потухшее солнце

Song: Dracula Love Story - Lonely Heart

Османская империя - солнечное государство. Тут очень редко бывают морозы, а о снеге местные жители знают лишь понаслышке. И вот, с самого утра, палящие лучи докучали лошадям, смирно стоящим в конюшне, и радовали цветущие сады, уже протянувшие ввысь свои могущественные кроны и яркие лепестки. Но сейчас, лежа в казарме, Влад не ощущал ни капли того тепла, коим славилась страна, пленившая его. Он чувствовал только холод. Холод, от которого сводит мышцы и зубы выстукивают частую дробь. От которого сердце, скованное ледяной коркой, начинает биться медленнее, а кровь и вовсе останавливает свой неумолимый бег. Влад, как всегда, проснулся раньше подъема, словно жил по собственному расписанию. И сейчас ему оставалось только ждать, когда Али-бей разбудит всех грозным криком. Конечно, вряд ли он этого ждал. Будь его воля - так и остался бы на своём спальном месте, весь день лежать без движения. Уже который месяц кипевшая ранее жизнь при дворце и дворе утихала. Мехмед исполнил своё обещание и, вновь взобравшись на престол, все-таки собрал поход на Византию. Владу удалось своими глазами узреть всю жестокость войны, как люди гибнут от стальных мечей, падая под ноги других бойцов. Они - расходный материал. Не больше. И несмотря на то, что на тренировках парень проявлял себя достойно, на поле битвы значительно уступал. Лишь защищался, но не нападал. И потому был сослан назад, в чужую империю, к которой уже почти привык. Тут его и других юношей изнуряли тяжёлой подготовкой, гоняя по десять часов в сутки, грозясь со дня на день вновь отправить сражаться за государство. Не свое. Не по воле чести, а чтобы выжить. Спасением и единственным светлым лучиком была лишь Лале, скрашивающая одинокие вечера Влада приятной компанией и разговорами. Аслан же, старший отряда воинской гвардии султана, с первых дней был брошен в самый тыл, вместе с сильнейшими османскими воинами. Ребята не видели его с тех пор и вспоминали о нем каждый день, боясь допустить и мысли, что храбрый лев может пасть под чьим-то клинком. Один раз, вновь встретившись с Лале, Влад смог признаться единственной подруге, что он испытывает к Аслану, и какую тайну эти двое хранили от девушки, назначая ночные свидания у пруда. Та, конечно, сначала обиделась и надула губки, а после обрадовалась, обняла его и долго-долго рассказывала, какой прекрасной будет жизнь, когда война наконец закончится. - Ты представь, Влад, мы будем самыми счастливыми, как раньше! Аслан вернётся сильным и отважным воином! Все будут его уважать и благодарить за великие подвиги. Ах, ты только подумай... Тогда она болтала без умолку. А юноша улыбался, смотря на неё. Он так редко делал это, что щеки с непривычки болели от такой нагрузки. И хоть его смешила наивность девушки, в глубине души он тоже верил, надеялся на лучшее. Вместе с ней строил планы и рисовал мечты, которым суждено было разбиться с треском. Раз в несколько дней в главном зале падишаха зачитывали имена погибших бойцов. Конечно, список был примерным и не составлял и десятой части от реальных потерь, но Лале каждый раз приходила туда и с замиранием сердца слушала, боясь узнать среди вереницы павших знакомое имя. После у входа в залу ее, как и всегда, поджидал Влад, и девушка с улыбкой на лице выбегала ему навстречу, заверяя, что все в порядке. Он точно жив. Ведь старшего гвардии точно не запишут в безымянные воины! И они были правы. В тот день над вечно солнечной империей даже сгустились тучи. Юноша стоял, нервно пиная камушки под ногами, и то и дело поднимал взгляд на дверь, из которой с минуты на минуту должна выйти Лале. И вот его чуткий слух уловил душераздирающее «Нет!», эхом прозвеневшее за дверьми дворца. Сердце ушло