Dead Joke

      {Мне кажется, мы вернулись к тому, с чего начали.}       |Тебе не кажется, Жёлтый. Мы действительно в до боли знакомом дерьме.|       {А нам действительно обязательно было переезжать? Есть вероятность, что… кое-кто нас теперь не найдёт.}       |Мы и так уже месяц пробыли в квартире миссис Шипка. Нужно было переехать ещё раньше. Тогда, возможно, всего этого не произошло бы.|       {Обычно Уэйд довольно бдительный…}       |Это всё ты и тот Клоун. Я говорил, что ничем хорошим это не кончится.|       {Ненавижу тебя.}       |А я тебя.|       …       {Белый?}       …       {Белый, ответь!}       …       {Белый!}       |Ну чего тебе?|       {Почему ты молчал?}       |Что, боишься, что останешься наедине с Уэйдом навсегда?|       {Кончай издеваться! Просто мне… мне действительно хреново.}       |Мне тоже.|       {Правда? Или ты снова…}       |Правда. Если ты не забыл, эмоции Уэйда бьют по нам обоим.|       {Ты прав…}       |Повторяй это почаще.|       {Не начинай.}       |Я ещё не начал, Жёлтый. И ты прекрасно это знаешь.|       {Чёрт, мне сейчас действительно не до споров! Мы должны что-то предпринять! Стараниями Уэйда нас снова расчленят и на этот раз отправят куда-то действительно далеко. Уже две недели прошло, не мог же мистер Джей настолько обидеться?}       |А чего ты ожидал? Что он накинется на нас с объятиями и будет сердечно благодарить за убийство Пугала? Он — сильная личность, помощь такого рода для него оскорбительна. А Уэйд действительно сделал всю грязную работу сам, да ещё и таскал мистера Джея, как принцессу.|       {Но не мог же Артур действительно взять и передумать с нами работать из-за такой мелочи?}       |Мог и передумал.|       {Но мы ещё не закончили! Я же помню, что последним в его списке был Бэйн. А Майлз говорил, что этот чувак довольно сильный!}       |Видимо, Артур решил закончить своё дело уже без нас.|       {Но тогда, выходит, он в огромной опасности!}       |Жёлтый, такие, как он, всегда в огромной опасности. И прекрати уже вопить!|       …       |Так-то лучше… У меня есть предположение. Я не хотел его озвучивать, чтобы не подливать масла в огонь. Но, пока Уэйда нет, могу поделиться.|       {Предположение?}       |Ага. Это касается отношения Артура к нам. Я имею в виду — реальное отношение, которое Уэйд, как обычно, не замечает. Он слишком зациклен на своих чувствах и эмоциях…|       {Белый, хорош пиздеть не по делу! Что за предположение?}       |Ладно. Но говорю тебе это только потому, что уверен на 99,9 процентов в своей правоте.|       {Ну?!}       |Я думаю, что Артур к нам неравнодушен.|       …       {Это не смешно. Твоё желание утешить меня зашло слишком далеко.}       |Что? Идиот, не собираюсь я тебя утешать. Говорю как есть. Наблюдение и анализ — вот как я к этому пришёл.|       {А не ты ли говорил, что Артур нами пользуется? Что Уэйд лишь бессмертное пушечное мясо, пригодное для того, чтобы пустить его в расход.}       |Оказывается, когда тебе надо, ты отлично запоминаешь мои слова.|       {Это было обидно!}       |Хорошо. Да. Я говорил, что нас используют. Но так оно было в начале, а потом…|       {Что? Что было потом?}       |Не перебивай! Потом я начал замечать, что Артур идёт нам на уступки, что он прислушивается к нашему мнению. Но самое яркое доказательство ты и сам должен был заметить. Он сам изъявил желание с нами познакомиться. И он воспринял нас не как часть нездорового ума Уэйда, а как самостоятельных личностей.|       {Да-да. Он даже несколько раз обращался персонально к нам. Правда, только для того, чтобы мы не отвлекали Уэйда от работы.}       |Это было довольно нагло с его стороны.