it's time to learn to feel again

(AU где Адмирона не казнили, а отрубив крылья отправили на Землю)

***

      «Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь.»       Винчесто понимал, что сейчас случится. Он, имея статус и прожив достаточно большое количество лет не раз посещал подобные мероприятия. Но сейчас, вместо тех ангелов и демонов, сидеть в наручниках на ногах, руках, шее и крыльях будет он. За нарушения закона неприкосновения ему отрубят алые крылья и отправят на Землю. Винчесто не считал, что это наказание самое жёсткое, он даже спокойно к нему относился, до определённого момента. До казни оставалось часов шесть, он и Ребекка Уокер сидели в камере, и молчали. Когда Винчесто пытался контактировать с старшей Уокер глазами, та сразу отводила взгляд. И он, хоть знал Ребекку лучше всех в этом мире, не понимал, что означало это действие.Что это вообще может значить? То, что она зла на него, огорчена, обижена, рада, расстроена? Он не знал, любит ли она его сейчас.Раньше, точно.Она же холодный Серафим, которая следует всем указаниям, которая слишком дорожит своим статусом.Что насчёт него? Он любил ее.И любит.До сих пор.Со времён выбора стороны они пересекались пару раз, даже целовались, но встречи становились все короче, улыбка у Ребекки уменьшалась, а вскоре за спиной белые крылья сменились золотыми.И он был удивлён, что на церемонии посвящения в Серафимы старшая Уокер на самом деле искренне ему улыбнулась, ее глаза заблестели, но лишь на долю секунды.Резко переведя взгляд Уокер впервые надела ту восковую маску.Потом они пересеклись лишь три раза.Он помнит.Помнит как она говорила лишь холодное «здравствуй».Но он верил, что где то, в глубине души его вид все ещё заставлял ее зажечься.Из раздумий его выводит женский голос:       — Ты просто бросишься под клинок и спокойно спрыгнешь? — смотря в маленькое окно с решетками головами Уокер       — А? — с удивлением говорит Винчесто, но быстро соображает и отвечает, — а что я могу сделать, Ребекка?       Ребекка молчит.Она заламывает пальцы, но молчит.Нервничает.Винчесто знает такое неприметное, незаметное движение, она почти всегда его использовала.На экзамене, на церемонии, да, в любой момент, когда та нервничала.       — Не нервничай, — начал Винчесто, — я уверен, после заточения ты снова вернёшь свой статус.       Ребекка перестаёт заламывать пальца.Она смотрит в окно, оперевшись руками о стену и громко вздыхает.       — Винчесто, я Серафим, — начинает Ребекка       — Да, я заметил, — с ухмылкой говорит демон       Он знает, что она слегка улыбнулась, но бывшая непризнанная лишь цокает и продолжает:       — Дай закончить то, — голос Серафима неожиданно вздрогнул, — у меня большая власть в руках, я многое ведь могу сделать.Но тебя я спасти не могу, Винч.       Она впервые за долгое время называет его по прозвищу, которое сама и придумала.Он улыбается, но вся эта тема разговора его конечно настораживает.       — Да, я знаю, — коротко отвечает Винчесто       Тишина.Ребекка снова молчит.В ее голове проносится это «да, я знаю» наверное тысячу раз, она закусывает губу, та от такой силы трескается, она пытается сдержать все эмоции, пытается не показать себя слабой, даже перед ним.Хотя она всегда показывала себя настоящей.Эмоции, чувства, даже одежда, точнее ее отсутсвие.        Всхлип.       Она не выдержала.Винчесто изумленно глядит на неё, встаёт и тихо спрашивает:       — Ребекка?       — Ты понимаешь… — резко повернувшись к демону начинает говорить Ребекка, — я-Серафим! И я ничего не могу сделать! Ничего! Я не могу даже хотя бы перенести казнь, не могу хотя бы поменять ее, что уж говорить тут про твоё спасение! Но ты не понимаешь! Я чувствую себя бесполезной.Ведь та сила, к которой я шла годами, идя по головам, отказывала себе во всем, чего бы я желала, чтобы стать чертовым Серафимом.И когда мне понадобились мои силы, они просто оказались бесполезными! И кто знает, может я даже сожалею с выбором стороны! Ох, но тебе же плевать! Тебе плевать, что ты падешь! Плевать, Винсент! Ведь, о Шепфа, я весь из себя такой один одинешенька, никому не нужный! Ведь ты даже не знаешь, что я до сих пор любл… — плача, крича на Винчесто Ребекка резко остановилась на полуслове.       Она поняла, что ее занесло.Она сказала, наверное, слишком много лишнего, а может, наоборот.Винчесто смотрит на неё с широкое открытыми глазами и ртом, глаза его блестят, и к сожалению, блестят они уже не из-за того, что там пляшут чертёнки, скорее, теперь там образовались льдинки, которым демон никак не даст растаять.Она плачет, он начинает улыбаться, хоть глаза его все ещё слезятся.Он подходит к ней, заключает в объятья.Ребекка сопротивляется, плачет, бьет его кулаками, прям как раньше, в школьные годы, но по итогу сдаётся.Она прижимается к нему, утыкается головой в грудь.Он положил свою голову на ее и гладит ее по спине, он чувствует, как его одежда становится мокрой, но не обращает внимание.Он плачет, и Ребекка это знает, но он не подаёт виду.Она все ещё обнимает его руками, но поднимает голову и смотрит на него снизу вверх.Он ухмыляется и целует ее в розовые, слегка пухлые губы.Его губы все ещё со вкусом бурбона, а ее со вкусом земляники.Поцелуй был не долгим.Он поднимает её       — Хей! — улыбнувшись говорит Ребекка, не переставая плакать        Адмирон утыкается ей в грудь, девушка лишь обвивает его шею.Да, они в тюрьме, в самой охраняемой башне вселенной, но им все равно.Его не спасти, а значит и ее не спасти.Он садится, Уокер старшая снова утыкается ему в грудь, а он гладит ее золотистые волосы.И они молчат.Они сидят так до самого прихода ангелов.Услышав шаги, они быстро отстраняются и будто бы ничего и не было.Кроули цепляет наручники на руки и шею Винчесто, а Ребекке тоже одевают наручники, но только на руки.Она не должна туда идти, но Сатана постарался.Ребекка больше не плакала, не кричала.Она снова надела ту восковую маску, но периодически жмурилась, говоря, что это из-за солнца.Фенцио шёл сзади и лишь ухмылялся:       — Ну, что, Бэкки, чего же ты жмуришься? — сделав акцент на имени сказал Фенцио       — Ох, дорогой, тебя просто увидела, вот и смотреть не могу, — резко ответила Ребекка        У старшей Уокер все ещё остались те зачатки демона.Винчесто лишь улыбнулся.Она все та же Бэкки Уокер.Просто теперь она для всех Серафим Ребекка Уокер, но для него именно Бэкки Уокер.       На Казнь пришли посмотреть много ангелов, демонов и непризнанных.Ребекку увели в сторону, а Адмирона в другую, в придачу ещё и ноги застегнули наручниками.Он не смотрит на неё, не может себе позволить, а она наоборот, смотрит, не может позволить отвести взгляд.Кроули говорит свою долгую, скучную речь и отпускает руку, в качестве приказа отрубить крылья.Резкая, пронзительная боль.Ангельским клинком намного больнее отрубать крылья, чем же даже просто вырывать.Крик.Никто из казненных таким образом не сдерживал крик.Он случайно смотрит на Ребекку.Она не плачет.Ее выдают лишь пальцы, которые она яростно сгибает.Он мимолётно улыбается ей.Наручники отстегивают, но угрожают клинками.Демон прыгает в водоворот.Летит.И падает, больно ударившись о Землю.

