Параллельные вселенные.

«Коль буйны радости, конец их буен; В победе — смерть их; как огонь и порох, Они сгорают в поцелуе. Мед Сладчайшей сладостью своей противен, И приторность лишает аппетита. Люби умеренно — любовь прочнее; Спеши иль нет — ты не придешь скорее.» Уильям Шекспир — «Ромео и Джульетта» — И что было дальше? — с нескрываемым интересом спросила меня Гермиона. — Он проводил меня до гостиной и на прощание поцеловал в щёку. Я попросила его, чтобы он никому не рассказывал о поцелуе. Даже своим друзьям. — Что ты почувствовала в тот момент? — Я до сих пор не понимаю, как это произошло, я все отрицаю, но.. Герми, я влюбляюсь в него. После этих слов Гермиона завизжала от радости, будто ждала этих слов, а затем обняла меня. — Герми, понимаешь, вчера я была так рада, когда я вернулась в гостиную, я просто порхала как бабочка от радости. Но потом я снова, будто по щелчку пальцев поменялась. В моей голове начал говорить голос, который буквально приказывал мне перестать. — Вай расплакалась, отчего обняла подругу ещё крепче. — Ты боишься разочароваться? Боишься отдать своё сердце, а потом понять, что его выбросили, разбили на мелкие кусочки? — Угу.. — промычала Вай. — Моя дорогая.. — Я ведь все равно все испорчу. Своим гневом, чувством собственности, грустью, постоянной паникой. Я слишком сложная для него. — Ты уверена, что это тебе решать? Он ведь не просто так влюбился в тебя. — А может для него это просто мимолётное увлечение? Почему я должна верить ему? Люди жестоки, они любят разбивать сердца и играться чувствами других людей. — У меня есть вариант как это проверить. — Как? — Слышала про Амортенцию? — Да, но её изучают только на 5 курсе. — Думаю, Фред и Джордж не откажутся раздобыть её. Помнишь, как они украли сыворотку правды и собрали людей для «правды или действия»? Они же гениальные сводники, и обожают выводить всех на чистую воду. А на Седрика они давно заглядываются. — Это точно, вся школа хочет узнать кто ему нравится. — Он понюхает амортенцию и мы все узнаем. И я уверена, что его чувства искренние. Вот увидишь. — А я вот не уверена.. — Идем, нам пора на завтрак, как раз и поговорим с ними. Девушки зашли в большой зал и направились к столу Гриффиндора. Вай уже привыкла слышать перешёптывания каждый раз, когда она входила в помещение. Это начало даже нравиться. Постоянно десятки глаз были направлены на неё. Девушки обсуждали как она выглядела, а парни оценивающе всматривались, думая как же познакомиться с ней. — Не поворачивайся, Седрик смотрит — шепотом сказала Гермиона. Я снова включила свой хладнокровный взгляд, будто не замечаю никого вокруг себя. Пусть лучше все видят меня хладнокровной и жестокой, чем видят мои слёзы. Пока ещё не все собрались за столом, Гермиона воспользовалась шансом, и позвала близнецов сесть поближе к нам. — Пс, ребята, не хотите развлечься? — Мы тебя слушаем — в унисон ответили братья. Рассказав подробный план, Уизли согласились. Было видно, что в их глазах появились огоньки. Они любили приключения. — Признавайтесь, вы хотите подсунуть кому-то конкретному? — А вы разве нет? — ответила Вай — Хитро. — сказал Фред. — Сегодня после уроков, во дворе школы. — сказали близнецы — Договорились. Во время всех уроков Вай была погружена в свои мысли, в прочем, как и всегда. Однако каждый раз, когда преподаватель задавал вопрос, девушка всегда знала ответ. Вай была одной из лучших на своём факультете. Девушка находила это некой терапией, зарываться в учебники, когда хочется плакать. Вместе с Гермионой они знали школьную программу на два года вперёд. Вдобавок ко всему, девушки очень любили маггловскую литературу. Их традицией было покупать вместе новую книгу, читать вместе и обсуждать. Лучшим подарком для девочек всегда была книга. Поэтому когда одной из них было плохо, другая дарила книгу и они вместе радовались пополнению в коллекции. На