|       {Но кроме Уэйда с нами никто и никогда не разговаривал…}       |Твоя правда. И… был ещё один немаловажный момент, который нельзя не отметить. Это, конечно, глупо… Когда Артур увидел Уэйда в одном нижнем белье…|       {Хочешь сказать…}       |Ты понял, что я хочу сказать, Жёлтый. Это был… интерес. Без сомнений, в его глазах промелькнул интерес.|       {Что? Интерес? Сексуальный интерес? Хочешь сказать, что наш сладкий Пирожок всё же запал на нас?}       |Всё может быть. Но он всё равно нас кинул, потому что мы задели его мужское эго. Оно и у нас есть на самом деле, но мы нечасто про него вспоминаем. Особенно когда вы с Уэйдом заводитесь с пол-оборота от вида разных странных типов.|       {Надо его срочно найти!}       |Мне кажется, мы рано или поздно сами на него наткнёмся. Он как-то упоминал, что его легче отыскать, смотря шестой канал, чем дозвониться. Артур вечно вне зоны доступа.|       — Ммм…       {О! Очнулся! Что-то ты долго.}       Уэйд болезненно поморщился. Его голова практически приросла к шее, но некоторые из внутренних органов всё ещё были на стадии формирования, поэтому ему следовало ещё некоторое время полежать в покое и подождать. Помучиться и подумать. Идиоты, которые его порезали, были не в курсе, что он способен срастаться, поэтому они без задней мысли оставили то, что от него осталось, в ближайшей подворотне. Ублюдков оказалось немного больше, чем было написано в СМС Майлза, но не только это поспособствовало тому, что всё кончилось так плачевно. Проблема была в том, что Уэйд стал рассеянным, задания-то он выполнял рано или поздно, но совершенно не заботился о том, чтобы оставаться при этом более или менее целым. Боль помогала забыться, а потеря сознания на время регенерации — убить время и при этом ни о чём не думать.       Надо только Майлзу написать, что дело затянется.       Уэйд достал из подсумка телефон, разблокировал, заглянул во входящие сообщения и не обнаружил там ни одного нужного. Входящих звонков также не наблюдалось. Артур упорно не отвечал на звонки и СМС. Делом это было привычным, но от этого не менее досадным, учитывая условия, при которых у них случился разлад. Да это и разладом толком нельзя назвать. Не стоило рассказывать ему всё как есть, Уэйд не подумал, как обычно.       Сесть получилось только со второго раза. Уэйд издал болезненное мычание и выдохнул, облокачиваясь на что-то мягкое и шуршащее. Разило отходами. Ах да, он у мусорных баков: крысы, зловонная лужа под задом — полный набор. Единственная лампа уличного фонаря мигала противным жёлтым светом. Накрапывал дождь, за переулком слышалась полицейская сирена и чьи-то крики.       |Поднимай-ка ты свою жопу из лужи и иди домой. Завтра на свежую голову уделаем этих мудаков, а потом побродим по Нэрроузу.|       {Выше нос, Уэйд! Я уверен, Артур скоро даст о себе знать.}       Уэйд встал, осмотрел то, что осталось от его костюма, и тяжело вздохнул. Тут недалеко у него была нычка с гражданской одеждой, но добираться до неё пришлось бы по крышам. Ему совсем не хотелось делать лишние движения, но выбора особо-то не было. Сейчас ему меньше всего было нужно светиться перед людьми, особенно в Нэрроузе. Насколько стало ясно из недавнего инцидента, любой чужак в этих краях будет на виду. Слухи о новом местожительстве Дэдпула вскоре разнесутся по округе, как чума. Поэтому он будет осторожен, теперь он не оплошает. Новый город вовсе не отменял старых правил.       Очередная квартира встретила его старым матрасом на голом полу, торшером и ненадёжным стулом, на котором стопкой громоздились запасные костюмы. Здесь и правда довольно тоскливо, зато хозяин был довольно интересной личностью — напрочь отказывался контактировать с кем-либо лично, предпочитая общаться и передавать плату исключительно через окошко в двери, как в тюремных камерах. Уэйду такое положение дел пришлось по вкусу. Но и здесь не следовало задерживаться надолго.       