Бывает по-иному

Сохатый стоял у самого вагона скривившись и ожидая, когда же увидит своих друзей. Боль в плече сильно раздражала его, он старался не показывать эмоции при родителях и теперь смог наконец открыто хмуриться. Парень и не любил скрывать свою злость и раздражение, но если бы матушка узнала, что почти вся его рука в ранах от встречи с одной елью, то с квиддичем возможно пришлось расстаться на месяц. А может и больше…. Он оглядывал перрон скорее по привычке, чем по желанию. Каждый год он выискивал рыжую макушку. Намного ниже своих сверстников, она вечно терялась в толпе, чем даже слегка раздражала из-за этих поисков. Он и сам не мог бы ответить, зачем вновь ищет ее. И почему до сих пор был настолько упрям, чтобы ухлестывать за этой Эванс. С этими мыслями Джеймс даже не заметил, как сзади подкрался парень и прыгнул на его спину. Поттер согнулся от боли, скривившись и желая уничтожить наглеца, и раздавшийся смех ещё больше разозлил его. — Что б тебя, Бродяга! — прохрипел Поттер, хватаясь за плечо. Сириус резво спрыгнул с друга и хмуро его оглядел. Он почти как матушка тут же выпрямил его, похлопал по груди и плечам, сурово ожидая реакции, которая и так была в избытке в перекошенном лице Джеймса. — Что с рукой? — спросил брюнет, выжидающе смотря на Сохатого. Парень хмыкнул, отвернувшись от него, он будто почувствовал, что сейчас в той стороне появится Люпин. И будто игнорируя друга, чтобы ненароком не прибить его, уж слишком было больно от его приветствия. — Сохатый, — протянул Блэк, даже не думая, что дальнейшие вопросы могут стоить ему здоровья. Лунатик и вправду появился, слегка бледный и сутулый, явно уставший от недавнего полнолуния. Джеймс махнул другу здоровой рукой и, наконец, повернулся к Сириусу. — Упал с метлы, — просто сказал он, будто это и правда не было ничем важным, но парень ещё больше нахмурился. — С каких пор ты падаешь с метлы? — Это было ночью, — со вздохом проговорил Джеймс, — я хотел прогуляться по Хогсмиду и. встретился с одной милой, красивой, но чертовски твердой елью. Люпин подошёл к ним как раз под конец его слов и тоже нахмурился прямо как Бродяга. Сохатый готов был провалиться под землю, от родителей сумел сбежать, а как это сделать от своих друзей он не представлял. Питер как обычно задерживался, его мама слишком не любила его отпускать в далёкую школу. Ее бы воля, он бы учился на дому. А парня очень не хватало, тот обычно менее остро реагировал на такие раны и падения, в отличие от этих двоих. Как раз по той причине, что того это так же раздражало. — Ты хоть рану очистил? — спросил Люпин, подходя к парню и будто готовый раздеть его прямо сейчас, чтобы проверить. Джеймс дернулся в сторону от друга, прекрасно понимая, что тот может это сделать. Если кто из друзей был в опасности, Лунатика и собственная слабость не остановит. — Да, все нормально, кроме того, что я сломал старую метлу и пропустил свидание. — Свидание?! — парни одновременно прижали руки к лицу и сделали вид что шокированы поступком друга. — У кого свидание? — возле них возник Питер, поправляя сумку на плече. — Наш олень оказывается ходил на свидания, — протянул Сириус, повернувшись к нему. — Совсем забыв кому должен хранить верность, — продолжил Римус. — Всю жизнь, — закончили парни, вместе протягивая эти два слова и после заливисто рассеялись, хлопнув в ладоши. Питер лишь покачал головой, но хмыкнул, взглянув на хмурого Джеймса. Тот не мог ничего сказать, сам в свое время