Принцесса Мононоке 2

Глава 23.

Перед бурей.

Часть 1.

      Микайо очнулся ночью возле костра на окраине леса. Мужчина лежал на мягкой соломенной подстилке, и когда его зрение начало проясняться, он прищурил глаза от яркого пламени. Все тело изнывало болью. Микайо прохрипел и приподнялся на локти, после чего обнаружил, что весь покрыт бинтами и повязками. Вздохнув, он нашел в себе силы сесть, а потом заметил, что не один.       Вокруг огня сидели еще шесть человек, из которых он узнал только двоих. Это был молодой мужчина в красном капюшоне и юная девушка, известная ему как принцесса волков.       Заметив, что Микайо пришел в себя, Аситака осторожно заговорил:       — Мы нашли тебя в лесу, почти без сил. Не бойся, сейчас ты в безопасности. Как ты себя чувствуешь?       Мужчина сглотнул и потер глаза.       — У меня болит все что можно, но я в порядке. По крайней мере знаю, что я жив, — ответил он тихим хриплым голосом.       Он пытался понять, как здесь оказался, но последнее, что всплывало в голове — это смутные воспоминания, как двое людей несли его через чащу. Потом, должно быть, он потерял сознание.       — С тобой все будет хорошо, но ты еще слаб. Я думаю, сейчас тебе следует отдохнуть, — сказал ему Аситака.       Но, вопреки ожиданиям, Микайо не лег обратно. Он сидел и рассматривал остальных, кто был у костра. Слева от принца сидели две женщины, у одной из которых не было правой руки. Рядом с ней располагался крупный лысый мужчина с черной бородой и чуть сдвинутыми бровями. Затем Микайо посмотрел в другую сторону и увидел человека в черном костюме, который сидел по правое плечо от девушки-волка. Его силуэт был сложно различим в тени большого дерева, и если бы не свет пламени, он бы вообще не заметил его.       Видя, что раненый не спешит вернуться к отдыху, принц Эмиси решил, что ему, наверное, уже лучше, чем они думают. Аситака снял капюшон и спросил, глядя на мужчину:       — Микайо… Ты помнишь нас?       Этого не было заметно из-за бинтов на его лице, но Микайо улыбнулся.       — Конечно. Вы единственные, кого я видел за последние месяцы… — ответил он.       Затем Микайо добавил, только уже другим голосом. В нём была злость и разочарование:       — Кроме этих тварей.       — Ты имеешь в виду… — начал Аситака, но Микайо закончил за него:       — Я все-таки попался им.       Он грустно вздохнул.       — Они сами нашли тебя? — спросил Аситака.       Микайо ответил опечаленно:       — Не совсем…       Вдруг в разговор вмешался встревоженный голос Сан:       — Неужели ты сам пошел к горам? Ты же знал, что там опасно!       — Эхх… Я до последнего надеялся, что все обойдется. Дело в том, что однажды мой Ричи пропал. В очередной раз улетев на разведку, он не вернулся тогда, когда я его ждал. Я сильно волновался, и через несколько дней отправился на поиски. Я прошел почти через весь лес, приблизившись на опасное расстояние к горам. Мне удалось найти Ричи, и я сразу спрятал его под одежду, но затем почувствовал, что стволы двух ружей приставлены к моей спине.       Договорив, Микайо вдруг схватился за голову. С его уст сорвался слабый стон, и он закрыл глаза.       — Что с тобой? Плохо? — обеспокоился Аситака.       — А… Что-то голова кружится. Наверное, мне действительно лучше лечь.       Принц подошел и аккуратно уложил его на подстилку.       — Выспись и отдохни. Мы позаботимся о тебе.       — Спасибо… — еле слышно прохрипел Микайо.       Чувствуя слабость и утомление, Микайо быстро уснул.

