«Attraction to each other» или «влечение друг к другу»

      Начались те самые бабочки в животе, о которых Костя всегда думала и мечтала: какие же они? Проведя вместе первую ночь, на утро девушки проснулись от назойливого стука в дверь, который с просони отзывался в ушных перепонках болезненно до потенциальной боли в голове. Сначала они не поняли, что происходит, где они и какой день. Столкнувшись сонным взглядом, за две секунды одновременно вспомнили вчерашние события и засуетились. Настя какого-то чёрта решила, что запихнуть Костю поглубже под одеяло будет неплохой идеей, если кто-то всё же зайдёт. — Настя, — послышался из-за двери голос Анжелики, — Завтрак скоро закончится, если хочешь успеть что-то отхватить, то советую идти сейчас. А, да, ещё сообщи тоже самое Косте, если найдёшь её! После этого раздался звук удаляющейся походки девушки, который постепенно и вовсе затих. Купер вынырнула обратно, чтобы заглотить хоть каплю кислорода, пока Петрова облегчённо выдохнула, будто пробежала марафон. — Слушай, ты своих ёбырей так же в школьные годы что-ли прятала? — с усмешкой спросила коротковолосая, смотря на Настю. — За языком следи давай, это была экстренная ситуация и никого у меня не было. — Ага, под одеялом же не разберёшь человеческий силуэт, целая мантия-невидимка из Гарри Поттера. Ещё бы в шкафу меня додумалась закрыть, девственница ты моя. — Как жаль, что я этого не сделала! — отвечает Петрова и слабо пихает рядом уже полусидящую Купер. Та лишь хихикает, подползая ближе к Насте, которая в этот момент замерла. Костя дарит ей несколько грубый поцелуй, сминая её горячие губы, не в силах оторваться. Настя же ощущала себя так, словно она сейчас растает или как минимум останется в этой кровати на ближайший целый день, чтобы целоваться со своей «подружкой». Пожалуй, поцелуи это единственное, где ей не хочется даже бороться за лидерство. По крайней мере, если партнёр по поцелуям именно Костя. После весёлого зрелища, где Купер в трусах бежит на кухню, дабы отхватить последние два бутерброда, они начали собирать чемоданы, естественно, в Питер. Костя даже начала подумывать о том, чтобы переехать туда жить из Москвы, в которой всё всегда было слишком шумно, но пока что это просто мысли и не более. Сейчас просто хочется вернуться в настину квартиру, которую язык бы чуть не повернулся назвать «наша квартира». Устроиться вместе на кровати и болтать о всяком. Ей любопытно больше узнать о Петровой, возможно о её прошлом опыте в отношениях, например. «Не буду давить с такими вопросами» Завершает она свою мысль на этой ноте и захлопывает чемодан.

***

      Несмотря на то, что в поезде Костя нагрубила какому-то мужику, сделавшему ей замечание о курении в купе, Питер встретил двух девушек как и в прошлый раз на «ура». В то время, как они шли по улице, Настя задумалась над тем, что по ощущениям, пока что, ничего не изменилось. Просто как и в прошлый раз они с Костей приехали к ней в город, просто они гуляют, просто они смеются. Купер останавливает Петрову, держа её за рукав пальто, предлагая заказать по стаканчику кофе. Подойдя к маленькой кофейне, Настя остаётся стоять с чемоданами снаружи, в ожидании своего заветного макиато¹. Вскоре Костя возвращается и вручает Насте её стакан. Петровой интересно, что себе заказала девушка, и когда она чуть наклоняется, чтобы посмотреть, Купер нежно и коротко целует её в губы. Шатенка поднимает свой взгляд на Костю и та тепло ей улыбается, смотря с невероятной любовью в глазах, которая согреет даже покрепче, чем этот горячий кофе. Макиато¹ — напиток, приготовленный из эспрессо и вспененного молока. «Всё таки изменилось, и изменилось к лучшему» — проносится в мыслях Насти и она улыбается в ответ. Счастью Кости нет предела, когда они уже заходят в такую знакомую квартиру. — Моя любимая кровать, ты скучала по мне?! — громко говорит она из коридора, будто действительно ожидает ответа от настиной постели. Петрова с лёгкой улыбкой на лице закатывает глаза. Пора бы уже привыкнуть к такому ребячеству, однако она уверена, что несмотря на то, сколько пройдёт времени, всё равно будет так реагировать. Костя помогает Насте с чемоданами, уже даже не парясь об их повторной ошибке по отбору вещей, ведь, цитирует в своих мыслях Костя: «А вдруг что случится? Не так уж много мы и берём». Ещё даже не переодевшись в домашнюю одежду, Настя звонит маме и сообщает о том, что прибыла домой. Не предпринимая попыток прислушаться, до слуха Купер всё равно доходят слова Елены Александровны: — Жду