Все, что мне нужно (офис, карри, ты)

Артур в очередной раз выглянул из-за компьютера. Место его личного ассистента пустовало, как и всю неделю до этого, и он подавил вздох. Нужды компании в приоритете, — напомнил голос отца в голове. Артур в один глоток допил остатки остывшего кофе. Конечно, он был согласен с Утером. Все их люди должны быть задействованы там, где от них будет больше всего пользы, особенно накануне подписания мучительно выстраданного контракта с этой фирмой из Глазго. И если компания требовала, чтобы Мерлин на целую неделю оказался полностью в распоряжении Утера, потому что его личный помощник в самое неподходящее время слег в больницу с нервным срывом, то Артур не имел права жаловаться. Правда, он не ожидал, как сильно отсутствие Мерлина на нем скажется, даже в мелочах — кофе, например, был ужасен. Ну ладно, не ужасен, но с капучино Мерлина не сравнится. Он задумчиво крутанулся на стуле. Пятница, а с ним и заключение Мерлина во власти Утера подходили к концу, и Артур очень надеялся, что они смогут выбраться куда-нибудь вместе и забыть эту суматошную неделю, как страшный сон. Правда, Мерлин не проявлялся весь день. От: a.pendragon@co.uk Кому: merlin.emrys@co.uk Тема: КОНЕЦ НЕДЕЛИ Пять дней с шутками Джорджа про таблицы Excel. Пять дней, Мерлин. Боюсь, я никогда от этого не оправлюсь. Когда освободишься, предлагаю Авалон бар. Мерлин обладал волшебной особенностью отвечать на сообщения Артура в считанные минуты, причем с такой остроумностью, что Артур считал это талантом. Поэтому, заканчивая работу, он то и дело поглядывал то на телефон, то на значок почты на экране — но ответа не пришло ни через пять, ни через двадцать минут, ни к концу рабочего дня. Может, Мерлин вообще уже разделался со всеми делами и ушел пораньше, набираться сил после, несомненно, выматывающей недели; навязываться ему Артур не хотел. Легко было двадцать четыре на семь быть в контакте с Мерлином, когда они работали вместе, но сейчас?.. Когда у него закончилось последнее оправдание, чтобы продолжать торчать в офисе, Артур с легким сожалением выключил компьютер и закрыл кабинет. Артур искренне пытался насладиться короткой прогулкой по вечернему городу, до смешного теплому и приятному, и не поддаваться разочарованию, что вечер этот пропадает зря. Его пальцы легко барабанили по гладкой поверхности телефона в кармане куртки, готовые ухватить вибрацию от нового сообщения, пока Артур не спохватился. Не то чтобы Мерлин был обязан проводить ценные вечера пятницы в его компании, верно? Дома Артур успел принять душ и переодеться, когда его телефон громко завибрировал, и на экране высветилось сообщение с рабочей почты. Он отложил нарезание овощей для ужина, вытер ладони о джинсы и кинул взгляд на часы. Восемь вечера. От: merlin.emrys@co.uk Кому: a.pendragon@co.uk Тема: RE: КОНЕЦ НЕДЕЛИ Извини, устал, в следующий раз Артур проверил дважды, но глаза его не обманывали — это сухое и наискучнейшее сообщение действительно пришло от Мерлина Эмриса — человека, который любое общение превращал в изящную словесную битву. К тому же, в такое время. Артур нахмурился. От: a.pendragon@co.uk Кому: merlin.emrys@co.uk Тема: RE: RE: КОНЕЦ НЕДЕЛИ Ты что, все еще в офисе? От: merlin.emrys@co.uk Кому: a.pendragon@co.uk Тема: RE: RE: RE: КОНЕЦ НЕДЕЛИ уже заканчиваю Артур фыркнул и быстро набрал номер Мерлина. Надо было просто позвонить сразу. Пока отвлеченный и голос из трубки сообщал ему, что он вообще-то уже заканчивает, и что за бред, конечно, ему не нужна помощь, он вызовет такси, вот только разберется сначала с этими документами, Артур уже накидывал куртку и снимал с крючка ключи.

