Вспомнить всё и всех...

Неделя на подстанции выдалась довольно тяжелой. Во-первых, значительно прибавилось количество вызовов. И если раньше можно было спокойно в два часа дня перекусить, пообедать, то сейчас времени на перерыв совсем не было. Приходилось есть даже в дороге. Почему такой ажиотаж - никто не знает. И вроде бы время мирное, не вирусное, а люди все равно чем-то заболевают. А во-вторых, подстанция до сих пор живет без заведующей. Нет, заведующая как бы есть, но ее как бы и нет. Временно исполняющую обязанности назначили Лизу. Ну а что? Она женщина ответственная, правая рука начальства как никак. Знает все о бумажках, как их подписывать и где. Однако, той самой Арефьевой коллективу все же не хватало. Особенно, Паше. Кулыгин и Рыков почти неделю не виделись, хоть и работали в одинаковые смены. Перебрасывались парочкой новостей, а потом расходились по разным машинам. Но и этого короткого разговора мужчинам вполне было достаточно. — Забыл вчера спросить, ну как там Ольга? Вспомнила тебя уже? — поинтересовался Костя. Сегодня они встретились в раздевалке, отчего разговор мог немного затянуться. — Нет, мы же не живем вместе, — Рыков стянул с себя черную хлопковую футболку. — Это как так? Ты же к ней собирался ехать, не доехал что ли? — Доехал, только там ее бывший.. Урод. — А по подробнее? — Костя присел на ту же скамейку. — По подробнее... Я приезжаю к ней, с цветами, все как положено, а там у нее ее бывший сидит в квартире и чай пьет. Ну мы там начали по душам разговаривать. — С кем? — Костик, не тупи, с ее бывшим. В общем, вмазал я ему, а этот актер еще так наигранно ударился о стену. Симулянт хренов. Мы так и не поговорили, ничего не выяснили. И я уехал. — И ты больше не разговаривал с ней? — Да некогда мне. Тут вон столько вызовов, что ты еле дышать успеваешь. — Это правда. Ну и ты так просто сдашься? — Понимаешь, там уже есть человек, который за ней ухаживает, который ее оберегает. Да и к тому же, она меня банально не может вспомнить. — Ну ты же врач и знаешь, что память вернется, рано или поздно. — Да память-то ладно. Хуже всего, что этот урод ей на шею сел и она ему во всем верит. У нее чувства возвращаются к нему, понимаешь? — Паша, я тебя не узнаю? Где тот Рыков, который разбивал сердца девушкам? Помнишь, ты рассказывал истории про все свои похождения? И как ты девушек бросал, и как ты их от мужей уводил? — К чему это? — А к тому, что тебе сейчас нужно повторить то же самое. Борись за свою любовь, Паша. В жизни ничего так просто не получается. Мотивационная речь завершилась, когда по громкой связи объявили о вызове бригады Рыкова. — Езжай к Ольге прямо сегодня, если ты конечно все еще хочешь ее вернуть. Эта пламенная фраза прозвучала для Паши так, будто он ее уже где-то слышал. Может быть из фильма какого-нибудь или из сериала. Но впрочем это было не столь важно, ведь главную роль здесь играл смысл. Смена выдалась непростой. Сегодня Рыков работал в одиночестве и от этого было еще тяжелее. За 12 часовую смену доктор Рыков спас женщину с перитонитом и поставил правильный диагноз мужчине, который был уверен, что у него просто ОРВИ. Однако мотоциклиста спасти не удалось. Парень сильно разбил себе голову, отчего потерял много крови. Примерно на половине дороги у него остановилось сердце. Дефибриллятор и массаж сердца ничего не смогли сделать. Ну, а затем звонок диспетчеру, фраза «У меня смерть в присутствии скорой» и ожидание полиции. По окончанию смены настроение у Паши было скверное. Он был подавлен и расстроен тем, что не смог спасти такого юного и молодого парня. И даже несмотря на то, что смертей за свою жизнь Рыков видел не мало, смерть мотоциклиста как-то затронула. После случившегося, он переосмыслил многое. Вернее, свою безалаберность в работе. А именно то, что его мысли заняты совсем не пациентами. — Нет, так работать совершенно невозможно, — подумал он и направился к выходу. Домой мужчина не поехал. Он решил, что сегодня надо завершить недопонимания с Ольгой и разъяснить ей всё до мелочей. Тем временем Ольга Кирилловна наслаждалась тишиной и банными процедурами. Арефьев уехал по своим делам, поэтому она лежала в ванной, наполненной до краев теплой, слегка обжигающей водой, и расслаблялась. В последние дни ее мало что беспокоило кроме самочувствия. Голова до сих пор иногда болела из-за происшествия, а также чувствовалось напряжение и пульсирующая боль в пояснице. Правда девушка старалась меньше обращать на это внимание. Бывший муж, который стал настойчиво ухаживать — вот ее главное увлечение сейчас. С ним она проводит больше всего времени (в основном конечно дома). Он ее главный тамада, который скрашивает все скучные дни, главный «кавалер», который дарит чуть ль не ежедневно букеты цветов (и откуда у него столько денег?), ну и наверное надо сказать любовник, но нет. Как бы все прекрасно не шло, Ольга Кирилловна, хоть девушка и без памяти, но при этом с мозгами, и на подобные вещи больше не велась. Она держала так называемую дистанцию. Поцелуй (к сожалению) был, скрывать этого нет никого смысла. Тем не менее, продолжения не