именно так и обещал самому себе, но как обычно не сдержал обещания. Впрочем, он и не прекратил пытаться приударить за Эванс. Просто как заметил парень в прошлом году, помимо нее есть ещё девушки, которые были не прочь прогуляться с ним. Кто же знал, что очередная вылазка закончится так плачевно. — Идём, дамский угодник, посмотрим твою рану, — фыркнул Римус, направляясь в вагон. И забыв про драчливость, Блэк кивнул в его сторону Поттеру, вновь превращаясь в заботливую мамочку. Сохатый с мольбой взглянул на Питера, но тот ещё, не понимая в чем дело уже побежал следом за Люпином. Понурив голову, Джеймс все же вошёл в вагон и за ним последовал Блэк, будто, не желая даже дать надежду на побег от очень заботливых друзей. Уже через полчаса множества ворчания Люпина, издевок Блэка про новую любовь к елям у некоторых рогатых, Поттер сумел почувствовать облегчение. Но признавать, что теперь не чувствует той боли, которая не дала ему толком поспать, не хотел. — Когда у нас будет первый матч? — нахмурился Римус, взглянув на Сириуса, сидящего напротив них. — Да кто ж его знает, ну, недели две точно у нашей звёзды будет на восстановление, — проговорил он, хмыкнув. — только что делать с тренировки не понятно. — Ему бы отдохнуть дня три, — вздохнул Люпин, скрестив руки на груди и оглядывая своего пациента. Джеймс вновь хмыкнул. Кто ему даст эти три дня, если они в прошлом году проиграли кубок за квиддич? Если он и в этом году даст фору этим слизеринцам, он себе это до конца жизни не простит. — Никакого отдыха, — будто читая его мысли, сказал Питер, хмуро глянув на двух заботливых друзей, — он в этом году должен быть на высоте, как и ты Бродяга. — Да сдался тебе этот кубок, Мерлин, — махнул рукой парень, на что тут же получил толчок от Петтигрю. — Это наш последний год парни и хотелось бы его закончить красиво. — проговорил Питер, и все же улыбнулся. — Я хочу, чтобы вам дали медали школы. — Это ты загнул, — нахмурился тут же Блэк. — Мы проиграли в прошлом году, это тебя не смущает? — ухмыльнулся Римус, и чуть скривившись откинулся на сиденье. Блэк тут же переключил свою заботу на друга и кивком головы спросил, как он. На что Люпин лишь хмыкнул и улыбнулся. Сириус вздохнул, понимая, что сейчас его друг чувствует себя намного лучше, чем мог бы, явно уже выпив зелье для восстановления. — Это возможно, если вы будете выигрывать каждый матч в этом году, — сказал Питер, вновь возвращая внимание друзей к себе. — Всего-то, — ухмыльнулся Поттер, — просто выиграть все матчи, а, Бродяга? — Зато после просто представьте, — тише проговорил Питер, не позволяя Блэку вставить слова, — ваши медали будут стоять там вечно. Понимаете? — Да какая нам разница, я не собираюсь там околачивается, особенно если Слизнорт так будет преподавать и делать свои званные ужины, — хмыкнул Поттер, отвернувшись к окну, но казалось друг был слишком упрям, чтобы позволить двум игрокам в квиддич опустить руки. — Вы нет. Но у вас будут дети, когда-нибудь. — пожал он плечами и сощурился. — А если будут парни? Просто представьте, как они будут гордиться вами? — У меня? Дети? — засмеялся Сириус, откинувшись на сиденье и взглянул на Римуса. — Ты это сможешь представить? — Я буду очень сочувствовать твоей жене, брат. — улыбнулся парень. — От меня поставки с успокоительным вплоть до вашего развода. — А этот если и женится, так только на Эванс, — под всеобщий смех Бродяга указал пальцем на Поттера, — а это вообще из ряда вон