***

Мерлин пришел в их компанию год назад, в отдел IT, и они быстро сдружились. Кажется, у Артура была природная склонность ломать технику, так что «Мерлин из IT» стал частым гостем в его отделе и решал его проблемы лучше, чем кто-либо другой до этого. Всего через пару месяцев после трудоустройства он вскользь пожаловался Артуру, что не очень доволен этим местом и зарплатой, и когда Артур предложил ему позицию своего личного помощника, Мерлин с готовностью согласился. Решение предложить ему работу было, определенно, одним из самых удачных в жизни Артура, потому что сработались они замечательно. Мерлину хватило нескольких дней, чтобы очаровать даже самых вредных его клиентов и поставщиков, и всего несколько недель, чтобы разобраться во всей кухне компании и стать правой рукой Артура. Каким-то образом Мерлин вообще очень скоро стал его любимой причиной приходить в офис — и это при условии, что работу свою Артур любил. Они отлично друг друга понимали, их шутки разбавляли рутину, а кофе Мерлина был единогласно признан самым вкусным в отделе (это был просто удивительно, потому что сам Мерлин отказывался «садиться на кофеиновую иглу» и кофе никогда не пил). Артур даже не заметил, как стал скучать по Мерлину, когда его шуток и ладной (и совсем чуть-чуть неловкой) фигуры не оказывалось рядом на рабочем месте, в обеденный перерыв или в компании в баре. Все дело было в том, что — ну. Мерлин ему нравился. Конечно, нравился — он был одним из самых остроумных и интересных людей, с кем Артуру вообще доводилось общаться. Мерлин на лету схватывал его отсылки, выдумывал новые слова, всегда пах своим любимым травяным чаем и ставил идиотские заставки на рабочий стол Артура, которые тот никогда не менял. В нем ключом била любовь к жизни, какую Артур не ожидал еще когда-либо встретить после университета, и уж тем более не среди сотрудников отцовской фирмы. Одним словом, Мерлин был — ну, потрясающим; в принципе, он был всем, чего Артур мог хотеть от помощника, друга, и, возможно… возможно, совершенно точно, кого-то большего. В последнее время в их общении проскальзывало что-то новое, какая-то теплота, упорно маскирующаяся под дружеские шутки; что-то, что Артур упорно отказывался называть флиртом, даже про себя. Вполне возможно, это был просто неизбежный побочный эффект от их буквально постоянного общения — но все же их взгляды задерживались друг на друге чуть дольше привычного, длинные пальцы Мерлина играючи поправляли узкий черный галстук Артура, заставляя его краснеть, а когда Мерлин смеялся над очередной его шуткой, а потом награждал откровенно восхищенным взглядом, Артур чувствовал себя так, как будто выиграл олимпийское золото. И, черт побери, именно поэтому сделать следующий шаг было и так тяжело; слишком ценны были их дружба и рабочие отношения, чтобы испортить их каким-то необдуманным словом или жестом, и Артур не торопился. На самом деле, он рассчитывал на какой-нибудь удобный случай, желательно — как можно более романтичный — какой-нибудь вечер после корпоратива, когда язык развязан от вина, а прикосновения кажутся естественными и желанными… Что-нибудь такое. Артур не очень конкретно продумывал этот момент, потому что обычно именно на этих мыслях его ладони начинали потеть, а сердце — заходиться. Потому что — ах да — ко всему прочему, Мерлин был еще и до смешного красивым.