Прошло две недели с тех пор, как Уэйд переехал. Две недели заказов, убийств, ночных рейдов и бесплодных поисков. На этот раз он действовал тихо, никого не допрашивал и не мучил. Только наблюдал за улицами с крыш и подворотен, смотрел шестой канал и часто проверял мобильник.       Только у них всё наладилось, как чёртов Пугало всё испортил. А Артур оказался чересчур принципиальным. Стоит отдать ему должное, он уже во второй раз доказывал, что имеет талант к исчезновению. О нём нигде не было слышно, даже Майлз ничего не знал. Одно его выражение лица при упоминании Джокера чего стоило. Мужик был в культурном шоке, узнав о новом сумасшедшем дуэте Готэма. Хотя Уэйд предполагал, что от него уж точно не скроется тот факт, что Джокер сейчас работает не один.       Где он? Что он сейчас делает? Может, выяснил, где находится Бэйн, и собирается угандошить его сам? Тогда бы он не просил помощи у Уэйда с самого начала. Без Дэдпула, кто знает, вышло бы у него зайти так далеко?       Сейчас Уэйд был полностью разбит. Он чувствовал себя последним неудачником — тем самым ребёнком в песочнице, с которым никто не хочет играть из-за того, что у него вечно течёт из носа. От Уэйда отвернулись. Это было так просто — нажать на курок и сбежать. Артур именно так и сделал, понял, падла, куда стрелять следует, чтобы наверняка вырубило. Но Уэйда тешила мысль, что его поведение скорее похоже на обиду, чем на желание покончить с их сотрудничеством навсегда. Интуиция подсказывала, что нужно подождать. А время тянулось отвратительно долго. Каждый новый день был похож на предыдущий, новые задания Майлза также не отличались оригинальностью. Уэйду очень сильно не хватало старой доброй кровавой резни, но такой, увы, не подворачивалось.

***

      На свежую голову устранить небольшую группировку, которая организовывала собачьи бои на территории заказчика, действительно оказалось намного легче. Уэйда даже ни разу не порезали и не подстрелили. До этого были усталость и апатия, плохая погода, холод и множество других факторов, которые ему мешали. Думать над тем, что раньше ничего из перечисленного ему вовсе не мешало выполнять заказы, он не собирался. Потерять форму в такой момент раздражало. Ни выпивка, ни рейды не улучшали состояние Уэйда. С другой стороны, они никогда не могли по-настоящему его отвлечь от навязчивых мыслей.       {Эй, мы уже давно тебе не навязываемся}, — обиделся Жёлтый.       — Не думал, что скажу это, но может, начнёте? Выбью себе мозги парочку раз и точно отвлекусь.       Уэйд шёл по довольно оживлённой улице Нэрроуза. Здесь расположились разного рода магазины и лавки, торгующие всякой всячиной. Зазывные вывески пестрели и переливались огнями даже днём.       |У меня нет настроения тебя доводить|, — Белый показательно зевнул.       Дожили. Белый не хочет быть Белым, а Жёлтый обижается на всякую херню.       {Может, у нас кризис среднего возраста?}       — Предлагаете сходить к психологу?       — Не помешает, мужик, — очередной прохожий прокомментировал вопрос Уэйда.       Чёрт, холодновато в Готэме в середине ноября. Уэйд кутался в утеплённую парку, на голову он нахлобучил шапку-бини и выглядел не лучше китобоя в загуле. Причём в море его потрепало так, что без слёз не взглянешь. Но пора бы уже привыкнуть к излишнему вниманию детишек. Кстати о детях…       {Эй, сколько их тут? Тысяча?}       |Не преувеличивай, всего-то десять.|       Причина, по которой стая детей оккупировала добрую часть тротуара и вынуждала прохожих их обходить, стала тут же видна. У витрины магазина с всевозможными сувенирами и мелочами выступал клоун. В красных шароварах и жёлтой рубашке, с нахлобученным на голову пушистым зелёным париком, он надувал с помощью компрессора длинные шары и сворачивал из них разные фигуры.       — Жирафа! Хачу жирафа! — кричала девчушка в белой плюшевой куртке.       Клоун указал на неё пальцем, дав понять, что услышал просьбу, и, заговорщически подмигнув, начал надувать жёлтый шар. Со скрипящим раздражающим звуком он ловко и быстро превратил воздушную сосиску в карикатуру на жирафа. Уэйд невольно загляделся на умелые длинные пальцы клоуна, на его выразительную мимику. Смотря на него, хотелось улыбаться. Странное чувство. Раньше он никогда не проявлял внимания к подобным представлениям. Когда-то в детстве, до смерти матери, до того, как отец спился и начал его бить, Уэйд бывал в цирке. Акробаты, клоуны, всадники и трюкачи. Со временем это стало просто воспоминанием, столь далёким, что не вызывало никаких эмоций.       Восторг детей довольно быстро прервался, стоило им всем, один за другим, взглянуть на лицо застывшего рядом с ними незнакомца. Один мальчик буквально стоял с открытым ртом и глазел, не зная, плакать ему или в ужасе бежать куда подальше. Клоун, заметив ступор своих зрителей, также обратил взгляд на Уэйда, правда, никаких эмоций по этому поводу на его разукрашенном лице не отразилось. Пока дети не начали вопить и разбегаться кто куда, Уэйд решил ретироваться сам. Выставив ладони в примирительном жесте, он начал пятиться вдоль тротуара, обходя низкорослую толпу стороной. Но тут клоун вдруг потянул в его сторону руку, призывая остановиться. Лица детей обратились на секунду к нему, затем снова на Уэйда.       |Стоит отвлечься, а тебя уже унесла толпа детей, — Белый появился внезапно. — Что за… Уэйд, только не говори, что не узнал его.|       Уэйд остолбенел. Стоя со всё ещё поднятыми на уровне груди руками, он наблюдал за тем, как клоун надувает красный продолговатый шарик, а затем ещё один — чёрный. Дети, совершенно позабыв о своём страхе перед уродливым незнакомцем, принялись молча с интересом наблюдать — что же такое пытается слепить их любимец. Сначала был красный круг, затем вторым черным шаром клоун проделал несколько узлов и наконец поднял результат над головой, вызывая восторг и завистливые вздохи у детворы. Где-то сбоку послышалось: «А так можно было?» Уэйду торжественно вручили логотип Дэдпула. Несколько секунд мелкотня наблюдала за ошарашенным лицом незнакомца, но, не дождавшись и толики того, что было бы, получи такой подарок кто-то из них, отвернулась и заголосила о своих новых пожеланиях. Про Уэйда успешно забыли.       {Святые труселя Иисусе, — очнулся Жёлтый. — Это же Артур!}       |Все уже поняли|, — в голосе Белого чувствовалось явное облегчение.       Подвешенное состояние тяготило, умирать надоело. Надоело очухиваться на помойках, в кюветах и сточных ямах. Один раз Уэйда и вовсе скинули в канализацию, словно он дохлая рыба, чёрт возьми. А причина всего этого стояла себе тут и сворачивала для молокососов воздушных жирафов.       |Ты стоишь посреди оживлённой улицы с огромной эмблемой Дэдпула в руках|, — напомнил Белый. Но он не осуждал, как это обычно бывает, а просто констатировал факт.       Что случилось с этими двумя? Жёлтый стал спокойнее, а Белый перестал язвить. Скоро конец света или что? Что бы там ни было, Уэйд намеревался дождаться Артура и поговорить. Стоять в толпе детей ему надоело, так что он перешёл дорогу и уселся на скамью у остановки, положив рядом шарик и глядя убийственным взглядом на каждого, кто собирался занять место рядом. Отсюда было прекрасно видно происходящее на другой стороне улицы. Сегодня Уэйд его не упустит. Глаза сотрёт, но не упустит.       |Не забудь написать Майлзу, что на сегодня ты свободен.