Мы на вершине

— Свет! Камера! Мотор! — Яркий свет ударил в глаза Лалисы, а на площадке раздалась громкая музыка. Плавные движения девушки завораживали всех присутствующих, что они даже забывали о своих обязанностях. Лалиса отдавалась танцу на все сто. В последний момент, почти за пару дней до съёмок она изменила всё: музыку, добавила новые движения, полностью изменила посыл своего выступления. По началу это был быстрый, незамысловатый танец под лёгкую, энергичную музыку, но из-за ссоры с Дженни она чувствовала, что не хочет исполнять уже готовый танец. И вот сейчас на ней сексуальная, открытая одежда, растрёпанные длинные локоны, перекрашенные в чёрный цвет. Она вложила в этот танец свои чувства, это не просто сексуальные движения, они показывают желание, страсть, чувства, граничащие с одержимостью любовью — всё, что она чувствовала рядом с Дженни. Лиса танцевала, забыв обо всём на свете, отдавалась эмоциям и обращала внимание только на свои движения. Сейчас она чувствовала прикосновения Ким на своём теле, вспоминая время, проведённое наедине с ней. — Браво! — Хореограф певицы встала со стула и начала аплодировать со всеми, кто находился на площадке по окончании выступления. Манобан лишь поклонилась, робко улыбнувшись, а затем поспешно ушла в свою гримёрку. У неё нет настроения разговаривать с кем-то, улыбаться и притворяться, что всё нормально. Они с Дженни не виделись уже полтора месяца, за это время Лиса сняла клип в Бангкоке, прилетела обратно, поработала фотомоделью для BVLGARI, и только что сняла ещё один клип. Уже завтра они с девочками собираются в здании YG, и начнётся плотная работа над альбомом. Тайка не знает, как они будут взаимодействовать с Дженни, им вновь придётся проводить бесчисленное количество времени вместе, и не только на работе, но и дома, ведь они снова переезжают в Blackpink House. Девушка думала, что Дженни опомнится, они смогут помириться, но нет. Кореянка никак не отвечала на её действия, Лиса звонила, писала ей каждый день, посылала цветы и открытки, просила друзей поговорить с Ким и когда у неё было свободное время приходила к дому певицы и просто стояла, надеясь войти внутрь. Но молчание в ответ заставило девушку опустить руки, не из-за того, что она больше не хочет или не может, а из-за того, что Дженни по всей видимости всё ещё не отпустила обиды. Собравшись, брюнетка поехала домой, ей надо расслабиться перед завтрашним днём, и она надеялась, что Чеён побудет с ней до завтра. *** — Не думаю, что Дженни будет продолжать тебя избегать, вокруг нас опять повсюду будут камеры. Она должна понимать, что фанатам нельзя давать повод для слухов, — Говорила Чеён, поедая рис. — Я тоже так думаю, но... Это же Дженни, — Дженни. Дженни. Дженни. Лиса уже отвыкла произносить это имя вслух, она привыкла постоянно держать его в голове, не в силах выкинуть девушку из мыслей даже на секунду. — Лимарио, всё будет хорошо, слышишь? Ладно, мне пора, — Пак встала из-за стола и подошла к подруге, чтобы обнять её. — Куда ты? Мы же посидели всего час, — Расстроенно спросила младшая, обнимая девушку. — Джису просила помочь ей собрать вещи, мы же скоро переезжаем. — Хорошо, тогда пока. Лиса снова осталась одна в своей квартире. Она ещё не собирала вещи, и ей совершенно не хочется этого делать. Сейчас ей ничего не хочется. Девушка весь вечер смотрела сериалы и проверяла страницы Дженни в соц. сетях с фейковых аккаунтов. Ким как и Лиса мало что выкладывала во время отпуска, заставляя тайку гадать, чем она занималась. Ночь наступила быстро, не желая засиживаться, девушка легла спать. *** Отпуск никак не помог Дженни. Она не смогла расслабиться, а расставание с Манобан чуть не убило её. Она каждый день набирала номер девушки, с желанием позвонить ей, но тут