I
24 ноября 2020 г., 03:09
-Пагубная привычка, ma belle — с особым трепетом протянул тот самый парень, вытирая свои темные кудрявые волосы.
-Это ты меня приучил, Шаламе, — сказала девушка, курящая свою электронную сигарету, которую ей подарила подруга на какой-то праздник.
-Враньё и провокация, — заявил Тимоти с наигранным французским акцентом, — я никогда бы не дал тебе пробовать курить!
-Твой запах сводит меня с ума, и ты это прекрасно знаешь, — произнесла Ингрид, указывая на его футболку, которая была любимой вещью ее гардероба, — Мята и табак: что может быть лучше.
-Тем не менее отговорка так себе, — усмехнулся парень с зеленовато-ореховым цветом глаз, — Скажи, ты действительно получаешь от этого удовольствие?
-Не знаю, отчасти. Никотин расслабляет. Ты же куришь.
-Ты не обязана делать то же, что и я.
-С чего ты взял, что я пытаюсь скопировать тебя, — парировала Ингрид.
Она никогда не искала себе кумиров, не стремилась быть идеалом красоты, но в ней было что-то особенное. Ее рыжевато-русые волосы, не доходящие до плеч, ее каре-зелёные глаза, ее улыбка и нелепый детский смех — то, что так любил Тимоти. Она была инфантильной в хорошем плане. Скорее это была та детскость, которой так не хватает людям в наше время. Веснушки покрывали ее нос и пухлые щеки. Она не была девушкой «90-60-90», но это всегда умиляло Шаламе.
-Я знаю, просто волнуюсь, — сказал молодой человек и сел на кровать рядом с Ингрид.
Они были странной парой: актёр, добившийся немалых успехов в своей сфере деятельности и девушка-мечтательница. Они, скорее, походили на брата и сестру (коими их многие считали). Их отношения были очень нежными, даже аккуратными. Однако в небольшой квартире нередко кипела страсть. Они отдавались друг другу всей душой и телом. Они вспыхивали в момент, словно спички, и не могли остыть. Любовь — то, что связывало их.
-Дай сюда, — сказал приказывающим тоном Шаламе и отнял у возлюбленной электронку.
-Хей, это моё, — пыталась возразить девушка, но Тимоти ее не слушал.
-Я не могу сидеть в стороне, когда ты портишь своё здоровье, — возмутился молодой человек, втягивая дым в легкие.
Он делал это особенно красиво. Будто в фильме. Порой Ингрид казалось, что где-то стоит камера, которая снимает очередную эстетичную сцену курения главного героя. Он выдыхал медленно, наслаждаясь никотином. Клубы дыма с запахом капучино грациозно поднимались вверх. Ингрид любила смотреть, как курит ее молодой человек.
Она смотрела не его, не отводя глаз. Она хотела дышать им. Она чувствовала, как что-то внутри неё ликует и негодует одновременно. Девушка понимала, что Шаламе изгаживает своё здоровье, но его задумчивый вид при курении заставлял ее восхищаться.
Тимоти затянулся ещё раз, когда увидел, как блестят ее глаза. Он повернулся к ней и выдохнул дым в ее губы, и они слились в поцелуе.
Он целовал ее нежно. Словно мальчишка, впервые целующий девочку, которую так давно любил. Однако страсть поглотила их быстрее, чем они смогли это понять.
Одним движением Шаламе уложил девушку на кровать и склонился над ней. Его футболка, которая была великовата Ингрид, тот час же полетела куда-то в сторону торшера. Свет приглушался и в комнате воцарила атмосфера любви.
Он покрывал ее тело поцелуями, пока Арье накручивала его волосы себе на пальцы. Ингрид любила придаваться его рукам. Таким нежным и грубым одновременно. А Тимоти любил овладевать ею, такой родной и беззащитной рядом с ним девушкой. Его мечтательницей.
Примечания:
такой себе крошечный эпизод, пните, если понравится;,)
