Секрет Киришимы

       Денки кажется, что он сошёл с ума. Свихнулся. У него съехала крыша к чёртовой матери. И обратно вообще не собирается, не-а. У него болит голова, возможно, уже кипит мозг. Ещё немного, и он точно попадёт в дурку. Они с Киришимой встречаются уже три месяца, и за это время они все ещё не переспали. Даже не подрочили друг другу!        Не то чтобы Каминари был человеком, у которого отношения строились на сексе, но все же… Он все ещё подросток! Оттого, часто глядя на накаченное тело Эйджиро в общем душе, он еле сдерживал порыв прямо там, при всех, прижаться к голой влажной спине и смачно укусить его за загривок. Киришима же не проявлял желания залезть блондину в трусы, а спрашивать напрямую последний не решался. Да и, помимо этого интимного вопроса у них все было достаточно хорошо, поэтому повода волноваться особо не было.        На предпоследнем году обучения за ними уже не так пристально следили учителя, отчего появилась возможность больше времени проводить вместе даже по ночам, но они все равно не сильно распространялись о своих отношениях. В их компании, это, конечно, было известно, но дальше все равно не выходило.        Киришима в отношениях оказался просто чудом: в отличии от своего близкого друга, даже подумать не мог о том, что бы орать на кого-то. Все вопросы у них решались мирно. Более того, парень оказался достаточно заботливым. Денки вовсе не чувствовал себя девчонкой рядом с ним, хотя Эйджиро спокойно мог взвалить его себе на плечо и опрокинуть на кровать, щекоча до слез. Мог наматывать на его шею шарф и целомудренно целовать в лоб. Мог приходить к нему, когда тот болел и укутывать в одеяло, как гусеницу, засыпая рядом. Киришима мог все.        Каминари старался отвечать тем же, ценил все то, что ему дают и отдавался безвозмездно сам, даже не замечая этого. Он действительно любил его, и не мог точно сказать, когда это началось. Но хорошо помнил, когда они начали встречаться, хоть это и случилось как-то случайно. Сначала они просто были близкими друзьями. Потом стали часто проводить вечера просто в обществе друг друга, играя в приставку в общем зале или смотря какой-то фильм у кого-то из них в комнате.

***

       Как-то они шли с тяжёлой тренировки. Айзава-сенсей не часто проводил их, но не жалел ребят. Не слушал возражений, и до последнего не останавливал спарринги, выходившие из-под контроля. Такие занятия были действительно выматывающие не только физически, но и психологически. Сотриголова не боялся моделировать психологически тяжёлые ситуации, когда речь заходила о тренировках с использованием квирков. Всё же, как будущие герои они должны понимать, что их может ждать, и что придётся делать.        После одной такой Денки чувствовал себя гадко. И вовсе не из-за налипшей на тело пыли и крови. Даже не из-за саднящих царапин и ран на лице и теле. Просто… Он тяжко переносил такие моменты, когда из-за него мог кто-то пострадать или вовсе умереть. Максимально уставшие и вымотанные, студенты шли в общежитие. Тогда Киришима просто подошёл к нему, еле плетущемуся позади, и сгреб его в крепкие мужские объятия. Каминари весь как-то обмяк и еле нашёл в себе силы скрестить руки за спиной парня. Пыльные, с запекшейся кровью на лицах, они просто нуждались в тактильной поддержке. Они не сказали друг другу ни слова. Эйджиро медленно выпустил блондина из своих объятий и они вместе направились в корпус.

***

       Потом уже и он сам не стеснялся кидаться на парня с объятиями, иногда что-то крича от переизбытка эмоций, или просто приобнять друга, поддержать. Когда они всей компанией сидели в зале, расположившись на двух диванах, сдвинув все кресла, и смотрели какой-то триллер, уставший за день Киришима незаметно уснул, съехав на плечо блондина. Тот едва сдержал глупую улыбку, помогая все ещё спящему парню устроиться удобнее. Воспользовавшись тем, что на них никто не смотрит, Каминари слегка приобнял его, и аккуратно запустил пальцы в растрепаные красные волосы, перебирая их, поглаживая пальцами чужое плечо и чуть склонив голову.

