Пожарный

Находиться в этом кабинете и обводить кружочками правильные ответы, которые уже не то, что наизусть, во снах видишь — самое нелюбимое за все время смены. Вон щелкал ручкой, отодвинув от себя заполненный бланк, и потянулся за телефоном, чтобы проверить, что ему настрочил Читтапон. Парень отключил уведомления ещё на третьем сообщении, даже не удосужившись прочитать их. Номер оставил, а ключи нет. У тебя в холодильнике пусто, если что. Буду есть твой торт. Вообще-то, он на вкус нормальный. Разница во времени между сообщениями составляла не более пяти минут, однако следующие были отправлены примерно через час. Вероятно, что-то вдруг напомнило ему о том, что он упустил и забыл в веренице хлопот. Юкхэй подпер голову ладонью, перечитывая слова вновь и вновь. Ты же спас меня, чего кота моего не спас? Все жизни равны и имеют одинаковую ценность, тебе ли не знать. Верни моего кота. Ты же мог спасти и его тоже, почему нет? Перед тем, как прочесть, он думал оставить все сообщения без ответа, но совсем не ожидал, что речь зайдет о неспасенном члене семьи Тэна. Вон ничуть не чувствовал себя виноватым. Довольно часто те, кто был спасён им, рвались обратно в горящий дом, крича и умоляя вытащить их «ребёнка», не желая понимать и принимать их гибель. Нельзя сказать, что он привык к многочисленным смертям, что очерствело его сердце. Нет — сердце болезненно ёкнет, если сквозь огненное пламя выбежит маленький зверек и доверчиво прильнет к ноге, с надеждой в глазах прося о помощи и защите. Он жив, и Вон знает, что сможет спасти, однако, если шансов нет, нет и смысла давать волю чувствам и сочувственно сжимать чье-то плечо, сожалея и подбадривая. Смерть наступила, и ничем тут не поможешь. Так он относился и к своей жизни. Он совсем не боялся смерти, если суждено — умрет. Вон часто задумывался об этом и понимал, что это облегчало ему работу — он кидался в огонь, безрассудно, как в омут с головой. Была ли причина в том, что в его жизни не присутствовал человек, ради которого он стремился бы выжить, кого хотел бы увидеть еще раз, к кому безусловно хотелось вернуться и сжать в крепких, чувственных объятиях? Возможно. Именно поэтому он не хочет связывать себя узами любви, не хочет создавать семью, иметь жену и маленьких, крохотных детей, которые будут ждать отца, не зная, что тот в эти секунды сгорает как спичка, не имея возможности вернуться или возродиться, словно огненный феникс. Он не огненный феникс. Он не бессмертный. Но у него всё же есть одна единственная причина жить, которая ничуть не отягощала его участь бороться с огнем на равных. Пожарный обязан выжить, потому что только будучи живым он может сохранить сотни других жизней. Угадать настроение Тэна было не сложно — он явно впал в пучину мыслей, виня себя, как хозяина, и самого пожарного, что «безжалостно позволил» гореть живому существу. Юкхэю казалось, что лучшим вариантом будет честный ответ. И он без промедлений набрал «Я не знал, что у тебя есть питомец», когда Ким прижался к плечу, заглядывая в чужой телефон. Вон слегка дёрнул плечом, головой кивая в сторону преподавателя, и получил в ответ недовольный взгляд. — Вы на тушении той квартиры не встречали кота? — понизив голос, спросил Вон. — Нет. Мы никого не нашли, — задумчиво протянул Ким, прокручивая в голове прошлую смену. Юкхэй понимающе кивнул, уже собираясь заблокировать экран, как пришло новое уведомление. Он удивленно хмыкнул, искренне не понимая, откуда у его гостя такие вопросы. Если бы ты был вынужден выбрать между человеческой жизнью и жизнью животного, чью бы выбрал? Вон быстро набрал «Спас бы твоего кота, а не тебя», загадочно улыбаясь, будто нашкодил, но палец почему-то застыл над кнопкой «отправить», и он нехотя стёр сообщение. Задумчиво почесав бровь, он озадаченно вздохнул и поставил сотовый на середину их парты, как бы давая Чонину полное право прочесть