же вспоминала, что сама заблокировала её, и это напоминало ей о том, что она хочет всё забыть. Она действительно всем сердцем хочет забыть девушку, перестать о ней думать, перестать плакать и жалеть себя, но просто не может. Дженни сама не может дать ответ почему просто не может этого сделать, словно Лиса — это неотъемлемая часть её жизни, без которой кореянка не может функционировать нормально. Сегодня первый рабочий день. Дженни выспалась, у неё не плохое настроение, но по какой-то причине она просто не хочет идти туда. Причина очевидна — Ким не хочет видеть Манобан. Они с Джису приехали в YG вместе, старшая подбадривала девушку, сказала, что всегда будет рядом, чтобы Дженни вдруг не осталась наедине с тайкой. Но младшая Ким в это неохотно верила, ведь Джису всё время только и делала, что кричала на неё, и пыталась заставить помириться с Лисой. Но как бы то ни было, они сейчас вместе заходят в здание. — Сколько лет я здесь работала, а сейчас кажется, что захожу в первый раз. Мы впервые так долго отсутствовали, — Говорила Джису, заходя в лифт. Дженни просто пропустила это мимо ушей. Её ладони потели и она чувствовала себя не в своей тарелке. Поднявшись почти на самый последний этаж, девушки пошли по изученному наизусть пути. Все работники при виде девушек кланялись и сразу бежали по делам, что певицы даже не успевали поклониться в ответ. Сейчас все артисты YG над чем-то работают, поэтому их стафф очень загружен, что в скором времени случится и с Blackpink. Девочки зашли в свой офис, где сидела одна Чеён. — Привет, — Сказала девушка, подходя в вошедшим подругам и обнимая их. — А где Лиса? — Спросила Джису, озвучивая то, о чём думала Дженни. — Она пошла попить, — Ответила девушка, снова садясь в кресло. Дженни села рядом с Джису, оставляя Манобан свободное место прямо напротив, рядом с Рози. Они сидели втроём около десяти минут, разговаривая о том, кто как провёл отдых, как в кабинет вошла Лалиса. У Дженни перехватило дыхание, она так изменилась. Отрастила волосы и перекрасила в чёрный цвет, что сделало её образ более стервозным, чем привычно милым. Ким сразу заметила, что та похудела, скорее всего из-за стресса, ведь ей никогда ей никогда не нужно было снижать массу тела. Старая кожанка висела на худых плечах, и штаны казались слишком большими. Пранприя прошла на своё место рядом с Чеён с каменным, ничего не выражающим лицом. Это так не похоже на неё. Она даже не поздоровалась с девочками, следом за ней прошёл их новый директор, с которым они проработали около года. — Привет, девочки, давно не виделись, — Сказала женщина и группа, приподнявшись со своих мест также поклонилась поздоровалась с женщиной. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули, потому что с этого дня мы начнём плотно работать. Я видела, что некоторые из вас продолжали активность и во время отпуска, это хорошо, но я хотела, чтобы вы просто насладились свободным временем. Ваши личные менеджеры видимо так не считают. Пока директор говорила, Дженни постоянно поглядывала, как ей казалось незаметно на Лису. Она сидела с серьёзным лицом и смотрела только на директора, не обращая внимания на Дженни. Ким уже хотела пнуть её под столом, чтобы та подала хоть какие-то признаки жизни. Неужели она уже всё забыла? Дженни периодически уходила в себя, размышляя о Лалисе все два часа, пока они обсуждали старт работы, что выводило из себя Джису. Но Дженни было плевать, она всё никак не могла привыкнуть к новой Лисе, такой замкнутой, серьёзной и слишком молчаливой. Обычно, когда они обсуждали что-то по работе, Манобан притаскивала с собой какие-то игрушки, и сидела игралась, отвлекая всех, либо пускала шуточки и разряжала обстановку. А сейчас перед Ким следа абсолютно другой человек. Девочки прошли в