***

— Господи, выглядишь ужасно, — сказал Артур вместо приветствия, подходя к единственному освещенному рабочему месту в отделе. Обычно здесь обитал личный помощник Утера — славный малый, вот только дерганый, а сейчас там сидел Мерлин решительно зеленого оттенка. Артур жадно его рассматривал, поражаясь сам, как сильно, оказывается, успел соскучиться за неделю — и Мерлин выглядел хуже, чем обычно, с явными темными кругами под глазами, взлохмаченными волосами и стеклянным взглядом, приклеенным к экрану. Не то чтобы от этого он стал нравиться Артуру меньше; просто он предпочитал видеть своего ассистента в немного более живом состоянии. Зато, когда Мерлин оторвался от компьютера, торопливо смаргивая усталость, то улыбнулся Артуру так, будто никого лучше перед ним оказаться не могло, и у Артура что-то екнуло внутри. — Артур! Ты здесь! — Но Мерлин не был бы Мерлином, если бы не сменил эмоцию на полностью противоположную в следующую же секунду и не нахмурился, — какого черта ты тут забыл? Артур фыркнул и опустил на стол перед Мерлином стакан зеленого чая, который захватил в кафе по дороге. — Ну что ты. Перерабатывать в пятницу вечером. Как я мог упустить такое веселье? Пока шутки, привычные и безопасные, сами слетали с языка, глазами Артур вбирал вид своего помощника, который выглядел очень, очень уставшим вблизи. И, если это только было возможно, еще больше похудевшим. — Но сейчас… сейчас пятница, — Мерлин беспомощно уставился на стаканчик, а потом на Артура. — Ты должен быть дома. Отдыхать. Артур вздохнул, позволяя улыбке соскользнуть с лица, и придвинул для себя стул. Честное слово, при всех своих неоспоримых достоинствах, каким же Мерлин иногда бывал нелепым. — Я даже не буду указывать тебе на весь абсурд твоих слов, — пробормотал он, и Мерлин хмыкнул как будто против воли. — Ладно. Признавайся, в чем дело. Отец тебя нагрузил? Мерлин уронил голову на руки; Артур бросил на оказавшиеся вдруг очень близко темные вихры волос короткий взгляд. — Я не могу, я не успеваю, я физически не успеваю сделать все то, что потребовал Утер, — глухо проговорил он, и Артур, воспользовавшись моментом, заглянул в экран. Настала его очередь хмуриться. Мерлин только начинал работу над очередным документом — оформление каких-то поставок, какие-то заказы... — Мерлин, — медленно проговорил Артур, просматривая один за другим открытые на экране документы, — я думал, отцу нужна была твоя помощь, чтобы подготовиться к подписанию контракта на следующей неделе. — Ну да, — Мерлин поднял голову, взлохмаченный, и устало провел рукой по лицу и волосам, — я это уже давно сделал. Каждый день после этого были новые задачи. Это... Я все понимаю, но… Он вздохнул и облизал губы. — Я просто очень надеюсь, что помощнику твоего отца доплачивают. Артур нахмурился. — Ты ведь не первый раз тут остаешься, да? Мерлин неопределенно повел плечами. Зная Мерлина и его отдачу работе, тем более — перед более высоким начальством, Артур не сомневался, что этот жест значил «да, за эту неделю я переработал часов пятнадцать». — И сколько ты собирался тут еще торчать? — Пока… Пока офис не закроется? — лицо Артура вытянулось, и Мерлин тут же закрылся и притянул к себе клавиатуру. Артур вздохнул; до чего же легко он мог прочитать сейчас эмоции, написанные на лице Мерлина. Раздражение, что он так быстро поддался и рассказал Артуру о переработке, в тонко сжатых губах. Неловкость за себя и за всю ситуацию в отведенном взгляде. Тревожность в том, как его пальцы забарабанили по клавиатуре, вбивая нужные цифры. — Мерлин, это не срочные задачи, — скрепя сердце, как можно мягче произнес Артур. Пальцы Мерлина замерли над клавиатурой, а его синие глаза впились в Артура. — Что? Артур пожевал губу, глядя на Мерлина в ответ. Как вообще сказать кому-то «прости, из-за прихоти начальства ты надрывался зря»? Мерлин, кажется, тоже понял все