Лицей

На озере никогда не было так тихо, хотя это место всегда окутано загадочной тишиной настолько крепко, что ее, казалось, можно было взять в руки, протянув ладони наверх, к верхушкам тёмно-зелёных елей. Ветер слегка покачивал ветви деревьев, и они касались глади озера, разгоняя блики от яркой полной луны. Они отражались в темной воде и, не успев задержаться на поверхности, расплывались. Озеро медленно наполнялось печалью. Печалью несчастных бликов, вынужденных скрывать искрящуюся красоту, посланную людям с луны, за бессмысленными лёгкими дуновениями ветра, не обладающими ни чувством, ни мыслью... Луна светила так ясно, что даже тучи, собравшиеся вокруг нее, не смогли затмить свет. Она светила девушке, сидящей на сухом бревне у озера. Девушка рисовала, четкими движениями кисти сохраняя на бумаге то, чего уже не осталось в жизни, ведь все самое красивое имеет свойство очень быстро исчезать навсегда. Все, начиная от бликов на черной поверхности тихого озера и заканчивая светлым мальчиком с карими глазами, что внезапно пропал, потерялся в этом огромном мире, и даже крылья любви, так утрированно воспетые во всех популярных романах, не помогли найти дорогу к нему. А искал ли эту дорогу он? Впрочем, сейчас уже совсем не важно. Или важно? Темные, почти черные, волосы, отливающие серебром на свету, большие и выразительные зелёные глаза, поражающие простой ясностью и глубиной, бледные пухлые губы, тонкие, но густые брови и длинные ресницы, четко очерченные скулы и ключицы, вечно оценивающий взгляд... Ее зовут Тори. Она учится в выпускном классе специализированного лицея для иностранных студентов в Санкт-Петербурге. Скоро Тори исполнится 18 лет. Этот праздник она мечтала провести с Джеймсом - парнем из параллели. Джеймс был из плохой компании, и Тори всегда знала это. Знала, но прощала ему этот "промах", потому что очень любила... *** - Тори, ты идёшь? Голос звучал словно издалека. - Я…нет, прости. Мы с Джеймсом сегодня… - А, с Джеймсом. Ну да. Хорошо. - Лили, не обижайся, пожалуйста, ты же все понимаешь, - Тори растерянно подняла взгляд на близкую подругу, нелепо смотрящую в потолок. - Я не обижаюсь. Просто…ну ладно. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь? Глаза Тори удивлённо расширились. - О чем ты? Лили грустно усмехнулась и, коротко махнув подруге на прощание, вышла из школы. Тори знала, что ее подруга не любит Джеймса. Парня, который всегда доставляет слишком много проблем, который дерзит девушкам и грубит учителям, который ничего не делает на уроках и очень редко ходит в школу, а когда ходит, то только по своим личным причинам. Парня из плохой компании, парня-хулигана, что практически поселился в старом гараже на пустыре за школой. Да, Джеймса не любили так же, как и его друзей. Но его любила Тори. И Джеймс знал это. Тори увидела Джеймса в конце коридора и спрыгнула с подоконника, ожидая, что он подойдёт к ней. Он шел с одноклассником, о чем-то оживлённо разговаривая и кисло, лицемерно улыбаясь. Парни прошли мимо Тори, и Джеймс даже не обернулся. Девушка расстроенно посмотрела им вслед и снова села на подоконник. Она привыкла, что он игнорирует ее в школе. Иногда здоровается или останавливается, чтобы взять шоколадное печенье, которое девушка пекла для него весь вечер. Он улыбается, закидывая печенье в рюкзак, и Тори опять, из раза в раз, прощает ему безразличие. Глотая горькие слезы обиды, она решила подойти к нему сама. - Джеймс, можно тебя? - голос звучал уверенно, хотя в душе ее раздирали сомнения и страх. Одноклассник Джеймса насмешливо улыбнулся и посмотрел на парня. Джеймс промедлил несколько секунд и кивнул Тори. - Ты пойдешь сегодня со мной до нашей остановки? - Тори заглянула в глаза парня. Джеймс холодно ответил: - У меня появились дела. Если ты подождёшь меня… - Я подожду. - Хорошо. Я позвоню тебе, - Джеймс быстрым движением коснулся руки девушки и отошёл к ждавшему его однокласснику. Тори еле сдержала счастливую улыбку, вышла из школы и, найдя свободную лавочку, села на край и достала книгу. - Тебе бы быть потвёрже, Тори. Тори резко подняла голову и увидела лучшую подругу. - Лили? Разве ты не ушла домой? - К сожалению, нет. Увидела эту трогательную сцену с Джеймсом, самой захотелось плакать. Тори, я ему не доверяю. - Я знаю. Но ни у тебя, ни у меня нет причин ему не верить, - Тори говорила уверенно, но тихо, - Или есть? - она посмотрела на Лили. - Моя интуиция меня ещё никогда не