в гости! И Костю с собой обязательно бери, она ведь с тобой? Костя делает вид, что разбирает свой чемодан, боковым зрением зыркнув на Настю, которая слегка в ступоре покраснела, словно мама поймала её на горячем. — Да, мам, она со мной, — всё же отвечает она и полностью поворачивается к Купер спиной, чтобы та, судя по всему, не видела её смущённого выражения лица. «Очаровательная» С разбором вещей закончено и только Настя начинает переодеваться, как чувствует сзади пылающее дыхание в свою шею. — Может закажем еду на дом, а? — спрашивает Купер, обнимая девушку двумя руками за талию. — А не поздновато ли для перекуса? — Это называется ночной дожор! — Хорошо, перефразирую: не поздновато ли для ночного дожора? — Теперь в этом нет смысла, ведь дожор ночной, а значит, что никогда не поздно. Та вздыхает. — Ну заказывай, только я не буду уже есть. — Почему? — Не всем как тебе повезло с метаболизмом, знаешь ли. — Что за глупости ты говоришь? — твердит Костя и чмокает Настю в плечо, гладя руками её оголённый живот. Петровой так непривычны такие прикосновения, поэтому каждое, даже самое мимолётное движение, заставляет её ещё некоторое время думать о нём и вспоминать ощущения. В итоге Костя заказала гавайскую, блять, пиццу перед сном, ещё и Настю заставила хотя-бы пару кусочков, но съесть с ней за компанию, пока они смотрели телевизор в гостиной на диване. Петрова просто облокотилась головой на чужое плечо, ощущая себя в максимальном комфорте. Купер не смела пошевелиться и всего навсего ей оставалось вдыхать аромат тёмных волос, от которых веяло мятой и орехами. Только через пару минут Настя дёрнулась и открыв глаза, которые незаметно для неё же успели закрыться, поняла, что дико хочет спать. — Прости, думала полежу пять минуточек, но что-то рубить на сон начало, — извинилась она и приподнялась, представляя, насколько же затекло костино плечо. — Да ничего, пошли тогда укладываться. По очереди они сходили в ванную и оказавшись в мягкой и такой родной постели, Настя почувствовала, что ей как-то холодно, несмотря на тёплый плед, который был откинут. Она наблюдала, как Костя надевала свою ночную большую футболку. Красивая спина завораживала, пусть та и увидела её мельком. Костя, сложив свою одежду и положив рядом с другими вещами на настину полку, поворачивается и замирает с непониманием в глазах, когда видит, как на неё расслаблено смотрит девушка, которая подпёрла свой подбородок кулаком, лёжа при этом на боку. — Ты чего? — Да ничего, просто ты красивая, — наверное впервые за долгое время Настя произносит свои мысли вслух, даже не мешкаясь из-за неуверенности, что возможно говорит что-то не так. Уголки губ Купер медленно приподнимаются. Видно, что она смущена. — Неужели тебе это так нечасто говорят? Ни за что не поверю. — Ну, — девушка уже ложится рядом, накрыв одеялом ноги, — Не так, как это сейчас сказала ты. Настя довольна таким ответом и утягивает её в объятия, устроив свою голову уже где-то в районе груди Кости, которая в свою очередь кладёт руку на спину девушки. Никогда Петрова бы не подумала, что звук чужого сердцебиения может приводить в такое умиротворение. — Что ты сейчас чувствуешь? — неожиданно спрашивает она у Купер, потому что искренне хочет, чтобы та сейчас ощущала тоже самое, что и сама она. — Это смешанное чувство, когда ты очень долго чего-то хочешь и вдруг неожиданно для себя же получаешь. Настю смущает такое сравнение. — Долго? Ты очень долго хотела начать со мной встречаться? — Вообще-то да, ты меня вообще слушала, когда я тебе свои чувства выворачивала наизнанку? — Конечно, просто… — делает паузу, а после продолжает, — Когда ты осознала, что влюблена в меня? — А ты, как я посмотрю, уже перехотела спать? — Кость, если ты не хочешь об этом говорить, то не будем, я на тебя не давлю. Костя думает и вспоминает, как действительно хотела вот так вот полежать рядом с Настей и поболтать чувствах, отношениях… Возможно, если она откроется первая, то и Настя сама что-то да расскажет? Только Петрова собирается перевернуться на другой бок, приняв молчание Купер за отказ, как та прижимает её к себе рукой и начинает говорить: — Ты заинтересовала меня, как только я пришла на этот вокзал. Среди остальных девок, что уже там были, меня заворожил именно твой взгляд. Он и сейчас у тебя довольно глубокий, в нём отражается твоя душа, а тогда он выражал столько недоверия, злости что-ли. Я уже тогда поняла, что ты мне типа будешь интересна как человек. Влюбилась я в тебя вроде где-то после первой вечеринки, что