***

       Они отмечали Новый Год. Денки хорошо помнил, как Деку напился и полез к не менее поддатому Бакуго. А ещё помнил всеобщий шок, когда вместо того, что бы привычно отпихнуть паренька от себя и наорать на того, Кацуки оттащил того под ёлку и поцеловал. Киришима тогда тихо хмыкнул в кулак и отдал Ашидо двадцатку, шутливо ругаясь с подругой. — Хей, чел, не хочешь на улицу выйти? Тут как-то совсем душно, — широко улыбающийся, красноволосый оперся на плечо блондина, появившись из неоткуда. Денки согласился и, держа в одной руке стакан с колой и виски, вышел на балкон, чувствуя чужую ладонь на плече, что обжигала своим теплом. Киришима аккуратно закрыл дверь за ними, и с облегчением прильнул к ограждению. Вернее, навалился на него, тихо хихикнув. — Воу, да ты пьян! — блондин рассмеялся и приложил свободную руку ко лбу друга. — Немного, — Эйджиро хохотнул в ответ, розовея не то от алкоголя, не то от столь близкого прикосновения.        Каминари осушил свой стакан почти залпом, и резко почувствовал, как поплыло все вокруг. Отставив его куда подальше, он осторожно встал рядом с одноклассником, соприкасаясь бёдрами. Они спокойно обсуждали сложившуюся ситуацию с Мидорией и Кацуки. Денки сказал, что это было вполне ожидаемо, потому что напряжение между ними было буквально видно. Кири в ответ глупо и пошло шутил, а блондин заливался смехом, активно взмахивая руками, из-за чего парень схватил его за запястье, чуть не ударившее его по лицу.        Только они собирались выходить, Денки понял, что он слишком много выпил залпом. И, судя по всему, зря. Он только отстранился от ограждения, разворачиваясь, как его резко повело в сторону. Киришима успел быстро среагировать, подхватывая друга, прижав его спиной к стене. Слышно не было, но красноволосый пропустил один вдох. — Чувак, все нормально? — взволнованный Эйджиро выглядел премило. Брови чуть сведены, меж ними пролегла аккуратная складка. Губы раскрыты, тот тяжело дышал из-за алкоголя. И из-за алкоголя ли… — Да, — блондин кивает и старается сфокусировать взгляд на парне перед ним.        Тот опасно нависает сверху, одной рукой упираясь в стену, вторую держа на ребрах Каминари, придерживая. Любое прикосновение, казалось, обжигало. Денки хорошо чувствовал его руку, пальцы, периодически чуть сжимающиеся. И не мог понять, хочет он это продолжить или остановить. Блондин был мускулистый, но одновременно с этим стройный и гибкий, в отличии от самого Кири, состоящего едва ли не из мышц. От этого его мощная фигура, нависающая сверху, дарила невероятное чувство защищённости и чувство бабочек в животе.        Они смотрят друг другу в глаза и Денки кажется, что он тонет. Забывает где он и кто он. Забывает, зачем они вышли. Забывает, сколько сейчас времени. Важным кажутся сейчас только горящие красные глаза напротив. — Ты так и будешь смотреть мне в глаза? — он пьяно улыбается, и слегка склоняет голову на бок.        Киришима видит в этом намёк. И усмехается. Он, кажется, сейчас во всем видит намёки. Или, может, он хочет их видеть? — Хочешь продолжения?        Денки не успевает обработать и осмыслить его слова. Однако даже не думает о том, чтобы возразить. Забывает напрочь, что хотел сказать до этого. В его голове нет ни единой мысли. Он не фонтанирует, как обычно. Лишь молчаливо прикрывает веки и призывно облизывает нижнюю губу. И ощущает сильную потребность попробовать, каков же его друг на вкус.        И Эйджиро накрывает его губы. Каминари кладёт руки на скулы парня, поглаживая, и чуть подтягивается на носках, лениво отвечая на поцелуй. Он таким и выходит; не пошлым, тягуче-ленивым, приятным. Они никуда не спешат, смакуют друг друга. Красноволосый ведёт языком по нижней губе парня, чуть отстраняясь, прикусывает её. Денки тихо выдыхает через нос, и касается языком чужого, вновь вплетая в поцелуй. Распаленные спиртным, они дают друг другу возможность сделать то, что хотели так давно. Отлипают друг от друга они не сразу. Оба молчат, но тишина не неловкая. — Спать? — Лишь спрашивает красноволосый.        