Падение Ласточки

      Цири вернулась к тренировкам. По началу Пэй Мэй был в не очень хорошем расположении духа, но каждый раз Цири восхищала его скоростью освоения тех или иных заклинаний, и особенно хорошо она подчиняла пространство. Цири была неуловима, быстра, и попасть по ней было все трудней и трудней, гордость переполняла Пэй Мэя, и он снова стал прежним благосклонным учителем. Цири сгорала от нетерпения и вечного ожидания. Ей нравилось оттачивать свои умения, но было единственное, что ей так и не позволяли изучать. Время. — Нет, Цири, даже не думай! Ты не готова и точка, — злился мастер. — Но почему? С чего вы взяли, что не получится, если мы даже ни разу не пробовали? Не вы ли мне это говорили, мастер? — Да, говорил! А ещё говорил, что главное качество ученика - это терпение и покорность! Всё! Вопрос закрыт! Даже слушать не стану! Цири затопала ногами от злости, когда мастер развернулся и хотел уйти. Зелёная вспышка. Через секунду она стояла перед мастером яростно сложив руки на груди. — Почему вы не хотите даже в теории рассказать мне о перемещениях во времени?! Почему? Я справлюсь! Чего вы так боитесь, мастер? Он на секунду поднял на неё глаза полные боли. От такого взгляда Цири аж запнулась. Она опустила руки и попросила прощения. Мастер печально вздохнул. — Пойдём со мной, Цири, я кое-что тебе покажу. Он задумчиво сложил руки за спиной и они направились к морским драконам. Летели совсем недолго, буквально через двадцать минут они приземлились на очень затуманенном острове. Пройдя чуть дальше, Цири поняла, что они на кладбище. — Идём, — спокойным, и в то же время грустным голосом приказал Пэй Мэй. Цири шла за ним стараясь не терять мастера из виду, но спина Пэй Мэя то и дело терялась в безжалостном непроглядном тумане. Только Мулоу заботливо освещала путь своей хозяйки, не давая ей потеряться. Мастер печально остановился у одной одинокой могилы, и зажег давно потухшую свечку, которая осветила полустертое имя. Цири с позволения мастера подошла ближе. Надпись на надгробии гласила: "Николас Монтгомери" — Ты напоминаешь мне его, — послышался скорбный голос учителя. — Такая же упрямая и нетерпеливая, — он чуть помолчал, — и такая же умная и талантливая. Цири обернулась. Пэй Мэй улыбался, вспоминая былое. — В нём тоже текла старшая кровь. Когда Ник попал на небеса ему было пятнадцать лет. Он был раздолбаем каких поискать, и часто меня не слушался, но... Он все схватывал на лету, был резвым и неугомонным, и скакал по крышам столицы словно козёл. Я мог весь день его тренировать, а ему хоть бы что, всё равно по ночам выбирался и устраивал козни серафимам, — мастер искренне начал хохотать. — Я так смеялся, когда мне его привели за шкирку, сказав, что он подложил хлопушку под стол верховного совета, и в самый важный момент переговоров она взорвалась оставив их в обугленных портках. Цири хихикнула, представляя лица серафимов в этот момент. — Мы с ним начали осваивать перемещения во времени, и здесь он показывал прекрасные результаты. Он даже сделал мне подарок: принёс мраморную табличку из античной Греции. Пэй Мэй печально вздохнул. — Серафимы почувствовав, что что-то грядёт, приказали отправить юношу в будущее дабы избавиться от проблемы быстрее. Я говорил им, старался вразумить, что он не готов для такого, что ещё есть время. Но они меня даже не слушали. Ник был смелым юношей. Не испугался и не убежал в страхе, он спокойно всё обдумал и сделал этот проклятый прыжок во времени. — Он не вернулся? — спросила Цири. — Нет, вернулся, — печально продолжил мастер. — Он упал ко мне на руки, тяжело дыша. Вся его кожа была серой как у мертвеца и покрыта трещинами. Он гнил и разрушался изнутри. Будущее - материя непостоянная, и точно представить место приземления почти не возможно. Он не смог победить то, что было ему по силам, потому что эти заносчивые и думающие только о себе бессмертные решили, что так правильно. Они лишили себя защитника. Благо Ник смог воздействовать на то что шло на нас и общими усилиями смогли это предотвратить. Когда он прыгнул назад что-то произошло с его организмом, его тело не выдержало и он просто стал живым мертвецом. Ему было семнадцать когда я похоронил его здесь. Мне порой не хватает этого мальчишки, что не мог усидеть на месте. Чуть помолчав, добавил: — Надеюсь ты сделаешь выводы из моего рассказа, Zireael. И используешь полученные знания по назначению. Девушка кивнула и ещё раз коснулась надгробного камня. Перед глазами начали мелькать образы... «Учитель ходит по лесу в поисках ученика: — Монтгомери! Вот упрямый козёл. Найду, точно оплеухой не отделается! Монтгомери!» Затем другое воспоминание: «Юноша греческой наружности с кудрявыми волосами, что есть сил несётся по полю, выполняя задание учителя. — Смотрите, мастер! Получилось! Пэй Мэй подошёл к высокому парню и потрепал его кудрявую голову». Мастер коснулся плеча девушки. — Пойдём, Цири, пора назад. Весь путь они пробыли в тишине. Даже по приезду назад мастер лишь кивнул ученице и поспешно удалился.

