Where's your fiance?

      Широкая полоса света, попадающая на кухню через витражное окно, расцвечивала ее (кухню) всеми цветами радуги, но при этом не могла скрыть легкого запустения, царившего в комнате. Гарри махнул палочкой, едва слышно буркнув очищающее заклинание, а после досадливо поморщился: сверху послышался какой-то шум.       - Такая рань, а они уже ругаются?       - Вообще-то с самого приезда не успокоятся. Ты ушел спать, а я даже глаза сомкнуть не смог от их ссоры.       - Потому что, глупый мой братец, заглущающее надо накладывать не на дверь, а по периметру комнаты, - поправив на носу очки, фыркнул Гарри, и упал на высокий стул рядом с братом. – Почему тут так пыльно, черт возьми?       - Матушка доверила отцу прислать сюда домовиков, но, как ты видишь, он как всегда забыл, - слегка усмехнувшись, ответил Чарльз, и принял из рук брата расческу, принимаясь с силой проводить по длинной гриве волос. – Какую тебе косу?       - Чтобы в глаза не лезла, я планирую весь день проторчать за котлом, - хватая яблоко из вазочки, отозвался в ответ младший, и, запустив зубы во фрукт, тут же принялся отплевываться. - Фууу, восковое. Откуда только у нас в доме взялись такие маггловские украшения? Я был уверен, что мать выкинула все, что только могла?       - Ну что мама выкинула, то отец принес обратно, разве не знаешь? – ловко переплетая пряди между собой, отозвался Чарли. – Не вертись, Гарри, а то твоя коса будет у тебя под ухом!       Гарри только развеселенно фыркнул, но пыл все же поумерил, и покорно просидел две минуты, что были нужны старшему брату, чтобы заплести его длинные волосы в косу, практически не двигаясь и даже не дыша. Была у него в характере такая непоседливость, особенно по утрам, когда любой нормальный человек предпочитал потихоньку разбираться со всеми своими делами. Порой это очень злило и раздражало, но Чарли на то и был старшим братом, чтобы легко сносить подобное.       - Так что там за скандал? – едва дело было законченно, тут же заинтересованно отозвался младший Поттер и стал рыться в своей сумке, с которой и спустился на кухню (в этот час он уже был полностью одет и готов к выходу, и, видимо, нуждался только в помощи с удобной прической – Чарли, как хозяин не менее роскошных и непослушных волос, как никто другой помогал с ними управляться). – Кстати, это тебе.       - О, когда ты только успеваешь их добывать? Неужели Рон тебе их ящиками таскает? – благодарно улыбнувшись, Чарли принял от брата упаковку с йогуртом, и, легко махнув палочкой, превратил надкусанное братом яблоко в ярко-зеленую ложку. – Родители никак не могут решить, кто виноват в том, что наш прекрасный летний дом стоит совершенно неготовый к приезду хозяев. Ну, и, конечно, тебя добрым словом поминали…я насчитал по меньшей мере семь раз. За последние часа два.       - Чтобы им чихалось, - весело отозвался Гарри, проделывая те же действия с другим бутафорским фруктом из вазы, и с удовольствием слизывая с ложки свою порцию йогурта с черникой. – А на счет моего поставщика – секрет фирмы. Ты, я вижу, куда-то собрался, о юный Наследник Поттер?       - Ох, точно! – Чарли смешно округлил глаза, и тут же быстро наколдовал Темпус, - Черт, едва не опоздал! Спасибо, что напомнил, а то я с выслушиванием этих концертов совсем забыл о своих делах!       - Так куда ты собрался? – не отвлекаясь от своей порции импровизированного завтрака (интуиция подсказывала, что на кухне продуктов больше не найдется), спросил младший, поглядывая на слегка поспешные, но все же такие же аккуратные сборы Чарльза.       - Второй четверг месяца, Гарри, - с намеком проговорил он, но, видя полное непонимание на лице брата-двойняшки, тут же закатил глаза и принялся разъяснять: - Новая статья госпожи Падпараджи, помнишь, я говорил?       - Ох, точно, твоя любовь, - ехидно поддакнул парень, заставив брата покраснеть.       - Да какая любовь, - махнул рукой Чарли, засовывая в сумку какой-то фолиант. – Я просто восхищен умом и изобретательностью автора! Ее наработки очень пригодятся в работе с артефактами! Просто невероятно! Я надеюсь успеть в книжную лавку и первым урвать новый выпуск «Трансфигурации сегодня».       - А после, конечно же, пойдешь к Олливандеру? – с риторической интонацией невинно поинтересовался Гарри, выкидывая яркую упаковку маггловского йогурта в мусорку. – А как же твое очень важное собеседование в квиддичную команду?       - Джин обещала отмазать меня, - застегивая на себе пальто, отозвался Чарли. – Точнее, я отправил ее вместо себя. Скажу, что удача мне не улыбнулась и дело с концом.       - О, ты очень наивен, если думаешь, что наш папочка поверит в чушь, мол «его любимый сын и идеальный наследник облажался в каком-то там собеседовании»…       - Ему придется просто принять реальность, - жестковато отозвался в ответ старший, откидывая назад свой хвост. – Я не хочу тратить свое время на спортивную карьеру – это несолидно для Наследника, согласись. Раз уж мне достался семейный дар, я буду его развивать, хочет он того или нет.       - Он ужа-а-асно разочаруется, если узнает, какого ты о нем мнения, - поднявшись со стула и легко взмахнув рукой над плечом старшего брата, якобы убирая пыль, отозвался Гарри.       - Ты и сам прекрасно знаешь, что я на самом деле думаю о нем еще хуже, - Чарли иронично улыбнулся, закидывая сумку на плечо. – Ладно, до вечера, Гарри.       - До вечера, Рик, - махнув брату, совершенно не по-аристократически уходящему из дома через заднюю дверь, слегка улыбнулся Гарольд, а после с удовольствием зевнул и потянулся.       По какой-то причине (видимо, от небольшого ума) окружающие считали, что они со старшим братом в настолько напряженных отношениях, что готовы перегрызть друг другу глотки. С чего люди так решили, неведомо было им обоим, ну а слухи были сильнее их слабых попыток оправдаться. Впрочем, еще с тех самых пор, когда в пятилетнем возрасте они прошли ритуал по определению магического потенциала, вся их жизнь превратилась в дешевую комедию. В том смысле, что становясь старше, они буквально начали ощущать искусственность собственного окружения.       Родителям оказалось очень трудно выдержать общественное давление от того, что Чарли оказался едва ли не юным Мерлином во плоти – и семья начала разваливаться. Отношения между ними превратились в перманентное противостояние, а они сами, из доброго отца и заботливой матери превратились в тирана и мегеру, проживание с которыми далось бы трудно даже святому.       Вся жизнь оказалась будто кем-то сверху расписанной по нотам: у Чарли в ней была роль рыцаря без страха и упрека, а Гарри досталось звание завистливого злого младшего брата, мечтающего посягнуть на чужую славу и силу. У Чарли были записные фальшивые друзья, избранные родителями интересы и цели в жизни, и даже особенные странные приключения, в которые он против своей воли попадал – в общем, все то, что можно будет внести в книги по истории. По какой-то причине, все, от родителей до малознакомых людей, были уверены, что Чарли просто необходимо сделать в своей жизни что-то великое, и потому ждали от него этого на каждом шагу.       И если Гарри выбрал бунт и протест, то Чарли решил хорошо играть свою роль. Мало кто знал о его настоящем, рассудительном, неконфликтном и очень разумном характере, который диктовал ему считаться с Кодексом Рода и всеми силами стараться привести его к процветанию. Отец с матерью, находящиеся все еще на границах иллюзорной войны за власть, напропалую игнорировали свои обязанности, но, стоит отдать им должное, обеспечили их с братом достойным образованием.       Настолько достойным, что Чарльз вынужден тайком набиваться в ученики к Олливандеру, чтобы развивать свой дар, а еще в обход отца размышлять о том, чтобы помочь роду поправить свое положение (в том числе и финансовое).       Гарольд в основном занимался тем, что разрушал планы невидимого кукловода: вытаскивал брата из передряг, заявлялся в самый неудобный момент, и прочее. В общем, наверное, со стороны их противостояние действительно казалось жестким и порой даже жестоким (особенно с навязанным Чарльзу амплуа юноши, который явно осознает свое превосходство над другими и не стесняется упоминать его), но в действительности, конечно, все это было лишь игрой. Пока старший брат отыгрывал назначенное, старательно управляя ситуацией, Гарри, за счет своего звания «паршивой овцы» имел куда более широкий круг действий.       Поэтому жертву брата он всячески ценил и поддерживал, и помогал по мере сил; лишаться достигнутого за долгие годы труда спокойствия он не хотел. Он отлично устроил свою жизнь, умудрился найти верных друзей, призвание, и при этом еще развлекаться в меру своего паршивого характера.       Ну что сказать…Вы ведь никогда не видели добродушных и милосердных некромантов?       То-то и оно.       

