Врунишка

чимин под горячими струями воды греется, думает о многом и готовится к последующим вопросам, потому что знает, они будут. он честно старается не подслушивать разговоры альф, но рука сама тянется выключить кран, чтобы расслышать их беседу, которая наверняка была о нём. чимин снова негодует, почему омеги обделены острым слухом, но до ушей доносится «он еще ребенок», и чимин вмиг напрягается, паникует и не знает, что делать и как быть.  «лишь бы чонгук им не поверил, лишь бы не поверил…» — прости, что помешал твоим посиделкам с друзьями. всё-таки мне не стоило приходить, — Чимин стоит у порога и не решается зайти, потому что стыдно, совестно и очень страшно.  окружающие догадываются о его обмане, не далек тот момент, когда и чонгук раскроет его страшный секрет. о чем только омега думал, когда решил соврать? он убивает себя изнутри, но альфе не показывает свои внутренние переживания, старается выпускать только легкий и ненавязчивый запах, улыбаться, и в целом уже думает идти на актерское. в последнее время он очень часто плачет, и боится, что расплачется прямо сейчас, прямо перед альфой. он долго копил все слезы в себе, но он достиг своего предела, пора бы отдохнуть. ему необходимо отдохнуть, и сделать он хочет это с чонгуком, чтобы альфа успокоил и рассказывал смешные шутки и истории из жизни, он хочет вместе посмотреть фильм, целоваться под «happy» с ним с этими его крабовыми чипсами, он много чего хочет на самом деле., но сейчас, пожалуйста, можно просто не расплакаться. — чимин, хватит извиняться. я же сказал, что всё нормально, — Чонгук обнимает омегу, и тот чувствует запах алкоголя. Альфа же пьяный. Пак долго о чем-то думает, уже хочет спросить, но мужчина отстраняется первый и садится на диван, приглашая его к себе, — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Ч-что ты имеешь в виду? — Рассказывай мне всё и не обманывай, — Чонгуку не хватает смелости спросить прямо, сколько ему лет. Врёт ли он ему, скрывает ли что-то? Чону хочется рассмеяться, потому что в голове гуляет откровенный бред, но из-за градуса он кажется вполне реальным. Чимин совсем юный, невинный, он правда похож на ребенка. Чего же он добивается? Зачем всё это нужно? Чонгук впервые давит на него. Запахом своим, да и смотрит сурово, чиминова омега скулит и поджимает хвост, а сам Чимин кое-как сознание не теряет, он задыхается. Нехватка воздуха и чувство вины словно сжимают лёгкие, и Чимин слезящимися глазами смотрит на Чонгука, мол что ты делаешь со мной? А он хочет выдавить признание, убедиться, что омега не лжёт, но помутневшее сознание не даёт понять, что добивается он этого не лучшим способом. Его альфа устал сидеть взаперти, и сейчас, когда мужчина расслабился, он шалит. — Чонгук, мне очень жаль, если ты расстроен. Пожалуйста, только не злись. —  Тебя так долго не было здесь, словно ты избегал меня, прятался в своей норке. Неужели я такой страшный? — Чонгук притягивает его к себе и целует, выпуская альфа феромоны в таких количествах, чтобы омега не мог сопротивляться. Чимин здорово пугается, дышит часто-часто, но тело не слушается, он лежит и двигаться не может, потому что по природе так — омега просто подчиняется, не берет инициативу, не отказывает сильному альфе, — Я не зайду с тобой дальше поцелуев, не могу. Ты же мой маленький и невинный омежка. Прости меня, не знаю, что на меня нашло. — Ты. Ты говоришь мне делится с тобой всем, так расскажи мне, о чём думаешь сам. Ты меня пугаешь, когда теряешь контроль, но я виноват в том, что ты растерян. Я хочу помогать тебе хоть в чем-то. Пожалуйста. — Мне отчего-то кажется, что если я трону тебя, то совершу что-то очень плохое, — У Чонгука душа на распашку, потому что скрывать ему, в отличие от омеги, нечего. — Я доверяю тебе, ничего плохого не случится. Обещаю.

