Сестра Элриков

Pov Роксана Данте направила меня, вместе с Энви и Ласт в Лиор. Глотани, естественно, увязался следом за Похотью. Но зачем им была нужна я – не понимаю. Разве что, как представитель Восточного штаба. Но всё равно, это словно в театре – наблюдаешь за развитием действия, и понимаешь, что это всё игра. Талантливая игра, но не более. К моему вящему удивлению, я узнала, что сей чудный обречённый городок посетили и братья Элрики. Ах, ну да, они же ищут философский камень. Ну, ищете, ищите. Проблема в другом. Как только мне стоит оказаться очень близко к этим детям – меня чуть ли не в бараний рог скручивает. Тогда, в день получения Эдвардом удостоверения, я с трудом сдержалась, чтобы не схватиться за голову. Боль. Она пронзает виски, скребется острыми когтями по черепу, ковыряется в мозгу электрическим щупом. - Что с тобой, Рокса-ана? – спросила Похоть. Ну, вот почему мне слышится издёвка в её голосе, когда она зовёт меня так? — Ненавижу Элрика старшего, — прошипела я. — Лучше бы он поскорее смылся отсюда. Но что-то изменилось. Если раньше мне нужно было лишь отойти подальше и не видеть этого мальчишку, то теперь я с трудом добралась до своей комнаты. Закрыв дверь, я упала на колени, уткнувшись лбом в ковёр. Pov Энви Происходящее вокруг всё меньше и меньше нравилось мне. Что-то назревало… И это распоряжение Данте насчёт Элриков. Хорошо ещё, что малая не в курсе – а то шуму было бы. Зайти к ней, что ли, а то в последнее время сестренка не в форме… - Рокси… Роксана! – открыв дверь её спальни, я увидел Син скорчившейся на полу. По её телу то и дело пробегали всполохи, как это бывает, когда мы исцеляемся. Только не кранного, а голубого оттенка. Её ранили? Что случилось?! - Роксана, что с тобой?! – я упал рядом с ней на колени и схватил мелкую за плечи, заставляя приподняться. – Вставай, милая…Блин, мне Хоенхайм голову открутит, если с тобой что-то случится… Она издала странный звук: что-то между стоном и смехом. Закашлялась, и… обмякла на моих руках. Я отнёс Роксану в кровать и присел рядом. Длинные белые волосы мягко сияли в темноте – гомункулам не нужен свет, чтобы видеть. Лицо Син разгладилось, исчезла корёжащая его гримаса боли. Я осторожно убрал влажные от холодного пота пряди. Веки малой дрогнули. - Роксана, ты как? Что с тобой случилось? - Я вспомнила, - сухой, надтреснутый, словно сорванный многочасовыми криками голос. – Я всё вспомнила, - она уставилась в потолок абсолютно пустым взглядом. - Всё… - машинально повторил я. - Всё, кроме имени. Имени… Как меня звала мама. В уголках её глаз набухли слёзы. Набухли, сорвались вниз, побежали по щекам, прочерчивая мокрые поблёскивающие дорожки. - Почему всё так… Как он мог…. Как они могли?! Глаза малой сверкнули яростной решимостью. Она встала и, чуть покачиваясь, подошла к окну. - Государственный алхимик в двенадцать лет. Побил мой рекорд, бра-атец, - ядовито протянула она. - Талант, не только замахнувшийся на преобразование человека, но и прикрепивший душу к доспехам. Ничего, я покажу тебе, что значит быль одним из сильнейших алхимиков. Чем больше сила, тем больше ответственность – вы у меня это быстро поймёте. Вы сполна заплатите за то, что сотворили с нашей матерью!.. Я невольно вздрогнул от её холодного, кровожадно-предвкушающего голоса. Нда, не хотел бы я оказаться на месте Элриков. Не в стиле сестрёнки отказываться от данного ею слова. Pov Эдвард Жарко, жарко… Как хочется пить. Да и есть тоже. В этой пустыне ничего нет. Будь у меня хоть одна травинка. я бы преобразовал её в хлеб. — Ал? — оборачиваюсь, но сзади никого нет. — Ал? Ал! Вдруг кто-то схватил меня за ногу. — Я здесь, - сквозь слой песка голос Альфонса звучал очень глухо. - Господи! Не пугай меня так больше! Ты опять провалился в яму? - я даже забыл на мгновение про жару. - В следующий раз сам будешь выбираться. Мне пришлось раскапывать брата из песка. Под палящим солнцем, без капли воды и крошки еды - согласитесь, это сложно. Не говоря уже о том, что автоброня меня просто убивает. Она тяжёлая и нагрелась, и... — Эд, смотри, там город! - Где город - там люди, а где люди - там еда! - у меня буквально открылось второе дыхание. - Вперёд, Ал! Едва мы вошли в город. я почувствовал какой-то сладковатый запах и услышал такое манящее журчание. Впереди был фонтан... - Вода! - Братик. постой!.. Я кинулся к каменным ботикам, на которых стояли прикованные на тонкую цепочку кружки. Но в фонтане оказалась не вода. Я нахмурился и зачерпнул кружкой красную прозрачную жидкость. - Это... - неуверенно сказал Альфонс за моей спиной. — Вино. Красное, как кровь. Я-то думал, чем так пахнет... - Эй, - меня схватил