соседний зал со всем стаффом. Компания уже подготовила примерные наброски по поводу стиля и направления группы в новом альбоме. Они целый час слушали разные идеи, но им так ничего и не понравилось, тогда девочки сами стали обсуждать свои идеи. — А что насчёт тебя, Лалиса, есть идеи? — Спросила директор. Девушка выпрямилась и отложила бумажки со всеми идеями. — Я хочу, чтобы наш первый альбом был запоминающимся. Песни должны быть о чём-то великом, о том, что будет актуально всегда. Blackpink уже не маленькие девочки, мы должны показать это. Я больше не хочу говорить о том, что мечтаю о любви, это тронет только детей. Может сделаем акцент на реальности? В общем, я думала насчёт альбома, и мы все хотим показать свою силу и независимость, поэтому хочу выпустить песни, которые будут говорить о том, насколько мы сильны, и что нам не нужен кто-то ещё. Но конечно не помешает и пара позитивных хитов. Дженни не могла поверить в услышанное. Лиса прямым текстом сказала, что ей никто не нужен. Ким смотрела на Лису и не узнавала в ней девушку, которая когда-то каждое утро говорила, как сильно она её любит, и что не сможет жить без неё. Теперь она говорит о том, что любовь ничего не значит. Как это вообще понимать? — Отлично, мне нравится! Вы выросли, вы сильные девушки, да, тем более у нас уже есть "How you like that", эта песня хорошо впишется в такой альбом. Я надеюсь, на такие мысли тебя навело не расставание с Дженни? Девочки переглянулись, и на их лице застыл немой вопрос: "Откуда она знает?". — Нет. Я просто изменилась, — Сказала Манобан, не выражая никаких эмоций. Девочкам осталось только записать пару сторис для фанатов, чтобы намекнуть на новый альбом. Они остались в кабинете вчетвером и просто болтали. Лиса, казалось, расслабилась, они с Чеён беспрерывно шутили, играли и смеялись. Дженни снова узнавала свою родную Лису, всё-таки эта чертовка никогда не изменится. Ким же в свою продолжала хранить молчание, изредка переговариваясь с Джису. Дженни пошла в уборную, ей срочно нужно было освежиться. Умыв лицо холодной водой, девушка протирала лицо салфетками, как услышала, как кто-то вошёл. Подняв глаза, она увидела Лису, стоящую совсем рядом. Она вытирала что-то с брюк. — Что случилось с тобой? — Неожиданно даже для себя спросила Дженни. — Чеён пролила на мои брюки свой сок, — Сказала Лиса довольно дружелюбным голосом. Дженни покачала головой и развернувшись к двери, уже хотела уйти, как Манобан вновь что-то сказала: — Мы так и будем притворяться, что ничего не случилось? — Спросила Лиса, глядя прямо в глаза Дженни. Она смотрела на неё, изучала мельчайшие черты, словно пытаясь запомнить, будто они видятся в последний раз. — А что-то случилось? — Невинно спросила Дженни, включая сучку. Ей было больно, она так хотела просто сдаться и броситься в объятия Лалисы, но нет. Она принесла ей слишком много боли, Дженни не допустит того, чтобы это повторилось. Лиса просто покачала головой, поджав губы и выбежала из туалета. Дженни, её слова, интонация — всё приносило нескончаемую боль тайке. Этот мимолётный разговор вдребезги разбил надежды Пранприи на воссоединение. Лиса сразу же уехала домой, ничего не сказав девочкам. Она больше не могла там находиться, только не сейчас. *** Квартира, полная друзей, громкая музыка и много алкоголя, слишком много. Лиса устроила вечеринку в честь "отъезда". Им удалось отсрочить переезд в Blackpink House на две недели, но это время стремительно пролетело. За тонной работы, тренировок, обсуждением альбома, девочки работали каждый день не покладая рук. Каждый день Лиса виделась с Дженни, каждый день наблюдала за ней в тайне, стараясь держать себя в руках. Не иметь возможности открыто смотреть на неё, прикасаться к ней, целовать её пухленькие щёчки — мучение. Каждый раз глядя на неё, она чувствует, что всё тело ломит изнутри, а душа разрывается на мелкие части, ещё мельче тем те, что остались после их расставания. Но Лиса ничего не может с этим поделать. Единственное, что ей подвластно — это стиснув зубы с головой отдаваться работе, которую она предпочла Дженни... Лалиса стояла у барной стойки, разговаривая с Каем, когда к ним подошла Джису. Лиса даже не знала, когда она пришла. Ким выглядела какой-то грустной и нервной. Обняв подругу, она предложила ей выпить, и ко всеобщему удивлению девушка без колебаний взяла коктейль. — Что с тобой? — Манобан приобняла подругу, положив на неё руку. — Лис, нужно поговорить, — Джису кивнула на лестницу. Тайка отвела подругу на второй этаж, где они были совершенно одни. Лиса переживала насчёт подруги. Джису редко о так сильно волнуется, поэтому Манобан сразу поняла, что случилось что-то серьёзное. — Так что стряслось? — Лиса положила руку на плечо брюнетки. — Лис, я должна тебе сказать... — Девушка посмотрела в глаза брюнетки, — Дженни встречается с Сухо из EXO. — Ч-что? — Тайка не знала как реагировать. Джису что-то ещё говорила, но девушка ничего не слышала. Она будто провалилась в сон, в страшный сон, от которого хочется поскорее избавиться. Лиса не поняла, как она спустилась вниз и как подошла к барной стойке. Она слышала, как её кто-то зовёт, слышала музыку и чужой смех, но никак не могла прийти в себя. В её голове засело всепоглощающее чувство отчаяния. Последняя капля надежды, которая у неё была исчезла, оставив после себя дыру на месте сердца девушки. Тяжело дыша она пробормотала Каю, чтобы тот налил ей чего-нибудь выпить. Брюнетка залпом выпила бокал виски и тут же попросила ещё один. Ей не хотелось что-либо чувствовать сейчас, не хотелось бороться. Хотелось просто перестать думать о Дженни. — Лис, ты в порядке? Что случилось? — Спрашивал парень. Тайка молча выхватила у друга бутылку виски из рук и сделала пару глотков прямо изо рта. Горечь разливалась по горлу, но ей было плевать, ни один мускул на лице девушки не дрогнул, и это всерьёз напугало Чонина. Он аккуратно забрал спиртное из рук девушки и сел поближе. — Хей, расскажи мне, что случилось? — Мягко спрашивал Кай. — Ты знал? — Холодным низким тоном спросила девушка и подняла глаза на друга. — О чём? — Не притворяйся. Ответь на мой вопрос. Ты знал, что Дженни встречается с Сухо? Кай тут же нахмурился. Он долго молчал, переваривая эту информацию, прежде чем ответить, пока Манобан, прищурив глаза смотрела на блондина, чувствуя вот-вот подходящее опьянение. — Нет, даже не догадывался... Он обо всём нам рассказывает. Откуда ты это взяла? — Джису сказала, — Ответила девушка и вновь запросила бокал виски. — Слушай, может это неправда? Дженни не могла так поступить. Лиса с силой ударила по столу и встала напротив друга. — Во-первых, Джису никогда не врёт, — Тихо начала девушка, — А во-вторых, ты что защищаешь её!? Защищаешь эту шлюху!? — Тайка перешла на крик. — Лис, ты не в себе, не стоит так о ней говорить, — Парень положил руку на плечо девушки, но она тут же её скинула. Манобан взяла одну бутылку виски и направилась к выходу из дома. Надев ботинки, девушка вызвала себе такси и как только ей пришло уведомление о том, что машина подъехала она вышла из квартиры. Она сейчас не понимала, что делать, в голове была единственная мысль — увидеть Дженни и посмотреть в её бестыжие глаза. Лиса даже не заметила, как таксист подвёз её к дому Ким. Расплатившись телефоном, после чего он сразу же сел, девушка подошла к воротам и начала звонить. Никто не отвечал, но Лиса прекрасно понимала, что её слышат. — Дженни, выходи сейчас же или я снесу эти ворота машиной, я тебе клянусь, — Кричала девушка, пивная железные двери. Через