***

Чонгук просыпается легко, чувствует себя прекрасно, только небольшая жажда заставляет вспомнить о вчерашней встрече. Он слегка улыбается и притягивает Чимина к себе ближе, чтобы уткнуться носом в его пушистые волосы. Чимин вкусно пахнет. Он сонными глазами осматривается и невольно напрягается, когда видит, что за окном уже рассвело. Он матерится и встаёт с кровати, сразу подходя к телефону. Чимин от его манипуляций просыпается и на недовольное лицо стыдливо признаётся: — Ты так сладко спал, я выключил будильник… — Чимин, — Альфа злится, он строго смотрит на Пака и будто ждёт, что тот начнёт оправдываться, но омега только опускает голову и натягивает одеяло до подбородка. Правда, о чём он только думал, когда отключил будильник? Ему хотелось наверстать все те дни, когда они спали не в одной кровати, он хотел понежиться с альфой подольше, чтобы они вместе провели этот день, он правда скучал по нему настолько, что терпеть ещё один день не представлялось возможным. Эгоист, жалкий эгоист. Кофе стало пахнуть горько, альфа впопыхах натягивает костюм, а Чимин медленно встаёт с постели и выходит в коридор. — Прости меня, пожалуйста, — его не устраивает напряжённая тишина. Он побитым щенком смотрит на Чона и не знает, куда себя деть, потому что во взгляде альфы не читается ничего хорошего. Но Чимин налажал, он заслужил. — Не сиди весь день дома, сходи на оставшиеся пары. Я заеду за тобой. Чонгук уходит без лишних слов, без прощального поцелуя в щёку, оставляя Чимина одного со своими тараканами в голове. В школу он не идёт, приходится звонить маме и оправдываться, мол со мной все окей, не переживай, просто проспал. Женщина устраивает ему допрос, какого хрена он спит с альфой и просыпает школу, чем же они занимались, раз Чимин не смог проснуться во время. Но парень только отнекивается, говорит, что ни в коем случае, и та вроде как верит. Всё-таки Чимин — послушный мальчик. Омега решает посвятить оставшееся время прогулке. Погода стоит хорошая, и нужно насладиться этим, пока не выпадет снег. Чимин, долго раздумывая, берёт чонгукову ветровку и слегка улыбается, чувствуя впитавшийся запах кофе. Настроение после произошедшего пусть и не улучшилось, но ему стало от этого легче. Через несколько часов приходится садиться на автобус и ехать к университету, где его будет ждать Чонгук. Он медленно идет ко входу, осматривается постоянно, не идет ли за ним охранник. Чтобы было не так стремно, делает вид, будто что-то вспоминает или забывает, разворачивается на пятках и спешит уйти, растворяясь в толпе, мол вот, я отучился здесь и тоже иду домой. Чонгук как раз паркуется рядом, наверняка смотрит на него. Чимин быстро спускается к нему, садится на переднее сидение и слова снова сказать не может, потому что альфа не улыбается, сидит задумчивый, а выводить его еще раз из себя в чиминовы планы точно не входит. Они так и едут в напряженной тишине, Чимин смотрит в окно и не желает отворачиваться, наблюдая за проносящимися мимо машинами и зданиями. А Чонгук внимательно следит за дорогой, размышляет обо всем и вздыхает, расслабляясь и опуская плечи. он вообще-то тоже виноват. — Как день прошел? — A? Н-нормально. Тебе не сильно влетело за опоздание? — Все в порядке. Они друг с другом так и не разговаривают. Разбегается каждый по своим делам и успешно игнорируют друг друга, отдыхая и собираясь с силами. Чимин с ногами забирается на диванчик и откидывается на спинку, с интересом разглядывая свои пухленькие пальчики. Ему отчего-то кажется, что только он чувствует себя неловко и смущенно, и отчасти был прав, потому что Чонгук ситуацию проанализировал, принял и отпустил. Когда альфа заканчивает с домашними делами, он присаживается рядом с Чимином, но тот только отворачивается и ничего не говорит, отчего Чонгук