***

      Портал перенес его точно туда, куда он и хотел: на любимый диван. Гарри откинул с лица капюшон мантии и с большим удобством устроился на своем месте, после чего намеренно громко поцокал.       - Молодые люди, еще даже не полдень, а вы занимаетесь такими постыдными вещами, да еще и не в вашей спальне! Наследник Малфой, что ваша матушка скажет о поведении? Тц-тц, как так можно!       - Поттер, рот закрой, - буркнул Малфой, изрядно покраснев и спрятав смущенное лицо в плече своего партнера.       - И не завидуй, - тут же отозвался тот, легко приобнимая смутившегося юношу за талию, и слегка прикрывая собой.       - Да было бы чему, - насмешливо фыркнул Гарри, откидывая назад косу. – Не смотри на меня таким свирепым взглядом, Рональд Уизли, а то я ведь могу и рассказать твоему парню, когда именно ты влюбился в него по уши.       - Поттер! – не хуже змей зашипели на него уже оба, слегка смущенные и раздраженные, чем вызвали на лице парня улыбку.       - Вы такие лапочки: даже разговариваете вместе. Умиляюсь, не могу. Скажите мне лучше, где Гермиона? Вы достали ее, и она сбежала от нас, признавайтесь?       Пока друзья осознавали сказанное, Поттер уже принялся искать по кабинету чайник, чтобы после залить в него воды, набросать трав и поставить его на обычную горелку.       - Она сказала, что ей нужно сегодня в какую-то библиотеку?- полувопросительно отозвался Драко, слегка отпираясь, пока Рон предусмотрительно кутал его в плед, и что-то ворчал себе под нос.       - А, ну это значит до второй половины дня ее можно не ждать. Свидания с книжками в Лондонской библиотеке – единственные отношения, которые ее устраивают. А судя по тому, что сейчас, с весной, все вокруг вдруг стали падки на романтику...       - Поттер, еще слово, и я тебя прокляну! – шикнул Малфой, и снова попытался выпутаться из пледа. – Рон, хватит меня закутывать, я не получил обморожение!       - Ну да, конечно, - ничуть не смутившись злому тону, отозвался Уизли и снова накинул плед на худые плечи парня. – А то не я тебя нашел… Так что молчи и принимай заботу с благодарностью, придурковатый аристократишка.       Гарри с улыбкой наблюдал за привычной перебранкой в стиле Малфой-Уизли, с большим удовольствием громко и со вкусом прихлюпывая чаем из кружки. В этом было то самое неповторимое домашнее ощущение, которого он никогда не испытывал дома.       Вот это место, рядом с этими придурочными, было его. Слушать их перебранки, чувствовать легкий запах духов Гермионы в кабинете, пить чай и читать книги, которые они собирали в библиотеке – это было ни с чем несравнимое чувство, что ты находишься на том месте, где тебе суждено быть.       - Так, господа влюбленные, давайте вы закончите свои милые семейные ссоры, и мы займемся нашей работой…       - Какой такой работой?       - О, Гермиона, а я тебя раньше пятичасового чая и не надеялся увидеть, - Гарри улыбнулся и первым обнял подругу, за что тут же получил подзатыльник.       - Гарольд Хардвин Поттер, сколько раз я тебе говорила повременить с проявлениями твоей нежности до того, как человек снимет верхнюю одежду? – тут же строго отозвалась подруга, принимаясь деловито расстегивать свое пальто. – Ты теперь весь мокрый.       - Ой, да разве это проблема, - парень тут же махнул рукой, и вода испарилась с его одежды с тихим шипением. – Кстати, передаю тебе восхищения Чарли. Он в твои статьи практически влюблен.       Грейнджер легко улыбнулась, что значило на ее языке проявлением высшей степени смущения и довольства похвалой.       - Мне еще очень много нужно работать, - махнула она тут же рукой, - а что с вашими статьями?       - Моя готова на 80%, в следующем месяце отправлю ее в «Научный вестник», - что-то расчерчивая на большом пергаменте, отозвался Драко, засовывая простой карандаш за ухо. - А вот твой обормот Уизли даже не сел за написание введения!       - С твоего позволения, Драко, Уизли вообще-то твой обормот, - ласково улыбнувшись, тут же отозвалась Гермиона, собирая волосы в высокий хвост. – Не далее, как неделю назад ты пылал праведным гневом, когда кто-то поставил это под сомнение.       - Что, правда? – показалась из-за двери в тренировочный зал удивленная (и неизвестно как закопченная) рожица Рона.       - Он тут такой скандал устроил – уши вяли, - как о чем-то малозначительном отозвалась Гермиона безразлично, и схватила со стола Гарри записную книжку. – Ты реально решил сделать это?       Девушка удивленно обернулась на беззаботно раскачивающегося на задних ножках стула Поттера и вскинула бровь («Ну точь-в-точь крестный!», - пробормотал Драко, явственно передергивая плечами). Гарри задумчиво пожевывал перо, читая древний на вид фолиант, который был готов рассыпаться прямо в его руках.       - Ага, - невнятно отозвался он, и потянулся за куском бумаги, чтобы, перевернув его на чистую сторону, начать что-то мелко в нем строчить. – Уговор дороже денег, ты помнишь.       - А-а-а, это что-то опять для твоего самого невероятного романа? – Рон с интересом заглянул в записную книжку, и тут же поперхнулся воздухом.       - У нас не роман, - закатил глаза Гарри. – У нас взаимовыгодное соперничество.       - Да, то-то от этого соперничества на Международной конференции в Вене все шторы в банкетном зале сгорели, - поцокала языком Гермиона. – Никаких чувств, только деловые взаимоотношения, конечно.       - Радуйся, Поттер, что он тебя не знает в лицо, иначе придушил бы, - Малфой задорно улыбнулся, устало потирая шею. – Я не понаслышке знаю, как Лорд бывает скор на расправу. А твое поведение можно сравнить только с натуральным самоубийством.       - Ой, да брось. Ему нравится, - Поттер легко улыбнулся и без особого пиетета к древнему труду, кинул его на стол. – Так ты поможешь сделать расчет, Пад?       - Да куда от тебя денешься, мадам Эсмеральда П.       Гарри весело рассмеялся: проказа с подставными именами все еще смешила его, хотя прошло уже больше пяти лет с тех пор, как они взяли себе эти псевдонимы для публикаций своих научных изысканий. Поттер все еще считал идею использования драгоценных камней как минимум гениальной.       Остальные предпочитали не спорить, потому что спор с некромантом, занимающимся исследованиями в области зельеварения, грозил большими проблемами. В общемировом масштабе.       Это действительно было правдой, что как таковой магический потенциал у Гарри был сравнительно средненьким (особенно по-сравнению с запредельной мощью Чарли), но он вполне восполнял это противным злопамятным характером и большой изобретательностью в выборе инструментов для мести. И не прощал он ничего и никогда.       Это было делом чести.       - Но ты же понимаешь, что мне для расчета нужны некоторые…материалы?       - Без вопросов, - тут же поднял руки в сдающемся жесте Поттер. – Для тебя – все что угодно, дорогуша. К тому же Ссахес пообещал мне помочь. Я просто обязан удивить Тома, я же обещал.       Хищная улыбка заставила передернуться даже обычно индифферентно относящуюся к выходкам друга Гермиону.       - Ладно, это вопрос решенный, но что на счет…       Серебристый волк, проникший в комнату сквозь стену, заставил девушку замолчать и нахмуриться. Чужой патронус немного потоптался на месте, а потом, повернув свою звериную морду к Гарри, голосом Чарльза сказал:       - Волдеморт прислал мне предложение о начале обряда сватовства.