Dead Joke

      {Мне совсем здесь не нравится.}       |Хотел бы я посмотреть на человека, которому может все это понравиться.|       — Скоро увидим.       Уэйд шёл через мрачный, подозрительный район Старого Готэма. Слева и справа тянулись ряды унылых кирпичных домов, однообразие которых нарушали только ярко освещённые забегаловки непрезентабельного вида на углах улиц. Затем пошли двухэтажные виллы с миниатюрными садиками перед домом, затем снова бесконечные ряды новых безвкусных кирпичных зданий — чудовищные щупальца, которые протягивает во все стороны город-гигант.       Наконец, он остановился за три дома до точки, указанной в навигаторе, и затаился в узком переулке с противоположной стороны дороги. Дом, который был нужен, оказался таким же тёмным, как и соседние, не считая светлого окошка в кухне.       |Мы снова пришли раньше.|       — Да, но я действительно собираюсь дожидаться Джея, — оправдался Уэйд, привалившись к кирпичной стене и выглядывая из-за угла. Улица была пуста.       |Ловлю на слове, — пригрозил Белый. — И если ты его нарушишь, то я сведу тебя с ума.|       {Мы и так не особо в своём уме.}       |Да, но я не заткнусь очень и очень долго, я буду петь хиты семидесятых самым фальшивым голосом, который вы только можете себе представить, я буду…|       — Тш, я понял-понял, — раздражённо прошипел Уэйд. — Стою здесь и жду.       |Всегда бы так|, — Белый удовлетворённо замолчал и предоставил возможность Жёлтому попиздеть в очередной раз о достоинствах клоунской задницы. Он более не видел причин выражать своё мнение по этому поводу, то ли сдался под напором двух диаметрально противоположных мнений, то ли на самом деле не был так уж против этих самых мнений и нудел для проформы. Но Уэйд и сам понимал важность его замечаний, как бы они ему ни нравились. Но понимать и следовать — параллельные прямые.       Безлюдно, темно, тихо и холодно — в каждом крупном мегаполисе найдётся место, которое окажется заброшено и которое оприходует иной раз кто-то, с кем лучше не пересекаться в тёмном переулке. С Уэйдом тоже было опасно пересекаться в тёмном переулке, но он всегда предпочитал жить в самом сердце городов, потому что именно там и происходит самое интересное. Признаться, кончать плохих парней в их же домах — идея, не лишённая смысла, но намного веселее заниматься этим, когда плохие парни идут на дело. Хватать их за жопы, когда им не отвертеться, с разоблачающим кличем бросаться на них, а потом писать маркером на их могилах «Я же говорил!».       Он подобрался незаметно, снова с сигаретой в руке, запах «Уинстона», смешанного с одеколоном, ударил Уэйду по нервным окончаниям. Сделав последнюю затяжку, он бросил бычок на землю и размазал его мыском ботинка.       |Поздравляю, — прохрипел Белый. — Мы справились с ожиданием без приключений.|       Нельзя было не отметить, что приход Джокера отразился на Белом каким-то странным образом. Голос выдал. Жёлтый тактично промолчал, хоть Уэйд и чувствовал, что того распирает детская радость.       Одет с иголочки — как обычно, — прилизан и в боевом раскрасе. Джей оглядел своего сегодняшнего партнёра и широко улыбнулся, выставляя ряд жёлтых неровных зубов. А может, не так широко он и улыбнулся, нарисованная красная улыбка своими углами упёрлась в мочки ушей, поэтому казалось, что он выражает крайнюю степень радости, когда глаза его совершенно спокойны.       — Если ты думаешь, что со Шляпником справиться будет легче, потому что он немощный сумасшедший старик, то ты глубоко ошибаешься. — Джей высунул нос из-за угла и глянул вдоль улицы. Говорил же он громким шёпотом, от которого у Уэйда по загривку поползли мурашки.       — Эм, я ещё не успел ничего подумать, — признался Уэйд, смущённо почесав в затылке.       |Было бы чем думать…|       {Эй!}       — Основную опасность представляет его шляпа, — как ни в чём не бывало продолжал он. — Там гипнотизирующее устройство, и если ты попадёшь под его действие, то…       {Превратишься в послушного мальчика, который будет отсасывать этому немощному сумасшедшему старику по первому щелчку, хе-хе.}       — …тебе крышка. В 99,9 процентах случаев. Шляпник устраняет жертв без исключений. Поэтому один из нас должен оставаться в трезвом уме, чтобы выручить другого.       {Мне ужасно нравится, когда он такой вот серьёзный, — томно вздохнул неуёмный Жёлтый. — Вылитый Хамфри Богарт, если бы у него были психические отклонения, конечно же.}       Белый воздерживался от едких комментариев, он ещё помнил недавний срыв Уэйда. Ошмётки мозгов на диване и потолке, адскую головную боль и свой вынужденный отказ от выражения своего никому не нужного мнения. Но ничего, он ждал удобного момента, чтобы быть единственным правым, да и настойчивость, с которой остальные двое доказывали ему «истинность» своих намерений по отношению к этому разукрашенному мужчине, сбивала его с толку. Причин, чтобы его уважать и опасаться, уже достаточно. В сексуальном плане он тоже представлял собой довольно желанный объект для фантазий, но Белого всегда беспокоило то, что будет после: что станет с ними, когда они добьются своего? Отказ от Паучка сильно ударил Уэйду по мозгам, будучи неправильным во всех возможных и невозможных местах, для него проявить сдержанность и отказаться от столь вожделенного куска пирога было сложно и болезненно. Клоун выглядел человеком, которому глубоко плевать на Уэйда, он его использовал в своих целях, но в то же время не так давно спас от Крока, а ведь мог оставить на растерзание, не тащить тяжёлую тушу под мост и не ждать, пока все кости срастутся, но он сделал и это. Затем исчез в своей манере, как только они в молчании добрались до цивилизации. Поэтому Белому приходилось очень сложно, он стал молчаливым, говорил в основном только по делу, он ещё не разобрался в себе.       {О-о-оу, бедняжка, — искренне пожалел его Жёлтый. — Тебе ещё предстоит пройти гнев, торг и депрессию, но ничего, мы с Уэйдом подождём. Свистни, когда минует стадия торга, а из депрессии мы тебя вытащим, не волнуйся.}       |Я совершенно не намерен становиться крайним в вашем с Уэйдом мимолётном увлечении, — проигнорировал утешительную речь Белый. — И не намерен проходить стадии принятия, придурок. Я притворюсь, что мне плевать, и буду наблюдать за этим цирком со стороны.|       {Как будто у тебя есть выбор!}       |Ещё как есть! Вместо этого я мог бы способствовать буквальному мозговыносу Уэйда каждый день.|       {Ты совсем не берёшь в расчёт то, что твоим фигуральным мозговыносом могу заняться я.}       |Идиот, результат в итоге будет один и тот же.|       {Нет, сам ты идиот, в результате тебе будет не лучше, чем Уэйду, а может, даже хуже, уж я-то постараюсь, я знаю тебя как облупленного!}       — Эй! — Уэйд схватился за голову, потому что уже перестал слышать слова Джокера за непрекращающимся подсознательным спором. — Замолкните оба, имейте совесть!       {Но у нас её нет!}       — Жёлтый, твою мать!       И они действительно замолчали. Уэйд поднял взгляд на притихшего Джея и понял, что он совсем не изменился в лице, наблюдая это представление. Увидев, что всё пришло в норму, он и вовсе продолжил разъяснения. Вот они — преимущества работы с сумасшедшим, как на вкладышах жвачек «Love is…»: «Любовь — это когда ты для него не сумасшедшая, а особенная».       — На этот раз приманкой буду я. — Джей положил руки в карманы и ещё раз незаметно заглянул за угол. — У нас со стариком старые счёты, он будет безумно мне рад.       Уэйду не понравилось словосочетание «безумно рад», оно явно означало ровно противоположное, поэтому он на свой страх и риск решил категорически возразить: не будут же в него стрелять, когда конспирация особенно важна?       — Стой-стой-стой, — он замолотил в воздухе руками, — что бы там ни было, ты уязвим, а со мной ничего не случится. Так что я пойду первым.       |Рыцарь, блядь, без страха и упрёка…|       Пора было уже уяснить, что голоса не заткнутся никогда. Джокер приподнял рисованые брови и оглядел Уэйда, словно не веря, что его только что посмели перебить при этом в чём-то с ним не соглашаясь!       — Мои планы не обсуждаются, Зентаймэн. — Джей игриво коснулся пальцем кончика носа опешившего Уэйда. — Так что лучше не перебивай, а то я отделаю тебя так, что твои внутренности станут наружностями.       {Хе-хе…}       — Извини, продолжай. — Уэйд совсем скукожился под насмешливым взглядом глаз в синих ромбиках. Ему пришлось умерить пыл и сосредоточиться на важных словах, потому что он и не знал, что в этом мире найдётся такая угроза, от которой ему действительно захочется заткнуться и не нарываться.       План Джокера ему не понравился… Совсем. Хотя бы потому, что приманка в виде его сладкого Пирожочка окажется под гипнозом какого-то старого извращенца — по словам «приманки», этого не избежать. По плану Уэйд должен зайти в дом через двадцать минут после Джея и стараться не попадать в поле зрения Шляпника, потому что, как только тот увидит его перед собой, тут же завербует. Правда, на этом план заканчивался, представляя простор для фантазии. Её у наёмника в избытке, главное, не перестараться. Да и спасать принцессу из лап дракона тоже не впервой. Но всё же определённый риск был, и поэтому стоило продумать свои действия получше.       Когда основные моменты были озвучены, произошло следующее: Джей, смерив Уэйда «следуй приказам, а не то прикончу» взглядом, вышел из-за укрытия и уверенной походкой перешёл на другую сторону улицы. Ни скрываясь, ни присматриваясь к предметам вокруг и, самое обидное, ни обернувшись, чтобы подарить Уэйду ободряющую улыбку или, в конце концов, показать большой палец вверх.       |Ты сам-то слышишь себя?| — обречённо вопросил Белый.       Джокер оказался перед домом с единственным освещённым окном, и, как только он преодолел пять ступеней перед входной дверью, одинокий свет погас. Это был первый недобрый знак. Уэйд затаил дыхание, он с трудом мог заставить себя стоять на месте, когда фигура в красном беспрепятственно вошла в коттедж. Терпение уже начало давать трещину, но срывать план не хотелось.       {Как обычно — компромисс?}       — Ждём пятнадцать минут вместо двадцати, — шёпотом подтвердил Уэйд, не сводя глаз с дома.       Вокруг было всё так же тихо. Тишина эта напоминала ночь у Готэмского акведука. Отчего Уэйду особенно сильно хотелось нарушить условия компромисса и заявиться в логово врага сейчас же. Прошло уже восемь минут, но никаких подозрительных звуков слышно не было, что ещё больше способствовало зарождению паники.       |Не будь идиотом, — настаивал Белый. — Ты можешь всё испортить.|       {Двенадцать минут}, — ровным тоном предупредил Жёлтый.       Ноги и спина Уэйда буквально налились сталью от напряжения, а глаза начали слезиться — он не моргал, боясь упустить малейший намёк на то, что внутри коттеджа что-то пошло не так. Чутьё твердило ему, что в идее с приманкой с самого начала был серьёзный прокол. Безусловно, Джокер знал своих врагов намного лучше, но концепция «приманки» в парной работе изжила себя вечность назад. Когда один в команде — бессмертный, а второй — непредсказуемый псих, вариантов появляется несметное множество.       {Можно было запустить в этот дом из РПГ-18, всё равно никто по соседству не живёт}, — напряжённо предложил Жёлтый.       |Я бы напустил в окна слезоточивого газа и ждал. Не свалится сразу, так выбежит наружу как миленький, а там мы|, — внёс свою лепту Белый.       — Да я бы и сам справился с этим безмозглым, или как его…       |Безумным.|       — …Безумным Шляпником. Совместил бы ваши варианты, но не подставил бы под удар Джея.       {Четырнадцать минут.}       |Не просто так Майлз назвал перечисленных тобой людей высшей лигой, — заметил Белый. — Справиться в одиночку с Кроком было бы более чем сложно, по крайней мере, мы потратили бы на это уйму времени и познали бы, каково это — регенерировать у кого-то в кишках.|       — Не напоминай, — сморщился Уэйд.       Он взглянул на наручные часы. Розовая минутная стрелка доползла до критического показателя — ждать больше было невозможно, поэтому время созерцания прошло и настало время действий. Так же как и Джей пятнадцатью минутами ранее, Уэйд преодолел расстояние до коттеджа уверенной походкой, не таясь, и замедлился только когда отворил дверь.       Нутро дома встретило его полутьмой, уходящей наверх лестницей и боковым неосвещённым коридором. Необжитый, холодный и недружелюбный, этот дом внушал неприятное чувство тревоги. Безмолвие не давало надежд на прояснение ситуации. Джей будто испарился или же попал в другое измерение, оказавшись здесь: ни звука, ни намёка на борьбу. Уэйд миновал прихожую и принялся заглядывать в попадающиеся на пути комнаты. Пустые: кирпичная кладка, полы, залитые бетоном, сквозящие холодом окна. Последняя комната — кухня — темнела чёрным бездверным проёмом в пристройке, выходящей на задний двор, и Уэйд собирался заглянуть туда напоследок перед походом на второй этаж, как услышал некие звуки в отдалении. Он остановился и начал вслушиваться.       {Никакой оригинальности, — прошептал Жёлтый. — Ночь, тьма, подозрительное место на отшибе, снова какие-то звуки, к которым придётся идти.}       |Можно не идти, — съязвил Белый. — Останемся тут и послушаем часок, может, всё само собой разрешится.|       — Тш!       Уэйд развернулся и прошёл к лестнице. Звуки стали громче и доносились со второго этажа. В отсутствие деревянных панелей на полу можно было избежать ненужного скрипа, но вот маленькие камешки на бетоне, несмотря на все усилия, периодически хрустели. Тем не менее Уэйд передвигался максимально бесшумно, и обычный человеческий слух не смог бы так просто различить его местоположение. По крайней мере, в это хотелось верить.       Наверху звук стал отчётливее. Это была смесь ударных и духовых, определённо что-то похожее на музыку, вот только звучащую невпопад, хотя периодами будто напоминая нечто складное.       {Музыка не так зловеще звучит, как стрекотание чёртового Крока.}       Уэйд с Жёлтым согласился, но волнение от изменившихся на сей раз зловещих звуков не унялось. Джея всё ещё не было ни видно, ни слышно, что с ним стало за время пребывания в этом доме, было неизвестно. Таиться надоело, хотелось навести шуму и устроить тотальный геноцид всех шляпников и безмозглых в том числе, но делать этого, разумеется, Уэйд не собирался; он злился, нетерпеливо сжимал челюсти и пальцы на курке сорок пятого, но не делал резких движений. Дальняя комната в правом крыле, как и прочие, зияла тьмой, но попадающий в окна свет уличных фонарей позволял разглядеть происходящее в деталях. Посреди этой комнаты показалось какое-то движение, что-то крошечное производило этот шум, оно двигалось скорее механически — что-то заводное либо работающее на батарейках. Пул подошёл ближе и наконец разглядел. Два игрушечных кролика с белоснежной шёрсткой и в красных мундирах с позолоченными пуговицами устроили небольшой автоматизированный концерт. Один кроль неистово бил в тарелки, а второй играл на трубе. На спинке каждого медленно вращались заводные ключи.       |Чувствую себя малолетним ребёнком в капкане педофила|, — обречённо вздохнул Белый, он первым почувствовал взгляд, направленный в спину. Чувство это передалось Уэйду и ударило по рецепторам, заставило напрячься и медленно развернуться, действительно замечая перед собой тёмный низкий силуэт в высоком цилиндре.       — А вот и затерявшийся гость, — прокряхтела одушевлённая тьма. — Не желаете присоединиться к нашему чаепитию?       Уэйд собирался ответить выстрелом, но палец так и застыл на курке, не двинуть. Ноги также приросли к полу, тело словно парализовало.       {Нам крышка}, — проницательно заключил Жёлтый, прежде чем в глазах у Уэйда потемнело и он провалился во тьму, словно в бездонный колодец. Чувство полёта усилилось встречным ветром и невесомостью, тело потеряло всякие пространственные ориентиры, ни верха, ни низа. А в голову будто ваты набили. Осознавать себя было сложно, и, прежде чем ощущения начали принимать какую-то форму, Уэйд открыл глаза.       Джей обнаружился сидящим напротив как ни в чём не бывало и попивал чай из изящной фарфоровой чашки, придерживая пиалу. Выражение лица его было блаженным, он глядел на странного старика во главе стола и улыбался. Пул же сидел по левую руку от старика. На прямоугольном столе стоял пузатый чайник, возвышались трёх- и четырёхэтажные этажерки с разноцветными пирожными разных форм и размеров. Вся комната была выкрашена в такие тона, от которых любой нормальный мужик словил бы приступ эпилепсии, не будучи эпилептиком. Но что ещё страннее…       【Какого хрена…】       |Ну привет. — Голос Белого заставил Уэйда вздрогнуть, но тело его никак на испуг не среагировало. — Очнулся наконец, нелегко тебе пришлось?|       【Я… Я куда-то падал, а потом… Что за херня, Белый? Почему я не могу пошевелиться и почему мы с Джеем сидим будто во сне какого-то наркомана, который начитался «Алисы в Стране чудес»?】       |Мы уже минут двадцать отсиживаем тут себе жопы, пьём чай и слушаем бредни этого старика в зелёном цилиндре. Ты только вслушайся в это…|       Уэйд прервался от формирования бесконечно возникающих вопросов и последовал совету Белого. Оказывается, всё это время Шляпник — маленький старик с густыми седыми баками и физиономией как у Авраама Линкольна — не замолкая что-то говорил. Стоило прислушаться, чтобы различить, что именно.       — Какие странные вещи случаются сегодня! — загадочно улыбался Шляпник, прихлёбывая чай. — А ещё вчера всё шло как обычно. А может, это я сам вдруг стал какой-то не такой? Такой ли я был, как всегда, когда встал сегодня утром? Мне кажется, утром я был немножко другой. Кто же я теперь? Вот в чём загадка.       Впору было уронить челюсть на этот самый стол; Пул, впрочем, был лишён такой привилегии, тело его совершенно не слушалось, он всё ещё не понимал, что происходит.       — Про то, что было вчера, рассказывать совершенно нечего, — вдруг включился в разговор Джокер, поразив Уэйда своей искренней улыбкой. — Потому что вчера ты был совсем другой.       Оба заливисто засмеялись, пузатый чайник вдруг поднялся в воздух сам по себе и разлил им по чашкам золотистый ароматный чай и Уэйда с его опустевшей чашкой не забыл.       Тут-то он понял, что сидит без маски, и ужаснулся.       【Белый! Белый!】 — у него не хватило слов, чтобы выразить свой страх и возмущение происходящим.       |Ладно, поделюсь своими наблюдениями, — со вздохом сжалился Белый над Уэйдом. — Шляпа как-то подействовала на Жёлтого, но не на нас с тобой. Так что там за столом сейчас Жёлтый, а мы с тобой — голоса в его голове.|       【Что?】       |Что слышал. Есть внушаемые люди и невнушаемые, на всех гипноз действует по-разному. Ещё не забывай, что мы не полностью изучили возможности нашего тела и психики.|       — Может, вы и шляпный мастер, но говорить совсем не мастер, — выдал Уэйд на очередное высказывание старика.       |В какой-то степени это забавно, — прыснул Белый, но тут же посерьёзнел. — Надо с этим кончать, Уэйд.|       【Что происходило до того, как я очнулся?】       |Ничего особенного. Шляпник цитировал балладу о Морже и Плотнике, вы с Джеем слушали, а в конце аплодировали. Затем в честь не-рождения Шляпника ты снял маску.|       【Он дорого заплатит за это】, — прошипел Уэйд. Он смотрел глазами Жёлтого на Джея. Тот был спокоен, но если вглядеться в его глаза…       |Заметил, да? Он всё осознает, как и мы, только вот двигается и говорит по сценарию, или словно кто-то дёргает за невидимые ниточки.|       Джей также смотрел на Пула, но губы его расплылись в неестественной улыбке и периодически выдавали:       — А я кто? Сначала скажи мне это, и если мне понравится быть тем, кем я стал, то я выйду наверх. А если нет, то останусь здесь до тех пор, пока не сделаюсь кем-нибудь другим…       |А он довольно мил, когда не хочет кого-нибудь убить.|       【Что ты несёшь? Лучше думай над тем, как мне снова встать у руля.】       |Знаешь, мне намного выгоднее было бы жить с Жёлтым у руля.|       【Будь уверен, если так и останется, твоя недавняя угроза покажется сладким сном по сравнению с тем, что буду с тобой делать я.】       Белый многозначительно промолчал. За несколько лет сосуществования все трое знали друг друга достаточно хорошо, чтобы прощупать болевые точки. Поэтому слова Уэйда безусловно были восприняты всерьёз. А как иначе? Ведь если сейчас Жёлтый останется за главного, а это ввиду обстоятельств означало бы быть под гипнозом, то их жизни окажутся в руках сумасшедшего старика. Что он с ними сделает, даже думать не хотелось. От перспективы провести ещё хотя бы час за этим столом, слушая весь этот бред, хотелось блевать.       — Так любезно, что вы согласились прийти ко мне на чай, — продолжал говорить Шляпник, кривясь и так и эдак от переполнявшей его радости. — Я и подумать не смел, что помимо крошки Джея заглянет ещё и тот, о ком все говорят. Не правда ли замечательно, душка Уэйд Уилсон?       