по его лицу и медленно убрал руки от компьютера. И Артур почувствовал к нему уважение в этот момент — он не взорвался бессмысленными «какого черта» и «зачем тогда я все это делал». Хотя, может, у него просто не осталось сил на это справедливое возмущение. — Ты уверен? — коротко спросил он. Артур кивнул. — Утер дал понять, что я должен сделать все до следующего понедельника. Чтобы успеть, мне нужны будут еще все выходные. Ты точно уверен? Меня за это не уволят? Артур снова бегло просмотрел документы на экране, только ради Мерлина; конечно, он был точно уверен. С Утера станется. Ему хотелось стукнуть себя покрепче по голове, что он не подумал обо всем этом еще неделю назад, и что забыл предупредить Мерлина о том, что такое может случиться. Но не это Мерлину, бледному и чуть ли не подрагивающему всем телом от нервов, было сейчас нужно. — Точно уверен. Поезжай домой и отдохни, не делай ничего на выходных, а в понедельник вернешься на свое обычное место. Я не собираюсь больше терпеть Джорджа, если честно. Мерлин пропустил шутку мимо ушей, выключил компьютер и встал, быстро запихивая свои вещи в рюкзак. — Отлично, — быстро сказал он, — спасибо, Артур. — Ты что, похудел? — все-таки не удержался Артур, не отрывая взгляда от знакомой ему темно-синей рубашки поверх серой футболки, которая сидела на ладном теле Мерлина заметно свободнее, чем обычно. Мерлин поморщился. — Это комплимент или оскорбление? Артур закатил глаза, тоже поднялся и подтолкнул Мерлина к выходу, но Мерлин споткнулся и чуть не упал; тогда Артур впервые почувствовал за него настоящую тревогу и крепко взял его за предплечье. — С тобой все в порядке? — требовательно спросил он, и Мерлин ожидаемо отвел взгляд. — Ну ладно, я, возможно… — он сглотнул, — возможно, перенервничал чуть-чуть. И когда что-то подтолкнуло Артура спросить: — Я могу… тебя проводить? Мерлин ответил ему только тенью своей обычно лучезарной улыбки. Артур пообещал себе, что их с отцом ждет серьезный разговор по поводу отношения к сотрудникам и соблюдения рабочего кодекса.

***

Артур вызвал такси и буквально затолкал Мерлина в машину; вся ситуация напоминала ему многочисленные вечера, когда он вот так же вез Мерлина домой — только не переработавшего, а перебравшего — после корпоративов и поздних вечеров в Авалоне. Разница была только в том, что сейчас он не рассказывал бредни и не засыпал у Артура на руке. Сейчас не было весело. Мерлин вообще выглядел не очень здоровым — он сидел, плотно закрыв глаза и откинув голову на сиденье, а одной рукой вцепившись в ткань рубашки на животе. — Тошнит? — тихо спросил Артур, и Мерлин коротко мотнул головой в ответ. Видеть его в таком состоянии было совершенно невыносимо, и Артур ободряюще сжал его колено, которое показалось ему холодным. Мерлин, кажется, не возражал — или просто не замечал прикосновения — и Артур не отнимал руку до конца короткой поездки. Про себя он оправдался тем, что нестандартные проблемы требуют нестандартных решений, и всю дорогу поглаживал большим пальцем угловатое колено через плотную ткань, стараясь передать Мерлину хоть немного тепла. Он покинул его с неохотой, только когда пришлось расплатиться с водителем; Мерлин то ли успел уснуть, то ли все-таки боролся с тошнотой, но за все это время он не сказал ни слова и не пошевелился, даже когда машина остановилась. Он в очередной раз поморщился, когда Артур открыл дверь с другой стороны и тронул Мерлина за руку. — Пойдем, давай, — пробормотал он, помогая Мерлину выбраться на теплый вечерний воздух. Он заметил, что в одной руке Мерлин все еще сжимает несчастный стаканчик с остатками чая, и осторожно забрал и выбросил его. Когда они добрались до двери в квартиру Мерлина, Артур уже прикинул, что в ближайшей доставке можно заказать карри, которое так обожает Мерлин, и уже сочинил в голове письмо отцу. Из мыслей его выдернул звон ключей — вот только Мерлин, кажется, не собирался открывать дверь, а неуверенно поигрывал связкой в руках. И Артур не успел еще задать вопрос, как Мерлин, бледный и как будто бы смущенный, но серьезный, положил руку на дверь своей квартиры. — Артур, спасибо тебе за помощь, — он как-то через силу улыбнулся, — правда, спасибо, ты меня просто спас, но дальше я справлюсь. Щеки Артура вспыхнули от собственной навязчивости. Ну конечно. С чего он вообще посчитал, что Мерлин хочет сейчас... Мерлин закусил губу и отвел взгляд, выглядя почему-то совершенно несчастным. — Я тогда… — Артур пропустил руку через волосы. — Извини, что испортил тебе пятницу, — выпалил вдруг Мерлин, не встречая его взгляд. — Черт, это… Ты и так столько для меня сделал, а теперь еще и будешь выгораживать перед отцом. Не стоило, я… А теперь тебе пришлось тащиться за мной в офис... — Мерлин, — медленно сказал Артур; тяжесть и неловкость, завязанные в груди, немного отпустили. Совершенно, совершенно нелепый. — Это отец перегнул палку, когда так нагрузил тебя работой, так что я не выгораживаю тебя. Скорее… борюсь за справедливость. И тебе не за что извиняться, я… я не против быть здесь сейчас. — Нет, ты… Артур поднял на него глаза, чувствуя себя вдруг уверенным перед лицом мерлиновой слабости. — Я хочу здесь быть. Если… если ты этого хочешь. В глазах Мерлина блеснуло понимание, и на секунду его лицо застыло в комичном удивлении — прямо как в мультике, подумал Артур, с приподнятыми бровями и открытым ртом. Но он спохватился почти сразу, и его рука скользнула по плечу Артура в быстром благодарном жесте. — Тогда я… Нет, тогда я не против, — пробормотал он. Его плечи облегченно опустились, и Артур только сейчас отметил, как вся фигура его друга была напряжена до этого. Мерлину правда, правда стоит поработать над своей тревожностью. — Можем посмотреть что-нибудь, раз уж мне от тебя не избавиться. И Мерлин улыбнулся ему — устало, но наконец-то искренне, и после минуты копошения с ключами впустил их в знакомую Артуру темноту своей квартиры.

***

Мерлин сразу извинился и пошел в душ, а Артур заказал карри, как и хотел, отыскал в холодильнике две бутылки пива, и уже через пятнадцать минут распаковывал пакеты с доставкой. Он как раз включал на телевизоре Мерлина в гостиной «Офис» (оригинальную британскую версию, конечно же, которую они уже смотрели один раз вместе, а Мерлин, кажется, и вовсе знал наизусть), когда Мерлин с удовлетворенным вздохом упал на диван рядом с ним. Артур перевел на него взгляд — и забыл на секунду, что делал. Конечно, он уже не раз видел Мерлина в неформальной одежде вне работы, но никогда — настолько домашним и расслабленным; на нем были мягкие серые штаны и выцветшая футболка с символикой клуба дебатов, оставшаяся, наверное, еще со времен университета. И Артур не был геем, не в открытую и уж точно не на практике, но к Мерлину его тянуло, эмоционально и физически. И, глядя сейчас на его уставшие черты лица, чуть вьющиеся после душа волосы и срез скул, заостренный еще больше от света телевизора, Артур в который раз задался вопросом, каково было бы поцеловать его. Вместо этого он протянул Мерлину коробку и палочки из доставки и включил сериал. Было хорошо. Мерлин негромко хмыкал шуткам, которые он слышал уже с десяток раз, а Артур улыбался в свою коробку с карри, радуясь, что смог сделать его вечер лучше, что знает такие мелочи, как его любимая еда и любимый ситком; затаптывая в себе зарождающийся огонек паники от того, каким до смешного влюбленным себя вдруг чувствует. В какой-то момент Мерлин притих, потом поморщился и отставил свое почти нетронутое пиво, чтобы натянуть на себя плед с дивана. Когда на экране появился знаменитый степлер в желе и Артур повернулся к Мерлину, чтобы увидеть его реакцию, тот спал, с опасно накренившейся коробкой карри в руках и чуть приоткрытыми полными губами.

