Turn It Up / Громче звук

Летнее солнце светило в глаза, заставляя их слезиться. Джисон смотрел в голубое небо, разглядывая редкие облака, которые спокойно плыли к горизонту. Волосы намокли от пота, а дыхание еще не восстановилось до конца, когда Хан открыл бутылку воды и отхлебнул большой глоток воды, тут же выплевывая ее на землю. - Фу, нагрелась, - пробубнив себе под нос, Джисон поднялся со скамейки и выбросил бутылку в мусорный бак, после чего поставил ногу на стоящий рядом скейтборд, оттолкнулся от земли и направился к выходу из парка, желая найти любой магазин, где можно купить новую бутылку холодной воды, которая, скорее всего, так же предательски нагреется уже через полчаса. Лето выдалось слишком жарким, аномально жарким, а Джисон не любил жару. Но любил кататься на скейтборде, проводить время вне дома, периодически ввязываясь в сомнительные истории, иногда даже в драки, но главное не дома, где постоянно родители заставляли думать только об учебе. Поэтому очередная прогулка этим летом казалась одновременно и пыткой, и удовольствием. - Джисон, ты где? Быстро домой, нужно готовиться к экзаменам, - Хан почти не слушал очередные наставления от матери, прислонив гаджет к уху, продолжая отталкиваться ногой от земли, так и не слезая со скейтборда, несмотря даже на разговор по телефону. - Да, мам, я помню, скоро буду, - Джисон отвечал только для того, чтобы от него отстали, даже не задумываясь о том, что спросили по другую сторону телефонного вызова. В любое лето не хотелось думать об учебе, а в такое теплое лето не хотелось делать вообще ничего. Ведь Джисон все еще не любил жару, и мозг буквально отключался, когда температура воздуха повышалась слишком сильно. Но родители заставляли думать об учебе постоянно. Их мечтой всегда было знать иностранные языки, политику и экономику других стран, общаться с людьми разных культур и много путешествовать. Сам Джисон разделял только последнее, и стоило ему один раз заикнуться об этом, как родители решили, что он будет учить языки в университете, таким образом воплощая с помощью собственного сына свои несбыточные мечты. Каждый день он получал миллион и больше нотаций о том, как важно учиться, как важно попасть в хороший университет на стипендию, и именно поэтому они не давали ему отдохнуть ни на выходных, ни на каникулах. Сам Джисон мечтал писать музыку. Может, стать продюсером, а может даже успешным музыкантом. Или удариться в другое свое увлечение - в спорт. Стать профессиональным пловцом. В школе он был первый по плаванью, что ужасно не нравилось его родителям, ведь, как они говорили, «‎этот твой спорт отвлекает тебя от учебы». Поэтому Джисон был готов опустить руки. Однажды даже бросив секцию, но долго без плаванья прожить не смог, вернувшись обратно. Вернувшись обратно, он продолжил заниматься уже в пол силы, но это не мешало ему оставаться первым. Привычка. И, возможно, он мог реализоваться в этом как никто другой, но он понимал, что карьера спортсмена - это не навсегда, и лет в тридцать эта профессия буквально выплевывает всех, отправляя проводить остаток жизни в душном офисе, зарабатывая прожиточный минимум. Но сейчас плаванье, как и скейтборд по вечерам, давало чувство некой свободы, возможность отвести мысли и хотя бы немного отдохнуть от постоянного прописывания новых английских слов и прописывания правил грамматики. Но Джисон не жаловался, начиная вкладывать свои способности в языках в свое творчество, добавляя в песни собственного сочинения английские куплеты. Однако, такое давление морально убивало. Поэтому Джисон начал курить в начале одиннадцатого класса. Тем самым стал выходить кататься на скейтборде чаще, чтобы покурить и дать время запаху сигарет выветриться. Родители не догадывались о привычке парня. А Джисон и не собирался этим делиться, оставляя эту часть своей жизни чем-то личным, как и написание музыки в свободное время. И все время думал: к чему из этого родители отнесутся хуже. Курение - не единственная часть жизни Хана, которая оставалась в тени от родителей. Так же скрытым от семьи оставались частые встречи Джисона с девушками из школы. Образ своего рода плохого парня делал его в каком-то смысле популярным, вызывая внимание к собственной персоне. Однако, периодические свидания наскучили, так как не смотря на их итог, Джисон не чувствовал к спутницам абсолютно ничего. Не важно: серьезные были отношения, просто прогулка в парке или встреча на одну ночь - никаких эмоций. И парень никак не мог найти причину этому. Поэтому парень начал выбирать свиданиям катание на скейтборде по вечерним улицам города. Таким образом прошло все лето перед двенадцатым классом. Вечерние одинокие вылазки на улицу, давление от родителей и тайное