревня была почти полностью окружена густым липовым лесом. Называлась она Охотчинами и, как не трудно догадаться, местные жители, в основном, промышляли охотой. Здесь находились с десяток жилых домиков, пару вышек и корчма с баней. Сделано всё было из обтёсанных брёвен глины и соломы, за исключением стоящей в центре часовенки, сколоченной из липовых досок. Люций заметил, что стало холоднее, хотя с виду погода не сильно изменилась, да и времени прошло всего ничего. Почувствовав лёгкий голод он решил заглянуть в корчму. Всё здесь было сделано явно в ручную. Пол представлял собой усыпанную камешками и соломой землю. Скрипучие столы и стулья были выставлены вдоль стен. Из-за деревянной стойки веяло жареным оленем. Стоило двери заскрипеть как все сразу обратили внимание на наёмника. Люций подошёл к стойке у которой стоял крупный мужчина с кривыми зубами.  — Чего вам? — уставше спросил он.  — Оленье рагу, хлеб и стакан пива, если есть.  — Есть. Два золотых.  — Дороговато. — сказал Люций выложив пару монет.  — Так это, тут проблемка одна есть. Чудище завелося у нас. — сказал он, забрав монеты и отойдя к печи. — Сам я его не видел, но говорят страхолюдина та ещё. Охотники из-за неё даже днём в лес идти боятся.  — Да? — наигранно спросил наёмник. — И как, умер уже кто? Корчмарь поставил деревянные миску с рагу и кружку с пивом.  — Ага, — грустно начал он. — Варт охотник, сильный волчара был. Никогда не видел такого. Его словно высушили и глаза выпили. Не иначе как кровопий какой. Ваших кстати тоже человек семь съело, крику то было. На весь лес орали о странных вещах.  — А что с трупами?  — Зарыли, но если хочешь глянуть, подойди к старосте в часовне. Может кого не закопали ещё или разрешит могилу раскопать. Ну это если помочь решиться. Корчмарь положил сверху кусок гретого чёрствого хлеба. Люций взял еду и пошёл к столу. Наёмник сел за стол и поставив купленную еду приступил к трапезе, просовывая еду под маской. Мясо было явно не первой свежести как и хлеб. Складывалось ощущение, что жители деревни живут на запасах, питаясь тем, что уже почти стухло или засохло. Это было заметно и по гнилым связкам овощей свисающих с потолка на кухне. Дверь слегка заскрипела, и в корчму зашёл старик в коричневом балахоне из животных шкур. Сняв свой капюшон, он обнажил свои седые длинные волосы и подошёл к корчмарю. Они о чём-то переговорили, так, что для Люция это звучало как почти неразборчивый бубнёж, однако он услышал слово гость и краем глаза заметил как корчмарь кивает в его сторону. Старик тяжело вздохнул, и, ненадолго, в корчме воцарилась тишина, перебиваемая лишь треском костра в печи и стуком ложки об миску с рагу. Старик взял у корчмаря небольшой кусок сыра и ломоть хлеба и пошёл в сторону наёмника. Он присел напротив Люция. Бледная кожа старца была исполосована морщинами, в рядах кривых жёлтоватых зубов были дыры и медные протезы, А заплывший правый глаз говорил о слепоте старца.  — Приветствую, путник. — поздоровался старик. — как вам наша скромная деревенька?  — Вы староста. Я прав? — спросил Люций, заметив, что старик не заплатил за еду. — Слышал у вас тут проблемы. Люций положил на стол лист бумаги сорванный с доски «Голубого пера».  — Так вы из Златограда. — старик немного паник. — думается мне, тогда вам лучше уйти до захода солнца. Среди подобных вам, ещё никто не смог нам помочь.  — Откуда вам знать? Насколько мне известно подобных мне вы ещё даже не видели. Наёмник посмотрел старику прямо в глаза, как только тот поднял свой взгляд. Старик увидел изумрудно-зелёные, змеиные глаза. На миг он испугался, потом в его глазах мелькнула лёгкая надежда. Он никогда не видел людей с глазами как у зверей, однако до старика доходили слухи о том, что алхимики и маги могут зельями или колдовством немного изменить человека, подарив ему новые возможности, если он выживет.  — Чтож, каюсь. Таких как вы я ещё не видел. Но всёже это чудище очень опасно.  — Если бы оно небыло таковым, я бы не пришёл сюда. — Люций прервался, чтобы выпить кружку пива. — Эх. Но для начала хотелось бы понять что это. Есть у вас в деревне выжившие. Старик отвёл взгляд и посмотрел в пол.  — Все кто выживал после этой твари, умирали вечером следующего дня. Таких было немного и они либо спивались либо сидели где скрючившись и бормотали всякое, словно боялись чего. А к вечеру либо убивали себя, либо падали замертво, как перепуганные зайцы.  — Корчмарь говорил, что они все словно высохли и, что их глаза были выколоты. Подозревает, что это кровосос.  — Да, но кровь в них была. Правда вся спёкшаяся, как корка на ране.  — Я могу взглянуть?  — Ну… — замешкался старик. — Не принято у нас так делать…  — Я не настаиваю. Но чем лучше я буду понимать с чем имею дело тем лучше. Старик напрягся. Он не притронулся к еде с самого начала разговора. Бросив еду на стол он встал и отошёл на пару шагов.  — Идём. Старик провёл наёмника до часовни. Шли они не в неё, а в каменный склеп, стоящий позади. Это был небольшой каменный домик с тяжёлой деревянной дверью. Возле входа стояла табличка с надписью: «Всякая смерть благославляется Фауном, и он же дарует перерождение» Немного повозившись с железным замком старик отворил дверь в склеп и вошёл внутрь, подзывая Люция махом руки. Внутри склепа стоял каменный стол, на котором лежал свежий труп. Это был молодой парень лет двадцати, однако на вид ему можно было дать все шестьдесят. Как и говорил корчмарь жертва монстра была словно высохшей. Однако, несмотря на сильную бледность кожи, юноша не был обескровлен. Он выглядел так, будто из него высосали саму жизнь.  — Это Иоан, чудовище убило его отца и он бездумно пошёл мстить.  — Странно. Ни следов укуса ни ранений, за исключением глаз. Что бы делали с ним когда нашли.  — Мы вымыли его. Ничего такого, только грязь и кровь на руках. Люций осмотрел глазницы. Они выглядели как неглубокие ямки с засохшей плотью и остатками глаз.  — Кровь на руках? У всех так?  — Да.  — Похоже, что он сам выдавил себе глаза, тело высохшее, но не обескровленное, похоже на смерть от истощения и обезвоживания. Чёрт… — сказал Люций прикусив палец.  — Что такое? — взволнованно спросил старик.  — Мара. Если я прав, у вас большие проблемы.  — Бред! Это всё сказки для детей! — неповерил старик.  — Да, вот только люди любят впевращать в сказки то, чего боятся. Так проще жить. То что вы видите это человек из которого высосали магическую и, следовательно, жизненную энергию. И судя по всему это делалось через жуткие галлюцинации, из-за чего он и выдавил себе глаза, но это не помогло. Голос люция был максимально серьёзен.  — Вы хотите сказать, что это всё шалости монстра из колыбели?  — Если вы мне не верите, я могу уйти. Однако если её не убить, то вас спасёт только переезд. — выходя сказал Люций. — Решать вам. Люций вышел на улицу. Он встал напротив леса. Небо полностью затянуло белыми облаками, а усилившийся ветер заставлял покачиваться ветви голых лип. Редкие птицы молча улетали прочь из леса. Было тихо. Как будто природа замерла в страхе.  — Неважно что это. — сказал старик выйдя из склепа. — Помогите нам.  — У вас есть место, где я смогу вздремнуть.  — Конечно. — старик достал ключь из кармана. — Вот, спальня в башне часовни. Люций взял ключ и пошёл к входу в часовню.  — Разбудите как стемнеет. До темна оставалось примерно три часа. Люций не теряя времени упал на кровать и закрыл глаза крепко сжав своё оружие в руках. Долгое время он видел пустоту. Тьма медленно окрасилась в голубой цвет и по ней медленно прошло стадо белоснежных облаков. Приятный ветерок играл с золотыми колосьями пшеницы проросшими на краях его взора. Он чувствовал запах жёлтой розы. Приятный и нежный. Она умирала.  — Люций! — кто-то позвал его. Грубый старческий голос. Добрый голос наставника.  — Ты где! Я вам мяса принёс, можем потренироваться пока твоя мать его готовит. Он встал и выглянул из-за зрелых ростков. Его светлые волосы упали ему на глаза и он спешно поправил их. Он увидел свой дом. Старая, но уютная изба, выложенная обтёсанными брёвнами с соломенной крышей и торчащей из неё каменной трубой. Перед домом, возле клумбы с жёлтыми розами стоял старик. Полностью седой длинноволосый, длиннобородый старик. Он был в неплохой форме для своих лет. Через правый глаз проходили шрамы оставленные когтями зверя.  — А, вот ты где. — сказал Маркус Тулиус, увидев Люция в крестьянской рабочей одежде. — Вечто ты где-то пропадаешь.  — Господин Тулиус, какими судьбами? — вырвалось из уст Люция.  — Да вот думал, как бы тебе выходные испортить.  — Ваше присутствие никогда его не портит. Люций вышел из моля отбросив в сторону сорванный цветок.  — В этом году урожай что надо. — посмотрев в даль сказал старику — Верно жрецы предсказывали. Люций обернулся на бескрайнее поле. Миллионы колосков, шелестя, закрывали землю золотистым ковром зрелых семян.  — Ага, отец сказал завтра с мужиками будем всё это собирать. Старик кинул Люцию его меч.  — Раз так, тогда я тебе немного поддамся. — ухмыльнулся он. Люций выхватил меч из ножен и стал в боевую стойку.  — Хах, звучит как вызов. В вашем возрасте… Не успел Люций закончить, как ему внезапно пришлось уворачиваться от резкого взмаха меча, своего наставника. Старик смог отсечь пару золотистых локонов юнца.  — Поддамся, да?  — Не спи. — холодно сказал он. С неба начали падать редкие капли. Стадо белых облаков объединились в огромную серую тучу. Лицо старика огрубело. Следующий выпад старика, едва ли, не отсёк Люцию голову, но он успел заблокировать удар и лишь упал на землю. Старик встал над ним. Он взял меч двумя руками и приготовился воткнуть его в живот Люция. Он замахнулся. Люций поднял руки закрыв голову. Острие меча резко устремилось к нему.  — Проснись ты наконец! — крикнул Маркус. Небыло ни боли, ни удара. Всё резко кануло в пустоту и глаза наёмника открылись вне плохого сна.  — Слава богам, вы всётаки очнулись. — обеспокоенно сказал староста деревни. Люций опустил руки и медленно встал. Его голова сильно заболела. Ощущения были такие, будто кто-то пробил ему череп. Однако привсей своей силе — эта боль была мимолётна.  — Что произошло? — держась за голову спросил Люций.  — Не знаю. Вы начали бормотать во сне, потом закричали. В нашей деревне это плохой знак, и я начал вас будить. Дёргал вас, бил, кричал на вас, но сон не хотел вас отпускать.  — Чёрт. — прошептпл Люций. За стенами часовни уже стемнело, а это означало, что пора выходить на охоту. Люцию показалось, что старик выглядит как-то мёртво. Бледная кожа, чёрные заплывшие глаза. В некоторых местах были гниющие раны. Однако стоило ему посмотреть на старика, как вдруг иллюзия пропадала и он выдел обычного, немного уставшего старосту деревни. Так было не только со стариком. Пол стены и потолок казались серыми и гнилыми, картины были поплывшими, ритуальные приблуды были ржавыми и потресковшимися, а маленькие статуэтки изображали страшных пораждений детских кошмаров. Но стоило только посмотреть на эти вещи, как они становились нормальными. Тоже казалось и витражей часовни изображавших природу, которые края глаз видели как изображение жестокой резни, персонажи которой словно наблюдали. Люций вышел на улицу. Белый снег был испачкан грязью, небо затянуто чёрной пеленой без единого просвета. Ни лун, ни звёзд. Голые, кривые деревья медленно гнили. Корчили недовольные гримасы. Среди них гулял серый туман. Из тьмы леса смотрели десятки еле заметных глаз. Чём глубже в лес заходил Люций, тем сильнее иллюзия затмевала взор. Меж кустов пробежал силуэт, с другой стороны раздался знакомый детский смех. Его смех.  — Ну давай поиграем. — пробубнил Люций. Инстинкты мешали думать, громко звеня о неведомой опасности. Всё тело словно кричало о неминуемой смерти. Змеиные зрачки наёмника сильно сузились. Он держал руку на рукояти меча. Люций чувствовал чужие взгляды отовсюду. Силуэты людей то и дело появлялись и исчезали за деревьями. Впереди виднелась поляна. Хруст. Щёлк. Звук удара в деревянную дверь. Он развернулся и встал в боевую стойку, держа в руке короткий гладиус. Кто-то опять ударил в дверь. Так, словно пытался её выбить. Люций сделал шаг назад. Тишина. Снова удар и опять неудача. Гортанный хрип раздался из окна справа от него. Мёртвый человек, злобно смотрел заплывшими глазами прямо на него. Люций ударил по своему, висящему на стене, пластинчатому нагруднику несколько раз.  — Мама, отец! — непроизвольно крикнул он. — На нас напали! Женский крик. Очередной удар об дверь.  — Бежим через задний двор! Сказал массивный мужчина ведя под рукой свою жену. Очередной удар. На этот раз успешный. Почти сгнивший человек упал на пол вместе с дверью, которой был придавлен. Он освободил проход остальным. Пара мертвецов заковыляла в дом. Третий пролез через окно.  — Бегите я догоню! Мужчина кивнул и увел женщину с собой. Она кричала и сопротивлялась. Не хотела оставлять родного сына. Взмах срубил голову мертвеца. Следующего пронзил резкий тычок. Третий успел схватить Люция за ногу, но тут же получил пяткой в череп и замазал пол. Люций посмотрел в дверной проём. Голубые зрачки сузились от ужаса. Сквозь упавшие на лицо светлые волосы он видел самую настоящую орду. Тысячи мёртвых людей шли в сторону городских стен. Снаружи дома послышались крики ужаса и детский плач. Зазвенели колокола. Люди бежали оставив всё, а те кто не мог… Люций добежал до ворот. Он видел как его родители забежали за городские стены. Сам он остался на защите ворот. Увидев его стражники захотели увести мальчишку за ворота, но увидев форменный поддоспешник, который Люций носил в тот день, быстро избавились от этих мыслей. Отдельные группы особо быстрых мертвецов бежали к воротам пытаясь проредить стражу и проникнуть за стены города. Лучники обстреливали ходячие трупы с городских стел. Внезапно, мимо Люция пробежал знакомый силуэт. Старый воин Маркус Тулиус вбежал в толпу мертвецов, воткнув перед Люцием клеймор с белым лезвием. Старик был вооружён странным мечём, что при первом же взмахе превращался в длинную плеть м кучей мелких лезвий. Этим оружием он виртуозно крошил мертвецов. Люций тоже не терял времени. Взяв невероятно лёгкий клеймор он вышел вперёд. Клеймор, который ему отдал старик был невероятно острый. Его лезвие не видело разницы между воздухом и плотью. Старик ураганом разносил орду. Но они словно не собирались заканчиваться. Все кто мог забежать в город уже сделали это. Ворота медленно закрывались, а стражники отступали в город. Вымотанный старик пропустил пару ударов и уже еле стоял на ногах. «Если ему никто не поможет, он умрёт.» — подумал Люций. Он ринулся на помощь.  — Как ты посмел даже коснуться… — прозвучал холодный голос у него за спиной. Голос, что навсегда отпечатался в памяти Люция. Голос того, кого поклялся убить. Наёмник пришёл в себя. Время словно остановилось. Люций отпустил клеймор и схватился за скрытую иллюзией рукоять подаренного меча. Отступив назад он развернулся и сделал резкий выпад, отразив атаку врага. Он вновь увидел чёткие черты Аврелия Тулиуса. Его бледные кожу и волосы, худое лицо с горбатым носом голубым и жёлтым глазом. Человека отрубившего Люцию правую руку и обрёкшего на гибель родного отца. Аврелий отшатнулся, его меч был рассечен пополам. Иллюзия рассеялась. Свет луны освещал его, пока он обращался в мару. Волосы опали и растворилися в воздухе, глаза растаяли и всё лицо затянуло кожей. С тела испарилась одежда, само оно высохло, словно изнутри исчезли все органы. Голени и ступни превратились в острые шипы, пальцы на руках в длинные острые когти. Кожа разорвалась на месте рта и оттуда выполз длинный чёрный язык. Зелёные змеиные глаза Люция засияли от злобы.  — Говорят мара давит на самый сильний страх своей жертвы. — сжав зубы сказал он. — Это правда. Пережить это вновь для меня страшнее смерти. Но что будет дальше? Существо злобно завопило и напрыгнуло на наёмника. Люций скользнул под мару и оказавшись позади него рубанул её по спине пустив чёрную кровь. Мара крикнула от боли и развернулась.  — Дальше, — начал он опустив маску. — мне придётся выпастить пар. Чудовище провело когтями по земле и попыталось нанести удар снизу вверх. Люций отрубил эту руку. Меч вспыхнул зелёным пламенем. Наёмник сделал выпад, горизонтально проведя мечом. Чудище сделало шаг назад и попыталось заблокировать удар, лишившись когтистой запясти. Люций почувствовал страх внутри мары.  — Забавно. Брови наёмника приподнялись, глаза выпучились, а вечно улыбающаяся пасть демонстрировала все острые зубы. Мара собиралась бежать, но стоило ей развернуться как её ноги отделились от тела. Падающую тушу подхватил гладиус, пробивший шею существа, он прибил тело к дереву. Жизнь мары оборвалась с истошным, душераздирающим визгом. Люций чувствовал себя немного истощённо. Всё тело болело от сотен мелких ран и ссадин, оставленных марой во время действия иллюзии. Фиолетовая кровь наёмника медленно вытекала из них, пока они наконец не заросли. Он воткнул меч в землю заставив снег на земле растаять, и пока остатки магии догорали обложил его сухими ветвями. Обе луны освещали яркое небо украшенное миллиардами разноцветных звёзд. Ровно посреди неба зависла туманность напоминающая глаз. Деревья больше не казались сухими и уродливыми, силуэты теней, как и тысячи глаз исчезли. Снег стал чище чем когда либо, за исключением места где пролилась кровь чудовища. Люций уселся у костра и посмотрел на правую руку. Он провел пальцами по суставу на запястии, и бин сам по себе расплелся до самого плеча. Люций с грустью в глазах посмотрел на изуродованную, жилистую, когтистую лапу, покрытую волдырями и выпуклыми венами, лишь отдалённо напоминающую человеческую руку. Его веки тяжелели, мысли беспорядочно роились в голове всё больше выматывая его. Он думал о прошлом, пытался понять «что?» и «почему?» произошло в тот день. Треск костра немного успокаивал его. Он отрубился и упал на еле холодную землю.