***

Артур растянул свою порцию почти на весь следующий эпизод. Его собственная усталость, накопившаяся за неделю, дала о себе знать, и он позволил себе эти короткие двадцать минут со вкусным ужином, знакомыми персонажами на экране и мерно дышащим Мерлином рядом, и в такой обстановке Артуру было слишком уж просто притвориться, что он на самом деле был частью всего этого. Он хотел бы; это было бы так легко. Мерлин мог бы спать сейчас, устроив голову у него на коленях, а рука Артура могла бы лежать у него на спине. Чем чаще он кидал взгляд на спящего мужчину рядом с собой, тем ближе казалась эта картина, и в конце концов он не выдержал и встал с дивана, чтобы убрать остатки их ужина. Мерлин, на самом деле, почти ничего не съел. Он выключил сериал, и комната погрузилась в полную темноту; быть рядом с глубоко спящим Мерлином казалось странно интимными, и Артур тронул друга за плечо, чтобы разбудить; тот тихо вздохнул и повернул во сне голову, касаясь щекой его руки, и Артур моргнул несколько раз, не решаясь пошевелиться. Дыхание Мерлина щекотало его кожу, а ставшее вдруг таким осязаемым желание тянуло так сильно. Вокруг было тихо, тепло; уют квартиры Мерлина не хотелось покидать, самого Мерлина не хотелось покидать, и Артур подумал о собственной пустой студии. — Мерлин, — он мягко сжал его плечо, задаваясь вопросом, а не переходит ли он этим какие-то границы — если он вдруг прочитал знаки неверно. Мерлин промычал что-то невнятное. Он явно не собирался расставаться с рукой Артура и потерся об нее носом, и Артур даже в темноте мог разглядеть и почувствовать щетину на его щеке, и он хотел всего этого. Но… Десяток «но» — но Мерлин спит, но Мерлин переработал и перенервничал, но Мерлин даже не осознает, как интимно неосознанно касается сейчас Артура; но не факт, что Артур, со всеми его чувствами, вообще нужен ему больше, чем друг и начальник. Артур осторожно отнял руку, сразу же чувствуя потерю тепла, и это — удивительно — заставило брюнета медленно раскрыть глаза. — Черт, я что, уснул? — хрипло спросил он, приподнимаясь на локтях и моргая, немного потерянный в пространстве. Артур хмыкнул, но не смог заставить себя вернуться к привычному подшучиванию. Странный момент близости будто выбил почву из-под ног; ему казалось, что он все еще чувствует отпечаток прикосновения на своей руке. — Тебе лучше лечь в кровать, — пробормотал он, и Мерлин не стал сопротивляться, когда Артур протянул ему руку и помог подняться на ноги из коварных объятий дивана. Покачнувшись, Мерлин оказался практически в его руках и смотрел на него большими глазами, в которых плескался вопрос — или… Или Артуру просто показалось. Он усмехнулся. — Ты не досмотрел даже первую серию. Неслыханно. Мерлин улыбнулся. — Я и так знаю, чем там все заканчивается. «Что самое важное в работе компании?» — важным голосом процитировал он слова из сериала, и Артур не знал, хочется ли ему больше закатить глаза или подыграть. — «Может, само здание? Или объем продаж? Или поставки?» Артур все-таки закатил глаза. Мерлин продолжал немного сонно болтать, позволяя Артуру буквально отвести себя до спальни и уронить себя на кровать. Уже натянув на себя одеяло прямо поверх домашней одежды, Мерлин выглядел так, будто готов был снова отключиться. — «Самое важное — это люди», — немного невнятно закончил он, и, да, кажется, от сна его отделяли считанные секунды. — «Вкладываться надо в людей». Утеру не помешало бы тоже посмотреть «Офис», да?.. — Конечно, — рассеянно пробормотал Артур, сам не понимая, как можно чувствовать так сильно нежность и желание сразу. Он протянул руку и убрал темные волосы Мерлина со лба раньше, чем смог себя остановить. — Артур, — выдохнул Мерлин с закрытыми глазами; между его бровей залегла небольшая складка, и он выглядел так, как будто собирался сказать что-то еще. Может, «останься». — Спасибо, — наконец проговорил Мерлин, но Артур знал его хорошо, может, даже слишком хорошо, и это «спасибо» не прозвучало особенно убедительно. Было в нем что-то, за что Артур смог зацепиться, и маленькая складка сомнения на лице Мерлина в темноте так и не