Углы ранят остро

...Шло время, убывал год, проживала последние дни и осень, окончательно растерявшая всё своё золотое и рыжее очарование, а работу ещё никто не отменял. Наоборот, именно с началом холодов (если так можно было назвать уже порядком надоевшие сырые туманы и мелкие дождики — Калифорния же!) всё поголовно решили озаботиться здоровьем ротовой полости и проконсультироваться у квалифицированного знатока. Доктор Веббер целыми днями изучал чужие моляры - племоляры -резцы и клыки, улыбался пациентам взрослым и раздавал леденцы без сахара детям, а во время ожидания новых пациентов сидел на подоконнике, смотрел на укрытый туманом Сан-Франциско, изредка курил и думал о ней.* А иногда, вспомнив беззаботное детство, рисовал на запотевшем стекле стройную голую девушку с распущенными волосами... Как ни странно, с огромным запозданием пришла досада и даже обида. Виной тому был всё тот же злополучный комментарий. Предательство, раскаяние. Да, тогда Порш словно с цепи сорвалась. Где-то месяц ещё пыталась что-то ему сказать, выговориться, всё ещё, по видимому, надеясь на что-то. Женщины — народ непонятный и таинственный. И зачем им вообще был разум и какие-то чувства?Нет, ну правда! В том комментарии была сама Порш Мартиндейл, с её любовью к красивым размышлениям. Это было в её стиле, рассуждать, терзаться. В какой-то момент, в сотый раз перечитав строки, выписанные в типично-девчачьем стиле, он подумал: а не она ли это написала? Не удивительно. Судьба тоже девушка, а все они, особи женского пола, с причудами. После этого страшного осознания, Марк Веббер поклялся больше никогда не посещать этот форум, разбудивший в нём столько воспоминаний. Нет, правда — подумал он, в который раз пытаясь разглядеть хоть что-то в молочном тумане. До очередного пациента оставалось ещё минут двадцать, и именно в эти минуты, на доктора нашла ностальгия - Что не говори, а Поршия была хорошей девушкой. Красивой, вот что было в ней самым главным. Эти длинные волосы, эти большие глаза такого необычного цвета, эта нежнейшая кожа, это стройное, молодое тело.... Ещё она была умной, настоящей интеллектуалкой, с очень богатым внутренним миром, но разве это главное в женщине? Да что ей ещё надо было, раз им было так хорошо вдвоём? Как он мог потерять её? А что, если найти её? Начать всё сначала? Ведь она даже начала снится ему, она была так близко и одновременно далеко от него... - Доктор Веббер, пациентка, - внезапно окликнула его ассистентка и протянула какую-то папку. Он невольно вздрогнул, и осознал что держит в руках больничный формуляр. С мечтами надо было завязывать: начиналась работа. Звякнул приветственно колокольчик, и Джеки, на ходу снимая мокрую от влажного вечернего тумана одежду, вошёл в маленький магазинчик. -Почему так поздно? Даже Джейд уже в постели!- сердито спросил его Дядя, и Джеки невольно сжался. Старичок воинственно и сварливо смотрел на провинившегося племянника. -Я..Я был на работе, - пробормотал парень и извиняющие улыбнулся. -Хотел бы видеть я работу, на которой держат до десяти вечера, - не собирался сдавать позиции Дядя — И я так и знал! Ты забыл купить петрушку! Я ведь только вчера просил тебя купить пучок петрушки! Или ты хочешь, чтобы Дядя, а потом и весь Чайна-таун слёг от простуды? Разве работа тебе важнее Дяди? Джеки Чан мысленно всплеснул руками, восхваляя замечательный характер Дяди и прекрасно понимая, что ни о какой петрушке тот не упоминал. Сейчас парень больше всего хотел подняться наверх, в свою комнату, но Дядя загородил путь, сердито скрестив руки на груди. Положение спас маячивший в дверном проёме Тору — здоровяк неуловимым движением толкнул рассыпающуюся от старости вазочку с трупиком фиалки, и Дядя отчаянно заголосил, заламывая тонкие ручки. -Ай-йяяяяя! Тору, этой вазе двести лет, а в ней я хранил свой гербарий! Почему ты такой неповоротливый? А ну иди-ка сюда — и Дядя, в тщетной попытке отвесить великану знатный щелбан запрыгал вокруг толстяка, но смог дотянуться ему только до шеи. Джеки еле удержался от смеха. Всё-таки это его личный мир, с замечательным Дядей, добродушным Тору, непоседливой Джейд. Маленький, уютный и такой привычный мирок, который он успел полюбить... На секунду парень осознал, насколько привязался к этой жизни, но уловив отчаянные жесты пожертвовавшего собой Тору, понял что спасён и бросился наверх. Там, в его комнате ждал его новенький компьютер, и пока он медленно-медленно загружался, Джеки упал на кровать, раскинув руки и улыбаясь. Сердце его стучало от предвкушения, всё внутри замирало от радости. ...Как он мог не заметить, что уже почти зима? Не до времени ему было всё время, а время в отместку стёрлось, смазалось и исчезло вообще. Да и разве нужно было время ему, самому счастливому человеку во всём мире? Совсем чуть-чуть понадобилось им, Джекинатору и Незнакомке, чтобы подружиться, сблизиться. Ушёл третий, исчез бесследно их весёлый собеседник, просто перестал писать, словно выбыл из их игры, оставив их вдвоём. Совсем немного времени, пару дней — и вскоре они стали переписываться лично. Кто написал первым? О чём они говорили в свой первый день? Какая разница? Забылось это, затерялось. Это были самые счастливые минуты. Они упивались друг-другом. Какая бездна ума, воображения и очарования жила в его собеседнице! Они писали друг-другу каждый вечер, иногда увлекались настолько, что Джеки понимал, что пора уже ложиться спать только ранним-ранним утром... Чуть ли не впервые Джеки осознавал, что общается с девушкой — существом, которого так боялся и с которым так робел — непринуждённо и свободно. Ему было легко и весело. Она была прекрасной, доброй, чуткой, уважающей своего собеседника. Так они и жили вдвоём, даже не задумываясь, что будут делать, если вернётся тот, третий, исчезнувший с такой пользой для них. А сегодня утром, проснувшись после долгой-долгой переписки, внезапно осознал, чего им не хватает. Он собирался написать эти слова целый день, понимал, что сгорит от стыда и стеснения, всё испортит, но когда он вошёл на свою страницу, с непонятным для него ужасом увидел новое личное сообщение. Он даже не удивился, когда увидел его содержимое — весёлые смайлики, подмигивающие ему и приветливо машущие рукой, изящные, витиеватые фиолетовые буквы... И короткий текст. А Незнакомка опередила его, написав то, что хотел он. И не было в этом послании робости, стеснения. А было только тепло и открытость. "Давай встретимся, Джекинатор? Как друзья, разумеется." «Но... Если мы просто друзья... - подумал Джеки, как завороженный - Тогда почему моё сердце бьётся так быстро?» * Ребят, никак шуток. Я абсолютно серьёзно.