весь диалог и, как другу, помочь ему с ответом. Ким же решительно взял в руки сотовый, почти сразу набрал короткий текст и безвозвратно отправил, не давая Вону оценить здравость ответа. Юкхэй беззвучно протянул восхищенное «ва-а-у», тихо посмеиваясь над тем, как друг был явно доволен собой, до такой степени, что даже чуть задрал подбородок и поджал пухлые дрожащие от сдерживаемой улыбки губы. Последним сообщением было «Я и так выбрал тебя». Запах железа и резины гармонично сочетался со звуками тросов и рычагов тренажеров, что мерно скрежетали от резвых движений пожарных, активно занимающихся с железными станками. Вон получал от этой атмосферы необъяснимое удовольствие, и даже вздохи, стоны пыжащихся товарищей привычно дополняли картину, толкая парня упрямо тягать железо, даже когда мышцы каменели и отказывались двигаться. Юкхэй последний раз выполнил повторение, возвращая на стойку груженную штангу, расслабленно делая вдох полной грудью. Капельки пота неприятно скатывались за ворот, Вон сморщил нос и тут же схватился за протянутую руку Кима, другой ловя полетевшую в него синее полотенце. Сжав в руке тряпку, парень размашисто провел ею по шее и лбу, после откидывая её в сторону. Вон взглянул на друга, уступая ему место под штангой, только сейчас замечая изменение в его настроении. Ким вдруг качнул головой в сторону подоконника, на котором лежали их сотовые, и улыбнулся уголком губ так, что парню стало не по себе. — У тебя пропущенные от Суён, — хмыкнул он, поджав пухлые губы. И тут все встало на свои места. Парень виновато кивнул головой другу, старательно делавшему вид, что все давно забыто, и поспешил к подоконнику, чтобы сразу перезвонить. — Я же просил тебя не звонить мне, когда я на смене, — низко рыкнул, стоило девушке поднять трубку. Благо в тренажерном зале было шумно, и даже Ким, находящийся в двух метрах от него, вряд ли расслышал бы его слова. — Милый, так я просто соскучилась, — протянула она. — Да и я совсем уже сбилась с порядка твоих смен, меня ведь уже почти месяц дома нет, — обиженно воскликнула. Перед глазами вдруг появился образ девушки, что, чуть нахмурив брови, обиженно выпятила свои мягкие губы. — И я соскучился, — смягчился пожарный, задумчиво рассматривая виднеющиеся деревья, что покачивали своими голыми ветками от резких порывов ветра. — Я выкроила для тебя свое драгоценное время, а ты даже не сразу ответил. На беззвучный поставил, да? Кто же тебе там написывает пока меня нет рядом, признавайся — я ревную, — притворно весёлым голосом упрекала девушка, но Вон точно знал, какая она ревнивица и понимал, что даже на шуточные нападки отвечать — себе же хуже. — Ты же знаешь, что я тоже работаю не покладая рук. Поэтому не вини меня в том, что я тут же позвонила тебе, как только появились свободные пять минут. — Хорошо, — уступил Юкхэй, поглядывая на друга, что сосредоточенно занимался. — Но давай все же поговорим завтра, — и тут же добавил. — По видеозвонку. Хочу увидеть тебя, — он точно знал, что нужно сказать Суён, чтобы та непременно согласилась. — М-м, ладно, — сдалась Пак. — До завтра, любимый. Попрощавшись и сбросив вызов, Вон облегченно выдохнул и, потерев переносицу, собирался было направиться к Чонину, как на его плечо легла тяжелая ладонь. — С девушкой говорил? — понимающе хмыкнул Сехун, один из его товарищей. Женатый мужчина, что был старше самого Вона на четыре года. — Да, — кивнул парень и, пихнув товарища в бок, добавил. — Подслушивать нехорошо. — Да ладно тебе, я случайно услышал, что ты хочешь ее увидеть, — оправдался мужчина, похлопав его по плечу. — Когда собираешься окольцевать девушку? — Сехун хмыкнул, указывая на безымянный палец. — Возьми уже быка за рога, ты не похож на нерешительного парня. Или ты сомневаешься, что она та самая? — Я пока не собираюсь, — нехотя признался Вон. — И в будущем тоже. — Неожиданное заявление, хотя я тоже