Уэйд опешил от приторного тона, которым было произнесено его имя, и от мерзкой улыбки Шляпника. Жёлтый же на это ответил:       — Если бы это было так, это бы ещё ничего. Если бы, конечно, оно так и было. Но так как это не так, так оно и не так.       — Верно, приятель, такова логика вещей, — отсалютовал чашкой с чаем Джей.       — Всё чудесатее и чудесатее, — удивлённо пропел старик, внимательно оглядывая Уэйда. — Как же это не так, если это так? Или… может, я что-то упустил? Уэйд, дорогой, расскажи о себе, прошу. Нам с Джеем жутко интересно узнать о твоей жизни в Нью-Йорке.       |Уэйд, забудь, что я говорил, вытаскивай свою жопу из подсознания и засунь потом этому недоумку вот этот чайник в глотку.|       【Не… могу… мхм…】       Но губы его открывались и закрывались против воли, излагая всё как есть. Именно так, как рассказал бы он сам: о раке и экспериментах в подвалах оружия «Икс», о Фрэнсисе, о смерти Ванессы, о Мстителях и Паучке… Белый рычал и возмущался, матерился и кричал, чтобы Жёлтый заткнулся. По мере монолога взгляд у Джея становился от удивлённого понимающим, от понимающего злым, и к концу рассказа, когда Жёлтый в безобразных подробностях выдал его мысли и чувства к мистеру Джею, глаза в синих ромбиках застекленели, словно кукольные. Шляпник же за всё это время так и не притронулся к чашке, которую продолжал держать на весу.       — Всё любопытственнее и любопытственнее, — выдал наконец он, прихлебнув чай. На его старческом лице пролегли глубокие морщины, от прежней радости не осталось и следа. — Крошка Джей, мог ли ты вообразить, что за тобой начнёт увиваться вот это?       На Уэйда пренебрежительно указали пальцем.       — Я видел такую чепуху, по сравнению с которой эта чепуха — толковый словарь.       — У нас с тобой прекрасные отношения, как смеет кто-то вроде него покушаться на мою Алису? Несомненно, душечка, это бессмысленно!       — Если в мире всё бессмысленно, — сказал Джей. — Что мешает выдумать какой-нибудь смысл?       |Уэйд! Мне не нравится, к чему ведёт этот старикан, сделай уже что-нибудь!| — строго наказал Белый.       【Я стараюсь…】       |Плохо стараешься!|       Уэйд уже не слушал, о чём говорят двое за столом, ему было достаточно и того, что уже было услышано и сказано. Безусловно, сейчас Шляпник пытался решить участь Дэдпула. Злость переполнила его, а это, как известно, сильнейшее чувство. Благодаря злости можно сворачивать горы, уничтожать наркокартели, свергать неусидчивых боссов с их мест. Сейчас это чувство полностью завладело Уэйдом. Под гипнозом Жёлтый снял маску и рассказал о своём прошлом, он улыбался, пил чай, разговаривал со Шляпником — всё это не укладывалось ни в какие рамки.       Но мысли Пула уже были далеко, он снова почувствовал, что летит, невесомость окутала его и несла на этот раз вперёд, а не вниз. Странное чувство, сквозь шум ветра пробивался голос Джея и Шляпника, где-то на задворках Белый пытался его дозваться, что-то кричал. Но пустота была стремительна.       На этот раз полёт в никуда окончился быстро, перед глазами предстала та же картина, что была и до этого. Джей, беседующий со Шляпником о чём-то совершенно непонятном, Шляпник, увлечённо слушающий самим собой сгенирированный бред, и сам Уэйд, вынужденный наблюдать за развернувшимся дурдомом и недоумевать. Но когда он подумал, что снова облажался, его губы зашевелились и выдали:       — Давай играть, как будто я голодная гиена, а ты — кость! — На самом деле он хотел сказать нечто намного более угрожающее, нечто похожее на внутренности и наружности, которыми ему грозился Джокер перед тем, как оказаться здесь. Но каким-то образом слова его перефразировались сами собой.       Шляпник настороженно перевел взгляд с Джея на Уэйда.       — Ч-что, прости?       Уэйд вдруг осознал, что чувствует, как у него от широкой улыбки свело мышцы лица, что в розовой комнате довольно прохладно, — в один короткий миг все ощущения пришли к нему, как по щелчку пальцев, и мир вокруг начал рушиться — потускнели цвета, и прежде, чем его вниманием завладели бы эти изменения, Уэйд выбросил правую руку в сторону и толкнул старика в грудь. Тот ухнул, но усидел на месте, вцепившись в столешницу. И будто в возвращении из сказочного сна — комната полностью преобразилась, только в обратную сторону — розовые с сиреневым обои превратились в голые кирпичные стены, на столе оказался разбитый чайный сервиз, чашки со сколами, пустые этажерки — наваждение истаяло, но Шляпник удержал цилиндр на голове. Уэйд потянулся к кобуре, затем к подсумкам, к набедренной портупее — его полностью разоружили. Ни катан, ни ножей в ботинках.       У него оставались считанные секунды, прежде чем Шляпник окончатльно придёт в себя и окружение снова обернётся его больной фантазией. Но прежде чем Уэйд потянулся к нему, намереваясь как следует врезать, в правом по-старчески тусклом глазу оказался черенок чайной ложки, продавленный в череп до основания. Шляпник округлил уцелевший глаз, губы его приняли форму буквы «о» в немом крике, и в следующую секунду жизнь ушла из маленького тела. Старик повалился на пол, как мешок с картошкой. Зелёный цилиндр оказался в руках Джея. Несколько секунд царило молчание.       {Что, чёрт возьми, произошло?} — как ни странно, Жёлтый пришёл в себя одним из первых.       |Ты попал под гипноз Безумного Шляпника и завладел телом Уэйда, — ровным, ничего не выражающим тоном принялся пояснять Белый. — Слушаясь старика, ты снял маску, а затем рассказал о нас всё, что мы обычно людям не рассказываем.|       {О том, что мы ссым в душе? Так все это делают, а если говорят, что нет, — пиздят!}       |Идиот, нет, не об этом!|       {Ох-ох, неужели я рассказал ему о том, что Уэйду нравится смотреть, как дрочат другие мужики?!}       Уэйд только сейчас осознал, что сидит без маски и что тусклый свет фонаря с улицы довольно ярко освещает нутро кухни. Ему очень захотелось рвать на себе несуществующие волосы, а ещё убить Шляпника ещё раз, собственными руками, как и собирался, если бы Джей не оказался быстрее. Кстати о Джее. Его взгляд уже некоторое время был обращён на Уэйда.       — Нескоро я забуду это зрелище, — заговорил он.       — Чёрт! — Уэйд поспешно натянул маску, благо та лежала на столе перед ним.       Он встал, готовый свалить куда подальше от унижения, которому его подвергли в этом дурацком доме. Открыться перед Джокером — подобная херня не входила в его планы, о нет, что-то подобное могло бы произойти лишь в сопливом третьесортном фанфике, который по ночам строчит прыщавая очкастая девка в брекетах. Парня у неё не было целую вечность, да и с потливостью проблемы, иногда появляется неприятный запах изо рта — но это потому, что она питает слабость к острой пище — единственный адреналин, который она может получить от жизни. Нет и нет, рассказывать Джокеру о том, что над ним ставили эксперименты, что его невесту убили и что в конце концов он опустился до сталкерства за несовершеннолетним супергероем в Нью-Йорке, было верхом глупости.       |Не забудь ту часть, где Жёлтый успел напиздеть о том, что Джокер — наш лакомый кусочек и что мы грезим его задницей|, — услужливо подсказал Белый позабытую часть в списке самых страшных и ужасных откровений Дэдпула.       {Присвятой Иисусе, мать его Мария! Лучше убейте меня!} — Жёлтый наконец осознал, что наговорил, пока находился под гипнозом.       |С удовольствием, осталось только понять как.|       Но Джей как-то странно захихикал, запрокинув голову. Уэйд решил подождать, пока Джей отсмеётся, чтобы трусливо свалить, потому что не очень вежливо уходить посреди разговора — это удел всяких там Тони Старков.       — Вообще-то, под «зрелищем» я имел в виду розовую кухню и бредни больного на голову старика. От одних воспоминаний тянет блевать, — внезапно признался Клоун. — Несомненно, твоя история меня впечатлила. Но поверь, в Готэмском анонимном обществе поехавших рассказ о пытках и экспериментах, о потере близких и любви к малолетним — обычное дело.       Уэйд застыл как вкопанный, а язык его, вероятно, присох к нёбу, иначе как объяснить то, что он внезапно понял, что не в состоянии произнести ни слова. Голоса и те заткнулись, прекратив препираться. Это что же сейчас произошло? Джокера тянет блевать от розового, но не от рожи Уэйда? Нет-нет, что-то с людьми в этом городе определённо не так. А особенно с суперзлодеями — ящероподобные мужики, живущие в канализации, старики, помешанные на «Алисе в Стране чудес», в конце концов, клоуны — хотя о них можно сказать только хорошее. Но что дальше? Бабы с членами на лбу? Акуламэны и говорящие гориллы?       |Ты забыл оспорить момент про любовь к малолетке.|       Пока Уэйд предавался размышлениям, Джокер покрутил в руках цилиндр Шляпника, заглянул внутрь и извлёк оттуда нечто чёрное, похожее на микрочип. Видимо, прибор, благодаря которому старик мог гипнотизировать людей. Что же, теперь этот прибор покоился у Джокера в нагрудном кармане — это вызвало бы беспокойство у кого угодно.       — Не волнуйся, эта штука не работает, пока не перепрограммируешь её на свои мозговые волны. — Он любовно похлопал ладонью по кармашку и принялся оглядываться; Уэйд понял сразу — искать конфискованное оружие.       |Серьёзно? И никого больше не волнует, что мы вот так просто рассказали о себе незнакомому Клоуну-психопату, убивающего ложками старых пердунов?|       Успокоенный реакцией Клоуна, Пул решил не сбегать. В конце концов, кажется, всё не так уж и плохо — его внешний вид впервые был принят спокойно. Наверное, на фоне уродцев, обитающих в Готэме, Уэйд не казался таким уж безобразным, вот и настала пора окончательно в этом убедиться. А Джей наверняка навидался всякого. Заключив сделку со своим страхом разочарований, Пул присоединился к Джею в поисках конфискованного оружия. Много времени это не заняло — прятать побрякушки и не собирались, видимо, уверенные, что владельцам они более не понадобятся. Вполне резонно, но от этого ещё более тянуло злорадно хмыкнуть и в лучших традициях старого кино — сплюнуть на труп, чтобы показать пренебрежение к убитому и посмаковать победу.       В том, что на улице оказался неясно откуда взявшийся «Бьюик» восемьдесят седьмого года, не было ничего необычного. За короткое время, проведённое в этом мрачном городе в компании мистера Джея, Уэйд перестал удивляться подобным вещам. В конце концов, появление автомобиля объяснить намного легче, чем то, что произошло с ними несколькими минутами ранее.       Походка Джокера уже не была столь уверенной, как в начале вечернего приключения. В его движениях читались усталость и отрешённость.       