написание музыки. Когда к этому всему добавилась постоянная домашняя работа, то Джисон понял, но наступила осень. А когда из-за снега стало невозможным кататься на скейтборде, а к домашней работе добавилась подготовка к полугодовым экзаменам, пришлось принять то, что началась зима. Время пролетало невыносимо быстро, что разочаровывало Хана все больше и больше, ведь каждый день было невозможно зацепиться за какой-то конкретный момент, сосредоточиться на нем и растянуть минуты, сделав их запоминающимися. Будто бы день сурка. - Хан, ты же хотел поступать в этот университет, почему ты не хочешь ехать с нами? - Хан закатил глаза, дослушав вопрос приставучего одноклассника. Наступило время для дней открытых дверей, когда каждый университет давал возможность школьникам посмотреть, что их ждет в студенческой жизни, тем самым пытаясь заманить к себе больше людей. И в выходные одноклассники Хана собирались вместе посетить учебное заведение, пытаясь и Джисона втянуть в это дело. И да, он собрался поступать туда. Собирался, но совсем не хотел. Его родители хотели этого. Поэтому ехать туда, где в будущем придется провести пять лет, Джисону совсем не хотелось. Однако, семья оказалась другого мнения. И очередной скандал вечером вынудил парня согласиться с поехать с одноклассниками. Так как поездка выдалась на выходные, парень был совершенно не в настроении. Единственным, что Джисону хотелось в это время - просто потратить время на себя, отдохнуть в одиночестве. Поэтому, зайдя на территорию заведения, Джисон полностью поник, кое как переплетая ноги. Проходя по лавкам с едой, одна из одноклассниц даже купила Хану снэк, в надежде, что он немного развеселится. Джисон поблагодарил девушку, продолжая осматриваться. Но, стоило парню зайти в актовый зал, где проводился концерт, так вся печаль куда-то улетучилась, заставляя Джисона даже немного жалеть, что он опоздал на выступление. Будучи огромным фанатом живых выступлений, Хан даже потерял из вида одноклассников, что он сначала проигнорировал, но, придя в сознание, решил догнать их и поделиться эмоциями, которые были настолько яркими, что Джисон даже не заметил пару глаз в конце зала, которые так пристально наблюдали за ним.

***

Тогда, вернувшись домой после дня открытых дверей, Джисон снова погрузился с головой в тоску, и именно тогда он понял суть фразы «‎мир стал черно-белым». Выбраться куда-то, где не было родителей, не было назойливых знакомых, и был огромный простор для творчества - казалось чем-то очень далеким и совершенно нереальным. Идея уехать в университет заняла разум Джисона полностью - перспектива уехать куда-то всегда лучше, чем остаться навсегда рядом с семьей. Даже если это будет не та специальность, о которой он мечтал. Красок в жизнь добавляли только любимые увлечения. Но в какой-то момент и они сыграли злую шутку с парнем. Очередная вечерняя, даже практически ночная, прогулка на скейтборде выдалась совсем не тем, что Джисон ожидал. Еще и вспыльчивый характер Хана добавил масла в огонь в тот роковой день. Остановившись выкурить очередную сигарету, уже практически собираясь домой, Джисон услышал крики, которые доносились с другой стороны дороги, откуда-то из темного закоулка, как будто кто-то ругался. Хану хватило этого, чтобы кинуть недокуренную сигарету на землю, схватить скейтборд в руки и побежать, будучи ведомым любопытством, в сторону шума. Забежав за угол дома, Джисон увидел парня в форме своей школы, который, казалось, был совсем на немного младше. Парень стоял у стены, а его окружали двое бугаев, которых Хан сразу узнал - это были парни из его параллели. Они недвусмысленно зажали младшего у стены, пытаясь расстегнуть пуговицы на рубашке. Джисон не выдержал этого зрелища. Громко окликнув парней, он обратил на себя внимания, о чем, наверное, тут же пожалел бы, если бы чувство справедливости не взяло верх и не захлестнуло полностью, мешая думать рационально. Парни ни секунды не колебались прежде, чем обратить внимание на Джисона. Пробормотав что-то из разряда жутких, пошлых шуток, оба рассмеялись, толкнув младшего парня в сторону, сбивая его с ног, а позже направились к Джисону. Хан осознал, что идти одному на двух парней - большая ошибка. Но оставить в беде такого буквально крошечного, светловолосого парня было бы преступлением. Очнулся Джисон только в больнице, и тут же обнаружил спасенного парня рядом. Время уже было далеко за полночь, но младший не сомкнул глаз, и он был готов ждать так не одни сутки, в надежде не пропустить возможности поблагодарить своего спасителя. - Привет, я Чонин, ты из-за меня попал в драку. Я вызвал скорую и купил тебе еды, хотел бы сказать огромное спасибо... - Хан Джисон, к Вам приехали Ваши родители, - медсестра