в пятки. Ее голос невозможно было не узнать. Ещё секунда - и девушка выбегает из залы, вырывая свои запястья из крепкой хватки Сафие-хатун. - Отпусти! Отпусти сейчас же! Лале кричала сквозь слезы. Он никогда не слышал, как она кричит. Внутри не осталось ни капли надежды, но мир рухнул окончательно, когда девушка добежала до Влада, уткнувшись лицом в его грудь. - Они говорят... Они говорят, что Аслан погиб! Этого не может быть! Она захлёбывалась в рыданиях, оставляя на одежде парня мокрые пятна. Но он, казалось, уже не слышал ничего и никого - взгляд притупился, потеряв последнюю живую искру, и без того холодное сердце замедлило ритм в несколько раз. Лале изо всех сил обнимала Влада, сжимала его в кольце своих рук так, словно она не хрупкая девочка, а довольно сильный юноша. Слёзы все ещё текли градом, голос перешёл на протяжный вой. Ей не хватало воздуха, и иногда она начинала задыхаться, вызывая новую волну истерики. Лицо Влада же стало каменным. Невозможно понять, что творилось у него в душе. И только ему одному было известно, что внутри он медленно умирал, потеряв человека, который смог вернуть ему тягу к жизни, научил любить и принимать любовь от других. Зажег огонь. И он потух. Потух вместе с угасшей жизнью Аслана. С того события минуло несколько дней. Ребята так и не осмелились увидеться после их последней встречи. Они понимали, что им надо погоревать раздельно, а не добивать друг друга собственными слезами. Все это время Влад угасал. Теперь внутри него - кромешная тьма, которую не осветит ни один маяк. В голове то и дело крутились мысли о том, как его смелый, отважный воин смог подставиться под чей-то удар? Ведь силе Аслана мог позавидовать любой. Внутренний голос кричал: «Это неправда! Он не мог умереть!». Стадия отрицания. Со временем пройдёт. Наверное. Влад умолял наставника отправить его на поле битвы. Хоть одного. Лишь бы поскорее отдать свою жизнь так же, как и Аслан. Но в ответ слышал только отказ, мол, без приказа султана это невозможно. Тогда он начал отдавать все силы на тренировочных площадках, сражаться на мечах и отрабатывать рукопашный бой. Это помогало хотя бы немного очистить мысли, стать сильнее. Но только телом. А дух его, наоборот, слабел с каждым днём под тяжестью невыносимого горя. И вот, во время очередного занятия юноша вновь задержался, изнуряя себя всевозможной физической нагрузкой. Но знакомый силуэт, приближающийся к ограде, заставил окончить занятие. Влад издалека заметил Лале, одетую в чёрное платье. Он и не знал, что у девушки есть такие мрачные вещи. - Влад! Она окликнула его, подойдя уже совсем вплотную к краю площадки. Парень отложил инвентарь в сторону и вышел к подруге, раскинув руки для крепкого объятия. Ее лицо было бледным, а под глазами выделялись тёмные круги. Никогда ещё эта светлая девочка не выглядела так несчастно. - Я скучала, - произнесла Лале прямо ему в плечо, - как ты? - Ничего. Как видишь, живу, - он шумно и горько вздохнул, прижав девушку крепче к себе. - Хотела рассказать кое-что. Она подняла свой карий, почти чёрный взгляд на Влада. Стало ясно - тема разговора будет тяжелой. - Но не здесь. Давай вечером, на нашем месте у пруда? - Хорошо, Лале. Что-то случилось? - Может быть. Напоследок от всей души сжав юношу в кольце рук, она убежала в сторону своих покоев, оставив тоскливо-горькое послевкусие от столь короткого диалога. Ожидание было томительным. Влад, как и полагается в таких ситуациях, начал прокручивать в голове все возможные сценарии их встречи. Он сомневался во многом, но в одном был точно уверен - их встреча будет связана с Асланом. Сгорая от нетерпения, парень отправился к полянке у пруда чуть раньше, чем нужно. Он привык, что Лале постоянно опаздывает или путает время, но в этот раз