Водительская дверь оказалась открытой, никто и не сомневался, а ключи — в замке зажигания, удивительное совпадение, чудо! Уэйд ни на что особо не рассчитывал, когда плёлся следом, и особенно ― когда уселся на пассажирское сиденье, хлопнув дверью как следует. Его редко куда приглашали, поэтому он завёл привычку заранее являться туда, куда его не звали, потому что — а вдруг?       |А я думал, что после всего мы имеем полное на это право|, — прагматично высказался Белый.       Резонное замечание, но не отменяющее реального положения дел. Джей глядел на Уэйда как на человека, который в скором времени вполне мог бы оказаться завёрнутым в полиэтилен с дырой в башке. Но пресловутая усталость взяла всё в свои руки, видимо, спорить, стрелять или драться не было приоритетной задачей Клоуна, пережившего чаепитие в розовой кухне в обществе сумасшедшего старика-извращенца и наёмника с жопой вместо лица. Поэтому он перевёл взгляд на дорогу за лобовым стеклом, завёл мотор, играючи управляясь с коробкой передач, и злосчастный дом с трупом остался позади.       {Я один себя паршиво чувствую, да? Так вот каково было Иуде, Бруту… Теону Грейджою…}       — Нам следует поработать над твоей внушаемостью, — пробубнил Уэйд, глядя на проносящийся за правым окном городской пейзаж. Раннее утро: редкие прохожие, в основном офисный планктон и почтальоны, брели по тротуарам либо крутили педали на велосипедах.       {Вероятность повторения подобной ситуации крайне мала.}       |Но она есть! Из-за тебя мы чуть не погубили Джея, оказавшись под контролем мерзкого старика с фетишем на Алису!|       Уэйд полностью разделял праведный гнев Белого, а ещё он заметил, что тот ненамеренно, видимо, проговорился. Джей каким-то образом начал заслуживать его расположение, шаг за шагом. Но об этом лучше было не упоминать, иначе он снова запрётся в своей скорлупе и начнёт огрызаться и доводить Уэйда до самоубийства.       — Когда он назвал Джея Алисой, во мне что-то переключилось, — принялся описываться свои ощущения Уэйд. — Я смог вытолкнуть себя из подсознания, снова завладеть телом.       {Правда, что ли?}       |Да. Я его подгонял и всячески направлял|, — самодовольно заявил Белый.       — Что? Если в этом и была твоя заслуга, то она размером с член Человека-муравья!       Уэйд не преминул наглядно показать, какой размер он имел в виду, сдавив указательный палец с большим.       {Аха-ха! Слышал бы тебя сейчас Скотт, яйца бы оторвал!}       |Неисправимые идиоты…| — беззлобно кинул Белый, очевидно, не намереваясь спорить дальше.       — В любом случае согласитесь, ложка в глазу — вне конкуренции, — восторженно жестикулировал Уэйд, имитируя недавнее туше́ Джокера, рассекая воздух, а заодно и невидимого врага.       — Благодарю. Я импровизировал.       Впервые за поездку подав голос, Джей довольно усмехнулся произведённому эффекту. А как же, Уэйд подскочил на кресле и стукнулся о мягкий потолок автомобиля. Больно не было, но шея знатно хрустнула, а ещё — ну сколько можно выставлять себя дебилом?! Джокер расслабленно вёл машину правой рукой, а левой держал сигарету, дым от которой выходил в зазор полуоткрытого окна. Грим его, только сейчас, в предрассветных сумерках, стало видно, местами смазался, явно проступали очертания губ, борозды цвета бледной кожи, оставленные пóтом на белилах у виска и на скуле. Пул поспешил заткнуться, коря себя за привычку болтать с голосами в присутствии кого бы то ни было. А особенно в присутствии человека, который уже не раз его за это подстреливал, но сейчас отчего-то был спокоен. Неужели наконец свыкся с его причудами?       |Не обольщайся, — опротестовал наивные мысли Уэйда Белый. — Он просто устал и наверняка осознал, что стрелять в тебя — напрасно пули тратить.|       {Или понял, что с нами нужно считаться, — выдвинул свою версию Жёлтый. — В конце концов, мы уже второго злодея порешили. Уэйд, давай же, скажи ему то, что должен. Сейчас самое время!}       |Что? Что должен? Не смей говорить херню! Добраться бы до квартиры, боже, просто заткнись и подожди немного.|       — Кхм, мистер Джей…       |Заткнись!|       — Отлично сработано! Мы… Мы буквально созданы друг для друга! То есть… я хотел сказать, что мы отличная команда. И мне бы хотелось, эм… ну, знаешь, встречаться почаще раза в неделю. Не пойми неправильно, я ценю твоё личное пространство и не собираюсь лезть в зону комфорта. — Уэйд безбожно врал, всё он собирался и вовсе не ценил ничьих личных пространств.       |Что ты несёшь? — в панике взвыл Белый. — Ну всё. Советую в лучших традициях говянных голливудских боевиков выпрыгнуть из машины на ходу! Потому что намного легче собрать себя по кусочкам и выращивать конечности, чем находиться рядом с рассерженным и оскорбленным твоим словесным поносом психом-убийцей!|       Жёлтый завизжал и начал издавать пошлые звуки, посмеиваясь в процессе. В голове у Уэйда воцарился хаос… Снова. Эти слова он выпалил под влиянием момента, решил пойти ва-банк, так сказать, и уже готовился пожинать последствия своего опрометчивого поступка. Говорил же он себе, что нужно потихоньку продвигаться, не налегать и не подставляться. Но ожидаемого срыва не последовало. Джей беззаботно усмехнулся, безобразно соблазнительным (в глазах Уэйда) движением заправил выбившуюся прядь окрашенных волос за ухо и даже не попытался выкинуть придурка, несущего чушь, за борт машины.       — Возможно, — ответил Джей, не отрывая взгляда от дороги. — Я тебя недооценил, Уэйд Уилсон.       Уэйду хотелось одновременно парить и зарыться в землю как можно глубже. От одобряющего тона в голосе Джея его тело стало будто на пару десятков килограммов легче, но воспоминания об излишней откровенности Жёлтого в присутствии Джея не оставляли никаких надежд на то, что им когда-нибудь заинтересуются не в качестве бессмертного пушечного мяса… Хотя на что он рассчитывал?       {Не принижай свои достоинства, ведь можно одновременно быть бессмертным пушечным мясом и мачо, который способен удовлетворять все потребности Пирожка!}       Утешения Жёлтого всегда попадали в цель. Белому подобная хрень, естественно, не заходила.       — И не стоило разыскивать меня всю прошлую неделю. — О боже! Он продолжал разговаривать с Уэйдом! — Как какой-нибудь Роршах или детектив-шимпанзе Бобо. Ты должен понимать, что перед каждым делом я прощупываю почву и собираю информацию.       |Доигрался? Теперь с нами говорят как с дебилами…|       {С нами говорят!}       — Но в Готэме я знаю только тебя! — принялся оправдываться Уэйд. — Я хочу помочь…       — Знаю я, чего ты хочешь, Зентаймэн, — угрюмо выпалил Джей. — Ты слишком выделяешься, несёшь всякий бред, не следуешь указаниям. И если бы не твоя «регенерация-дегенерация» — валяться бы тебе с простреленной башкой уже давно.       — Аллилуйя! Восславим же дегенерацию! — возвёл ладони к небу Уэйд, ничуть не обидевшись на камни, один за другим прилетевшие в его чудный огород.       Джей ухмыльнулся и, резко свернув в проулок, затормозил, затем громко объявил: «Приехали!»       — Откуда ты знаешь, где я живу?       {Восславим же упругий зад мистера Джея!} — не унимался Жёлтый.       |Заткнись.|       {Ибо сотворён он для нас, аминь!}       — Наивно полагать, что я до сих пор оставался бы в неведении, поселись в Нэрроузе придурок, который носит подобные костюмы.       |Как будто мы скрывались, пф, — оскорблённо фыркнул Белый. — Хотели бы стать Дэдпулом-невидимкой — и ни одни радары нас не обнаружили бы. Не говоря уже о каком-то там…|       — Я бы пригласил тебя на кофе, но не уверен, что…       — В другой раз. — Уголок губ Джея дёрнулся, будто предугадывая истинные намерения, прозвучавшие в предложении Пула.       |Твои намерения только идиот не разгадал бы. Ты вслух грезишь о нём, в конце концов.|       {Ну вот, он не хочет… С другой стороны, там за диваном всё ещё размазаны наши мозги.}       Уэйд постарался не подавать вида, что отказ Джея его расстроил. По крайней мере, старался он в меру своих сил, маскируя вздох отчаяния под усталостью, а опущенные плечи и склонённую голову под тяжестью одолевающих его дум — тяжёлая выдалась ночка, да? И он вовсе не расстроен, что Джокер замаскировал своё «Что? Фу, ни за что!» под «В другой раз».       — Думаю, завтра нам надо встретиться, — отстучав по рулю чечётку, подал голос Джей, когда Уэйд уже вышел наружу и собирался закрыть дверь. — Приходи завтра в полдень в кафе «Вагон вафель» на Бордер-авеню. Расскажу тебе причину, по которой я всё это затеял.       Дверь следовало захлопнуть, да и кивнуть хотя бы для приличия, показать, что он понял то, что только что услышал. Но проблема была в том, что понять-то Уэйд понял, но не мог в это поверить. В неловкой паузе Джей с сомнением посмотрел на него снизу вверх, явно сомневаясь в том, что его слова достигли ушей.       |Хьюстон, у нас проблемы! Уэйд! Эй! А-а-алё!|       — Я-я приду! Обязательно! — усиленно закивал Уэйд, очнувшись наконец от транса и подавляя в себе желание сесть обратно в машину и заключить Джея в крепкие объятия и потискать.       — Да-да, закрой уже эту чёртову дверь и отойди от машины, — откликнулся Клоун, откидываясь на сиденье и переключая с нейтралки на первую. — И будь в гражданском. Аривидерчи, Зентаймэн!       Как только Уэйд хлопнул дверью, автомобиль сорвался с места и, окатив его клубом выхлопов, умчался из переулка вон. Когда чёрный бампер «Бьюика» окончательно скрылся из виду, Уэйд понял, насколько он на самом деле устал. Голод в нём боролся с сонливостью, но так как в квартире, скорее всего, не было и крошки, то принять душ и завалиться спать голышом победили в номинации «Высший приоритет». Жёлтый с Белым кидались предположениями, словно гранатами. Жёлтый орудовал такими аргументами, как: «Он нас признал!», а Белый: «Он решил, что знание нами нюансов его плана облегчит в дальнейшем сотрудничество». Уэйду было достаточно и того, что Джей не блеванул от вида его рожи и ни разу о ней не упомянул, хотя вопросы его должны были сойти на нет, когда он под гипнозом рассказал, откуда у него эта рожа.       Поднимаясь к себе, он был счастлив и воодушевлён. Его не трогали аргументы Белого, его совершенно точно не волновали радостные вопли Жёлтого. Полученное СМС от Майлза также осталось без внимания: заработать пару баксов никогда лишним не будет, но сейчас горячий душ и мягкая постель были предпочтительнее, поэтому Уэйд отдался им без зазрения совести, начав предвкушать завтрашний день.