Убийство в Малфой Мэноре

— С чего ты решил, что жертвой буду именно я, Тео? — с явным недовольством, скрестив руки на груди, поинтересовался Малфой. — Я точно слышал как кто-то произносил твою фамилию. — Малфой конечно та еще заноза в заднице, но кому пришло в голову его убить? — поинтересовалась Гермиона, окинув парней негодующим взглядом. — Как приятно слышать от тебя теплые слова, Грейнджер, — огрызнулся парень. — Так, флиртовать будете в другом месте, сейчас важно понять, что нам делать, — на удивление серьезно сказал Блейз. — Может речь была о Люциусе? Он точно мог перейти дорогу кому-нибудь, — высказав свое предположение, Гермиона уселась на кровать рядом с Блейзом. — А вот это уже больше похоже на правду, — взглянув на нее сказал Забини, — Предлагаю разделиться и действовать по ситуации. Герми, ты будешь с Драко, осторожно наблюдайте за всеми. А мы с Тео найдем Люциуса и присмотрим за ним. — Грейнджер, ты можешь вызвать подкрепление? — поинтересовался Тео, следом беззлобно улыбнувшись, добавил, — Ты же тут закон. — Мы не можем так рисковать. Если кто-то что-то заподозрит, то возможный убийца сойдет с дистанции и Малфою начнет грозить реальная опасность, — проигнорировав последнюю реплику Тео, сказала девушка. — Ты сейчас про какого Малфоя говоришь? — ехидно подметил Блейз.       Драко кинул удовлетворенный взгляд на Блейза, а затем оглядел Грейнджер с ног до головы. Она так изменилась за все эти годы. Тонкая талия и округлые формы были удачно подчеркнуты пыльно-розовым платьем футляром, а на стройных ногах красовались миниатюрные лодочки молочного цвета. Возможно, он бы и считал ее просто очередной красивой девушкой, но у Грейнджер было одно преимущество над просто-красивыми-девушками. Она была невероятно умна. — Про обоих, — сухо отрезала девушка, недовольно посмотрев на Блейза, которого ситуация явно веселила, по взгляду итальянца было ясно, что он упивался своей же шуткой. ***       Следующий час прошел на удивление спокойно, Люциус провел аукцион, лотами которого выступали старинные магические артефакты. После него у гостей была возможность насладиться живой музыкой, попробовать изысканные закуски, названия которых Гермиона с трудом могла произнести и дорогой алкоголь из личной коллекции Малфоев. Но самое странное было то, что никто не упомянул Нарциссу. Ни разу. Словно ее и не существовало вовсе. Словно не было тех истерик Люциуса, что Грейнджер наблюдала на протяжении почти двух месяцев. Драко все тот же саркастичный козел, а его отец… Он просто тот же Люциус. Что же произошло? — Грейнджер, тебя что начали привлекать мужчины постарше, или ты решила взглядом прожечь в моем отце дыру? — язвительно отметил Малфой.       Гермиона понимала, что ее попытки прочитать Люциуса были вызваны исключительно чувством вины за то, что она так и не смогла помочь раскрыть убийство Нарциссы. (А она была уверена, что это именно убийство). Но говорить об этом, девушка, конечно, не стала. — Просто хочу позлить Рона, — выпалив первое, что пришло в голову, сказала Гермиона. — Тогда ты действуешь не той схемой, — глухо рассмеялся Драко, поставив бокал на поднос проходящего мимо официанта.       Спустя мгновенье его сильные руки обвивали тонкую талию девушки, а ее ладони остановились на его широких плечах. — Что ты делаешь? — удивленно прошептала Грейнджер, куда-то в область его подбородка. — Ты же хотела позлить Уизли? Так пусть он наслаждается шоу.       Проводя холодными пальцами по откровенному вырезу на спине оцепеневшей гриффиндорки, он шептал ей что-то бессвязное, задавал глупые вопросы и едва касался губами ее щеки. Горячее дыхание обжигало, заставляя девушку сомневаться в трезвости рассудка Малфоя-младшего. Он был пьян достаточно для того, чтобы устроить этот цирк, но слишком трезв, чтобы перейти черту. За это Грейнджер была ему благодарна.       Она ведь вовсе не хотела злить Рона или заставлять его ревновать, ей двадцать пять, а не шестнадцать. Такие глупости должны оставаться в прошлом. Да и Малфой совсем не ребенок… В чем же тогда дело? Почему она позволяет ему такие вольности? Так же, как когда то позволяла… Вдруг в голове девушки всплыли самые неприятные воспоминания из всех возможных, тошнота подступила к горлу и отвращение к самой себе заставило ее остановиться. Он касался ее так же, как когда-то это делал первый парень в ее жизни. — Малфой, прекрати, — оттолкнув от себя парня, воскликнула она полушепотом.       