ГРИММЫ И ХЕКСЕНБИСТ

Экскурсовод поправил на носу очки, которые, на самом деле, были ему совершенно не нужны, но придавали молодому историку солидности и важности. — Говорят, что замок принадлежал легендарной ведьме Малефисент, но это всё несерьёзно. К сожалению, документов той эпохи не сохранилось, но уверен — рассказы о том, что этот замок принадлежал ведьме, просто фантазии, сказки… — Хм, — это было очень громкое «хм», значительное «ХМ!» и сердитое. Высокая светловолосая дама презрительно скривилась: — Сказки? Это действительно мой замок, молодой человек. Не знаю вашего имени. — Рудольф, — вежливо ответил экскурсовод неизвестной даме и отвесил ей и её спутнице поклон. «Вот только чокнутых фанаток мне с утра не хватало!» — Рудольф Камински. — Кажется он тебе не поверил, мама, — улыбнулась девушка. — Я дочь Малефисент, Лилит Пейдж. Женщина насмешливо фыркнула, повернулась вокруг своей оси и… Теперь голову дамы венчал причудливый головной убор, а в руке она сжимала длинный посох, старомодное платье. Малефисент насмешливо улыбнулась: — Ну, а теперь, что вы скажете на это, мистер Камински? Кстати, вам не кажется странным, что эта стена так и осталась голой? И рядом с замком полно свободного места — вы могли бы устроить там автомобильную стоянку, к примеру. — Такая идея была, — Рудольф немного пришёл в себя, а то ему показалось, что замок немного накренился и беднягу историка повело куда то вбок. — Но что-то не сложилось… — И не сложится, — высокомерно фыркает Малефисент. — На самом деле замок больше, чем кажется. — Но как? — растерянно лепечет Рудольф. — Магия, — важно произносит ведьма. — Кровная магия. Только я или мой КРОВНЫЙ родственник способен войти в эти покои. Другим эта часть замка недоступна и попасть туда можно только с моего личного разрешения. Малефисент описывает рукой в воздухе большой круг, глаза драконьей головы, которой увенчан посох, вспыхивают золотым огнём и в, прежде голой, стене появляются резные створки двери. Они медленно раскрываются перед хозяйкой замка. — Вы можете посетить эту часть замка, господа. Сделаю для вас такое одолжение, — обращается Малефисент к экскурсантам и окончательно окосевшему, от всего происходящего у него на глазах, Рудольфу. — Только ничего не трогайте и не пытайтесь стянуть какую-нибудь безделушку в качестве сувенира. Меня недаром зовут Королевой Зла, а ещё я талантливая ведьма и позаботилась о сохранности своей собственности. … Малефисент устроилась в кресле перед камином. Глаза драконьей головы вспыхнули красным и из пасти вырвалась струя огня, дрова занялись. Лилит зевнула, заявила, что порядком устала и отправилась в свои покои отсыпаться. Рудольф примостился на самый краешек сиденья и, как заворожённый, уставился на легендарную сказочную ведьму. — Я ничего не имею против того, что в МОЁМ замке организовали музей и экскурсий, также и в этой части замка при условии, что мне будет причитаться оговорённый процент от доходов. Догадываюсь, что желающих сунуть сюда свои любопытные носы будет предостаточно. — Я поговорю с дядей, — Рудольф смущённо краснеет. — Он директор музея. Это не непотизм — я проходил собеседование на общих основаниях. Думаю, что он не будет против. … — Я превратилась в музейный экспонат! — жалуется Лилит Эмме. — Нам выделили время, когда мы принимаем экскурсантов. Типа, занимаемся своими повседневными делами, а любопытствующие таращатся на нас и в пол голоса обсуждают — мама и меня нарядила в старинное платье. Она немного рассказала директору о «обычных, повседневных делах» Королевы Зла и бедняга долго приходил в себя. Так что мы просто делаем вид, что на нас никто не пялится с открытым ртом и ведём себя, как обычно, что крайне трудно, но я представляю себе, что я сейчас актриса, играющая роль, а зрителям в этом странном театре позволено свободно расхаживать по сцене во время представления. — Зато ты стала знаменитостью — у тебя уже брали интервью, — ехидно улыбается Эмма. — И собираются документалку снимать. И ты с Малефисент неплохо зарабатываете. — Угу, — Лилит передёргивает плечами. — Открытка с автографом мамы — десять долларов, с моим — пять, наша совместная — двадцать. Директор, как узнал об этом мире и о Регине, остальных буквально загорелся идеей пригласить и твою супругу с тобой вместе, а также Зелену и прочих тоже немного поприсутствовать в замке и ответить на вопросы. — Мою супругу многие хотят не только расспросить… — криво ухмыляется Эмма. — Оказывается все оставшиеся в нашем Королевстве тоже оказались в ином мире, точнее в ином времени с новыми биографиями, но ничего не забыли. — Рудольф долго приходил в себя, когда узнал, что сын гнома и феи, — хихикает Лилит. — Он родился после Проклятия, а те кто помнил прежнюю жизнь, договорились, что это всё, с данного момента, далёкое прошлое. Их вполне устраивает новая жизнь и они только рады, что после падения Тёмного Проклятия ничего в их жизнях не изменилось. — А магия? — интересуется Эмма. — Далеко не все ею владели и владеют. А те, кто владеют, это не афишируют. Колдуют себе потихоньку. Но магия в быту оказывается нужна не так часто, как можно было бы подумать. — Зелена часто меняет Робин памперсы при помощи магии, — веселится Эмма. — Вот что значит голубая кровь, дочь Королевы! — Можно подумать ты любишь это делать, Свон, — ворчит Зелена. Впрочем вполне добродушно. — Ну я то не принцесса, а дочь Хексенбист, то есть ведьмы, — Эмма усаживает Робин себе на колени. — И мне приходилось менять памперсы и нянчиться с младшими в приютах и приёмных семьях. Опыт у меня богатый. — Вы с Региной собираетесь обзавестись совместным ребёнком? — спрашивает Лилит. — Посоветуюсь со знакомыми ведьмами и тогда поговорю с Региной, — улыбается Свон. Робин просто очаровашка! — Магия может многое, но не всё. Адалинда, Розали, Джульетта и Элизабет провели целое исследование вопроса, перепахали кучу литературы и в итоге вручили Эмме стакан с тёмной жидкостью, что странно пахла — валерьянка с бензином. — Залпом, — строго говорит Розали. Эмма проглатывает зелье и с огромным трудом удерживает его в себе — редкая гадость. Регина проглатывает свою порцию даже не поморщившись. В результате, примерно через два месяца Грэм вынужден перевести Эмму на бумажную работу, а Регина познакомилась с таким неприятным явлением, как утренняя тошнота и резкие перепады настроения.