переменах, или на скучных уроках, когда есть свободное время, Вай любила читать свои книги. Она всегда прятала их и поэтому никто кроме Гермионы не знал о небольшом сборнике, который Вай тщательно прятала ото всех. Большинство учеников были чистокровными, поэтому любые маггловские вещицы были для них либо чужды, либо непонятны. Вайолет дочитывала последнюю страницу самой печальной на свете повести, как вдруг прозвенел звонок. Снова нужно идти на урок. Что может быть ужасней, чем то, когда тебя прерывают на самом захватывающем моменте или на пике эмоций? Совместный урок со Слизерином. Прекрасно. — Вай, извини, я обещала Рону помочь, без меня он завалит эту работу. — Ничего, я понимаю. — оглядевшись Вай заметила единственную свободную парту в конце кабинета. — Ну хотя бы никто трогать не будет. — подумала про себя Вай. Прозвенел звонок. — Тут не занято? — Как видишь, нет. После минуты молчания Вай спросила: — Почему не сел со своими друзьями? — Вообще-то это моя парта. — он усмехнулся. Черт, вот я дура. Сама же села за парту Драко Малфоя, ну как меня так угораздило? — Сегодня пишем проверочную работу — сказал профессор. Работа была лёгкой, для нас обоих. Но я закончила первая. Отдав работу, профессор сказал, что выходить пока нельзя, и я могу просто посидеть. Оценив обстановку, я поняла что никто не заметит, если я достану книгу. Все ещё дописывали работы, а я больше не могла ждать. Я достала книгу и принялась дочитывать последние страницы. Когда дочитала, по моей щеке побежала слеза. Да ещё и с правой стороны, с которой сидел Драко. Просто чудесно. Я в ту же секунду смахнула слезу, но моё действие не осталось без внимания. — Плачешь над книгой, серьёзно? — шепотом сказал Драко. — Отвали, Малфой. Тебе не понять. — Да ладно тебе. Что читаешь то хоть? — Драко выхватил книгу. — Ромео и Джульетта? Ну ты даёшь, Гилберт. — Я знаю, банально, но..стой, ты что читал? — Любой дурак знает эту историю. И то, что я чистокровный волшебник, не значит что я не знаком с классикой. Некоторые маггловские произведения мне очень даже нравятся. — Ничего себе, Малфой. И какие же? — Страдания юного Вертера, например. Читала? — Почему то, что составляет счастье человека, должно вместе с тем быть источником его страданий? — процитировала Вай, отчего на лице у Драко повисло явное удивление и..восхищение? — Удивлён, Гилберт. Так чем тебя так покорил Шекспир? — Ты веришь в любовь, Драко? — Не знаю, а ты? — он явно недоговаривал, и решил перевести тему. — Это так сложно. Я не вижу смысла в ложных словах и надеждах. Зачем люди пользуются кем-то или создают эти мимолётные увлечения? Это ведь так бессмысленно. Любовь перестала что-то значить для людей. А я так не могу, я не понимаю этого. Если и любить, быть с кем-то, то только навеки и сильно. В этом несовершенном мире, нет места для совершенного счастья. Люди готовы уйти и бросить любимого человека при любых, даже мелких трудностях. А любовь, она ведь всепоглощающая и всепрощающая. Она не рассыпется при первых сложностях. А заплакала, потому что поняла, что такая любовь, в которую верю я, может существовать лишь на страницах книг. В жизни мой Ромео никогда не будет существовать. Все это время Драко внимательно слушал и вникал в слова девушки. Он наблюдал за каждым ее движением. За тем, как она размахивала руками, было видно, что эта тема действительно сильно волнует её. Драко давно заметил, что Вай отличается от остальных, и это притягивает его, но сейчас, когда они сидели и так легко разговаривали друг с другом, будто знакомы много лет. Ее взгляд на мир невероятно притягивал его, а точнее он был таким же. Драко никогда не понимал браков по договорённости и все интрижки, которые у него были. Это все была пустота, он не хотел жить так, как его родители. Не хотел быть таким, как его отец. Драко хотел бы рассказать обо всем этом ей, но не мог. Он