В ответ ему молчаливо кивают, и он, подхватив парня, что бы тот вновь не упал, ретируется в свою комнату.        Они спокойно лежат вместе, под одним одеялом. Денки кладёт ногу поверх чужого пресса, прильнув к плечу одногруппника. Кири поглаживает его коленку, и, повернувшись к нему лицом, смотрит на слегка улыбающегося друга. Они вновь целуются. Все так же медленно, с чувством. А потом засыпают. Эйджиро гладит растрепанные светлые волосы у себя на груди и проваливается в сон под сопение блондина.        Просыпаются без головной боли. Подростки, что с них взять. И всё ещё в объятиях друг друга. — Кири, — осторожно, тихо зовёт его блондин, прижимаясь спиной к горячей широкой груди. -М? — Все ещё сонный отзывается парень, кладя ладонь на острое белое плечо, поглаживая. — А мы теперь, типа это… Ну, пара? — Денки не смотрит на него, прижимая руки к щекам, ощущая, как они горят. — Да, — Киришима выдыхает ему в загривок и притягивает ближе, обнимая поперёк живота.        Вот как-то так это и получилось. Впрочем, никто из них не был против, все же они сблизились достаточно сильно.

***

       Эйджиро даже начал привыкать к постоянно мельтешащему перед глазами Денки: парень и так постоянно вился рядом, но тут Киришима вовсе забыл, что такое личное пространство. Денки был везде: им пропахло его постельное белье, его вещи, даже его тетради. Везде можно было найти тонкий светлый волос, в каждом углу он оставлял, пусть и неосознанно, напоминание о себе. Даже на столе парня стояла рамка с фотографией: широко улыбающийся Каминари, Киришима, Бакуго с перекошенным лицом и Серо. Так что, избавиться от напоминаний об этом взбалмошном блондине невозможно. Да и не очень-то хочется…        Киришима любил его. И любил все его глупые шутки, и постоянные безумные идеи. Любил, даже когда тот забывался, и от испуга несильно бился током. Любил варить по утрам им обоим кофе, любил целовать сонного, только раскрывшего глаза парня в лоб, пока кухня была пуста. Они оба вставали рано, и редко кого кроме них можно было застать за кухонным столом. Иногда, правда, выползал помятый Изуку. Делал себе чай и тихо произносил приветствие. Киришима улыбался и желал в ответ доброго утра, трепля почти уснувшего Денки по голове.        Они вместе готовились к тестам, вместе отдыхали. Один раз, Каминари помог Киришиме обновить цвет волос. Красный цвет вымывался в розовый, да и корни отрастали, а это было вовсе не по-мужски, как ворчал парень. Денки лишь улыбался и натягивал на руки перчатки. Эта процедура заняла у них несколько часов, Денки в итоге все же перепачкал руки, хотя старался быть осторожным, а ванна была похожа на место убийства. Но парень остался доволен проделанной блондином работой и ещё долго шептал тому благодарности и целовал после, аккуратно прижимая к себе.        Он старался быть аккуратным с Каминари во всем, и тому была причина. Первое время, когда они все только привыкали друг к другу и узнавали, красноволосый заметил, что этот блондин несколько отличается от остальных парней. Почти все они (кроме, опять же, Денки и Минеты) обзавелись приличной мускулатурой и раздались в плечах. Бакуго долго удивлялся и ворчал, как даже такому хиляку как Мидория удалось так подкачаться. Каминари же… Был немного другой. Да, возможно, он не был таким сильным, как Киришима или Кацуки, но, черт возьми, Эйджиро честно залип, когда всерьёз обратил на него внимание в раздевалке.        