иногда жалею, что создал со своей благоверной семью, от того и бегу сюда, на смену. Ради суток спокойствия даже в огонь рвусь, — рассмеялся мужчина, стирая выступившую слезу. — Но как хорошо вернуться домой и быть крепко сжатым в женских объятиях. Все-таки оно того стоит, — мудро заключил мужчина, на что Юкхэй лишь кивнул головой и поспешил к другу, прочь от этих разговоров. Он бросил Сехуна около стойки с гантелями, а тот и не заметил, переключившись на другого. Ким уже прижимал горлышко к губам, жадно осушая бутылку воды, когда Вон подошёл и сел рядом, молча дожидаясь чужого внимания. — Может, поговорим? — А, может, не стоит? Уже сотый раз это обсуждали, — будничным тоном ответил Чонин, метко кинув пустую бутылку в мусорное ведро. Уже зная, что скажет Юкхэй, Ким покачал головой и продолжил. — Нет, мне она абсолютно безразлична. Пойми меня, я был с ней в отношениях три года и знаю её гораздо больше, чем ты. Не хочу, чтобы около моего друга крутилась эта гадюка. Зная её, могу точно сказать, что её около тебя держит только… — начал было перечислять, как Юкхэй перебил его, чувствуя, как у сердца и самолюбия опасно кольнул коготь правды, намереваясь скребнуть побольнее. Он и сам все знал, видел и даже порой слышал слетающие с губ любимой слова, которыми она делилась со своими подругами, когда, забываясь вдруг с тихого шепота переходила на обычный тон, но слышать это от друга ему точно не хотелось. — Да, хорошо. И правда, не стоит обсуждать. — Ты ведь не сказал ей о новом сожителе, верно? — перешел на другую тему Ким, и Вон почувствовал себя глупо, будто сам себе накручивает и додумывает видные только ему, неостывшие у Чонина чувства. — Нет. — Дай угадаю, ты и ему ничего не говорил о своей девушке, — хохотнул Ким и, откинув пятерней влажные волосы, облокотился на собственные колени. — Им необязательно знать друг о друге. Ровно месяц, и этот парнишка вернется в своё гнездо, к тому времени приедет Суён, и они даже не пересекутся, — в завершении развел руками Юкхэй, как бы говоря, что всё очевидно и намного проще, чем кажется. На что друг пожал плечами и сделав для себя вывод, усмехнулся под нос. — Чего смеешься? — недовольно вскинулся Вон, склонившись над другом, а Ким лишь растянул губы в улыбке и в шутку шлёпнул его чуть ниже бедра. — Да так, скоро сам поймешь. В полночь Юкхэй получил еще одно сообщение. Товарищи постарше из караула мирно похрапывали, неудобно свернувшись на диванах, а молодые упрямо сновали по пожарной части, борясь со сном. Некоторые располагались прямо в учебных кабинетах, обмениваясь разными историями из жизни, а некоторые продолжали коротать время в тренажёрном зале, время от времени выходя тайком покурить. Вон расстегнул форменную куртку, и подперев спиной стену коридора, натянул на глаза фуражку, вслушиваясь в тихое жужжание работающих световых ламп. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как Чонин с Сехуном скрылись за черным входом, чисто поговорить по душам и скурить по сигарете. Сам Вон не курил, каждый раз отнекиваясь, когда Ким звал его с собой, не соглашаясь даже просто составить компанию, убежденный в том, что ему достаточно походов в горящие здания, чтобы вдоволь надышаться тяжелым дымом. Чонин на это лишь закатывал глаза и, качая перед его лицом сигаретой, твердил «это другое». Вон задремал совсем случайно и удивленно схватился за фуражку, натянув её на голову, когда Донхэ задел её своей рукой, потягиваясь и проходя мимо. Он потер глаза и прищурившись, осмотрелся. Многие, оживившись, приводили себя в порядок, по списку проверяя не понадобившуюся на этой смене технику, инвентарь, скорее чисто для вида, ставя галочку напротив каждого пункта. Растерев руками лицо, Юкхэй посмотрел на время, понимая, что через час в пожарную часть вернётся начальник, и глубоко вздохнул, принимаясь разминать одеревеневшие мышцы. Кима и Сехуна до сих