не привык говорить с кем-то по душам. Даже его друзья, им было все равно на его душу. Поэтому когда Вайолет договорила, единственное, что смог сказать Драко: — Дашь мне почитать эту книгу? — А ты обещаешь потом поделиться впечатлениями? — Обещаю — закатив глаза сказал парень. Снова звонок. Как всегда, не вовремя. Вайолет решила не ждать Гермиону, а пройтись сама до внутреннего двора, где сейчас начнётся самое интересное. Все мысли были о двух таких разных парнях. Драко, с которым девушка почувствовала невероятную лёгкость и понимание. И Седрик, который переворачивал весь ее привычный мир. — Вай, подожди — окрикнула её Гермиона, которая уже подходила к ней вместе с Гарри и Роном. — Ну и какого это сидеть с Малфоем? Должно быть он тебе весь мозг вынес. — сказал Рон. — Вовсе нет. Мы особо никогда не общались с Роном и Гарри. Только «привет»и «пока». Мне никогда и не хотелось этого, ничего общего у нас не было. Рон даже немного бесил меня, но из-за уважения к Гермионе я сохраняла спокойствие и никогда ничего не говорила. Я не могла рассказать ей про Драко, ведь она столько раз плакала из-за его оскорблений. Пусть это останется в тайне. К тому же, настроение Драко меняется со скоростью света и уже завтра он может сделать вид, будто мы и не общались. Все уже столпились по дворе школы, а близнецы уже начали рассказывать правила их очередной игры. — Мы раздобыли амортенцию и сейчас мы наконец раскроем все карты — сказал Джордж. Толпа ликовала. Кучки девочек с нетерпением жаждали узнать, что же чувствует объект их обожания. Многие парни так же с интересом наблюдали, в основном, это были старшекурсники. — Кто хочет быть первым? Может быть наш любимчик школы? — Фред посмотрел на Седрика. Седрик не хотел идти, но его друзья буквально вытолкали его в центр. Девушки начали перешёптываться и смеяться. Я наблюдала за всем этим с невозмутимым видом, но внутри моё сердце ускорилось и билось в разы сильнее чем обычно. Он посмотрел на меня. И это был первый раз за день, когда мы наконец встретились взглядами. От волнения мои руки начали трястись. Он вдохнул аромат и начал говорить. — Я чувствую запах леса, пирога с малиной, корицы и… Амортенция пахнет для каждого тем, что ему нравится, обычно это три любимых запаха, а последний запах человека, в которого ты влюблён. Ну же, Седрик, что последнее? — Запах океана. — сначала Седрик напрягся, в попытке прочувствовать запах, а когда узнал его, тут же улыбнулся и посмотрел на меня. Я не смогла скрыть довольной улыбки. Он действительно влюблён в меня. Гермиона стоявшая рядом, подскочила от радости. — Чего это с ней? — озадаченно спросил Гарри. — Девчонки.. Кто их разберёт. — сказал Рон. Все в недоумении начали переговариваться. Я заметила лишь серьезное лицо Гаса, смотревшее то на меня, то на Седрика. Он знал про мой запах. Вот черт. Дальше ребята продолжили играть, но мне уже не было интересно. Я решила уйти и снова покопаться в своей голове. — Вайолет, Вай, постой. — Седрик..привет. — Мы так и не увиделись после вчерашнего, я подумал что ты избегаешь меня. — Я не знаю что тебе сказать, Седрик. Я ненавижу лгать, поэтому да, я действительно избегаю тебя. — Что? Но почему? Я думал.. У нас все хорошо..я тебе не нравлюсь, да? В этом все дело? Ну конечно, какой же я дурак. Рядом с тобой мечтает оказаться любой парень, а я просто наивный дурак. — уверенность Седрика резко покинула его, с её появлением в его жизни. — Ты сам себя слышишь? Дело вовсе не в тебе! — последние слова девушка почти что выкрикнула. Заметив это, она вдохнула и попыталась остановить подступающую к горлу панику. — Седрик, я не могу.. Это сложно.. — Так объясни мне — Седрик тоже повысил тон. — Прошу. — почти шепотом произнёс он. Рядом начали проходить школьники, заметив это Седрик понял, что одни они больше не останутся. Он взял за руку Вай и повёл ее в известную лишь для него