нам закатили преподы. Ты была в этом леопардовом платье и рядом с тобой крутилась Бэлла, которой ты, очевидно, тоже была интересна. Я даже начала ревновать, — она ненадолго останавливается говорить, припоминая себе, как же ей нравилось смотреть на Настю в том платье и с этой типичной дулькой из передней части длинных волос, — Мне сложно доверять людям. Я понимаю, что типа я до сих пор открываюсь, но тогда я пришла такой зажатой, а ты была будто открыта всему миру. Ну то есть… Безусловно, что у тебя были эмоции, которые ты не хотела показывать людям, пыталась выглядеть сильной и всё такое, однако по твоей мимике всё равно виднелась эта не скрытая эмоциональность. Только потом я научилась различать эмоции, к слову, потому что тогда я также думала об этой Митрониной, которая оказалась обычной актрисой без Оскара. Я боялась тебе даже на что-то намекать тогда, ибо думала, что ты просто засмеёшь меня, ведь ты была тогда совсем не такой мягкой, какой являешься сейчас. С Асей я посчитала, что смогу забыть твой душераздирающий взгляд. Костя тихо усмехается своей наивной версии из прошлого. Этот разговор и так был довольно интимный, что было не свойственно для Купер, так ещё и это свечение луны сквозь шторы и Настя, которая лежит и слышит стук её сердца. Девушка не может сейчас увидеть выражение лица Петровой, однако в ней есть уверенность, что та её внимательно слушает и точно не спит. Это также доказывает тот факт, что Настя в данный момент слабо водит указательным пальцем где-то в районе живота Кости. — Не получилось, не смогла я забыть. Я не хотела терять нашу крепкую дружбу своим глупым признанием, ведь даже дружбой я старалась довольствоваться по максимуму, хоть и хотелось большего, например… — как по иронии судьбы, именно сейчас Настя поднялась и чуть отодвинулась, чтобы посмотреть на Костю, которая решила, что если говорить, то до конца, — Смотреть на твои губы, зная, что я могу ощутить их когда захочу и ни с кем не делиться, а потом гладить твои волосы, вкладывая всю нежность, которую я всегда мечтала кому-то подарить и… Да какой блять смысл продолжать? Ты же сама видишь, как я тебя люблю и не хочу потерять. И Настя действительно видит. Она прекрасно помнит, каким человеком раньше была эта девушка, не способная даже лишнее слово в коллективе вставить, что уж говорить о таких откровенностях. Никто и никогда не смотрел на неё так, как это делает Костя. Эти глаза пожирают и со всей решительностью, без лишних слов, убеждают в том, что Петровой теперь некуда деться, хотя сложно сказать, что ей хотелось бы куда-то деваться. Она всегда старалась быть превосходной в силе над другими, дабы чувствовать себя лидером, который сам себя обеспечит защитой, а всех, кто посмеет перечить, поставит на место. И в конце концов, желание отдаться в чужие руки, в которых будет защита и любовь, появилось только рядом с Костей. Знак ли это? И что она потеряет, если попробует? — А что насчёт тебя? — внезапно спрашивает Купер. Шатенка будто вернулась обратно в реальность из своих мыслей. — Ты сама прекрасно в курсе того, что мне тоже тяжело доверять людям, но ради тебя я готова попробовать, потому что я где-то подсознательно чувствую, что ты мой человек. Помню, как мы где-то в самом начале проекта ехали в машине и ты сказала, что настоящей дружбы не существует. Мне сразу захотелось тебе доказать обратное, потому что ты мне понравилась, а теперь я понимаю, что хочу показать тебе, что на свете также существует настоящая любовь. Костя вздыхает, уставившись взглядом в потолок и сложив руки у себя на груди. — Почему такая несправедливость? Люди, которым ты доверяешь, предают тебя, а новым, которые искренне хотят быть рядом с тобой и заботиться, ты уже не так легко веришь. — Ну, так должно быть по жизни, чтобы заколить тебя, так сказать. И самое главное — это образовать в тебе силу, которая позволит легче доверять людям, потому что всё самое ужасное ты уже прошла, а жить и никому не доверять просто невозможно. Купер задумалась над этими словами и Петрова взяла её руку в свою, как обычно проникая своим чувственным взглядом прямо в душу, после чего ближе прижимается к девушке, аккуратно касаясь своими губами её губ. Костю просто манит как магнит такая ласковая о любвеобильная Настя. Берёт Петрову за подбородок и целует, напоследок нежно прикусывая её нижнюю губу. «Как же всё-таки хорошо, когда вместо одеяла тебя может согреть любимый человек» — думает уже почти сквозь сон Настя, которая мирно устроилась под боком Кости.