прогадал. Она уже ждала его, нервно перебирая шёлковые полы платья. Ее губы что-то неразборчиво шептали, будто повторяя или заучивая. Влад вновь тепло обнял девушку и приземлился рядом с ней на зелёную траву. - Ты так волнуешься. Мне уже страшно, что же я сейчас услышу. Лале не удержалась и взяла друга за руку в качестве поддержки. Не ответив на его фразу, она глубоко вдохнула, чтобы успокоить дрожащий голос. - У меня две новости. И обе об... Аслане. Все эти дни каждый думал о нем, но не произносил его имя вслух. Оно колко полоснуло сердце Влада, точно ножом, отозвавшись внутри глухим рыданием. - Слушаю. - Вчера я виделась с Сафие-хатун. Она рассказала мне, что подслушала разговор Халиль-паша, своего отца, и Али-бея. Думала, мне будет важно это знать. Лале часто останавливалась, чтобы хоть как-то совладать с эмоциями. - Ты же знаешь, что Али-бей очень любил Аслана, гордился им, как собственным сыном. Накануне он попросил вызнать всю информацию о том, как он мог погибнуть, а вчера его позвали во дворец. На разговор с великим визирем. С каждым словом девушка все сильнее сжимала руку Влада. Тот тоже напрягся, ожидая, насколько больно ему будет слышать то, что готовится рассказать Лале. - Аслан... он не проиграл бой. Он спасал свою армию, отвлекая внимание вражеского войска. На их ночной лагерь готовилась засада, и это им донесли заранее. Тогда он, - девушка продолжала, захлебываясь слезами, - он предложил устроить ловушку и разбил лагерь ближе к врагу. И остался там... один. Думал, справится, но их было слишком много. Ребята уже не сдерживались. Лале плакала, время от времени утыкаясь носом в плечо Влада, а он гладил ее по голове и смахивал с глаз непрошеные слезы. Все-таки он позволил себе дать слабину. - Когда его товарищи вернулись, они нашли... тело. И отнесли в свой лагерь. А сейчас просто молят о том, чтобы мы похоронили Аслана. Как полагается. Они так ему благодарны... Ведь он спас им жизни. И Халиль-паша позволил. Он похвалил его, назвал героем... И Аслан правда герой. Гордость и боль переполняли сердце Влада, разрывая грудную клетку. Тот храбрый рыжеволосый мальчик, названный львом, спас столько людей, пожертвовав собой. Эта мысль убивала и воодушевляла одновременно. - Мы же сможем устроить похороны? - Конечно, Лале. Он достоин самого лучшего. И мы сделаем все для него. В воздухе повисла тишина. Ребята держались за руки и смотрели на небо. Они так надеялись, что Аслан глядит на них оттуда своими изумрудными глазами. И улыбается. Конечно, улыбается. - Влад, можно я... спрошу кое о чем? - Да. Все, что угодно. Она помолчала ещё несколько секунд, затем решилась. - Я никогда не спрашивала тебя об Аслане. Ну, в смысле, что ты чувствуешь к нему. Думала, это будет слишком неуместно, а ты сочтешь меня навязчивой. Но сейчас... Когда, если не сейчас? Услышав вопрос, он слегка опешил. Ему редко доводилось открываться людям и рассказывать личные, сокровенные вещи. Но заглянув в заплаканные глаза Лале, Влад вдруг подумал, довериться ей - совсем не страшно. - Что именно ты хочешь знать? Внутри девушки будто зажглась тысяча лампочек. Она засияла от того, что друг смог впустить ее в такой важный и тайный уголок собственной души. - Как ты понял, что влюбился в него? - Ох... Когда я прибыл сюда, то был уверен, что это место станет для меня адом на земле. Что я буду считать дни, проведёнными в Османской империи - худшими в жизни. Но когда я встретил тебя, Лале, то безумно обрадовался, что здесь есть хорошие люди. И не просто хорошие, а настолько светлые, что освещают путь другим. Губы девушки дрогнули в улыбке. - А когда я встретил Аслана... то увидел в нем друга, которого у меня никогда не было. Которому можно довериться, открыться. Мы оба были одиноки и в