сторону. Вай не стала сопротивляться и лишь следовала за парнем. Она перебирала в голове слова, которые должны сказать. Понимая, что пока она не объяснит все, он не отстанет. Когда они остановились и она подняла глаза, Вай увидела что они стоят в центре поля для квиддича. Они смотрели друг на друга. А тем временем над ними сгущались тучи и казалось, небо вот-вот заплачет. — Я не понимаю Вайолет, что я делаю не так? Я устал, нет, мне больно видеть твои холодные глаза. Вчера ты дала мне такую огромную надежду. Я был счастлив как идиот. Всю ночь и утром улыбался, а как увидел в большом зале снова твой холодный и отстранённый взгляд, будто для тебя это ничего не значило, я почувствовал, как внутри что-то сжалось. Мне стало так больно и я ненавижу себя за это. — щеки Седрика горели от ярости и боли. Он отвернулся от девушки и сжал руки в кулак. Было невыносимо видеть его таким. Всегда он был спокоен и улыбался, но сейчас. Вай начало глушить чувство вины, из-за неё сейчас страдает Седрик. Всем она приносила боль и разочарование. Из-за бури внутри у девушки потекли слезы из глаз. Начавшаяся истерика не смогла ускользнуть от глаз Седрика. — Эй, ну ты чего..прости, я не хотел кричать. Извини меня, иди ко мне — Седрик хотел было обнять Вай, но она со всей силы оттолкнула его. — За что ты извиняешься, Седрик? Дело во мне, лишь во мне, как же ты не понимаешь. Я ненавижу себя за свои чувства. Поднялся сильный ветер, раскаты молний пронеслись по небу. Из-за чего девушке пришлось буквально выкрикивать каждое слово. — Я поняла, что влюбилась в тебя в самую первую нашу встречу. Когда я увидела тебя в поезде. Мои чувства усиливались с каждым днём. Я боюсь любить тебя, Седрик. Ты это хотел услышать? Ты мне нужен. Лишь с тобой я чувствовала неведомое мне чувство теплоты и спокойствия. Ты ничего, ничего не знаешь обо мне, но думаешь что влюблён в меня. Черт, да ты даже не представляешь какая тьма сидит внутри меня. — Мне все равно, я буду рядом всегда. Я приму тебя любой. А если будет нужно, я отправлюсь во тьму за тобой. — Седрик, перестань. — ещё громче начала кричать девушка, слезы продолжали литься из глаз. — Ты такой светлый, добрый, хороший. А я.. я совсем другая. Мы разные, совершенно разные. Я не хочу портить тебе жизнь. Посмотри, что я сделала с тобой за такое короткое время. А чем больше ты будешь узнавать меня, тем сложнее тебе будет. — Это решать не тебе, Вайолет. Я готов ко всем сложностям. Глупышка, как же ты не понимаешь — Седрик подошёл к Вай и коснулся рукой ее щеки, нежно убирая с неё слезы. — Мои глаза обращены к тебе. Мое сердце принадлежит тебе. Моя душа для тебя. Моя любовь для тебя. Ты — моё безопасное место. Ты — объект моей любви и страсти. Ты и только ты — хранитель ключа к моему сердцу. Я полностью и целиком одержим тем, кто ты есть. Моя самая большая мечта — состариться вместе с тобой. И я не отступлю. Никогда и ни за что, Вайолет Гилберт. Начался ливень. Они смотрели в глаза друг другу. В глазах Седрика была нескончаемая нежность, а Вай просто смотрела на него и не могла поверить. Никакие слова в мире сейчас не смогли бы передать то, что она хотела бы сказать ему. Единственным способом был поцелуй. Поцелуй истинной любви. Еще одна молния. И тогда Седрик и Вайолет сдались. Он страстно поцеловал её в губы. Кончиками пальцев она нежно коснулась его щеки. Он продолжал страстную, но одновременно такую нежную цепочку поцелуев. От прикосновений его губ Вайолет таяла и словно переносилась в другое измерение. Его горячее дыхание обжигало, а дождь сделал рубашку Вай полупрозрачной. Это все было похоже на сон, на ту самую сцену из книги, которой никогда не будет. Но нет. Это была реальность. Прекрасная, чарующая, ни с чем несравнимая реальность. — Пообещай, что это навсегда — прошептала Вайолет. — Я обещаю — своим нежным и сладким, словно мёд голосом, сказал Седрик.