Денки имел аккуратный пресс без чётко выпирающих кубиков, немассивные руки с тонкими, красивыми запястьями, и в целом был худым. У него были совершенно прекрасные изгибы талии, красивый рельеф живота, плавно переходящий в крепкие, стройные бедра. А ещё у него были узкие щиколотки и икры. Киришима мог легко обхватить ладонью его ногу и защекотать. Ему даже казалось, что он может полностью обернуть ладонь чуть выше колена, сцепив пальцы. Денки был тонким, совершенно чудесным, звонким юношей.        Кири любил подходить к нему со спины и обнимать, иногда пугая этим. Одной рукой обхватывал поперёк груди, а второй поглаживал плоский живот. Каминари не гнушался носить кроп топы, открывая вид на ямочки на пояснице, узкую талию и бока. Бакуго как-то сказал, что вовсе это не «по-мужски», как любил выражаться Киришима. Сам же красноволосый возразил, сказав, что они очень идут ему, и лишь подчёркивают красоту его натренированного тела. Бакуго завис, рассматривая маленькую ямочку пупка, очерчивая взглядом едва заметный пресс, линию поясницы, переходящую в почти идеально круглый зад, и в целом согласился. Киришима немного ревностно сверкнул глазами, но признал свою победу.        В один из своих выходных они сидели на кровати, в комнате блондина, и смотрели какой-то мультик. Эйджиро вёл пальцами по чужому животу, около пупка, чувствуя под кожей мышцы. Они отличались от его собственных. Красноволосый был весь словно выточен из мрамора, по его телу было видно, что в нем скрывается настоящая, природная сила. Денки же был гибким, тонким, но так идеально ложился в руки Киришимы…        Эйджиро в один момент боялся просто сорваться. Он чувствовал себя ужасным человеком, долбаным извращенцем, когда в одной майке блондин засыпал на его коленях, подтянув одну ногу к груди, и даже не думал о том, как его парень жадным взглядом пожирает его небольшой зад. Как напряженными пальцами гладит его по волосам и спине, еле держась, что б не сорвать с него свою же майку и эти чёртовы трусы с дурацким принтом.        Денки обожал все модное. Киришима один раз еле уговорил его не краситься в розовый, сетуя на то, что лучше немного подождать. Помимо экспериментов со внешностью, вся его комната была кладезью трендов. Парень искренне ненавидел его постельное белье с леопардовым рисунком и отказывался спать на нем. Каминари же крайне спокойно воспринимал «мужскую» обстановку своего парня, но чаще всего сидели они все же у Каминари. Тут постель была больше.        И сейчас, когда он сладко сопит, уткнувшись в его бедро, Кири максимально не хотел тревожить его, уставшего за очередную неделю обучения. Он был готов даже забыть про свое возбуждение. Да, черт возьми, у него встал, пока он смотрел на своего спящего парня. У него молодой организм, это нормально… Денки ворочается, чуть вытягивает руку и упирается локтем прямо в чужой стояк. Киришима пропускает вдох.        Чёртов Каминари… Эйджиро не взял его ещё только из-за того, что считал, что тот был не готов, да и… Был один интимный момент, на который он не знал, как парень отреагирует. — Кири, — в полусне тянет он и слегка потягивается, ещё сильнее упираясь локтем промеж ног красноволосого.        Лениво зевает, приоткрывая глаза, и, скосив взгляд, весь как-то сжимается и испуганно одергивает запястье, поднимаясь. Черт возьми, он во сне упёрся прям туда… Щёки залил румянец от осознания. — Черт, Киришима, прости… Я не специально, — блондин извиняется ещё пару раз и стыдливо отводит взгляд. — Всё хорошо, Каминари, — парень ласково ерошит его волосы и притягивает к себе для поцелуя, доказывая, что все правда хорошо.        