пор не было видно, парень прошёлся взглядом по знакомым лицам и не нашел среди них ни того, ни другого. Отчего-то рассердившись, Вон нервно дернул за язычок, застегивая куртку и бесцельно двинулся по коридору, доставая с кармана сотовый, чтобы наконец прочесть сообщение Тэна и возможно ответить ему. Когда домой? Парень набрал короткое «скоро буду», понимая, что вернется он намного раньше, чем Тэн прочтет его ответ. Дожидаясь Кима в машине, Вон включил печку и расплылся на сидении, откинув его назад. Удобно устроившись, он уже почти было задремал, как дверь глухо захлопнулась, а рядом важно опустился Чонин, тут же потянувшийся к магнитоле, чтобы заполнить салон однообразной попсовой музыкой. Обреченно вздохнув, Вон вернул сиденье в прежнее положение и вырулил со стоянки, обхватив руль одной ладонью. Кима он оставил у его подъезда, а возвращаясь уже к себе, устало давил на газ, желая скорее добраться к своему району, и, когда перед ним тормозил очередной водила, не желающий его пропустить, раздраженно сигналил, покрывая тех благим матом с головы до пят. Уже стоя около входной двери, парень аккуратно вставил ключ, медленно поворачивая, чтобы вдруг ненароком не разбудить Читтапона. Тихо пробравшись в свою же квартиру, он, шурша одеждой, разделся и, мягко ступая по коридору, внезапно застыл. Тэн сидел на пуфе, сложив ноги под себя, и, бросив на пришедшего Вона незаинтересованный взгляд, снова вернул свой взор в телефон. Юкхэя не устроила такая встреча — разве так встречают своих героев? Он вдруг вспомнил слова Сехуна об объятиях и представил себе, как его любимая женушка жмется к товарищу, радуясь, что муж вернулся живым и здоровым. Заметив, что тот закутался в широкую вязанную кофту, Юкхэй расстегнул форменную куртку и двинулся в свою комнату, чувствуя нависшую неловкость между ними. Или неловко было только ему самому? Взрослый мужик пришел домой и расстроился, что заносчивый парнишка-сожитель не накинулся на него с ногами. Разве можно такое хотеть? Глупости какие. — Замёрз? — все же спросил Вон, придерживая открытой дверь своей спальни. Парень явно услышал вопрос и даже не повёл ухом, упрямо продолжая смотреть забавные видео, тихо посмеиваясь над особо смешными. Весь настрой быть дружелюбным и обходительным вдруг рассыпался мелкой крошкой. Да какого чёрта? — Тебя на вопросы отвечать не учили? — понизив голос, спросил Вон, вцепившись в дверь. Казалось, подойди он к парню — не сдержится и за подмышки вытянет его из удобного местечка. — А тебя? — Тэн одарил его колючим взглядом и снова на экран. В его глазах отражались цветные блики от тех видео, которые он так упоённо смотрел. Буквально пару секунд назад блуждавшая на губах Тэна улыбка стерлась, будто и не бывала. Неужели обиделся? — Я был на смене, а не в игрушки играл, — да не оправдывается же он перед этим сопляком? — В следующий раз имей в виду, я отвечу тогда, когда освобожусь и посчитаю нужным, — вот так-то лучше. Или до сих пор сердится из-за неспасенного кота? Натянув на бёдра домашние штаны, Юкхэй поспешил в душ. Отмокая под струями теплой воды, он чувствовал, как усталость и напряжение сковывало его тело. Будь Суён дома, она бы непременно наградила его массажем, ловкими тонкими пальцами массируя широкие плечи, то и дело выкрадывая с его губ поцелуи. И если даже получалось у нее так себе — женские руки не имели достаточной силы проработать мышцы, напряжение снимало как рукой больше от исходящей от девушки энергии и ласки, чем от поглаживаний. Уже выходя из ванной, Вон накинул на голову небольшое полотенце, вытирая влажные волосы по пути в гостиную. Тэн, решивший изменить «локацию», расположился у окна, согнув ногу и приложив ступню к батарее, все так же зависая в телефоне. Краем глаза бросив оценивающий взгляд на Юкхэя, он будто еще старательнее уткнулся в экран, закрываясь от него. И даже когда Юкхэй решил остановиться