Наше тёплое лето

Саихара ненавидел лето, так как жара в это время года была абсолютно невыносимой. Солнце пекло отовсюду, в независимости от того где ты находился, и его лучи особенно никогда не обходили стороной Шуичи, который одевался исключительно в тёмную одежду. Единственной приятной вещью были ежегодные летние поездки с другом в лагеря. И не то чтобы парень любил эти шумные, сплошь набитые детьми и сверстниками места, просто его грела мысль о том, что целых три недели они будут друг для друга самыми близкими людьми, что Кокичи не сможет сдружиться с кем-то настолько, чтобы тот затмил Саихару. Возможно, в какой-то степени, это льстило ему — по чистой случайности парню удалось сблизиться с Омой ещё в детстве, и с тех пор его место никому не удавалось заполучить. А претендентов было достаточно. Кокичи был очень импульсивным, энергичным, острым на язык мальчишкой, увлекающимся черчением и моделированием. Он частенько лгал, но делал это без цели оскорбления и унижения, а просто уже привык. Саихара считал, что эта черта только подчёркивает его неординарную яркую персону и держит в тонусе собеседников, не давая расслабиться. Если уж начистоту, то Шуичи был без ума от этой лжи. И от голоса, и от волос, и от тела. Перечислять можно бесконечно, так что синеволосый просто напросто обожал Ому. Хотя, возможно, это неудивительно, ведь любой человек, завязавший с ним знакомство, хотел продолжить общение, стать ближе. И вот сейчас парни по ступенькам забежали в автобус, едущий до гавани одной маленькой деревушки. По сути они могли спокойно доехать на специальном заказном транспорте, что подъезжал ко входу в лагерь и был гораздо комфортнее, однако Кокичи очень любил идти по тем местам, что не было странным — окрестности были реально очень завораживающие и живописные. А Саихара наслаждался любой прогулкой, позволяющей ему проводить время вместе с любимым человеком.  — Саихара-чан, давай сядем на задние сидения. — это было скорее утверждение, но Шуичи всё равно кивнул в ответ, оплачивая водителю за проезд. Помимо самих парней в автобусе было три девушки, весело щебетавшие на передних местах, скорее всего подруги, какая-то парочка и мать с ребёнком. Малыш хныкал от неприятной духоты, чем кажется выводил из себя женщину. Кокичи расположился у окна, закинув ногу на ногу, а Шуичи присел рядом, снимая кепку, ведь в транспорте было совершенно невозможно в ней находиться. Как только автобус тронулся, фиолетововолосый «ребёнок» тут же уставился в экран телефона, проверяя почту и другие социальные сети. Не прошло и пяти минут, как он капризно заявил:  — Мне обязательно нужно селфи с любимым Шуичи! — синеволосый уже должен был привыкнуть к необычным для друзей обращениям, но сердце вновь забилось позорно быстро. Кокичи интерпретировал его молчание по своему, добавив, что фото выложит не на основную страничку Инстаграма, а на ту, которая только для хороших знакомых. Шуичи согласился, — всё же совместное фото с возлюбленным никогда не будет лишним, — и в ту же секунду тонкая рука Омы обвила шею юноши, обнимая, и он показал в камеру V-образный жест пальцами, довольно растянувшись в улыбке. Фото получилось довольно-таки милым, особенно, как подметил Кокичи, если бы стеснительный парень шире улыбнулся.  — Отфотошоплю тебе такую улыбищу, что мама не горюй! — угроза была несерьёзной на первый взгляд, но всё то, что говорил Ома не стоило недооценивать. Мальчишка отвернулся к окну, начав что-то быстро печатать. Через некоторое время зайдя в приложение проверить обновления товарища, Саихара с ужасом подметил, что тот, как и обещал выложил два варианта селфи — оригинал и обработанный вариант, где у Шуичи вместо своей привычной смущённой улыбочки были поставлены смачно ухмыляющиеся накрашенные алым пухлые женские губы. Было бы забавно, если бы не так стыдно.  — Ома-кун, удали этот позор, с-сейчас же! — лицо Саихары покрылось густым румянцем, а сам он вскрикнул так громко, что успокоившийся было младенец заплакал с новой силой, раздражая всех пассажиров. Дамочка бросила на парней озлобленный взгляд. — И не подумаю! — заявил Ома, заходясь в хитром смехе. Аккуратные ямочки на щеках украсили и так прекрасное лицо паренька, а в глазах засияли искорки. Улыбка его была очень солнечная и счастливая, видя её Саихара еле сдержался чтобы не ответить ей же, но в данной ситуации это было не слишком уместно. Чтобы казаться более серьёзным, Шуичи нахмурился, отводя смущенный взгляд в сторону, говоря этим самым что, якобы обиделся. На самом деле ему просто хотелось получить больше внимания со стороны лжеца. Чтобы он извинился за это недоразумение, обнял, предложил сделать ещё несколько селфи, да хоть что-нибудь! Но любящий манипулировать Ома решил действовать в своих интересах.  — Хорошо. Если тебе так не нравится наше совместное фото — я удалю его… — голосок мальчика прозвучал разочарованно и очень тихо. Казалось будто тот сейчас расплачется. С губ Шуичи слетел разочарованный вздох. Он не мог позволить себе, чтобы это произошло и всё что ему оставалось сделать — это извиниться. — Пожалуйста, оставь. — Шуичи положил тёплую ладонь на острое плечико Омы, поглаживая. Он подсел немного ближе к Кокичи, приобнимая. Внезапно фиолетововолосый поднял восхищённые смеющиеся глаза и хихикнул, наматывая прядку своих волос на палец.  — Ха-ха-ха, Саихара-чан очень слабохарактерный и наивный! Поверил такому лжецу как я! Шуичи был окончательно обескуражен ситуацией и тем, что его в который раз обвели вокруг пальца. Но в душе он был рад, что никак не задел милого Ому своими словами. Пусть останется, в конце концов - это просто дурацкая фотография. Его сосед повторно хихикнул и заведя руки за голову, стал смотреть в большое окно, открывающее вид на весьма красивые пейзажи. Так они ехали минут двадцать, проезжая живописные лиственные и хвойные леса, небольшие речушки и деревеньки. Сидя в полной тишине, прерываемой лишь шумом мотора и редкими разговорами пассажиров, каждый размышлял о своём. Автобус немного потряхивало из-за частых ям в дороге, но в целом было довольно-таки хорошо, ведь оказалось что здесь работают кондиционеры, да и некоторые окна открыты. Вскоре, болтливые девушки выбежали на остановке и стало как-то пусто. Веки Шуичи становились всё тяжелее и тяжелее, и вскоре его голова упала на грудь. Задремав, Саихара сначала не почувствовал на себе пытливый взгляд фиалковых глаз, что слегка отдавали тёмно-сиреневым оттенком. Когда он открыл глаза, личико Омы находилось буквально в трёх сантиметрах от его собственного, что заставило подпрыгнуть на месте от испуга, а потом предательски покраснеть.  — Можно я тебя поцелую? Голос Кокичи тёплым дыханием обдал ухо синеволосого, и тот, неосознанно кивнул, идя на поводу у собственных желаний. Не раздумывая больше ни секунды, Ома неловко клюнул Шуичи в щеку. Это было так ласково и целомудренно, что последний не смог сдержать доброй улыбки. Синеволосый чуть повернул лицо к Кокичи, касаясь его вздёрнутого носика своим, а потом, под бешеное биение сердца, не напористо прикоснулся губами к чужим, слегка приоткрытым, почувствовал приторно-сладкий привкус газировки. Несомненно, это были самые приятные мгновения для Шуичи, однако Ома не планировал остановиться на этом, целуя глубже и проталкивая горячий язык в рот партнёра, нежно проводя по белоснежным зубам и дёснам и переплетая языки в жарком страстном танце. Маленькую ладонь фиолетововолосый положил на щёку Саихары, любовно поглаживая большим пальцем. Тот в свою очередь, будто играючи, прикусил нижнюю губу Кокичи, тут же нежно и ласково облизывая. Торчавшие в разные стороны непослушные фиолетовые волосы щекотали щёки обоих, но это никак не портило атмосферу Уши Шуичи, как, впрочем, и лицо, горели огнём стыда, но сам он утопал в долгожданном моменте, стараясь доставить партнёру максимум удовольствия. Автобус въехал в небольшой туннель, на пару секунд стало абсолютно темно. Отстранившись, дабы набрать побольше воздуха в лёгкие и успокоить сбившееся дыхание, парни посмотрели друг на друга. Ома был красный, как помидорка, а из уголка рта текла ниточка слюны; Шуичи усмехнулся и аккуратно стёр её пальцем, другой рукой поглаживая Кокичи по мягким волосам.  — Даже не смей разбивать мне сердце и говорить, что это была шутка.  — Так Саихара-чан любит старого доброго меня? — Ома по-прежнему был смущён и возбуждён произошедшим, однако его бровь резко изогнулась, выражая наигранное удивление. Поражаясь сам себе Шуичи пролепетал следующее, отводя янтарные глаза в сторону:  — Я очень тебя люблю, Ома-кун. Если это было бы возможно, то Кокичи сейчас покраснел бы ещё сильнее, но удача частично перешла на его сторону. Поэтому вечно энергичный мальчишка, задумчиво свёл густые брови к переносице и тоже прошептал ответ, немного хмуря носик:  — Могу выдвинуть смелое предположение и сказать, что ты тоже мне не безразличен.  — Просто «не безразличен»?  — Нет же, дурак! Разве не ясно, что я тоже тебя сильно люблю? Саихара счастливо улыбнулся. Ему было до дрожи радостно осознавать, что чувства, которые он мучительно лелеял к другу несколько лет, оказались взаимны. Тем временем Кокичи, переборов не присущее ему стеснение, уже оттягивал резинку шорт Саихары, а затем и боксеров, просовывая руку к уже вставшему члену и поглаживая его, доставляя нереальное удовольствие. Шуичи прохрипел, пытаясь сдержать стон. Всё-таки не удалось и он простонал, негромко, но очень развратно. Секс в автобусе — нечто аморальное и грязное, но вместе с тем ужасно возбуждающее. Об этом подумали оба, щурясь и поглядывая на пассажиров, которые, вроде как, были увлечены собственными делами.  — Как ты трусы снимешь? — Шуичи наклонился к уху Омы, стараясь говорить тише, дабы даже обрывки его фраз не смогли долететь до других.  — Не знаю обрадует тебя это или нет, но на мне их сейчас нет. Шуичи сдержанно вздохнул, лишь на мгновение прикрывая лицо рукой. Вот же извращенец. Этот чертёнок заранее готовился, что ли?  — Хорошо, а шорты? Увидят ведь.  — Немного приспущу и сяду на тебя.  — Господи, не говори об этом так спокойно. — щёки Саихара опять покраснели. Всё произошло так внезапно, да и ещё этот дурацкий трясущийся автобус, не дававший рационально всё обдумать.  — Придумай что-нибудь получше и быстрее, а то я умру без разрядки. Уже умира-а-аю! — сказав это, Ома зашевелил рукой, которая всё еще находилась в шортах любовника, погладил пальцем уретру, что уже истекала смазкой, а потом, скользнув чуть ниже, с силой сжал яйца. Шуичи прошипел, смотря на Ому злым, расплывчатым от наслаждения взглядом.  — Хорошо, просто делай что посчитаешь нужным. Главное, если кто-то посмотрит в нашу сторону, тут же замирай. Возможно парень, сидящий на коленях другого это странно, но не хуже того, чем мы собираемся заниматься. — шепнул Шуичи и прижался губами к виску фиолетововолосого, из-за чего тот сладко промурлыкал что-то нечленораздельное. — Так погоди, а как ты сядешь без растяжки?  — Я уже был заранее подготовлен ко всему, милый. — Ома хитро заглянул в глаза Саихары, внезапно закидывая правую ногу на колени парня.  — Чт — А если бы я вообще не согласился? — неужели Кокичи был настолько уверен, что Саихара будет сражён наповал, или же он знал всё о его чувствах? В любом случае это было слишком самонадеянно.  — То я бы сам нагнул тебя по прибытии в лагерь. — получив нужную реакцию от возлюбленного, Кокичи хохотнул. — Это была ложь, глупенький! Больше ничего не добавив, Ома продолжил манипуляцию с органом Саихары, выбивая тихие стоны. Потом приспустил ему и себе шорты, и пока никто не заметил на заднем сидении чего-то из ряда вон выходящее, зажмурившись до слёз, полностью насадился на член Саихары. Тот, почувствовав, как узкие тёплые стенки обволакивают его, куснул Кокичи в открывшуюся шею, чуть ли не прокусывая нежную кожу.  — Осторожней! Оо..Ты гораздо больше, чем я предполагал… Ах! Голос мальчишки дрожал от подступивших слёз и боли внутри, но он пытался говорить чётко. Одна слеза всё-таки скатилась по щеке, капая на футболку. Шуичи обнял фиолетововолосого за тонкую талию и вдохнул приятный запах мятного печенья и лаванды, исходивший от кожи Омы. Наверное, так пахнет его гель для душа. Автобус в который раз подскочил, наехав на какой-то камешек, а вместе с ним подскочил и Кокичи, чувствуя как член внутри него едва коснулся комочка нервов, вызывая бурю различных ощущений. Ему не за что было ухватиться и он просто бесцельно царапал свои колени короткими ногтями. - Шуичи... - возбуждённо тянет фиолетововолосый, сладко прогибаясь