подводила. И, думаю, сейчас не подведёт. Ты можешь меня не слушать, но потом мы посмотрим, кто прав, а кто ты, Тори. Девушка не ответила. Нельзя сказать, что слова подруги ничего не значили для нее, но сейчас она пропустила их мимо ушей. Слепая любовь тщательно фильтровала информацию, касающуюся Джеймса, отбирая только то, что выставляло его в хорошем свете. Лили села рядом, и девушки сидели молча несколько минут. - Может пойдем домой? - предложила Лили. Тори отрицательно покачала головой. - Я жду Джеймса. - Ты уверена, что он придёт? - Да. - Тогда я пойду. Тори кивнула. Лили встала и, ещё раз укоризненно посмотрев на подругу, повернулась к ней спиной и ушла. Тори осталась ждать. Прошел час. Джеймса не было. Тори звонила ему несколько раз, но он не поднял трубку. Смахнув жгучую слезу с бледной щеки, девушка встала со скамейки и медленно пошла домой. Другого выхода не было. Ждать его дольше она не могла. "Прости, мне нужно уходить", - напечатав короткое сообщение, Тори закинула телефон в сумку и пошла домой. Она снова извинилась перед ним за его же поступок. Снова он не виноват. И снова он сделал ей больно. Тори забежала домой, бросила рюкзак в угол, упала на кровать и заплакала. Он плакала от осознания того, что больше так продолжаться не может. Она любила его больше жизни. Но он был не способен полюбить ее так же. Или вовсе не способен полюбить. - Джеймс, нам надо расстаться. Я не хочу объяснять, ты сам все понимаешь. Будь счастлив. - Как скажешь, Тори. Все закончилось. Тори закрыла глаза и попыталась не думать о нем. По щекам текли горячие слезы, пропитанные воспоминаниями, они больно обжигали кожу. Тори вспоминала, как они познакомились. Перед глазами всплыл образ Джеймса. Высокий и красивый, он тогда улыбался ей и только ей. Его темно-карие глаза совсем не сочетались со светлыми волосами, отливающими серебром на солнце, однако для Тори он всегда был самым красивым. Девушка улыбнулась. Словно видео на старой плёнке, она просматривала несколько месяцев своей жизни. Джеймс подходит и берет ее за руку, смотрит прямо в глаза. Он серьёзен, как никогда, но в глазах играют те самые мальчишеские огоньки, которые никогда не гасли. Тори тоже смотрела в его глубокие карие глаза. Она тогда смогла прочитать в них любовь к себе. Но сейчас… была ли это любовь? Тори вспомнила, как они гуляли по железной дороге. Джеймс нёс ее портфель на спине и уверял ее, что это совсем не тяжело - тащить два портфеля. А потом у него болела спина, он два дня провел в больнице, а когда вышел, сразу позвал Тори в кино. Он писал ей постоянно, и они общались ночи напролет, а утром смеялись над синяками под глазами. Они ели шоколадки у школы рано утром, чтобы никто не видел их. Они были красивой парой. Такие разные внешне, они были очень похожи. Они словно составляли пазл. Прохожие оборачивались при виде двух пар влюбленных глаз - темно-карих и ярко-зеленых. Больше они не вместе. Так сложно это принять, так больно осознавать. Тори любила его. Джеймс любил ее. Что произошло? Тори не выдержала и позвонила ему. Он поднял трубку. - Тори? - Извини, что звоню. Я не смогу успокоиться, пока не узнаю, что произошло между нами. За что ты так ко мне охладел? Я делала что-то не так? Скажи, пожалуйста... - Тори…я не думаю, что должен это говорить. - Я прошу тебя, Джеймс. Это последняя моя просьба к тебе. С минуту Джеймс молчал. Тори терпеливо ждала, тяжело дыша. - Мои одноклассники… они не считают тебя… очень красивой девушкой, понимаешь... Тори поняла. Внезапно она все осознала. Осознала и приняла. За несколько секунд она промотала месяцы отношений с Джеймсом. Вопросов больше не было. - Значит, они считают меня… а ты? - Что я? - Перестань делать вид, что не понимаешь. - Тори, прости, но ты не та девушка, которая нужна мне. Знаешь, мне порядком надоели твои проблемы, надоело поддерживать тебя, что-то советовать, разговаривать с тобой, когда ты просишь. Извини меня, Тори, мне очень надоела твоя сентиментальность. Я люблю тебя. Любил. Очень любил. Но ты права, нам на самом деле лучше расстаться и не мучать друг друга. Из нас получатся прекрасные друзья… Тори сбросила трубку и ударилась лицом в подушку. Она плакала очень долго, била кулаками кровать и стену, прижимала к груди подушку, а потом просто молча сидела и смотрела на их общую фотографию. Нет, она не хотела рвать ее. Она стала для нее напоминаем о главной ошибке ее молодости и о самой большой любви.