прямо напротив него, продолжал игнорировать, не поднимая глаз. Вон устало хмыкнул, почему-то он и сам упрямо продолжал стоять около парня, хотя стоило бы поспать пару часиков перед тем, как поехать за Чонином. Это ослиная упрямство сопляка передалась ему воздушно-капельным путём, иначе как объяснить то, что он всё ещё стоял над его душой. Светлые пряди каждый раз спадали на его светлое лицо, а Тэн хмурясь зачесывал их пальцами вновь и вновь, вызывая у Юкхэя желание обхватить пальцами подбородок и заставить смотреть на себя. Какая же у него ровная кожа, гладкая и персиковая, не такая, как у его товарищей из караула, не такая, как у него самого. — Ты занят чем-то важным? — выдохнул Вон, измученно прищурив глаза, в которые будто песка насыпали. — М-м, ничего особенного, — ответил под нос Тэн и удивленно уставился на руку, что вдруг опустилась на его поясницу. Юкхэй подтолкнул его вперед, чуть ближе к себе, и уверенно отнял сотовый, от которого Тэн не отрывался с самого утра. Не обращая внимание на возмущения, он запихнул сотовый за резинку своих штанов, на что тут же получил брезгливое: — Фу, отдай немедленно, — воскликнул Читтапон, преувеличенно состроив гримасу. — Хотя нет, сперва вытри спиртовой салфеткой, — едва не клацнул зубами. Котик-то с зубками оказался. — Сделаешь мне массаж, — поставил перед фактом Вон, сам удивившись внезапно вырвавшейся фразе. — Сделай мне массаж, Тэн, — повторил он уже увереннее. Наглеца хотелось наказать, проучить, показать, кто здесь главный. Дать понять, что перед ним острые зубки надо прятать за сомкнутыми губами. — Что, прости?! — Тэн рассмеялся от абсурдности и наконец уставился на него. Причесав волосы назад, он задержал руку на голове. — Ты что, серьезно? Слушай, ты странный. Стоял над душой, забрал мой телефон, и теперь я должен сделать тебе массаж? Ты знаешь такое понятие, как личное пространство? — Это всё, — Вон обвел пальцем круг, намекая на квартиру. — Мое личное пространство, куда я тебя впустил, — спокойно пояснил. — Да, и я тут на других условиях. Я на такое не подписывался, — напомнил Тэн, качая головой. — Считай, что это еще одно условие. Я внёс небольшие коррективы, — хмыкнул Юкхэй и, приобняв за талию, подтолкнул недовольного парня в сторону черного кожаного дивана. Внутри бесновалось что-то непонятное. Вон сам у себя спрашивал «что ты такое несешь?», но слова слетали с языка быстрее, чем он успевал осмыслить их. Ему это нравилось. Не Тэн, а ситуация в целом, этот короткий эпизод между ними. И он каким-то шестым чувством ощущал, что Тэн тоже не особенно был против, хоть тот и возмущенно поджимал очаровательные губы в тонкую полоску. Разлегшись и приняв удобную позу, Вон прикрыл глаза и указал пальцем на журнальный столик. — Тебе понадобится масло, — пробубнил он, чувствуя, как сон потихоньку охватывал его. — Вот оно — кокосовое. — Подготовил все, будто у меня и выбора не было, — фыркнул Читтапон, покорно опускаясь на чужие бёдра. — Не было, — подтвердил Вон, мягко и хрипло рассмеявшись в подушку. Флакон с кокосовым маслом всегда стоял здесь, Суён вечерами коротая время за просмотром развлекательных телешоу, не упускала возможности растирать по телу ароматную смесь. Вряд ли бы она оставила его, не забрав с собой, если бы знала, с какой целью будет использоваться полюбившееся ей масло. — Тебе повезло, я знаю, как делается массаж. Правда, практиковался не так много, как хотелось бы, — донеслось сзади, когда на горячую оголенную кожу стали падать холодные капли масла. Сперва пальцы неуверенно скользнули по спине, мягко распределяя масло по коже. Тэн забрался чуть выше и, упираясь руками в крепкую спину, стал медленно поглаживать, рассматривая и проводя пальцами по редким и едва заметным родинкам. Он скользил пальцами вдоль позвоночника и разводил над лопатками, чтобы мягко сжать мощные плечи. Рельефные мышцы под кожей