последовало. И вот сейчас девушка все также блаженно нежилась в ванной, как вдруг из коридора раздался совсем неожиданный для нее звонок. — Одну минуту! — прокричала она и стала вылезать из теплых водяных «объятий». Наспех вытеревшись полотенцем, она накинула халат и вышла в коридор. — Кто там? — Ольга посмотрела в глазок и увидела знакомое лицо. — Павел? Это вы? — Да, это я. Арефьева в недоумении открыла дверь. — Здравствуйте, — произнес Рыков, входя в квартиру. — Что-то случилось? — Оля остановилась напротив него в коридоре, пытаясь перегородить путь в гостиную. — А что, пройти нельзя? — спросил Паша и тут же улыбнулся. Он совершенно не обратил поначалу внимания на то, что перед ним стоит его пока жена в одном хлопковом халате. Причем без одежды. Понял это он по выпирающим из-под ткани соскам, которые среагировали таким образом на холод. Заметив взгляд мужчины на своей груди, Ольга запахнула халат сильнее и скрестила руки. — Проходите. Так зачем вы пришли, Павел? — Я это... хотел спросить... Ты. Ой, то есть, вы. Вы когда на работу собираетесь, Ольга Кирилловна? — он присел на диван. — На работу? — Да, на подстанцию. — Меня напрягает, что вы так сильно интересуетесь моей жизнью, — она оперлась телом на стену. — Работать я не могу до конца месяца. В двадцатых числах мы пойдем ко врачу, который точно скажет когда. — Мы? — удивленно переспросил мужчина. — Да, мы. Я и мой муж Арефьев. — Муж? Это с каких пор он стал мужем? Разве вы не развелись? — Он - мой гражданский муж. И вообще, мы снова собираемся пойти в ЗАГС. — Это он тебе такого наговорил? — Рыков протяжно выдохнул и прикрыл глаза. — Так все, этот цирк больше продолжаться не может. Он взял за руку Арефьеву и усадил рядом с собой на диван. — Что вы делаете? Рыков ничего не ответил. Он ушел в спальню искать все самое необходимое. — Вы в своем уме? — девушка спохватилась, когда услышала звук открывающегося комода. — Я и в полицию могу позвонить. Но он не слышал. Он был в своих мыслях. — Нашел, — радостно произнес Паша. И, снова схватив девушку за запястье, повел ее обратно в комнату. — Смотри. Это свидетельство о браке, которые мы заключили с тобой примерно месяц назад. Может чуть больше. Перед аварией, после которой ты потеряла память и ничего не помнишь. Твой муж не тот, кто вертится вокруг тебя. Твой муж - это я, — Паша достал паспорт, чтобы подтвердить свои слова. — Вот смотри. Паспорт врать не будет. Она начала предельно внимательно рассматривать документы. — Он говорил, что ты однажды придешь и будешь это доказывать. — Он это Арефьев, я так понимаю? — Да. Он сказал, что ты аферист, который так обманывает женщин. — Господи, что за бред... Ты вот ему веришь, а документам нет? — Я верю настоящим документам, а не поддельным, — она встала с дивана, увеличивая между ними расстояние. — Если у вас что-то еще, то говорите. Или же уходите. — Ну пойми, зачем мне тебя обманывать? Я - твой муж. Мы живем с тобой уже несколько лет вместе. На скорой я работаю около десяти лет. Ты сама меня принимала на работу. У нас даже фотки есть. Рыкова осенила идея. Он снова ушел в спальню и вернулся с белым конвертом, в котором хранилась их «общая память». Фотокарточки с разных мероприятий. — Вот смотри, это мы на работе. Новый Год праздновали. Видишь? Ты и я. Мы здесь еще не встречались. А вот на даче у Владимира Юрьевича. День Рождение его. Это было как бы начало наших с тобой отношений. Рассказывая о фотографиях, Рыков периодически переводил взгляд на свою жену, пытаясь понять ее состояние. Она вроде и пыталась вникнуть в суть, но увы это плохо получалось. Кажется, что ей было интересно просматривать карточки, но она ничего не вспоминала. — Возможно, вы и не врете, Павел. Вернее, вы точно не врете, — она присела на диван, куда тут же примостился и Рыков. — Но я не помню совсем ничего. Некоторых врачей я еще могу вспомнить и даже помню имена, но вас нет. Мужчина оперся на спинку дивана и запрокинул голову. Через какое время Арефьева вспомнит его он не знал. Даже не предполагал. Все его усилия вернуть память посредством фотографий и воспоминаний обернулись провалом. Надо, наверное, возвращаться домой, завтра на смену. — А вот эта светленькая девушка, это кто? — спросила Оля, указывая на Раю. — Это тоже врач. Нет, она пока фельдшер. Рая Тартакова. Вот его жена нынешняя, — Рыков указал на Костю. — Странно, их я тоже не помню. Вот видите, не вас одних я забыла. Прозвучало это как шутка, но никто не посмеялся. Паше было не до смеха. И по его мрачному облику это было видно. А Оля вдруг замолчала, осознав, что шутка не совсем удалась. Пока Рыков обувался, Арефьева стояла напротив него, оперевшись спиной о стену, и наблюдала за мужчиной. — Ну, все тогда, я пошел, — произнес он и напоследок посмотрел на нее. — Всего доброго! — Мужчина уже открыл дверь и собирался выйти, как вдруг неожиданно Ольга остановила его — Павел, вы знаете, я кажется вспомнила. Он обернулся. — И что же вы вспомнили? — спросил Рыков, но в ту же секунду почувствовал как его поцеловали такие родные и до боли знакомые губы. Нет, кажется у него дежавю...