какой-то степени несчастны. Но обрели своё счастье друг в друге. У каждого из нас - своя тяжелая история, но благодаря его твёрдому плечу я смог понять, как правильно жить. Что не нужно оглядываться назад или мечтать о переменах. А жить сейчас. Видеть вокруг себя не только плохое, даже если ты пленный чужеземный мальчишка. И когда я это осознал, то увидел в Аслане не просто друга или товарища. Я увидел человека, которого так искал, а он был рядом. Всегда рядом. Лале продолжала улыбаться, сдерживая внутри душераздирающий плач. Она молча восторгалась той любовью, что они хранили ото всех. От насмешек и зависти посторонних. - А сейчас, когда его нет, я чувствую себя лишним. Словно вместе с ним ушла часть моей темной души. А может, и весь я... Мне так хотелось уйти на поле боя, чтобы встретиться с ним. Чтобы у меня был хотя бы шанс снова взглянуть в эти изумрудные глаза. Самые чистые на свете. Вновь слезы. Они были настолько необходимы, что лились сами собой, освобождая эти юные сердца от частички глубокой скорби. - Влад, но как же так? Аслан же учил тебя быть счастливым, и ты так просто сдашься? - Сомневаюсь, что в мире, где нет его, я смогу стать по-настоящему счастливым. Жизнь попросту потеряла свои краски. - А как же я? Я же всегда буду рядом! А вместе мы преодолеем все-все трудности. Ты же не бросишь меня одну? Лале соединила их руки в замок. - Мне кажется, Аслан был бы недоволен твоим настроем. Он бы хотел видеть тебя сильным. Я знаю, он всегда будет с нами. Частички наших сердец всегда будут гореть тем ярким светом, которым всегда был наполнен Аслан. Теперь только в нашем маленьком мире светит два солнышка. И одно из них всегда-всегда будет помогать нам в самые трудные моменты. Влад оглянулся на девушку. Все ее платье было в маленьких пятнышках от стекающих по щекам слез, а губы украшала улыбка. Такая искренняя, что он непроизвольно улыбнулся в ответ. - Ты права. Как обычно права. Спасибо, Лале. Они ещё долго вспоминали Аслана, его доброту, моменты, связывающие их троицу. Как ребята смеялись, помогали друг другу на уроках, проводили тёплые вечера в летнем домике. Все сказанные слова внутри отзывались болью, но они улыбались. Ведь знали, что их друг, отважный лев, сейчас наблюдает за ними. И единственное, чего ему хочется: видеть радость на лицах двух самых дорогих людей. Чтобы каждый раз, когда Влад и Лале вспоминали о нем, они лишь улыбались. А юноша, подобно ангелу-хранителю, будет оберегать их от бед и несчастий. Через 10 дней тело Аслана было доставлено во дворец. Девушка сделала все возможное, чтобы осуществить прощание как можно скорее. Узнавшие о подвиге юноши люди при дворце со всеми почестями проводили своего героя в последний путь. Всегда грозный и суровый Али-бей едва сдерживал слезы. Гордость за чужеземного мальчишку, который стал для богатыря практически родным сыном, переполняла мужчину. Но в то же время он чувствовал, как вслед за своим почившим воином словно бы потухла душа. Наставник запомнит этого мальчика, как самого храброго и самого преданного бойца, который отдал свою жизнь в борьбе за чужую страну. Скромную могилку разместили рядом с диким садом, в укромном месте среди цветущих деревьев. После окончания прощальной церемонии все не спеша разошлись, продолжая негромко обсуждать Аслана. Только Лале и Влад не сдвинулись с места. Ребята держались за руки, крепко сжимая пальцы друг друга. Девушка потянула парня за руку к массивному стволу многовекового дерева в двух шагах от свежей могилы и села на траву, совсем не задумываясь о чистоте нового платья. Юноша последовал ее примеру. Взгляды обоих были прикованы к могиле друга. Именно там, спустя долгие часы молчания, Лале взяла с Влада обещание. Быть сильным. И он точно будет. Ради него.