***

      Наутро, когда Микайо проснулся, он чувствовал себя гораздо лучше. Боль в мышцах значительно ослабла, а раны под повязками ощущались не так остро: накануне их умело обработали. Ему потребовалось не так много усилий, чтобы подняться и сесть. Он потер глаза и увидел Аситаку, который вместе с принцессой сидел напротив него возле затушенного костра.       Аситака сразу обратился:       — Поешь. Ты, должно быть, очень голоден.       Микайо посмотрел вниз и заметил, что рядом с его соломенной постелью стояла миска со свежим рисом, в котором, источая аппетитный аромат, лежали кусочки курицы и овощей. Рядом с едой была кружка дымящегося зеленого чая.       — Спасибо, — с признательностью сказал Микайо и принялся есть.       Когда он закончил, Аситака и Сан рассказали ему все, начиная от прочтения записки до настоящего момента.       Микайо задумчиво почесал подбородок.       — Так значит, вы собрали армию и пришли, чтобы сразиться с гномами и положить конец их планам?       — Да, — просто ответил принц, кивнув.       Губы Микайо сжались в тонкую полоску, и он безрадостно покачал головой.       — Вы не поймите меня неправильно, — начал он, — я очень благодарен вам за спасение и не хочу выглядеть так, будто сомневаюсь в ваших силах, но…       Он остановился и вздохнул.       — Эти существа слишком сильны. Гораздо сильнее и злее, чем вы можете представить. Я не хочу вас огорчать… Но у вас нет шансов.       Услышав, Сан на мгновение выглядела возмущенной. Очевидно, ей не хотелось верить в последние слова Микайо, и на ее лице появилось упрямое выражение.       — Чего у нас точно нет — это выбора. А шанс есть всегда, — сказала принцесса твердо, но без злости.       Микайо посмотрел на волчицу — в ее глазах была решимость и настрой.       — Это правда, — согласился Аситака. — Гномы угрожают снести с лица земли и лес, и город. Случись этому, даже если мы останемся в живых, нам будет некуда податься — войска императора рыщут по всей стране за нашими головами. Поэтому единственный путь — попытаться остановить карликов сейчас, пока они не выпустили на волю своего демона.       Микайо понимал безысходность их ситуации. Вместе с тем парень и девушка перед ним горели уверенностью и непоколебимой волей, и мужчина видел это. Он смиренно вздохнул и сказал:       — Что ж, пожалуй, вы правы. Раз от судьбы не убежать, ничего не остается, кроме как взглянуть в ее глаза.       В ответ Сан произнесла, чуть опустив голову:       — Мы понимаем, что будет сложно, но ничего не поделать. Другого выхода нет.       Смотря на двух юных воителей и осознавая всю горечь и тяжесть испытаний, которые им предстояло преодолеть, Микайо был преисполнен искреннего сострадания. Мужчина чувствовал уважение и огромную признательность за спасение и заботу, поэтому он не мог и не хотел оставаться в стороне.       — Эх… Я знаю не понаслышке, насколько страшны и жестоки эти существа, но я до сих пор хочу отомстить им за себя и мое племя. Поэтому я помогу вам всем, чем смогу, — хрипло сказал Микайо, прежде чем на его лице появилась маленькая, ободряющая улыбка.