пожарного четко виднелись так, что Тэн вёл по ним ладонями, борясь с желанием оставить на смуглой коже длинные красные полосы. Взволнованно переходя к следующему этапу, Тэн, закусив губу, стал увереннее водить по коже, растирая и вслушиваясь в чужое размеренное дыхание. Ему вдруг показалось, что Вон успешно задремал, но тот тихо простонал, шумно выдохнув, когда Читтапон начал сминать и собирать упругую кожу пальцами снизу вверх. Юкхэй дернул плечом и приподнялся на локтях, от чего парень непонимающе отстранился и машинально приподнялся, позволяя ему развернуться прямо между его согнутыми коленями. Юкхэй расфокусированным взглядом прошелся по лицу Тэна и, привстав на одной руке, протянул вторую к чужой щеке. Он прищурился и вдруг опустил руку на плечо парня, стягивая с нее вязанную кофту, чтобы убедиться в том, что под ней ничего не было. — Что-то я замерз. Одолжишь кофту? — Ты сдурел? — выдохнул Тэн, устало сведя брови на переносице, и сжал его руку, чтобы снять с оголенного плеча, но Вон, наоборот, лишь укрепил хватку. — Думаю, да. Юкхэй скинул руку парня и провел пальцем вдоль ворота кофты, едва касаясь теплой кожи и чуть оттягивая ткань ниже, чтобы глазами впиться в открывающуюся картину. Если раньше под его руками была упругая женская грудь, сейчас же он почти с интересом скользил по тонким ключицам и слегка проглядывающемуся рельефу мышц. Вон уверенно опустил руку на чужую талию и, откинувшись на спину, утянул парня за собой, что неуклюже завалился сверху и тут же упёрся горячими ладонями в крепкий торс. Юкхэй закинул тяжелую руку на поясницу и чуть надавил, опуская и уменьшая расстояние между их телами. — Что ты делаешь, Вон Юкхэй? — шепнул Тэн. — Греюсь тобой, — хмыкнул Вон. Он провёл рукой вдоль позвоночника и медленно спустился к мягким бёдрам, невесомо касаясь пальцами. Тэн почти на автомате, неожиданно для себя прогнулся в спине и, зажмурив глаза, прижался к нему. Вон, расслаблено прикрыв глаза, растянул губы в улыбке, в полудреме забираясь под задравшуюся кофту и мягко сжал талию. Он чувствовал, как в ребра билось сердце, быстро и взволнованно, только не понимал чье. Чужое или собственное. — Разбуди меня через два часа, — пробормотал Юкхэй, но так и не получил ответа, засыпая под приятной тяжестью веса. Под крупными ладонями Вона, мягко извивалось хрупкое тело, несдержанно подмахивая бёдрами. Он, откинув голову назад, прикрыл раза, ощущая, как его плотно обхватывали разгоряченные стенки, сжимая судорожно и как-то непривычно. Опустив глаза на тонкую талию, Юкхэй обхватил руками обнажённые бедра и наклонился к спине, чтобы оставить нежный поцелуй между лопатками. Он непонимающе коснулся шелковых светлых прядей и нахмурился, отстранившись. У его девушки были далеко не светлые, а угольно-чёрные. Парень замедлился и, затаив дыхание, аккуратно потянулся было к ней, как девушка сама привстала, изящно прильнув спиной к его груди. — Суён? — Что случилось? Какая Суён, любимый? — обернулась девушка, и Вон тут же отлетел от неё, будто ошпаренный. Это Читтапон? Почему у этой девушки лицо Тэна? — Ты сдурел? — выдохнула мужским голосом светловолосая, медленно разворачиваясь всем корпусом. Вон в ужасе распахнул глаза и, часто дыша, схватился за телефон, вырубая звонящий будильник. На экране высветилось сообщение, отправленное тридцать минут назад. Извращенец. Я скоро вернусь. Пошёл делать копию ключей. Мне завтра на работу. Юкхэй растерянно огляделся, обнаружил на себе одеяло и неожиданную собственную эрекцию. Глухо простонав и растерев ладонями лицо, он откинулся на спинку дивана. Чего он вдруг накинулся на Тэна, словно подросток, у которого член в штанах не держится. Чертыхнувшись, парень скомкал одеяло, пристыженно прикрываясь. Перед глазами до сих пор упрямо стоял профиль Читтапона, до безобразия гармонично сочетающийся с длинными волнистыми локонами, спадающими на плечи.