Вырвавшись из его объятий, Грейнджер быстрым шагом направилась прочь, это казалось ей единственным верным решением. К тому же, столько людей наблюдали за их воркованием, так неловко девушке не было уже давно. «Он просто хотел мной поиграть. Так же, как и Теренс это делал. Чертова дура Грейнджер, на что ты надеялась?» Мысли словно наслаивались друг на друга, приводя девушку в настоящую панику. Она очень боялась за свою репутацию, но больше всего она боялась почувствовать себя использованной снова.       Десять лет. Почти десять чертовых лет она пытается забыть свои первые отношения. Теренс Хиггс — ловец сборной Слизерина и наивная дура Грейнджер, которая свято верила в настоящую любовь. Он лишь хотел воспользоваться ей, Рон бы никогда себе такого не позволил. Как же она ненавидела слизеринцев, за исключением Блейза.       Она предавала друзей, во время споров, покрывая своего парня. Ходила болеть за Слизерин на соревнования. Жертвовала всем, ради Теренса. А он просто бросил девушку, получив то, что хотел. Гермиона отдалилась от единственного человека, который был рядом, понимал и поддерживал. А когда ее розовые очки разбились, Гарри больше не было. Такого родного и близкого. Волдеморт забрал, что хотел. Их обоих больше нет. А пустота внутри Гермионы продолжала расти с каждым днем. — Гермиона? Что случилось? — раздался громкий голос, разрывая звенящую тишину Мэнора. — Блейз… — только и смогла выдавить она, бросаясь в объятия мулата. — Тебя кто-то обидел? — обеспокоено произнес парень, крепко обнимая подругу.       В горле стоял ком, слезы душили девушку, ураган чувств захлестнул ее. Вина, обида и разочарование в самой себе, которые она столько лет держала внутри, вышли наружу сквозь трещины в железной маске. Это были последствия боли, съедавшей девушку изнутри, — Гарри… Я так по нему скучаю, — еле слышно прошептала она. — Тише, я рядом, — шептал ей в макушку Забини. — Прости. Это все алкоголь и нервы. Я вспомнила про Теренса и Гарри… — слегка отстраняясь, сказала она. — Герми, ты не должна извиняться за это. Придурок Хиггс давно получил по заслугам. Если хочешь, я запущу чем-нибудь в Малфоя, чтоб он помучался, — сказал парень, нежно проведя рукой по плечу Гермионы. — Все нормально. Я уже пришла в себя. Просто Малфой разбудил не самые приятные воспоминания, — она тяжело вздохнула, — Ты куда-то торопился? — Да, я не могу найти Тео, надеялся, что он в зале, — ответил парень, и поправил свой белоснежный смокинг. Он явно волновался за друга. — Я приду позже, нужно привести себя в порядок, — устало протянула Грейнджер.       Блейз покинул девушку, оставляя ее в пустом, как ей казалось, коридоре. Но она была совсем не одна. Слизеринец стоял в тени и слышал каждое слово, каждый всхлип Гермионы. Видел каждый жест и каждое прикосновение. — Грейнджер, — начал он, выходя из своего укрытия. — Малфой, — вторила ему девушка. — Я… — он запнулся, пытаясь найти нужные слова, — Мне жаль. — За что ты извиняешься, Малфой? — сказала она, обессилено прижимаясь к холодной стене, глядя прямо в ледяные, серые глаза. — За все. Я знал про спор Хиггса, но я не знал, что он на самом деле это сделал.       Гермиона издала истеричный смешок, закрывая глаза ладонями. — Ничего уже не исправить. — Прости, — он сделал шаг на встречу, — Я бы никогда не причинил тебе вреда, — сердце пропустило удар, — Если я могу как-то искупить свою вину…       И вот он стоит в пятнадцати сантиметрах от Гермионы. Этого достаточно, чтобы чувствовать его запах, но не достаточно чтобы снова коснуться его. Мята, яблоко и пергамент. Совсем как в Хогвартсе. Но ведь они уже давно не дети, верно? Ощущение близости, которое так давно не испытывала девушка, кружило голову, ноги сами подались вперед, вопреки здравому смыслу. — Есть кое-что, — едва слышно сказала гриффиндорка, делая шаг навстречу серым глазам.       Истошный крик раздался из большого зала Мэнора, паника, ругань и плачь разом спустили девушку на землю. Она чуть не совершила огромную ошибку. Малфой, видимо, тоже мгновенно протрезвел, переглянувшись, они с девушкой кинулись на шум, приготовив палочки.