|       Порой Уэйду казалось, что их с Майлзом связывают отношения, ничуть не уступающие супружеским. Вечные переписки и отчёты, оправдания и обмен тупыми шутками. Но если он его не предупредит, то это будет означать провал заказа либо с Уэйдом что-то случилось. Так что он принялся по-быстрому строчить Майлзу сообщение, краем глаза следя за клоуном. Когда сообщение было отправлено, на остановке остановился автобус. Наружу повалил народ, старая посудина свистела и пыхтела, загружая в себя новую партию людей. Уэйд не на шутку разнервничался. Обзор полностью перекрыли. Ему пришлось встать и обойти автобус, чтобы взглянуть на…       {Ушёл!}       Толпа детишек, вооружённых дэдпульими логотипами, шла стройным рядом вдоль улицы и успела удалиться на добрые метров двадцать от магазина сувениров, а клоуна и след простыл. Уэйд перебежал улицу, пару раз чуть не угодив под колёса и услышав в свой адрес отборные ругательства.       — И твою маму тоже, чувак! — прокричал он вслед удаляющемуся таксисту.       В магазине за прилавком сидел седой старец, и встретил он Уэйда подслеповатым взглядом из-под круглых очков.       — Клоун! Где клоун?       — Ох, милок, — добродушно заулыбался старик, — а я-то уж подумал, что ты грабить меня собрался.       — У вашей витрины стоял клоун, я так понимаю, он на вас работал? Куда он делся? — Уэйда снедало нетерпение, но он очень старался быть вежливым.       — Артур? Да-да, он работает на меня. Точнее, работал. Сегодня был последний день. — Продавец вытащил из-под прилавка зелёный парик, демонстрируя его Уэйду. — Минуты три назад ушёл, через чёрный ход.       Уэйду не надо было показывать пальцем, он и так заприметил дверь чёрного хода, как только вошёл. Профессиональная привычка. А ещё тут камеры не работали. Но это его совершенно не заботило. Дверь вывела его в узкий закоулок, испещрённый кишками вытяжных гофрированных труб и мусорными контейнерами. Повезло, ход был только в одну сторону, с другой — путь преграждала высокая кирпичная стена. Он ускорил шаг и приготовился к преследованию. Добравшись до развилки, одна дорога которой вела на оживленную улицу, а вторая в ещё более мрачный закоулок, Уэйд выбрал вторую. Хотя Артур вполне мог бы выйти в люди, чтобы, к примеру, сесть на автобус и укатить домой. Но что-то подсказывало, что он не поступит так очевидно. Очевидно ли? Ни в чём нельзя быть уверенным, когда дело касается Джокера.       |Ты что-то такое уже говорил. Эй, а что это тут на асфальте?|       Уэйд остановился и посмотрел под ноги. На мокром асфальте валялся красный поролоновый шарик. Точно такой же был на носу Артура несколькими минутами ранее. Уэйд подобрал его, чтобы осмотреть, и собрался было бежать дальше, как его с силой затянули во внезапно открывшуюся дверь справа. Не то чтобы это было так легко — даже без сопротивления туша Уэйда весила немало, — но кому-то всё-таки удалось. Дверь за спиной с грохотом закрылась, а Уэйда припечатали к стене.       — Попался!       Перед лицом возник Артур. Всё ещё в клоунском гриме, но без парика и красного поролонового носа, он походил на Джокера, а не на дружелюбного клоуна, раздающего детям шары. Он тяжело дышал — видно, адреналин зашкаливал. Его охота сегодня явно удалась, этот блеск в глазах, азарт и победоносная улыбка говорили сами за себя. Уэйд же совсем опешил от такого расклада. Его затащили в тёмный подъезд, сверху вилась металлическая лестница, рядом стояли какие-то пыльные ящики… Артур был слишком близко, в доказательство своей победы он опирался ладонями о стену за спиной Уэйда, делая обстановку ещё более интимной. Голоса за всё это время не произнесли и слова. «Их поддержка пригодилась бы», — думал Уэйд, загнанно дыша и глазея на человека, которого безуспешно разыскивал целых две недели. Но который нашёл его сам, да ещё умудрился подстроить ловушку, в которую и дилетант бы не попался.       — Теряю хватку, — внезапно осипшим голосом сказал Уэйд, сообразив, что, несмотря на красноречивое положение их тел, Артур вовсе не владеет ситуацией, он явно не продумал то, что будет делать дальше. Ну поймал он бугая, и что теперь?       Зато Уэйд точно знал, что ему делать, на свой страх и риск он решился на то, что хотел сделать с первых минут знакомства с Джокером. Это произошло быстро, но показалось, что от момента, когда его ладони легли на худые плечи Артура, и до момента, когда их губы соприкоснулись, прошла целая вечность. Дыхание прервалось, переполненные лёгкие как будто перестали работать на несколько секунд. Артур упёрся ладонями в грудь Уэйда в намерении оттолкнуть. Его тонкие губы были холодны и отдавали синтетическим вкусом акриловой краски, а дыхание пахло клубничным леденцом. И пока Уэйду не заехали по яйцам, пока «жертва» в его руках не стала извиваться и сопротивляться, он сперва смачно облизнул, а затем прихватил нижнюю губу, оттягивая, и запечатал напоследок на ней громкий влажный поцелуй.       Артур отстранился, медленно поднял голову, заглядывая в глаза Уэйда. Грим на его губах немного побледнел, на лице читалось недоумение вкупе со страхом. Ну конечно, что же, как не страх, испытывать человеку, когда его против воли целует такой, как Уэйд? Пора бы уже уяснить! Только Ванесса не брезговала им.       — Я… Я перенервничал! — выпалил Уэйд, начав ползти по стене к лестнице, увеличивая расстояние между ними, насколько это было возможно в узком пространстве подлестничного закутка. — Чёрт, конечно, не ожидал тебя увидеть там, в толпе детей. И ты так ловко… ну… знаешь, очень ловко управлялся с этими шарами! Ты кого-то там высматривал? Прости, я наверно помешал. Просто мы расстались не самым лучшим образом. Мне нужно извиниться, я не успел… Мне надо…       — Пха-ха-ха-а-а-а… — Артур схватился за живот и согнулся, сотрясаясь в неестественно громком смехе.       Уэйд так и замер, уставившись на сгорбленного Клоуна, давящегося смехом.       |Вовремя он тебя заткнул. Ты нёс какой-то бред|, — вклинился вдруг Белый.       {Это его расстройство или он смеётся над нами? Мы сейчас действительно выглядим довольно жалко. Уэйд! Ты его поцеловал!} — Жёлтый громко возмущался, перекрикивая непрекращающийся смех Артура.       — Что? Но разве не этого ты хотел?! — Уэйд опешил. У него даже колени подкосились, пришлось присесть на ступени.       — Ха-ха-ха-а-а… Пха-ха…       {Хотел, но не так! Смотри, ты его сломал!}       |Только я подумал, что ты включил мозги… — обречённо вздохнул Белый. — Сопоставь факты: на него находят приступы смеха в определённых ситуациях. В прошлый раз он начал смеяться после рассказа о своём брате. А теперь после поцелуя!|       — Это же значит…       — Я неха-хах… не… пха-хахах! Сей-час за-кончится, хах… — Артур тяжело дышал, упираясь ладонями в кирпичную стену, он содрогался в спазмах и пытался прийти в себя.       |Он начинает смеяться, когда смущён или нервничает.|       — Чёрт, а это проблема, — подвёл итог Уэйд. — Как же я теперь буду его домогаться, если у него начинаются приступы?       Артур резко повернул голову в сторону Уэйда, болтающего с самим собой. Кому-то пора снова зашить рот и оставить так, пока губы между собой не срастутся!       — Зачем ты это сделал? — Его голос уже был ровным и спокойным, несмотря на то, что несколько секунд назад он чуть ли не надрывался от смеха.       Вопрос на засыпку. Нет, Уэйд, конечно, точно знал, зачем он поцеловал Артура. Знал он также, что этого было чертовски мало, чтобы компенсировать прошедшие две недели и волнение, которое его снедало. Обстановка накалилась, они были слишком близко, азарт, вспыхнувший от преследования, предвкушение встречи, радость, желание… Всё нагромоздилось друг на друга и вылилось в то, что в итоге и произошло. Но вслух такое лучше не говорить, наверное?       {Не знаю, можно и сказать. Давай проверим, что будет?}       Спокойствие Жёлтого настораживало. Артур всё ещё ожидал ответа. Уэйд снял шапку, смял её в ладони, отыгрываясь на ней за стресс.       — Ты знаешь зачем, — наконец сказал он, разводя руками. — И вообще, в моих поступках не всегда есть логика. Но мне не стоило, действительно не стоило, после того, что я… Ну, там, с Пугалом. Я осознал свою ошибку, честно.       Артур внимательно его слушал, теперь уже подпирая стену спиной и разглядывая коробки под лестницей.       — Обычно я избегаю ситуаций, которые… вызывают приступы, — наконец подал голос он. — Вбей себе это в башку — не вздумай больше внезапно на меня накидываться с поцелуями. В следующий раз я пырну тебя ножом.       — А не внезапно на тебя накидываться можно? — Уэйд выпалил это до того, как подумал, что такие мысли лучше оставлять при себе.       Белый обречённо матернулся, Жёлтый же захихикал, напоминая прежнего себя. Артур недоумённо посмотрел на Уэйда, с его губ готов был сорваться вполне резонный вопрос: «Какого х…?» Но Уэйд решил идти ва-банк, раз его до сих пор не застрелили, не пырнули ножом и даже не обматерили. Клоун вообще сегодня был подозрительно благодушно настроен, может, и сам скучал по Уэйду?       |Не обманывай себя, идиот!|       Но решение было принято, и Уэйд подошёл к Артуру, становясь почти вплотную.       — Что ты…       — Сейчас я тебя поцелую с языком, мистер Джей. — Уточнять было не обязательно, но перестраховаться стоило.       И прежде чем ему успели ответить отказом, прежде чем его принялись останавливать с применением силы или же холодного оружия, Уэйд прижал Артура к стене и снова поцеловал. На этот раз тонкие губы горели жаром и оказались приоткрыты, вероятно, в невыраженном возмущении — отличный повод, чтобы сделать следующий шаг. Уэйд рискнул осуществить вторую часть своего предупреждения — его язык оказался во рту Артура — вкус клубничного леденца стал более ощутим, он перебил привкус грима. Мокро, напористо, Уэйд отыгрывался за долгое воздержание, за двусмысленные шутки, за показное безразличие Клоуна. Единственное, в чём он себя ограничил, — в прикосновениях. Безумно хотелось сжать худое, гибкое тело в руках, пройтись ладонями по изгибам, изучить, заставить поддаться своему желанию. Но Артур всё ещё ему не отвечал. Уэйд совсем отчаялся, разочарованно застонав, и ощутимо укусил Артура за нижнюю губу. Поцелуй прервался.       |У тебя из правого бока торчит швейцарский нож.|       Уэйд совсем потерялся в ощущениях. Его дыхание сбилось, в месте ранения чувствовалось жжение и лёгкая боль, но…       — Это того стоило, — заявил он с улыбкой, отстраняясь и хватаясь за рукоятку ножа.       — Я тебя предупреждал, — ровным тоном объяснил Артур, наблюдая за болезненным извлечением ножа.       — Зато… гха… — кровь пропитала парку, — у тебя нет приступа.       Выражение лица Артура стоило всего того, что только что произошло. Отрицание, возмущение и, в конце концов, смирение — эмоции забавно переменяли друг друга и наконец остановились на улыбке. Широкая улыбка ознаменовала поражение Артура в их сегодняшнем столкновении.       — Лучше иди за мной, Зентаймен, — усмехнулся он, отряхивая с себя цементные крошки и отворяя дверь. — У нас с тобой много работы.       Рана на боку Уэйда уже давно затянулась, а корчился он только для вида. Ему захотелось сделать с Артуром ещё много непристойных вещей, но на данный момент достигнутого прогресса было более чем достаточно.       |Теперь ты мне веришь, Жёлтый?|       {О да!}       — Ясное дело, чуваки, — усмехнулся Уэйд, следуя за Артуром по тёмным переулкам Нэрроуза. — Кажется, я нашёл ключик к сердечку нашего сладкого Пирожка. И теперь это не просто метафора… Клубника, серьёзно? Он на вкус как клубника!