***

      С приходом ночи на краю леса вновь развели маленький костер. Вокруг него собралась та же компания: Микайо, Аситака, Сан, леди Эбоси с Гонзой, Токи и Неко, но теперь к ним добавились братья-волки и генерал Чен. Пару минут царило молчание.       Первым заговорил Аситака:       — Значит, ты говоришь, у тебя есть какой-то план?       Микайо сосредоточенно почесал лоб:       — Да. И я хочу верить, что это сработает.       Он замолчал.       — Эмм… С чего бы начать… — поразмыслил мужчина, подбирая слова.       Затем прозвучал голос леди Эбоси:       — Прошу прощения, что перебиваю, но мы до сих пор не понимаем… Если тебя поймали, как тебе удалось бежать?       — Вот! — озарился Микайо. — С этого и следует начинать. Сейчас я расскажу все, от начала до конца. Это тоже будет иметь значение.       Он сделал глубокий вдох и начал рассказ:       — Итак, холодок двух стволов чуть не вогнал меня в дрожь. Спустя пару секунд я услышал низкий голос, приказывающий медленно повернуться. Когда я это сделал, гномы кажись догадались по моей бороде, что я бывший житель этих земель, уцелевший при вторжении. В нашем племени всем мужчинам было принято носить бороду. Под прицелом двух ружей мне пришлось пройти через все горы. На самом севере этого, как они называют, Мурдоша, есть каменная крепость — владения их Лорда. Этот замок не высок, так как все многочисленные этажи уходят глубоко под землю. Меня забросили в самый низ и посадили за решетку. Хорошо, в задней стене камеры была глубокая трещина, и я успел спрятать там Ричи. Каждый день они издевались, избивали меня и ранили ножами, но не убивали. Им просто нравилось смотреть на страдания…       — Твари, — с раздражением сказала Сан, когда Микайо сделал небольшую паузу.       Мужчина безрадостно кивнул и продолжил:       — Так вот, о побеге. Две недели меня держали в заточении, и выбраться не было ни единого шанса — двое стражников дни и ночи не смыкали глаз, ключ от камеры был у одного из них. Но одним утром в ближайшем зале начались какие-то странные приготовления. Все суетились и постоянно ходили туда-сюда, только и успевая заносить в громадное помещение огромные дубовые бочки. Конечно, мне не стоило труда догадаться — там было крепкое гномье вино.       Микайо подкинул ветку в огонь и вдохнул поглубже, прежде чем вернуться к рассказу:       — В этот день они оставили меня в покое, но стражники по-прежнему не покидали пост. Весь день они болтали, обсуждая то, что будет ночью. Из их разговоров я понял, что гномы собираются отмечать праздник новолуния, и для этого их Лорд собрал всех на самом нижнем этаже своей крепости.       — Отмечать новолуние? — недоуменно спросила леди Эбоси, глядя с другой стороны костра.       Микайо задумчиво посмотрел в небо.       — Не знаю, почему у них так принято… Наверное, какая-то традиция, — произнес он каким-то отвлеченным голосом.       Затем Микайо продолжил с той же серьезностью, опустив взгляд на землю:       — И вот, моя зародившаяся надежда оправдалась — к поздней ночи все были пьяны. Два гнома, которые охраняли меня, уже и вовсе храпели возле двери камеры. И тогда я позвал Ричи. Он просочился сквозь решетку и выкрал ключик. Я открыл замок и осторожно прошел спящих стражников, а потом тихо прокрался мимо дверей огромного зала, где они все собрались. Я весь был покрыт ранами, порезами и истекал кровью, но не мог потерять шанс. Я шел все быстрее и не оглядывался, плутая по лабиринтам, оставляя позади бесконечные ступени, лестницы и коридоры, и даже не помню, как выбрался из подземелья. Под светом звезд я оказался на площади замка, затем двинулся к стенам, поднялся на ближайшую башню и спрыгнул вниз…       Микайо остановился, и затем добавил, подняв голову:       — А дальше вы знаете, докуда я дополз.       Аситака со впечатленным выражением посмотрел на мужчину, а затем тихо произнес:       — Вот как…       Потом прошла минута в молчании, все, казалось, впитывали рассказ Микайо. Потом леди Эбоси задумчиво потерла подбородок и сказала:       — Кажется, из этого мы можем сделать определенные выводы…       — Именно, — отвечал Микайо, — более того, на обстоятельствах моего побега и основан мой план.       Все с любопытством уставились прямо на него. Мужчина видел, что сидящим у костра не терпится его выслушать, кроме того в их глазах было… доверие, и он знал, что к его словам отнесутся серьезно. Поэтому Микайо не стал тянуть и сразу продолжил:       — Когда у нас новолуние? Мы можем дождаться его, и когда все гномы вновь соберутся в крепости Лорда, мы и начнем путь к горам. Этот лес огибает их с запада, через него я проведу вас к северо-западной части самопровозглашенного королевства. Там, где кончаются последние деревья, простирается горное плато, с которого открывается вид на широкое ущелье. Оно лежит между двух высоких хребтов и долгими милями ведет к самому сердцу Мурдоша — крепости Хладного Владыки.       — Хладный Владыка? — спросили все в один голос.       — Так величают их Лорда. Я не видел его, но знаю, что он опаснее любого ужаса, который только может представить человеческий ум. Я слышал, как некоторые гномы боязливо поговаривали о нем, обсуждая между собой всякие невиданные способности, вроде ледяного дыхания или смертельного взгляда. Шла даже молва, что он может воскрешать мертвых. Не знаю, где здесь правда, а где вымысел. Но как бы там ни было, с ним нужно быть осторожнее.       Микайо почесал заживающие раны и вернулся к плану:       — В лесу перед плато мы переждем ночь, и ближе к утру, когда все под воздействием вина уже будут спать мертвым сном, беспрепятственно пройдем через ущелье к стенам замка.       — А что дальше? — начала Эбоси, — предлагаете спускаться вниз? Мы не знаем всех опасностей, которые могут там ожидать, кроме гномов. Как бы самим не сгинуть в этих подземельях.       — К тому же мы можем нарваться на демона, тогда мало уж точно не покажется, — заметил Аситака, после чего Микайо задумался.       — Ну, тогда мы можем… например… — он запнулся, думая, что можно предпринять.       Наступило молчание. Звезды, мерцавшие в небе, свысока наблюдали за этим маленьким собранием, а из-за деревьев потянуло прохладным ветром. Какое-то время лишь треск костра нарушал тишину, до тех пор, пока ее окончательно не разбил голос Чена:       — Например, устроить подрыв.       Все удивленно посмотрели на него.       Генерал возразил на их полные сомнения взгляды:       — А что? Мои воины — мастера в этих делах. Вместе с оружием мы вернули у самураев много пороха — я думаю, его хватит, чтобы заминировать весь периметр стен.       — Это отличная идея! — поддержал Микайо, — после взрыва обломки башен, стен и огромной монолитной плиты рухнут под землю! Их просто завалит руинами!       — Надеюсь, вместе с демоном… — шепотом сказала Сан, но ее все равно услышали.       Теперь все посмотрели на девушку, но эту немного неуклюжую паузу прервал Микайо:       — Да куда ж он денется? Они держат его где-то на нижних этажах, я понял это, когда сам был в плену — чуть не оглох от этого рева. И если взрыв пройдет удачно, то даже с такой силой чудовище не выберется из-под завала. Если, конечно, выживет.       — Это все, конечно, хорошо… — вмешался Неко, — но должен же у нас быть запасной план? На случай, если все же нас кто-нибудь заметит?       — Да, к примеру, если какой-нибудь разведчик обнаружит нас еще до того, как все напьются? — подхватила Токи.       Микайо глубоко вздохнул.       — Тогда придется вступить в бой.       Леди Эбоси призадумалась.       — Хмм… В таком случае нам не помешает узнать о них как можно больше. Расскажи, Микайо, чего ждать от этих гномов?       — Да, конечно. Я расскажу все, что знаю сам.       Микайо подкормил костер еще парой сухих веток, продолжив:       — Итак. Во-первых, не ждите от них пощады. Злые, жестокие, бездушные существа. Во-вторых, все до единого будут стрелять — ружей у них предостаточно. В-третьих, доспех самурая просто ничто по сравнению с их броней. И да, еще их очень много.       — Да уж… Неутешительно… — грустно заключил Аситака.       — У них есть какие-нибудь слабые места? — с надеждой спросила Сан.       Микайо задумался.       — Вот даже не знаю… — рассуждал он. — Рост? Не думаю, что это сыграет роль. Возможно, они будут двигаться медленнее из-за тяжелых доспехов, хотя, кажется, им это не мешает. Они слишком сильны и выносливы. Даже не знаю… Не хочется это говорить, но, видимо, они безупречные боевые машины.       Последние слова навеяли тревоги. Понуро опустив головы, все просто молчали, но затем госпожа Эбоси разрядила напряженную тишину:       — Ладно, мы тоже не крестьяне с вилами. Что-нибудь придумаем. Но вообще, конечно, нужно надеяться, что план сработает.       Все согласно кивнули.