за руку внезапно появившийся полицейский, - что ты здесь делаешь? Детям это запрещено. Я хмуро объяснил ситуацию и мужчина показал. где мы можем перекусить. Я с наслаждением устроился под навесом. Наконец-то можно поесть! И лимонада - хоть запейся. Вот оно - мимолётное счастье. Если бы только радио не портило такой хороший момент. Какие-то чересчур восторженные проповеди. Этот Корнелло. Чудеса. говорите. Ну-ну, хотелось бы мне посмотреть на этого "волшебника". Чудес не бывает - что я и заявил людям. Тут же завязалась... дискуссия, во время которой одна женщина узнала во мне Стального алхимика. Точнее, не во мне, а в Але... Не понимаю людей. Если он выше и в доспехах, это ещё ничего не значит! И это не повод называть меня маленьким! А настоятеля мы увидели. То, что он творил - это точно было преобразование. Без круга и нарушая все законы. Только она вещь могла позволить ему так играть с алхимией. Философский камень. И я добуду его! Но для этого нужно сначала добраться до этого обманщика. Как замечательно, что церковь с пониманием относится ко всем страждущим. Роза. Как она может быть такой наивной? Молиться и ждать, что какой-то там бог исполнит твоё желание в ответ на твоё служение. Что этот священник, проповедующий всеобщее поклонение ему и Богу Лета, оживит её возлюбленного. Мне тошно от этого. — И что ты этим добьешься? Все твои старания уйдут в пустую. — Если верить, то все может произойти! Я вздохнул, достал свою записную книжку. — 35 литров воды, 20 килограммов углеводорода, 4 литра аммиака, 1,5 килограмма извести, 800 граммов фосфора, 250 граммов соли, 10 граммов селитры, 80 граммов серы, 7,5 граммов фтора, 5 грамм железа, 3 грамма кремния. Из этого состоит среднестатистический взрослый человек. Все эти вещества ребенок может купить на карманные деньги. Человека дешево сделать. — Как ты можешь так говорить? Человек – не бог! — Алхимики — ученые, мы не верим в бога. Хотя стоим ближе всего к нему. Pov Роксана Я стояла в тени и наблюдала за Эдом. Сколько самомнения. И при этом - море самоотверженности. Прямо таки эмоциональная химера, а не мальчик. Сравнивает себя с Икаром - значит, хоть что-то он понимает. А когда эта девчонка стреляла в Альфонса? Это было даже забавно. Кучка идиотов. Корнелло тоже толком не действует - разглагольствует и бахвалится. Человек. Но хоть что-то он умудрился сделать. Он поймал Эдварда и посадил в подвал. Подальше от всех. Кажется, он решил, что Стальной алхимик хочет лишь нарушить его захватнические планы. И теперь он доволен. Надо его предупредить, чтобы не смел трепаться обо всём, что придёт в его убогий мозг. * * * Корнелло плохо спал. Что-то не давало ему покоя. Посреди ночи он проснулся. В его комнате, надёжно запертой и охраняемой верными последователями, находились двое. Две девушки, одна из которых дала ему философский камень. А вторую он опознал как приехавшую несколько дней назад и находящуюся в городе инкогнито Роксану Хойен. — Ведь философский камень — это наш секрет, ведь так? — начала Хойен. — Так почему же вы позволили моему брату практически добраться до него? — Вы сестра Элриков?! — крикнул он, вскакивая с постели. — Не нужно так нервничать, — покачала головой Ласт. — Она ненавидит братьев. Эдварда Элрика вы уже поймали. Остался младший… Братьям Элрикам удалось невероятное. Они не просто заставили Корнелло бежать с позором – они убедили горожан, что этот человек лишь манипулировал ими. В последний момент обманщик пытался прибегнуть к силе философского камня, но… Произошла отдача, как напоминание, что бесплатный сыр только в мышеловке. Рука, на которой было кольцо, превратилась в безумную мешанину плоти, сосудов, проводов и металла. Сам камень выпал из гнезда и… рассыпался. Мелкой пылью, которую тут же унёс ветерок. — Подделка, — прошептал Эд. — Такой шум из-за этого подняли... кабинет Корнелло — Что вы мне дали? Почему он ненастоящий? — Конечно ненастоящий, — усмехнулась Похоть, поправляя свою причёску. — Нужно же как-то завлекать людей, которые ищут философский камень, — продолжила Роксана. — Да кто вы вообще такие?! — Ла-аст, можно я его съем? — умоляюще спросил Глотани. Она с лёгкой скукой кивнула. На следующий день после отъезда братьев, горожане разбирали завалы церкви. Тут и там валялись мёртвые птицы – такие же, каких оживлял Корнелло. Людей это смущало и пугало. И тут перед ними появился озадаченный настоятель, одетый в дорожное платье. Как наивны люди. Зависти не составило труда убедить их, что он и есть настоящий Корнелло, уехавший по неотложным делам. А погибший оказался самозванцем. Игра продолжалась, и пора было переходить на следующий уровень…