***

      Ребекка не знает сколько прошло времени с казни.Сколько она уже является лидером в войне против Мальбонте.Но сейчас она понимает, ее ведут на казнь, ей тоже отрубят крылья и отправят на Землю.Это разрешил сделать Мальбонте.В награду за то, что Фенцио освободил его, бывший престол лишит ее крыльев.Она думала о том, что она виновата во всем этом, но быстро отбрасывала эти мысли потому, что она знала, что Винчесто бы так не считал.Она в ранах, ссадинах, синяках, какой-то порванной одежде.Ее пытал Фенцио.Она никогда не думала, что в этом ангеле накопилось так много злобы на неё.Ее ведут к водовороту, на ней уже есть двое наручников, но к ногам приковывают ещё одни.Фенцио отрубает одним взмахом оба крыла.Боль.Слишком сильная боль.Даже Ребекка Уокер не устояла.Она кричит, тяжело дышит, а из глаз льются слёзы.       — Твоё наказание будет таким.Ты не бессмертна, умереть ты можешь от любой вещи, также как и чувствовать боль, но естественной смертью ты умрешь ровно в сто шестьдесят семь лет.Ты вернёшься сюда и я снова отрублю тебе крылья и ты полетишь вниз.И когда ты снова умрешь, я снова отрублю тебе крылья и ты полетишь вниз.И так бесконечно.Ты будешь переживать смерти близких, и о нет, не говори, что ты не привяжешься к кому нибудь, ты привяжешься, я знаю, ведь демона, которого казнили из-за меня, ты по настоящему любила, сучка, — Фенцио говорил это с явной уверенностью в голосе       Ребекка хотела съязвить, но сил ей хватило лишь на то, чтобы улыбнуться дочери, бьющейся в конвульсиях и кричащей «Мама!».Прямо как в детстве.Она помнит этот крик, когда они с Винчесто впервые прилетели к ней, может, она увидела ее тогда лишь потому, что ей показалось, может до определённого возраста дети видят верховных существ, но Бекки так и не нашла этому объяснение.Ребекку отстегивают от наручников и она летит вниз, думает о демоне, ведь он где-то там, а она сделает все, чтобы его найти.Ребекка пала.И она не знает, что у неё болит сильнее, два шрама на спине или остатки пыток от Фенцио.Она ловит какую то машину с приятной женщиной, ее зовут Оливия Нильсен.Ребекка поняла, что пала она в Швеции.Оливия рассказывала про то, что скоро к ней приедет сын с девушкой, чему она очень рада.       — Первым делом я конечно опробую ее в стрельбе из лука, — сказала Оливия, — а ты умеешь стрелять из лука?       — Умею, — ответила Ребекка       — Умница, — улыбнувшись своим мыслям сказала Оливия       Оливия довезла старшую Уокер до больницы и дала ей свой номер.Бекка свяжется с ней, но чуть позже.Хотя бы когда она заработает хоть немного денег.       Спустя полгода Уокер имеет однокомнатную квартиру с хорошим ремонтом, телефон с одним номером в контактах, повышенное чувство вины перед всеми и, наверное, маленькую депрессию.Ребекка познакомилась с Нильсеном младшим — Александром, его девушкой — Агатой, их подругой — Рейчел и пару раз слышала имя «Сэм».Также та посоревновалась в стрельбе луком с Нильсен старшей.Оливия уговаривает сходить к психологу, но Ребекка отказывается.Но когда Ребекка начинает винить себя в перегоревшем омлете Оливии, Нильсен сама начинает поиск психолога.       — Слушай, моя знакомая не так давно ходила к психологу.На, посмотри, — отдавая ноутбук Ребекке сказала Оливия, — он вроде и хороший психолог, и горяч, ух как горяч, конечно, я не против все ещё помогать тебе в поисках того мужчины, но вед… — не успев закончив Оливия сосредоточилась на Ребекке, которая изумленно открыла рот и глаза       — Это он, -сказала Бекки и быстро сделала запись через его менеджера       — Хей! Дамочка, а где мое спасибо? — выгнув бровь сказала Оливия       — Спасибо, — чмокнув подругу в щеку сказала Ребекка       Ребекка, хоть и морально нестабильная старалась вести себя подобающе.