выходящее. — Спорим? — хмыкнул улыбающийся Джеймс, говоря не всерьез. — Ой, я на это вёлся на первом курсе, ты до сих пор мне торчишь галеон, Сохатый! — С выплат по старости отдам, — отмахнулся от него парень и вновь вызвал смех друзей. И стоявшая за дверью девушка оказалась незамеченной. Вздохнув, она вновь взглянула на сидящего внутри парня и ушла от шумного купе, решая, что оповещать старосту о забытых обязанностях себе дороже. Стоящая не вдалеке Марлин сочувственно улыбнулась подруге, прекрасно понимая, как та себя ощущала рядом с мародерами. — Опять ржут как кони, — проговорила девушка, стоило Эванс подойти ближе. — Они в своем репертуаре, — просто пожала плечами рыжая, всё ещё сомневаясь верно ли поступила, не сказав Люпину, что его ждут в купе для старост. — Ты что-то очень молчалива для девушки, решившей дать ему шанс, — косо глянув на подругу, протянула Марлин, заходя в их пустое купе. Девушка молчала, будто не услышала ее слов. Заняла свое место и уткнулась в окно, но от пристального взгляда подруги, так и не смогла себя уберечь. Ее тяжёлый взгляд крайне нервировал и в итоге прямо посмотрев на девушку, она вздохнула. — Я не забыла свои слова. — проговорила она. — просто думаю, что даже будучи отпетым негодяем, Поттер не заслуживает, чтобы я им пользовалась. Марлин сощурилась, обдумывая ее слова. Когда прошлым летом, Эванс разбудила ее почти посреди ночи вся в слезах, воя в подушку, то меньше была удивлена, чем сейчас. Даже скорее больше обеспокоена, чем удивлена. Она не любила свои предчувствия, и сейчас не хотела думать о том, что кричит ей интуиция. Как признать то, что ее лучшая подруга явно хотела вызвать злость у этого гадкого слизеринца?! Она не думала, что Лили тогда в рыданиях говорила просто из злости, желания отомстить за обиду. Марлин всегда считала, что подруга даже не замечает парней и теперь с досадой не хотела признавать, что девушка явно что-то чувствовала к этому Снейпу. Хотя возможно и сама того не подозревала. — Ты довольно благородна к нему, не смотря на все его выкрутасы. — наконец хмыкнула Маккиннон, отвернувшись от подруги и глянув в окно. — Но что если он вновь позовет тебя на свидание? Не забывай он не изменил в прошлом году своей традиции. Каждый вторник у библиотеки стоит истукан по фамилии Поттер…. — Скажешь тоже. — смущённо улыбнулась девушка, и вновь вздохнула. — Я не знаю, Марлин…. Я много думала обо всем этом. — Все лето? — ухмыльнулась брюнетка, покосившись на подругу. Та с грустью кивнула, и Марлин лишь закатила глаза. Столько проблем от парней. Она любила обсуждать с подругой что угодно, но только не эти все девчачьи проблемы. Девушка никогда не была сильна в этих вопросах, да и не хотела, чтобы это стало сильной ее стороной. Было бы ее желание, она покинула планету или создала бы город без единого парня. — И что ты надумала? Что Поттер не такой уж негодяй, хулиган и вообще он душка? — наконец спросила девушка, когда молчание затянулось. — Я думаю о нем так же, как и всегда и думаю, что это тоже очень веская причина, чтобы ему и дальше отказывать, — Лили сдвинула брови и неожиданно проговорила, — но я так же боюсь, что я изменю свое мнение оказавшись в этой библиотеке. Марлин тоже нахмурилась, обдумывая, как многое может изменить этот последний год учебы. И совсем не веря, что ее подруга действительно сможет использовать Поттера, чтобы отомстить Снейпу за свои слезы, лишь бы вызвать в нем такую же злость, которую однажды испытала сама….

