Узоры на стекле

Адам завороженно смотрел на причудливые морозные узоры на стекле. Он не мог припомнить, видел ли что-то похожее, сидя у окна у себя дома. Но как далеко тот дом и вся та прежняя жизнь от маленького уютного шале, затерявшегося в заснеженных Альпах и ставшим пристанищем на эти выходные для него и самого архангела Михаила! - Попробуй еще раз, Адам, - голос Михаила звучал, словно у мальчишки, затеявшего новую игру. Адам невольно улыбнулся, снова всматриваясь в морозные узоры. Они менялись у него на глазах, расцветали невиданными снежными цветами, вытягивались льдистыми стрелами, слагаясь в знаки, которые могли прочесть лишь ангелы на небесах. И, если постараться - Адам Миллиган из Виндома, штат Миннесота. - Ладно, - Адам сдвинул брови, всматриваясь в знаки. - Pibliar bagle insi...О, ты считаешь, что это приятное место для прогулки? - Отлично! - Михаил хлопнул в ладоши. - Ты молодчина, Адам. - Наконец-то избавляюсь от акцента? - улыбнулся Миллиган. - Не только. Это место и в самом деле идеально подходит для прогулки. Никогда бы не подумал, что спускаться со снежных склонов может быть так увлекательно. - Еще как! Только, Михаил, тебе не показалось, что мы забыли лыжи? - Хм, правда? - лицо Михаила, отраженное в оконном стекле, выразило искреннее удивление. - А я и не заметил... - Честно говоря, я тоже. Но в следующий раз попробуем всё-таки на лыжах, ладно? - По-человечески? Как скажешь, малыш, - подозрительно легко согласился архангел. - Но это уже завтра, хорошо? Сегодня по всем человеческим обычаям тебе полагается сидеть у камина с чашкой чего-нибудь согревающего. - Пожалуй, - кивнул Адам. Он прекрасно знал, что Михаил не позволит ему замерзнуть, реши он даже поваляться в снегу нагишом, но до чего же приятно после прогулки по альпийским снегам посидеть в уютном кресле возле камина! Тем более, огонь там горит так жарко, и чашка какао на столике не остынет - Михаил постарался. Но всё же, Адам не спешил отворачиваться от заиндевевшего стекла, о чём-то раздумывая. - Но сначала я хочу закрепить пройденное. Можно, Михаил? - Конечно, - пожал плечами архангел, одним движением, словно мокрой тряпкой со школьной доски, стирая со стекла енохианские знаки. Адам дотронулся пальцем до стекла - и через секунду на нём уже распускались новые льдистые узоры, складываясь в слова. - Gon Urmedvangraph Gonmedvan, - произнес Адам легко и без малейшей запинки, словно делал это уже тысячи раз. - Я люблю тебя. - Люблю тебя, - тихо ответил Михаил, и Адам словно со стороны ощутил прикосновение теплых губ к похолодевшим кончикам пальцев. - На небе нет ангела, который сказал бы это лучше, Адам. Адам улыбнулся, чувствуя, как щеки горят румянцем не только от близкого камина и предчувствия глотка горячего какао. Тепло разливалось возле сердца, от слов, выведенных на замерзшем стекле. Самых жарких слов, какие только известны ангелам и людям.