разгладилась… Артур застыл, пытаясь поверить, что не придумал и не притянул за уши это осознание. Мерлин не хотел на самом деле, чтобы он уходил. Он сомневался еще только секунду, прежде чем наклониться и мягко поцеловать Мерлина в щеку. Несколько бешеных и слишком громких ударов сердца, в которые тот не двигался, Артур успел представить, как Мерлин отшатывается от него в непонимании и отвращении, выкидывает его из своей квартиры, и Артур теряет безвозвратно часть жизни, которая стала за последний год его якорем, или его движущей силой, неважно, стала... стала такой важной — Мерлин медленно приоткрыл глаза и улыбнулся. — Мне не показалось? — пробормотал он. — Нет, — еле заставил себя произнести Артур, и Мерлин улыбнулся еще шире, снова закрывая глаза. — Это хорошо, — прошептал он, и Артур, чувствуя, как слабеют ноги, не выдержал и снова наклонился к его лицу, прижимая губы к теплой коже, к ямочке от улыбки на его щеке, и снова, уже к уголку его полных губ; Мерлин чуть повернул голову, приглашая, давая свое молчаливое согласие, и Артур сам не успел понять, когда его пальцы оказались у Мерлина в волосах, все еще влажных и прохладных, как узкая ладонь Мерлина легла ласково на его щеку, и когда короткое прикосновение его губ к губам Мерлина превратилось в полноценный поцелуй, немного ленивый и сонный, но нежный, и заставляющий Мерлина удовлетворенно вздохнуть прямо Артуру в рот, и игривый, когда язык Мерлина мокро и горячо коснулся его губ и тут же исчез, оставляя его с неожиданным и острым желанием, полувставшим членом и мыслями — да, да, да, именно этого он и хотел. Артур отстранился, пораженный реакцией собственного тела, и просто чтобы увидеть снова Мерлина, разглядеть черты его лица в темноте — Мерлин все еще смотрел на него с рассеянной улыбкой, как будто не очень верил, что все это действительно происходит. — Иди сюда, — шепнул он наконец, пододвигаясь и освобождая больше места; темнота комнаты делала все нереальнее и проще, и Артур быстро сел на кровать рядом с ним и тут же извернулся, чтобы снова его поцеловать и огладить его плечи, шею, зарыться в волосы, взять как можно больше этого нового, дозволенного, пугающего. Мерлин приподнялся на локте, целуя в ответ с отдачей, которую Артур никогда даже не позволял себе представить, а его рука уверенно обхватила Артура сзади за шею. Целовать мужчину — Целовать Мерлина — Будто в ответ на его мысли, Мерлин застонал ему в рот. Мягкий, почти бессильный звук, предназначенный одному Артуру, тут же возвращающий Артура в реальность, заставляющий отстраниться. — Ты правда хочешь этого? Меня? — выдохнул он. Удовлетворение от простого поцелуя переполняло его всего, а его губы горели от вкуса Мерлина, настолько яркого и естественного, как будто Артур знал его всю жизнь. — Боже, уже так давно, — Мерлин потянулся за еще одним поцелуем, и Артур потрясенно выдохнул, когда почувствовал под своими губами улыбку. Целовать Мерлина вдруг стало еще вкуснее, если это только было возможно. — Ты — буквально моя любимая часть этой работы, — немного невнятно проговорил он, подставляясь под губы Артура, когда тот переместился чуть ниже, узнавая чистый и удивительный вкус кожи его челюсти, его красивой шеи. — Какое совпадение, — пробормотал Артур, и Мерлин тихо и низко засмеялся, заставляя Артура почувствовать, как вибрация от его смеха проходит через все его тело. Но когда Артур сделал движение, чтобы забраться с ногами на кровать — ближе, ведь Мерлин хочет этого, «боже, уже так давно» — рука Мерлина мягко остановила его. — Я не пущу тебя под одеяло, — улыбаясь под поцелуями, низко предупредил он. — Ты в этом, — Мерлин легонько потянул за петельку для ремня на его джинсах, — был на улице. Артур хмыкнул и быстро стянул с себя джинсы, все еще пытаясь угнаться мыслями за событиями и осознать, каким образом он оказался полураздетый в кровати Мерлина, уставшего, домашнего и уютного, смотрящего на него с тем же теплым восхищением, как иногда в офисе. И несмотря на волнение, Артур вряд ли когда-либо был уверен в чем-то больше, чем в том, что хочет этого, и он скользнул под одеяло и снова