в спине. Он уже едва терпит, контраст чувств достиг своего пика - с одной стороны хотелось продолжать и чувствовать Саихару без остатка, а с другой хотелось прекратить всё и просто нежно-нежно обниматься. Шуичи стал немного приподнимать и опускать юношу, насаживая, чтобы весь процесс не состоял только из редких, резких движений транспорта. Ома не смог сдержаться и тихонько пошло заскулил, кусая свои раскрасневшиеся губы до крови. Поза была максимально неудобная, а учитывая, что это был первый раз у обоих, ещё и со слишком глубоким проникновением. Когда Шуичи стал помахивать бёдрами, приближаясь к пику удовольствия, Ома был уже уверен, что он просто сейчас упадёт в обморок. Единственное, что останавливало - это собственный набухший член, нуждавшийся в разрядке. В помутнённом от боли и кайфа сознании пронеслась мысль, что следующий их раз будет обязательно на мягкой кровати или хотя бы под горячим душем. Кокичи кончил чуть раньше, излившись себе в руку, что едва успел просунуть в шорты. Белёсая вязкая жидкость немного попала на внутреннюю сторону шорт, однако это было дело поправимое.  — Кокичи...Мхг- Я уже скоро, потерпи секунду! Ах-х. Шёпот был над самым ухом, но Оме почудилось будто их услышали все, находящиеся в автобусе, но никто так и не оглянулся на парней. Неожиданно для фиолетововолосого из него вытащили влажный член и аккуратно посадили на сидение. По телу шли частые судороги и Шуичи, продолжая быстро себе надрачивать, одной рукой вынул из кармана белоснежный носовой платок и излился, в него, простонав в чистую ладонь Кокичи, прикрывшую ему рот. Всё еще дрожащими после оргазма руками, синеволосый не испачканной стороной платка протёр другую ладошку Омы, на которой осталось внушительное количество спермы. Под насмешливый укор, использованную тряпочку Саихара запульнул под сидения перед ними. До их остановки оставался ещё час. Парнишку с лиловыми глазами разморила жара и внезапно тяжёлый процесс занятия сексом. Поцеловав Шуичи в краешек губ, он рухнул тому на колени, ещё не заснув, но уже не имея сил шевелиться. Саихара стал гладить того по голове, зарываясь в волосы, убаюкивая, и скоро тихое размеренное дыхание любимого донеслось до его слуха. Вскоре он и сам погрузился в царство Морфея, позабыв обо всём. * * * Проснулись ребята только тогда, когда кто-то их настойчиво расталкивал грубой мозолистой рукой. Это оказался водитель. Парни наконец-то прибыли в нужное место. Чтобы не испытывать терпение мужчины, Саихара с трудом взвалил себе на плечи обессиленное тело Омы и поторопился выбежать из транспорта. Как только он, с Кокичи на спине, вышёл на улицу, подул свежий морской воздух. Вид был тут как и всегда потрясающий. Солнце, лучи которого на горизонте отражались в бирюзовой воде, освещали маленькие лодочки местных рыбаков. Говорили, что здешняя рыба очень вкусная, однако Шуичи с Омой ещё ни разу не пробовали. Низенькие домишки стояли к друг другу практически вплотную, между ними то и дело ходили взрослые и бегали ребятишки. Саихара улыбнулся такому рутинному умиротворению. Подойдя к ближайшей лавочке из резного дерева, парень опустил на неё сонного Ому и сел рядом. Мальчишка потянулся и широко зевнул.  — Уже встаю, да — голос был слабым после сна, но почти что привычно весёлый. Кокичи приобнял Шуичи за плечи и положил голову ему на плечо. Пешая дорога займёт у них ещё около часа, так что они решили, что немного посидеть в этой приятной атмосфере не помешает. Ветерок дул со стороны моря и обдувал их сонные, но довольные лица и открытые ноги, заставляя немного поёжиться от прохлады. Ребята болтали о различной чепухе, просто радуясь тому, что наконец-то вместе. Хотя погодите-ка.  — Саихара-чан, а мы теперь пара, правда? — Ома по-щенячьи посмотрел синеволосму в глаза и надул губки.  — Если ты не против, то конечно. — Шуичи погладил мягкую щёчку низкорослого парня тыльной стороной левой руки и опять улыбнулся. Мимо них пробежала маленькая красноволосая девчонка в забавной остроугольной шапочке, а за ней ещё две, совершенно непохожих друг на друга. Кокичи их не заметил, а только радостно кивнул, утыкаясь Саихаре в изгиб шеи. На сердце было тепло и уютно.