***

Цири и Сэми шли к вольеру, где занимались бессмертные. Они обещали Ади зайти за ним, и вместе они должны были отправиться прогуляться на землю, с разрешения учителей разумеется. Когда они были на месте, Цири увидела Ади с копьём, яростно бьющимся с другим демоном. Он был в спортивных чёрных штанах и белой футболке, а его глаза горели зелёным огнём. Он сбил противника с ног одним уверенным ударом крыла, и победно направил кончик копья, оставляя его в сантиметре от горла соперника. — На сегодня достаточно! — раздался голос Геральда. Ади поставил копьё на место, снял футболку и вытер ею лоб и шею. Когда друзья к нему подошли, Цири старалась не разглядывать тело демона, но это было невозможно. Ади был высок, хорош собою и отлично сложен. Глаза девушки пробежались по широким плечам, мышцам торса и сильным рукам, и одну из них неизменно украшали два серебряных браслета. Увидев друзей он улыбнулся и сказал: — Пять минут и идём. Он ловко перепрыгнул через забор и побежал в раздевалку. Через обещанное время он вышел оттуда приветственно приобнял Сэми и затем схватившись за чародейку одной рукой чуть покружил её из стороны в сторону, заставляя хохотать. Они хотели просто разнообразить вечер и погулять по вечернему Нью-Йорку и посмотреть на мириады огней высоких башен. Сполна нагулявшись, они присели на крышу одного дома на против светящихся зданий и завороженно наблюдали за мерцающими огоньками. Сэми положил голову на колени к Цири и немного задремал, а демон сидел рядом и они просто наслаждались видом. Ади повернулся к Цири и задержал взгляд на её шраме внимательно его разглядывая. — Ты хочешь спросить о нём, я права? — не поворачиваясь, начала Цири. Ади чуть вздрогнул от неожиданности, чем вызвал смех у девушки. — Ты всё равно ведь ничего не расскажешь, — изображая обиду, ответил демон. — Я бы очень хотела забыть об этом, но он служит мне вечным напоминанием о том, каким я могу быть чудовищем, — печально проговорила Цирилла. — А мне он нравится, — улыбнулся Ади. — По-моему он очень изящен, и прекрасно дополняет твой образ загадочной девы с серебряными волосами, — пародируя поэта, сказал демон. — И лично для меня, он напоминает мне канавку для слёз. Цири подняла на него глаза, и встретилась с его. Демон всё также улыбался, но это улыбка была другая, она манила, путала мысли и пробуждала желание. Поднялся ветер и Цири поёжилась. Ади галантно накинул на неё свою чёрную кофту, и она удобно устроилась у него на плече, они скрепили свои руки в замок, а другой рукой чародейка поглаживала спящего Сэми по голове. Ади заботливо накрыл друзей крылом, думая о бушующих чувствах между ним и чародейкой, что с каждой их встречей разгорались всё сильнее.