***

Девушка куталась в тонкую куртку, и нервно одергивала рукав. Она так и не могла отучить себя от привычки держать постоянно палочку в руках, и боялась, что ее нервное состояние слишком заметно и вполне покажется странным. От каждого фырканья фестралов, она неосознанно вздрагивала, борясь с собой, не желая смотреть на животных. Что было довольно непросто, учитывая, что вокруг было ещё много свободных карет. Поезд слегка опаздывал, но она уже заняла место, чтобы скорее отправиться в Хогвартс. Она боялась и желала этого так сильно, что стала нервничать ещё больше, чем прежде. Гермиона никак не могла понять куда делась вся ее отвага. За эти месяцы она не проронила ни одной слезинки, но это никак не повлияло на ее душевное состояние. Она не могла спокойно спать, не могла позволить выпустить палочку из рук, и что самое болезненное…. Она с каждым новым днём была все менее решительна в своем плане. Услышав гудок поезда, она сглотнула. Ей необходимо было собраться и вести себя как обычный подросток. Гермиона обязана была сделать все, чтобы ей поверили, также, как и ее новоявленные опекуны. Но им ей не приходилось улыбаться и стараться смеяться…. Они понимали, что девушка, оказавшаяся в их доме, была напугана до самой смерти. Гермиона ненавидела себя за то, что очень хорошо знала куда ей нужно было идти в Хогсмиде. Она знала эту почтенную чету в свое время. И оказавшись в этом времени, она практически использовала их доброту, чтобы суметь выжить…. Ей было противно от себя уже сейчас. Что же будет, когда она всерьез займётся Джеймсом? Мелкая дрожь пробежалась по телу, и она передёрнула плечами, будто стараясь отогнать от себя все свои принципы и желание отступить. Она не могла позволить повториться тому будущему. Просто не могла. — Ой, Бродяга, ты просто завидуешь, — услышала она возглас возле себя и, встрепенувшись, огляделась. Оказывается, вокруг было уже много учеников, а она даже не заметила. Чуть сжавшись, она оглядывала людей, чтобы найти четверку ребят, и тут встретилась взглядом с парнем. Гермиона сжала палочку, стараясь вдохнуть воздуха. Гарри…. Сердце учащенно билось в груди, будто пытаясь разрушить ребра в прах и отправиться на встречу со старым другом, и с каждым новым шагом парня, она не могла ручаться, что не кинется на его шею. Разум не мог убедить ее, что это не Гарри, все его доводы бились в скалу. Как в это верить, если вот же он! Гермиона даже не заметила, что стала дрожать, смотря на него, отчего парень слегка нахмурился. — Не занято, красотка? — донеслось до нее будто сквозь вату, но она не могла отвести взгляда от Поттера. — Давай займем следующую, — отвернулся от нее парень и она вздрогнула, ощутив резкий холод, будто на нее вылили ведро ледяной воды. Это не он, не его голос…. Закрыв глаза на долю секунды, она не смогла увидеть, как Римус и Сириус переглядываются, чтобы в следующее мгновение ухмыльнулся и тут же решительно занять ее карету. Они прекрасно заметили взгляд девушки, обращённый на их друга и сделали свои вполне ложные выводы. Питер лишь вздохнул, пожав плечами Сохатому и последовав за друзьями. И когда Гермиона вновь открыла глаза, Джеймс хмуро занимал место возле нее, удачно оставленное его заботливыми друзьями. Карета медленно двинулась, и вновь Гремиона постаралась сделать все, чтобы не взглянуть на их фестрала. — Не видел тебя раньше, — подмигнул ей Блэк, и она постаралась улыбнуться. Она не могла точно знать насколько хорошо вышло, но казалось все парни, кроме самого Поттера больше расслабились. — А ты знаком со всеми? — поинтересовалась она в ответ. — У него есть определенный список красивых девушек Хогвартса. — хмыкнул Римус и девушка чуть удивлённо подняла брови, взглянув на своего бывшего преподавателя. — Походит на действие маньяка, — проговорила она, стараясь не смотреть на Джеймса. Она чувствовала его изучающий взгляд, но смотреть на него было больно. Теперь она понимала людей, которые