Денки смущен, он садится на бедра парня, стыдливо пряча лицо в сгибе чужого плеча. Его ладонь лежит на другом плече, а вторая поглаживает лопатку. Он дышит через раз, ещё немного сонливый. Чувствует, как талию обвивают сильные руки, прижимая к себе крепче. Блондин мягко выдыхает в кожу, и целует местечко, где мышцы шеи переходят в плечо. Киришима ухватывается за его бедро, когда парень, словно извиняясь, ласково прикусывает тонкую кожу. Он знает, что Киришиму тяжело даже поцарапать. Оставить на его теле засос или какой-то свой след не так легко, ибо тот обладает крайне прочным кожным покровом хоть и без активации причуды. Только если уж совсем сильно вцепиться в него, но этого Денки уж точно делать не собирался. Блондин не боялся оставить след, потому часто самозабвенно кусался. Как и сейчас, когда мягко целовал чужую шею, иногда прикусывая кожу. Киришима хоть и обладал крайне прочной кожей, но чувствительность от этого не притупилась. Он хорошо чувствовал влажные касания мягких губ, слышал тихие звуки, когда парень облизывал губы или на пробу засасывал кожу. Ладонь зарывается в светлые волосы, поглаживая, и Кири осторожно оттягивает его от своей шеи.  — Денки, ты… Перестань, — тихо говорит он, смотря в слегка удивлённые глаза.        Блондин скользит взглядом по слегка покрасневшему парню и останавливается на выпуклости на его домашних шортах. Она достаточно внушительная, следовательно, он сильно возбужден.  — Но я могу помочь тебе… Справится с этим, — он ненавязчиво скользит ладонью с плеча по торсу, облизывая губы, глядя в красные глаза. — Денки, если ты так хочешь подрочить мне или ещё чего больше, то подумай хорошо ещё раз, — Эйджиро интригующе выдыхает.        Каминари не боится, нет. Его охватывает неподдельный интерес, что же такого прятал его парень все это время, изводя и себя и свою пару.  — Что же ты хочешь этим сказать? — его пальцы забираются под майку, оглаживая кожу около полоски нижнего белья.  — Я тебя предупредил, — хрипло выдыхает красноволосый, когда аккуратная ладонь накрывает его стояк.        Денки слезает с его колен и устраивается между ног, ложась на живот, поднимая вопросительный и слегка смущенный взгляд. Весь его сон как рукой сняло. Он честно старается быть терпеливым, и кажется, у него это получается. Киришима в ответ смотрит не менее напряжённо, но облизывается, тяжело дыша. Не отталкивает. Касается пальцами чужой щеки, доверительно поглаживая. Блондин наконец вздыхает и снимает с парня шорты вместе с бельём. Возбужденный член чуть не шлепает головкой по носу. Эйджиро внимательно следит за выражением чужого лица, закусив нижнюю губу. Каминари слегка отстраняется и пораженно ахает, прикрыв рот ладонью. Его лицо заливает румянец, а глаза наполняются непонятным желанием. — И ты… Прятал это от меня все это время?        Денки оборачивает ладонью основание ствола, давая себе детально рассмотреть пирсинг на члене своего парня. Три небольшие штанги, они идут от уздечки и вниз. На него смотрят три пары металлических шариков. Рот наполняется слюной, хочется попробовать, ощутить это в себе.        Киришима явно удовлетворён такой реакцией, он слегка улыбается и заметно расслабляется.  — Не знал, как ты на это отреагируешь, да и не было момента, чтобы рассказать. — Я не прощу тебе этого, — тихо, мечтательно произносит парнишка между его ног.        Кто бы мог подумать, что его парень на самом деле такой развратник.        Каминари гладит пальчиками тёплые, но все равно слегка прохладные, по сравнению с живой кожей, бусины. Ведёт подушечкой по бархатистой плоти, ощущая под ней металл, и это заводит его до звёздочек перед глазами. Он прикрывает на пару секунд глаза, и касается пирсинга уже языком. Киришима глухо мычит, щелочка уретры сочится предсеменем. Блондин поднимает на него взгляд, распахнув веки. Высунув язык, ведёт им до головки и слизывает смазку, а после берет в рот. Он старается: первый минет никак не может пойти крахом. Денки не простит этого сам себе. Поэтому он не старается особо глубоко заглотить член, но пропускает головку в горло, чувствуя стальные шарики, массирующие язык и глотку. На глазах выступают слезы, а слюна скапливается в уголке рта и стекает по стволу.        