тяжело вздыхает и устало улыбается. — Иди ко мне, — он протягивает к нему руки и приглашает сесть ближе. Чимин тупит взгляд, смущается, но послушно подползает к нему, садясь рядышком и перекидывая через него ноги. Альфа смело прижимает к себе, одной рукой за талию обнимает, а вторую кладет на бедро. Парнишка ёрзает, пытается как бы случайно руку убрать, но вскоре успокаивается и сидит тихо. Господи, Чимин, вы же спите в одной кровати, какого хрена ты так стремаешься? — Мне всё ещё стыдно за сегодняшнее. Прости. — Хватит извиняться, всё хорошо. Мне тоже не следовало так себя вести. — Ты на меня больше не злишься? — Я не могу долго на тебя злиться. — Любишь меня что ли? — Чимин улыбается и льнёт ближе, словно хочет поделиться с разлившемся теплом внутри. От поцелуев в лицо он смеётся, головой крутит из стороны в сторону, а когда совсем выбивается из сил, в шею тихонько шепчет, будто кто-то их может подслушать, слишком это личное, — И я тебя люблю. Они весь вечер целуются, обнимаются и смотрят фильмы. А Чимин и счастлив, за таким времяпровождением он обо всём забывает, не волнуется, а расслабляется ещё больше. Ему с альфой хорошо, и неважно, одобрят ли его родители их отношения, это всё просто не имеет смысла. Он снова задумывается только об одном, это его волнует несколько дней, и пусть он уже затрагивал эту тему, но в последнее время этот вопрос появляется в голове всё чаще. Может, пора? Чимин набирает полные лёгкие воздуха и, немного приподнимаясь, скрещивает ноги у альфы за спиной, попой садясь к нему на ноги. Это положение ужасно смущает, но Чимин же смелый, он поднимает голову и, немного заикаясь, спрашивает. — М-может нам… Попробовать зайти дальше? — Чимин почти не дышит, он смотрит на шокированного мужчину и с нетерпением ждёт ответа. А тот впервые не знает, что делать и как быть. Внутренний альфа воет, мечется и в покое теперь навряд ли оставит, желание разрастается с геометрической прогрессией, но Чонгук запихивает все инстинкты себе глубоко в глотку, давится и кашляет. Он сам поставил себе ультиматум, и идти на поводу у своего пса он не хочет. С Чимином надо постепенно, медленно и нежно, какой-то чутьё подсказывает, что если он поторопится, то омега испугается. Чёрт, это же его милая омежка, ведь как можно спрашивать о таком с таким невинным видом? — Прости, я не думаю, что следует так торопиться, — Слова даются особенно тяжело, он царапает щеки до крови, металлический привкус на языке немного отрезвляет. — Но… Мы уже почти два месяца встречаемся, почему бы… — Мне очень приятно, что ты об этом думаешь, но пойми же, если мы сделаем это слишком рано, то это ни к чему хорошему не приведёт. Я хочу, чтобы ты доверял мне полностью, чувствовал себя раскрепощенно, не хочу, чтобы напрягался только оттого, что я трогаю тебя. — Ну, так делал бы это почаще! Мне кажется, что ты не хочешь меня, вот и отговариваешь… Ведёшь себя как девственница… — Чимину непонятно такое поведение, лицо уже начинает пульсировать от прилившей к нему крови. Ему ещё никогда так не хотелось провалиться сквозь землю, о боже, он так жалеет, что заговорил на эту тему. — Нет-нет, всё хорошо. Не волнуйся, это нормально говорить о таких вещах со своим альфой. — Мне всё ещё очень стыдно! — Давай досмотрим фильм и ляжем спать. А завтра сходим куда-нибудь, м? — Давай, — Чимин всё ещё обижен, он отворачивается и дуется некоторое время, но про себя благодарит Чонгука, потому что отпустило. Это же переживал, что альфа будет резок, что он уже взрослый, что у него есть свои потребности, но что в итоге? Это он торопится, а Чонгук ждёт подходящего момента, не хочет его травмировать. Он опытнее, он знает, что делает, и Чимин ему благодарен за то, что не даёт совершать ошибок. Они ещё всё успеют, у них достаточно времени.