говорили, что Гарри копия отца. Если бы у Джеймса ещё были зелёные глаза…. Это было бы слишком. — Здравствуйте, главный маньяк Хогвартса, Сириус Блэк, — улыбаясь во все тридцать два зуба, сказал парень, протянув ей руку. Девушка сглотнула, перехватывая палочку другой рукой и протягивая руку в ответ. — Новенькая в Хогвартсе, Гермиона Улис, — выдавила она с улыбкой, пожав его холодную руку. — Это Римус Люпин, — кивком головы, представил он ей друга, тут же поворачиваясь к Питеру, — а этот блондин, который романтично смотрит на лес, Питер Петтигрю, не обращай на него внимания, он просто уже влюблен и хочет детей. Ну и… Ухмыльнувшись, он взглянул на Поттера, будто старательно выжидая паузу, и вдруг вместе с Римусом они в унисон воскликнули: — Гроза елей — Джеймс Поттер. Удивлённо поднимая брови, она глянула на своего соседа, даже забыв, что до сих пор держит Сириуса за руку. Парень сохранял просто поразительное спокойствие в то время, как его друзья еле сдерживали смех. Опустив взгляд, Поттер хмуро глянул на Блэка и тот вновь ухмыльнувшись, выпустил ее руку, прерывая контакт. — Ты сказала, что новенькая? Откуда ты? — задал вопрос Римус. — Ты уже прошла распределение? — одновременно с ним спросил Питер. — Да как бы она прошла, Хвост, — махнул на него рукой Бродяга даже не думая узнавать у самой Гермионы. Девушка улыбнулась на этот раз искренне. Это было странно смотреть на них таких весёлых, не знающих что такое война, не представляющих, какое предательство ждёт их в будущем…. — Я прошла распределение. — проговорила она, надеясь, что они не спросят о ее прошлом снова. — Неделю назад меня пригласили заранее в Хогвартс. Она не хотела вдаваться в подробности, что это она убедила миссис Улис попросить директора позволить ей пройти распределение не вместе с первокурсниками. Гермиона не хотела, чтобы она была в центре внимания. Альбус отнёсся к просьбе с его вечной доброжелательной улыбкой. Но девушку не покидало ощущение, что мужчина все же стал относиться к ней подозрительно. С другой стороны, она знала, что в свое время это не помешало Реддлу получить свою силу и влияние. Если она будет вести себя осторожно, ей ничего не грозит. — Так-так, — улыбнулся шире Сириус, тут же забывая, что не верил в логичность вопроса Питера, — и куда же тебя закинула судьба? — Гриффиндор, — сказала Гермиона и чуть сжалась, прежде чем задать вопрос, — а вы с какого факультета? — Это и верно судьба, — улыбнулся ей Римус, — это наш факультет. — Можем показать Хогвартс на досуге, — улыбнулся Питер, и повернулся к Поттеру, — а Сохатый? — Я тут причем? — хмыкнул парень, ухмыльнувшись. — Это у нас Римус староста, пусть разбирается. — Какой грубый мальчик, — театрально протянул Сириус, нагнувшись и хлопнув друга по ноге, тут же обратившись к девушке, — не обращай внимания, милая, мы не дадим ему больше с тобой общаться! Почему-то впервые за все эти месяцы девушка смогла выдохнуть. Будто сваливая весь свой груз с плеч. Она сама того, не подозревая именно в этот момент ощутила такое забытое умиротворение. Смотря на Бродягу, она не сразу поняла, что все ее нервы, все переживания все же показались наружу с помощью одной единственной слезинки. Опомнившись, она тут же смахнула ее с щеки, но это все равно заметили растерявшиеся парни, которые не то чтобы не видели плачущих девушек. Благодаря Сириусу, они видели их даже слишком часто, но сейчас и правда были растерянны, а один с ещё большим подозрением покосился на Гермиону. — Черт, видишь даже до слез ее довел, — прошептал Римус, повернувшись к Джеймсу, и тут же наклонился к ней, — ты не обращай на него внимания… это… хочешь шоколадку? Девушка шмыгнула носом, и неожиданно для окружающих рассмеялась. — Может она сумасшедшая? — тихо прошептал Питер, наклонившись к уху Бродяги. — Тогда она точно нужна нашему самому психованному, — прошептал в ответ Сириус, улыбаясь смотря на смеющуюся девушку с уже протянутой рукой, ожидая сладость.