Киришима завороженно смотрит на столь развратное зрелище. Внутри просто распирает от осознания того, что блондин делает это не только для его удовольствия, но ему и самому это нравится. Красноволосый не может сдержать возбужденного рыка. Пальцами гладит парня по голове, наблюдая за тем, как он самозабвенно сосёт, с чувством, с толком, с расстановкой.  — Нравится? — Голос у него хриплый и низкий из-за возбуждения.        Денки поднимает на него влажные глаза и берет за щеку, почти невинно хлопает ресничками. Эйджиро оглаживает его щечку, чувствуя под ней свою плоть, и от этого его простреливает новой волной возбуждения. Он оттягивает парня за волосы. Держит не сильно, но крепко, сжав пальцы у корней, заставляя чуть заопрокинуть голову. Смотрит пару секунд в глаза и отпускает.  — Иди ко мне, — звучит ласково, но в то же время горячо.        Киришима всегда такой; он словно читает Каминари, как раскрытую книгу. Легко может угадать, когда нужно показать, у кого власть, и когда надо быть с ним вновь нежным. Говорит грязные словечки ему на ухо и ласково ведёт ладонями по бокам, поглаживая, чуть сжимая. Киришима играет на контрасте, и понимает, как его парень остро реагирует на это. Как его ведёт. Он облизывает влажные и слегка распухшие губы, и Эйджиро моментально утягивает его в поцелуй. Хотя, поцелуем это назвать сложно. Они переплетаются языками, ласкаются. Красноволосый иногда слегка отстраняется, покусывая чужие губы, заставляя Денки тихо постанывать. Последний за бесконечными поцелуями не замечает, как с него снимают белье и плавно задирают майку. Его ягодицы идеально ложатся в ладони Киришимы. Будто они были созданы специально для этого. Блондин сам снимает с себя майку, и парень сминает его зад в руках, наблюдая за тем, как он оголяется. Денки любит, когда Киришима на него смотрит. Когда восхищается его совершенно обычным телом, когда шепчет о том, какой он красивый и невероятный. Как и сейчас.        Заваливает парня на постель, нависая сверху. Тихо говорит в покрасневшее ушко о том, что Денки Каминари буквально создан для того, что бы его трахал Эйджиро Киришима. Чтобы слегка шлепал его ягодицы, чтобы обхватывал руками талию. Денки розовеет щеками, когда парень на ощупь вытягивает из-под подушки полупустой тюбик смазки.  — Об этом я поинтересуюсь позже, — он хитро улыбается, и выдавливает немного себе на пальцы.        Проникновение оказывается достаточно лёгким. Киришима поднимает одну бровь и уголок губ, и смотрит на Каминари. Тот румяный, как от жары. Прикрывает ладонями лицо и что-то бормочет. — Грязный мальчишка, — парень улыбается, выдыхая в горячее ухо блондина, и касается его губами.        Целует, коротко лижет мочку, и спускается к шее. Разводит пальцы, двигая ими, и слышит задушенный стон сверху. Оставляет влажный поцелуй на коже и кусает. Киришима доселе не позволял себе использовать зубы, но тут словно сорвался. Засосал, прикусил, лизнул, отпустил. Денки сладко ахнул и вцепился в растрепанные красные волосы. Аккуратно вставляя третий палец, прихватил зубами кожу под самой челюстью. Пальцы в волосах сжались. Эйджиро вообще не стесняется метить своего парня — и вовсе наплевать, что это будет видно. И так многие знают, что они в отношениях…  — Кири, я готов… Ну давай, — блондин хнычет, выгибается, смотрит на жадно облизывающегося парня. — Как скажешь. Только сперва чуть поменяем позу, — он хитро ухмыляется и сбрасывает с себя майку, оставаясь полностью обнажённым. Садится и пальцем манит парня к себе. Он и забирается к нему на колени, потянувшись за поцелуем. — Спиной ко мне. Спокойно, сейчас все поймёшь.        Денки искренне не понимает, зачем его так мучают, но покорно исполняет. Упирается ладонями в колени красноволосого и прогибает поясницу, приподнимая зад. Киришима, желая подразнить его, касается пальцами раскрытого, красноватого ануса и поглаживает, проникая фалангами. Быстро вытаскивает под хнык сверху, и вновь берет смазку, капая уже на свой член. Предупреждающе касается головкой и толкается, потянув парня за бедра.        