***

      Новый день начался крайне лениво. Настя спала до часу дня, в то время как Костя встала на час раньше её и уже подумывала о том, чтобы будить свою спящую не красавицу, а царевну. Когда девушка всё же проснулась, они обе позавтракали и ещё даже не успев закончить трапезу, получили приглашение в клуб от самой Бэллы. — Не знала, что Белла в Питере, — специально неправильно произнесла Настя имя приятельницы. — Я знала, что по-любому здесь будет кто-то из наших. — Тогда пойдём? — А как иначе? — Только без суеты и не засиживаемся, а то я знаю тебя. — Говоришь как старая недовольная жена. Петрова пихает Купер ногой под столом, как та начинает смеяться. — Я просто знаю, какое влияние на тебя оказывает Бэлла. — Ты что, ревнуешь? Настя даже вилку положила на краю тарелки от такого вопроса. — Нет, просто будь аккуратнее, ладно? Я сама люблю Бэллу как подругу, но уж больно она любит выпить. И тут даже не поспоришь.       Святая троица встретилась уже у клуба, где Кузнецова сразу же кинулась на двух давних подруг с объятиями. Они сели на диванчиках в помещении с неоновым освещением, где каждый какое-то время делился чем-то новым. Разговор шёл плавно, как вдруг Бэлла решила спросить: — Ну признавайтесь, как у кого на личном фронте? — игриво приподнимает одну бровь блондинка, переводя взгляд с Насти на Костю и так обратно. — Нормально, — первая подаёт голос Купер и та больше ничего допытывает, потому что в курсе определённых нюансов. Вообще Петрову бы смутил тот факт, как быстро Кузнецова сдала позиции, только вот они хранят свои отношения в тайне, поэтому без лишней суеты. Громкая музыка непривычно била по ушам. В отличии от других девчонок Настя явно занесена в красную книгу тех, кто меньше всего посещает такие места, по крайней мере, по своей воле, ведь Костя частенько её тащит сюда. Танцевать она любила, но гораздо комфортней просто придти к кому-то из друзей на квартиру и там, собравшись компанией, уже веселиться. Сегодня на Насте была красная клетчатая свободная юбка, которая и так выглядит довольно дерзко, так ещё и кожаные чёрные ремешки на ней добавляют некого эффекта. Чёрная водолазка без каких либо вырезов и чёрные кроссовки на толстой подошве. Неоднозначный образ, хотя для клуба самое то. На Косте были привычные рваные джинсы и белая футболка в чёрную полоску, белые кроссовки с чёрными вставками. Бэлла тоже не блестала отличительной женской одеждой: свободные штаны, красное худи и кеды. Трое девушек уже танцевали где-то в центре клуба, перед этим выпив ровно по одному коктейлю. Где-то через час к Бэлле приехала какая-то Даяна, которую Настя, конечно же не знала, да и на вид она ей не понравилась сразу. «В целом, это её жизнь, пусть делает что хочет» Ради приличия пришлось повозиться с ними ещё минут так двадцать, чтобы с чистой душой заказать такси и поехать домой. На часах был почти час ночи, когда они наконец-то вернулись домой. — Ёбаный ты блять, Костя, — говорит Настя, когда слегка шатающаяся Купер шагает в обуви дальше коврика в коридоре, — Вылизывать мне завтра этот пол будешь. Костя приглушённо смеётся, разуваясь. — Такая ты милая, когда злишься. Настя сдерживается от того, чтобы обернуться к той лицом, потому что чувствует, как в какой уже раз краснеет, словно школьница. Замечает на полу возле постели небрежно кинутую вещь и нагибается за ней как типичная хозяюшка-чистюля, когда Костя уже оказывается сзади предельно близко, касаясь своим тазом тела девушки и положив свои ладони на настины ягодицы. Та сразу