***

      Ночь под покровом леса прошла неспокойно. Многих мучила тревога и бессонница, кому-то снились кошмары. Но утро в любом случае заставит улыбнуться — пока оно хотя бы наступит.       Уже светало, огоньки звезд еще слабо сверкали жемчугом, украшая небесный простор. Зеленую чащу вновь затянул низкий туман, а от почвы веяло сильным, чем-то недовольным холодом. В тени отступающей ночи лес был тëмен и хмур, неброско красив и зловеще спокоен. Пока бледный лик луны еще не исчез в синеющих высотах, здесь правила гордая, первозданная тишина, и рассветные часы не смели перечить ее покою. Птицы затихли, и деревья молчали.       Армия потихоньку просыпалась, когда утро окончательно вступило в свои права. Через час все палатки опустели, и горожане скопились в поле перед лесом, где уже начинали готовить рис. После еды леди Эбоси попросила всех далеко не разбредаться, чтобы еще раз обсудить планы. Убедившись, что будет всеми услышана, она собралась с мыслями и хотела было заговорить, но вдруг произошло странное.       Люди почувствовали под ногами отчетливые вибрации, которые неуклонно усиливались с течением секунд. Вскоре они превратились в земную дрожь. Тела воинов покрылись мурашками, ощущение было безошибочным: земля дрожала под ними, а издалека на крыльях эха приближался шум могучего грохота. Взгляды горожан, словно рой стрел, усыпали горизонт, дыхание застыло в их легких, и умы объяло трепетом…       Сан наклонилась и прислушалась.       — Что это? — шепотом спросил Аситака, остолбенело глядя на девушку.       Принцесса выпрямилась и посмотрела на парня. Вдохновение вспыхнуло в ее глазах.       — Боги идут.

<~~~~>