перебила Чонина, вгоняя его в еще большее разочарование - Не переживай, все нормально, я не мог пройти мимо, а сейчас лучше иди домой, а то родители... - Джисону, пришедшему в сознание, было тяжело говорить, и он не знал, как лучше выразить то, что Чонин не при чем, виновато только вечное чувство справедливости, иногда думающее и делающее все вперед Хана. - Джисон, какого черта произошло? - Чонин понял, что имел в виду Хан, когда говорил уходить ровно в тот момент, когда родители парня преодолели порог больничной палаты. Джисон виновато кивнул Чонину, что последний понял правильно и тут же скрылся. - Они хотели избить парня, или что еще хуже... - Джисон начал оправдываться, собирая все свои силы в кулак. - Не хочу ничего слышать, ты ввязался в драку, неизвестно сколько ты будешь восстанавливаться, а еще потрудись объяснить: что в твоих вещах делают сигареты? - Джисон смотрел в пол, пока отец кричал. - Твой скейтборд, скорее всего, остался на месте драки. Мы не собираемся забирать его и не собираемся покупать тебе новый, а еще ты перестаешь ходить на плаванье. Только курсы по английскому, - боль от слов матери оказалась куда более тяжелой, чем боль после многочисленных ударов. С этого дня, казалось, все будни стали еще более бесцветными, тусклыми, неинтересными. Джисон не знал, как пережить это время. Из-за проведенных нескольких дней в больнице у Джисона появились долги по учебе. Наверстывать их было сложно, приходилось вкладывать все свое свободное время в учебу, чтобы родители хотя бы немного расслабились и потеряли бдительность, чтобы Хан привел в действие свой план: каждый вечер он говорил, что уходит на дополнительные курсы по английскому, а сам бежал в школьный бассейн на очередную тренировку. Из-за плотного графика общение с одноклассниками сошло на нет, из-за чего и популярность Джисона в школе начала падать. Еще и парни, избившие его недавно, добавляли масла в огонь. Но для Хана это было не важно. Он лишь с нетерпением ждал, когда уедет и поступит в университет, оставляя эту жизнь в прошлом. Единственное, что не оставляло его в покое - это то, что он так и не смог найти Чонина, он как будто бы специально не попадался Хану на глаза в школе. А Джисона распирало чувство любопытства: почему та ситуация произошла и в порядке ли вообще этот парень сейчас. Сбегая в бассейн, Джисон не думал, чем это может обернуться. Экзамены были сданы на высокие баллы, но этих баллов было недостаточно, чтобы поступить в университет по стипендии. И можно было бы свалить это на сложный экзамен или на плохое самочувствие во время тестирования, если бы школа не выложила списки тех, кто прошел по спортивной стипендии. И имя Джисона стояло самым первым, что вскрывало все карты. Тут уже никак нельзя было скрыть то, что курсы по английскому так и не разу не были посещены, а все это время было проведено на тренировках и соревнованиях. С другой стороны, стипендия его, поступление не составит труда, все случилось так, как хотели родители. Не теми путями, но ведь главное результат, верно? В первый же день в университете, во время встречи первокурсников, Джисон увидел светловолосого парня, который именно цветом волос напоминал того мальчишку из школы, который потерялся сразу после разговора в больнице. Однако, это был не он. Это был Ли Феликс, с которым Джисон сразу нашел общий язык. А когда оказалось, что они с одного курса одного факультета, казалось, что теперь их ничего не сможет разлучить. Жизнь пошла своим чередом. Джисон снимал комнату в общежитии, где ему повезло жить одному, периодически приезжая к родителям и оставаясь у них. Однако, надолго он у них не задерживался, снова съезжая в собственный, маленький уголок в здании общежития. Все стало спокойнее. Уже не так страшно было заниматься своими увлечениями, никакого стресса, никакого давления. Жизнь в общежитии помогла найти множество знакомых, которые были очень полезны в университетской жизни. Еще и Феликс, который поддерживал Джисона во всем, стал той самой опорой, которой Хану не хватало в школьное время. Жизнь стала настолько размеренной и лишенной лишнего стресса, что Джисон стал реже курить. Полностью от привычки избавиться не получалось, но привязанность к ней стала намного реже, несмотря на то что теперь у парня была куча свободного времени. Единственное, что мешало жить еще более спокойно это то, что люди в университете начали делиться на пары, буквально занимая романтичной аурой все пространство вокруг. Джисон начал думать, что с ним что-то не так, рассматривая себя часами ночью в зеркале, думая о том, что может нравится другим в его внешности, а что нет. Но Джисон не мог позволить другим людям увидеть и понять то, что было у него внутри.