Конечно, она стала человечней за это время, но сдерживать чувства, эмоции и мысли она умела лучше всех.Бэкка привязалась к Оливии, она вела с ней себя даже чуточку человечней той человечности, которую она успела достигнуть за полгода.Она была ей благодарна.Она спасла ее тогда.Наступил тот день.Ребекка Уокер надела темно бежевую водолазку, коричневую, кожанку, удлиненную юбку на высокой талии, колготки, которые были чуть темнее ее цвета кожи, чёрные каблуки под цвет стрелок, пальто, ну и, на всякий случай красивое белье.Макияж был простой, коричневые тени и чёрные стрелки, строгие брови и легкие румяна.Она нервничала.Мало ли что случилось у него за все это время.По людским меркам прошло примерно полтора года с их последней встречи.А вдруг у него жена? Дети? А может, муж? Ребекка посмеялось.Шутки во время школы про то, что Винчесто гей ей определено нравились, ему не особо, поэтому, когда те начали встречаться она перестала шутить, но всегда улыбалась, когда кто-то шутил про это.Она просто была готова принять его любым, ведь он первый увидел в ней что-то стоящее, что-то важное, что она тоже личность, а не «непризнанная».Ей было приятно. Чертовски приятно.Улыбнувшись своим мыслям Ребекка решительно вышла из квартиры.Бэкка пришла раньше времени.Ей пришлось подождать.Когда из его кабинета вышел мужчина лет так сорока, ее пригласила войти его менеджер, явно завистливо посмотрев.Ребекка сразу поняла, менеджер хотела переспать с начальником, однако та совершенно не тянула на его уровень.Ни внешне, ни внутренне, Ребекка сразу это поняла.Либо это остатки способностей, либо она просто начала сходить с ума.Зайдя в кабинет, Уокер сразу заметила стиль.Красный, чёрный и детали золотого.На стене она сразу заметила два пера в рамке.Золотое и красное.К горлу подступил ком, ноги отказывались слушаться, а глаза начали слезиться.       — Добрый день, — Не смотря на бывшего Серафима сказал демон       Ребекка молчит.Смотрит то на него, то на картину.       — Мэм? — он переводит взгляд на неё и его глаза сразу начинают слезиться       Бывший Адмирон встаёт, подходит к Ребекке, но не близко, не рискует.       — Тебя? — с испугом сказал бывший адмирон       — Нет…то-есть, да, — начиная заламывать пальцы сказала Уокер, — после того как тебя казнили началась война ангелов и демонов, ну, а потом, Мальбонте.       Демон увидел шрам на шее, на почти полностью закрытой шее.Шрамы от пыток и падения -единственная вещь к которым Ребекка ещё не привыкла.Их слишком много.Уокер, заметив, куда смотрит Винчесто быстро подтянула горлышко водолазки с невозмутимым видом.       — Почему Энтони? — усмехнувшись сказала Ребекка       Демон лишь тепло улыбнулся и прижал Ребекку к себе.Та сначала опешила, но почувствовав знакомый запах тела и ровные вздохи демона обняла того в ответ.Он снова кладёт свою голову на ее и гладит Серафима по спине.Она снова прижимается к нему, утыкается головой в грудь.Он снова чувствует как его одежда намокает.Они плачут вместе.Они снова плачут вместе.Она все ещё обнимает его, но поднимает голову и смотрит на него снизу вверх.Он снова ухмыляется, снова целует ее в розовые, слегка пухлые губы.Ребекка отвечает.Его губы все ещё со вкусом бурбона, а ее со вкусом земляники.