возвращается в прежнее положение, однако не успевает и слова промолвить, как слышит прямо на ухо: — На счёт пола сомневаюсь, но тебя я сегодня вылизать пиздец как хочу… Петрова может лишь приоткрыть рот от шока, как её уже разворачивают к себе за шею, вовлекая в поцелуй. Шальные руки Купер блуждают по её телу, периодически задирая красную юбку. — Ты так сексуально выглядишь в этой юбке, тебе никто этого не говорил? — Н-нет, — кое-как отвечает девушка, у которой даже пересохло во рту. — Правильно, я бы убила того, кто сказал бы это, — говорит и уже обжимается с Настей на их кровати. Загвоздка в том, что Костя реально не настолько уж пьяна, просто из-за малого градуса в организме пробудилась горячая игривость и желание скорее приласкать эту шатенку с незабываемым голосом. Про голос Купер окончательно убеждается, когда задирает чужую водолазку наверх и справившись с застёжкой бюстгальтера, припадает к оголённой груди, грубо кусая розовый сосок, тут же облизывая языком. Одна рука сильнее сжимает вторую грудь, заставляя Настю застонать. Косте безусловно нравится так играться с грудью девушки, ведь судя по всему, одна из эрогенных зон уже найдена. Вторая рука скользит под юбку, двумя пальцами тут же отодвигая ткань трусиков и ощущая влагу на них. — Киса, ты уже успела намокнуть там для меня? Этот горячий шёпот куда-то в шею ещё сильнее возбуждает Настю и она откидывается спиной назад в мягкую постель. Костя разводит аппетитные ноги в стороны, всё-таки стянув клетчатую юбку и откинув её куда подальше. Ей очень хочется подразнить Настю, поэтому она трёт её промежность через нижнее бельё большим пальцем. Петрова закусывает нижнюю губу, сходя с ума от ощущений внизу, где постепенно разгорается пожар от касаний Купер, которая и сама взгляда отвести не может. — Я обещаю, что тебе будет хорошо. Этот серьёзный тон почти смешит Настю. «Хорошо? А сейчас что-ли плохо?» Становится вовсе не до шуток, особенно когда она опускает взгляд и чётко видит, как коротковолосая, сняв с неё трусы, смачно проходится языком по клитору. «Хоть бы не кончить через пару секунд» — думает шатенка на повторе будто в бреду, пока Костя неторопливо работает языком, стимулируя такую чувствительную точку, а после подключает два пальца. Настя короткими ногтями царапает деревянную тумбочку, находящуюся впритык к постели. Темп движений со временем ускоряется и Купер уже вовсю вдалбливается на всю длину пальцами, хоть Настя и закатив глаза пытается насадиться ещё глубже. — Блять, Костя, ещё! Та послушно добавляет третий палец и их двоих никак не отвлекает звук разбитого стекла, потому что стакан с водой, стоящий на тумбе, благополучно упал, так уж крепко схватилась Петрова трясущейся в конвульсиях рукой за неё, что сила гравитации дала о себе знать. Срывается на крик, достигнув заветного оргазма и кончает. Не может отойти от таких новых ощущений, пока Костя вылизывает её до идеальной чистоты, никак не смущаясь таких действий. Десять минут Настя просто тяжело дышит прикрыв веки, понимая, что в жизни её никогда ещё такого не было. — Ты такая очаровательная, — с восхищением говорит Костя, гладя тыльной стороной ладони щёку Насти. Петрова поворачивается набок лицом к Купер и та видит, как скатываются две капли слёз по щеке девушки. — Даже не смей после этих слов меня бросить одну, ясно? Не ожидавшая такого Костя знает, что это всё серьёзно. Настя не стала бы раскидываться такими фразами. — Даже не подумаю, — отвечает и сжимает чужую татуированную руку в своей, крепко переплетая пальцы.