пару секунд ворота открылись и Лиса ринулась к дому. Дженни уже стояла на пороге. Манобан сделала большой глоток виски, после чего бросила бутылку на асфальт. Та разлетелась вдребезги, но тайка и ухом не повела. Кореянка вздрогнула, эта картина пугала её. Лиса никогда так себя не вела. — Что ты делаешь? — Дженни старалась звучать отстранённо. — Ты тварь! — Брюнетка не слушала её. Подойдя достаточно близко она выплюнула эти слова ей в лицо. Дженни дрожала, она смотрела в бешеные глаза Лисы и не узнавала её. Неужели это она сделала с ней? Тайка смотрела на девушку сверху вниз и тяжело дышала. На её лице чётко читались боль, злость и отвращение. Ким сразу поняла, что Лиса всё знает. — Давай зайдём в дом и нормально обо всём поговорим? — Ким взяла её за руку, но та сразу же её выхватила. На улице было холодно, а тайка даже не надела пальто. — Значит сейчас ты хочешь разговаривать!? Ты разбила мне сердце, буквально уничтожила всё, что между нами было! Но я до последнего думала, что у нас есть ещё шанс, а ты, — Тайка ткнула пальцем прямо в груди кореянки, — Просто взяла и забыла всё! Нашла кого-то другого! Какая же ты шлюха, Дженни, я ненавижу тебя! Богом клянусь, если бы у меня была возможность, я бы навсегда избавилась от тебя в своей жизни! — Лиса кричала, так громко, как только могла. Она чувствовала, что уже перешла на плачь, потому что горячие слёзы стекали по лицу, пока она говорила. Манобан смотрела в лицо Дженни, которое всё ещё вызывает тёплые ассоциации с домом, и не могла поверить, что ничего этого уже не будет: они никогда больше не будут вместе смотреть всякие дурацкие шоу по телевизору, не пойдут на свидание, не будут вместе готовить и танцевать в их мини-студии, Лиса никогда больше не пожелает ей спокойной ночи и не поцелует в лоб, что стало уже традицией перед сном, не возьмёт её за руку, когда Дженни будет страшно перед выступлениями. Ничего этого уже не будет. Сейчас Лиса ясно осознала, что Ким поставила точку и перечеркнула всё, на что младшая надеялась. — Лиса, пожалуйста, — Дженни не сдержала слёз. Каждое слово Лисы ранило её прямо в слове. Девушка потянулась к лицу Лисы, чтобы стереть слёзы с её лица, но она перехватила её руку. Дженни молчала, она не понимала, что делает младшая. Манобан просто держала её руку в своей и не сильно сжимала. — Ты что любишь его? — Уже хриплым голосом спросила девушка. Она больше не плакала, её губы слегка дрожали, а брови были нахмурены. — Я... — Дженни хотела что-то ответить, но запнулась. Лиса хотела услышать твёрдое "нет". Надеялась, что Дженни скажет, что всё ещё любит её, тайка думала, что в ту же секунду забудет все обиды, сотрёт эти ужасные воспоминания из своей памяти и бросится в родные объятия, потому что настолько сильно любит эту девушку. Но Ким ничего не сказала... Тогда Лиса молча отпустила её руку и стиснув зубы закрыла глаза. Дженни хотела что-то сказать, но увидела, как тайка снимает кольцо с правой руки. Кольцо из той самой пары колец обещания, которые она когда-то купила и подарила одно Дженни. В этот момент сердце Ким пропустило удар. Она даже не замечала, что Лиса всё ещё носит это кольцо. Манобан долго смотрела на него прежде чем забросить куда подальше. — Прощай, Дженни, — Сказала девушка и эти слова навсегда засядут в голове старшей. — Нет, Лиса, стой! — Кореянка побежала за девушкой, — На улице холодно... — Она не успела закончить предложение, как Лиса её перебила. — А тебе не плевать? — Безразличным тоном спросила девушка, развернувшись и посмотрев в карие глаза. Не сказав больше ни слова, тайка ушла. Ушла, оставив Дженни плакать навзрыд и сожалеть обо всём, что она сделала. Почему Ким только сейчас поняла, что всё, что она сделала было ошибкой? Она ведь любит Лису и никого больше...