Hapiness is here

Дин сидит и бешено трясёт ногой, упираясь подбородком в сцепленные пальцы и глядя вникуда. Нервы на пределе, сердце гулко в груди стучит и тело напрягается в предверии чего-то невероятного, но явно хорошего, словно пузыри в шампанском. Он трет лоб и поджимает губы, прикрывая глаза. Старается дышать спокойно, старается не встать и не начать ходить по коридору больницы. Где-то там, за дверьми, Сэм и Эйлин. Где-то там происходит чудо. Дин все же не выдерживает и вскакивает с места, начиная ходить из стороны в сторону, спрятав ладони в карманах тёмных джинс. В куртке становится жарко и неудобно, но он ее не снимает, думая, что если снимет, то от тревожности тут же замёрзнет. В коридоре пусто, потому что уже глубокая ночь, но он приехал по звонку Сэма тут же, оставляя приятелей по работе в баре. Слышится звук открываемой двери и Дин резко поворачивается, внимательно глядя на доктора, который неспеша снимает перчатки и с лёгкой улыбкой смотрит на него. — Винчестер? — Да! — едва ли не подпрыгивает, рубленно кивая. — Ну?! — Все хорошо, пациентка в стабильном состоянии. — А?.. — Девочка. Она родила девочку. Мир перед глазами на секунду темнеет. Дину приходится сделать глубокий вдох. Он не замечает, как улыбка расплывается на его лице. Тело в приятной истоме ослабевает и он благодарно смотрит на мужчину. — Спасибо. — Это наша работа, — приятно улыбается доктор в ответ и тут же продолжает, не давая Дину заговорить. — Выпишут ее дня через три. Может четыре. Дин улыбается шире и кивает ему молча, говоря тысячи спасибо. Доктор понимает, щурит взгляд тепло и разворачивается, возвращаясь обратно. Смех прорывается сквозь грудь. Дин не сдерживается и тихо смеётся, прикрывая ладонью глаза, чувствуя слезы в уголках глаз. Девочка… Девочка! *** Через положенные три дня, во время которых Сэм с энтузиазмом доделывает последние штрихи в детской комнате с помощью Дина, созванивается с Эйлин по фейстайму и строит ей любовные взгляды, молчит, не говоря Дину об имени девочки, они наконец подходят к дверям роддома. У Дина снова ощущение чего-то невероятного. Он блестящими от радости глазами смотрит на дверь, из которых вот-вот должна выйти Эйлин и видит ответный взгляд Сэма. У Сэма слезы стоят в глазах и сам он крепко пожимает плечо Дина, снова внимательно глядя на двери. Эйлин выходит, светясь от счастья. На ее руках маленький сверток с кряхтящим младенцем. Дин замирает, глядя только на этот сверток, и не замечает взглядов Сэма и Эйлин, которые переглядываются. Сэм наклоняется и целует свою жену в губы. Эйлин сверкает, улыбаясь так широко и заразительно. — Малышка родилась полностью здоровой, — говорит Эйлин, подразумевая, что девочка не родилась глухой, насчет чего опасались все трое. — Хочешь подержать? Дин сглатывает и поднимает взгляд на нее. В его глазах столько неуверенности, сколько не было за всю его охотничью и нет жизнь. После отхода от охоты Дин стал постепенно расслабляться, раскрываясь и уже не ожидая новой подлянки. И немного изменился. Поэтому сейчас он не боится показаться им неуверенным и боящимся взять младенца на руки. — Дин, все хорошо, — голос Сэма тёплый и сильный, заставляет очнуться. — Да, ладно. Хорошо. Давай ее сюда, — неловко раскрывает руки и слегка хмурится, когда Сэм точными движениями меняет положение рук. — Ей бы так было неудобно, — усмехается он в ответ. — Я времени даром зря не терял, кое-где подучился. Дин закатывает глаза и переводит взгляд на Эйлин, взволнованно вздыхая. Та ободряюще улыбается и аккуратно перекладывает сверток в мужские руки, отчего Дину приходится немного согнуть ноги в коленях. И едва младенец оказывается у него на руках, он замирает, с благоговением глядя на сморщенное детское лицо. Малышка куксится, морщится и пытается всячески сделать телодвижения, но замирает тоже, распахивая глаза. Дин тихо выдыхает. Ее глаза невероятно небесного цвета, смотрят внимательно, разглядывают лицо. У Дина подкашиваются ноги, но он заставляет себя стоять прямо. — Какая красивая. — голос Дина хрипит, едва слышно дрожит. — Так как вы решили ее назвать? Сэм и Эйлин переглядываются, тепло улыбаясь. — Чарли. Мы решили назвать её Чарли. Дин смаргивает слезы и поднимает взгляд в небо, вознося молитвы для Каса, надеясь, что его слышат. Как слышат последние два года после того происшествия. Он просит его навестить Чарли на небесах и передать ей привет. Опускает взгляд на малышку. Та слегка хмурится, напоминая Дину отчего-то Каса, и тут же прикрывает глаза. Дин улыбается и наклоняется, целуя её в лоб. — Мы будем оберегать тебя, Чарли, — шепчет он ей. — Я сделаю все возможное для этого. Ребёнок что-то кряхтит и замолкает, засыпая. Дин снова обращает внимание на небо и сглатывает в горле ком.