наклонился к губам Мерлина, совершенно восхищенный его вкусом, тем, как просто оказалось целовать его, и нежностью, с которой Мерлин обхватил его лицо руками и обвел большими пальцами чувствительную кожу под самыми глазами, даже если Артуру казалось, что сознанием Мерлин сейчас где-то в другом месте от усталости. Артур оказался сверху него; так было хорошо, и правильно, и когда Мерлина согнул ногу в колене и слегка подался к нему бедрами, он с шоком почувствовал чужое возбуждение через ткань мягких домашних штанов. Реальность ударила по нему, вырывая из пьяной, полусонной дымки поцелуев — у него никогда не было опыта с мужчинами, и что, если он окажется недостаточно хорош?.. Руки Мерлина, гладящие его по спине, немного помогли прийти в себя, и Артур бессильно уронил голову Мерлину на плечо, и только тогда понял, что Мерлин шепчет что-то — его имя. Артур. Дыхание Мерлина обдало тепло его ухо, а потом Артур почувствовал поцелуй в своих волосах. Он не понимал, как, лежа на Мерлине, он оказался в пассивной позиции, но руки Мерлина, видимо, все-таки немного проснувшегося, обнимали его уверенно, обещали, давали защиту, давали опору — каким-то образом Мерлин успокаивал его, и Артур наконец понял, в чем было дело: его дыхание разогналось почти до паники. — Нам не обязательно торопиться, — прошептал Мерлин, скрепляя свои слова поцелуями. Поцелуй к виску Артура, к его щеке, к его лбу… Артур двинул один раз бедрами, прижимая на долгую, сильную секунду свою эрекцию к эрекции Мерлина, и не сдержал стона сквозь сжатые зубы. Ответный низкий стон Мерлина заставил его член дернуться, но этого было слишком много, слишком, слишком много для одного вечера. — Ты потрясающий, — прошептал Мерлин; его длинные пальцы у Артура в волосах — наверное, лучшая вещь, что он чувствовал в своей жизни. — Мерлин, — Артур закрыл глаза, прижимаясь лбом к его плечу, сосредотачиваясь на том, чтобы просто дышать. Он не ожидал этого, ничего из этого шквала эмоций. Под поцелуями Мерлина он чувствует себя любимым — что-то, чего он не испытывал уже очень давно, и от этого у него ком в горле. — Мерлин. Тот одобрительно замычал в ответ, целуя плечо Артура через ткань футболки. — Не был уверен, что тебе нравятся мужчины, — пробормотал Мерлин. — Я тоже, — не думая особо, признался Артур, одурманенный лаской, и только когда Мерлин под ним застыл, он осознал, как прозвучали эти слова. — Нет, нет, Мерлин, — он отыскал синие глаза, и смущение и напряжение в них отрезвили Артура лучше холодной воды. Он покачал головой и погладил Мерлина по щеке. — Я не уверен на счет мужчин вообще. Но я уверен на счет тебя. Ты… Я немного без ума от тебя, если честно, — криво улыбнулся он, и его смелость была награждена такой же улыбкой от Мерлина. Артур закрыл глаза и снова зарылся лицом ему в шею, а потом перекатился в более удобную позу, рядом с Мерлином, и тот натянул на них обоих одеяло. Сомнения все равно жужжали в голове, но Артур чувствовал себя слишком морально вымотанным, чтобы поддаться им; он не знал, посчитает ли Мерлин такое его поведение нормальным, когда проснется завтра утром и вспомнит ясно все, что произошло, в прохладном свете дня, а не под дымкой усталости... Артур подумал о том, что хотел бы сводить Мерлина на настоящее свидание. Как же дико он соскучился по его идиотской болтовне за неделю. Когда он открыл глаза, Мерлин смотрел на него из-под ресниц, кажется, думая о чем-то своем. Артур подался вперед и поцеловал его в губы, долго, смакуя. Удивительно хорошо. — Я усну, Артур, — прошептал Мерлин, когда они отстранились друг от друга, и выпутал из-под одеяла руку, чтобы погладить Артура по щеке. — Мне все равно. Спи, сколько хочешь. — Останешься, если я попрошу? — Да. — Боже. — Мерлин. — Останься, — пальцы Мерлина зарылись ему в волосы, пробежались по затылку… Артур подался к прикосновению и закрыл глаза. — Скажи еще раз. — Останься, Артур, — прошептал Мерлин, на грани сна. Артур притянул его к себе и обнял, наконец-то дыша немного свободнее и глубже. В общем и целом, оглядываясь потом назад, Артур остался более чем доволен этим вечером пятницы.