Каминари задерживает дыхание, и рот раскрывается в беззвучном крике. Он чувствует каждую чёртову бусину, как они скользят по кольцу мышц, как проникают внутрь. Как бьют по простате, массируя, и закатывает глаза. С губ срывается длинный, приторный стон. Киришима победно улыбается и закусывает губу. Он не просто так попросил парня сесть к нему спиной. — Смотри, как тебе нравится… — он ведёт ладонью по выгнутой пояснице, пересчитывая позвонки.        Денки качает бёдрами, вертя своей шикарной задницей. Красноволосый не без удовольствия наблюдает, как его член жадно поглощает атласное нутро, как мышцы сжимаются около основания. Блондин поднимается, прижимается лопатками к груди Эйджиро, продолжая двигаться. Едва ли старается сохранить голос, почти поскуливая, сжимаясь и ощущая каждое движение. Киришима касается одной рукой его груди, и парень замирает на несколько секунд, сев на него полностью. — Эй...Эйджи-и-и, — Денки стонет его имя и берет за руку.        Особо сильно выгибается и кладёт чужую ладонь чуть на низ своего живота. — Ты… Чувствуешь, как он-ааахх г-глубоко? — блондин двигает тазом и вновь стонет.        Уткнувшись носом в его влажную от пота шею, он гладит пальцами совершенно плоский животик и ему впрямь кажется, что он может почувствовать свой член. Красноволосый издаёт животный рык и толкается, вырывая из паренька очередной звук, полный сладостного наслаждения. Он заводит одну руку за голову, вновь цепляясь за чужие волосы и откидывает голову на плечо. Они смазано целуются, лижут друг друга в губы, пока Киришима вновь подкидывает бедра, накрывая чужие уста, стараясь хоть как-то приглушить звонкий голос своего парня.        Денки кажется, что под конец он потеряет сознание. У него затекли ноги, но чужой член так идеально и прекрасно попадает по простате, что он не находит в себе сил сделать ничего, кроме как хрипло, задушенно захныкать. В плечо впиваются, но он не чувствует боли, ошеломленный от предоргазменных судорог. Распахивает широко глаза, сжимаясь особо сильно. Кири стискивает в руке его бок, чуть царапая, и понимает, что тоже уже на пределе. Делает несколько сильных толчков, и с глухим стоном кончает глубоко внутрь. Каминари всхлипывает и роняет голову на плечо Эйджиро, сжимаясь от оргазма. По щекам текут слезы, он тяжело дышит, чувствуя, как они скатываются вниз. — Эй, — сзади слышится хриплый голос.        Его разворачивают к себе и стирают слезы, обнимая. — Я сделал тебе больно? Почему ты плачешь? — Красноволосый смотрит удивлённо, немного растерянно.        Блондин в его руках подрагивает и прижимается к его груди, обнимая.  — Нет, просто… Черт, Эйджи, это было невероятно, — он тяжело вздыхает. — Я не думал, что ты такой пылкий, и этот пирсинг… Ты свёл меня с ума, — признается Каминари, закусив губу. — Кто бы говорил, — парень улыбается, и опускает его на постель. — Знаешь, нам надо бы в душ… — Ну Кири-и-и, — капризно тянет он и переворачивается на живот, отвернувшись к стене. Эйджиро в отместку шлепает его по голой заднице и ответом ему служит возмущенный писк.

***

— Ну и как тебе он, признавайся!        На кухне, утром следующего дня его зажимает Ашидо, подойдя в плотную к блондину. — Ты о чем? — он не понимающе хлопает ресницами, но, наткнувшись на лукавый взгляд девушки, касается своей шеи. — Именно об этом. Ой, ладно тебе, все и так все слышали, — она треплет его по волосам, улыбаясь во весь рот, — видимо, тебе понравился его «секретик».        Мина смеётся, видя смущение на лице друга, и крепко обнимает его.        В таком виде их застает их Киришима, и сочувственно улыбается. Он хорошо знал, на что способна его подруга детства, и поспешил спасти Каминари от смущающих разговоров и настойчивой девушки, храбро беря эту роль на себя.