Легенда о синей волчице

      Все тюркские страны не понимали, что здесь забыл тот американец, но не стали уделять этому время и нервы. Собрание закончилось из-за того, что у стран были свой дела, все разошлись по разным сторонам.       Турция, зашедший в свой офисную комнату, откинулся на кресло и закрыл глаза. Хотелось закурить, но он вспомнил, что давно бросил, и теперь никогда не приближался к сигаретам. Брюнет, чьи волосы стояли торчком в разные стороны из-за того, что хозяин этих волос небрежно провел по ним, массажируя свою кожу голову.       Парень нервничал, США может что угодно сделать, а в этот момент, когда происходит не пойми что, тот парень может сделать их мухи слона для своих целей. И как он вообще пробрался туда, он же думал, что отлично нашел то место.       «Kaltak» – нецензурное слово, сказанное у него в мыслях. Положив голову на верхнию часть кресла, парень угрюмо завыл, теперь надо сделать так, чтобы Америка ему не мешал. Американец мог с легкостью сделать для него страшний кошмар, учитывая то, что некоторые страны Европы его недолюбливают. Хотелось куда-то исчезнуть, забыв обо всём: об этой грязной политике, о проблемах. Как же Турций всё надоело.       Из своих мыслей его вывела телефонная вибрация, которая оповещала о звонке. Турция недовольно взял телефон и, не посмотрев на дисплей, просто отклонил звонок. «Не хочу ни с кем разговаривать», – он едва ли положил телефон, как он опять зазвонил, пробурчав под нос ругательство, янтарноглазый невольно поднял телефон и безжизненным голосом произнес: – Добрый день, вас слушает Турция, – на другой стороне был слышен краткий смешок, а потом уже весёлый, совсем протиположный голосу Турции, голос сказал: – Amigo mío que tan oficialmente somos amigos desde hace mucho tiempo!* – Тебя тут не хватало, – грубавото сказал он и выключил телефон. На беседу с Испанией у него не хватало сил и нервов, в нынешний момент он никого не хотел слышать и видеть, но похоже неторопливый стук дверь, который принадлежал навязчему человеку. Турций не успел сказать: «Войдите», как в дверь вошёл, рыжеволосый мужчина в костюме и весело смотрел на своего друга, а это был никто иной как Испания. Рыжий мужчина посмотрел на Турцию таким взглядом, который так и говорил, от меня не отделаешься. – Что ты здесь делаешь? – Ну в начале, я пришёл за документами, но потом увидел, как ты весь такой грозный и злой, зашёл офис, даже не увидев своего ненаглядного, – промурлыкал тот. Они не в отношениех и уж тем более не любовники, просто Испания обожал выбешивать Турцию, конечно же по-дружески. – Уж, прости, что не приглядел любимый ты мой – язвительно закончил брюнет. Испания, усевшись за кресло, которое стояло напротив Турции, ожидающе смотрел, сказав: – А ну, поведай своему старому товарищу, какая беда свалилась на твою чудесную голову. – Пришёл Америка, случился один инцидент, и я боюсь что этот туповатый блондин, что то сделает, – от Испании нет смысла скрывать. Он надежный человек, хоть и раздражал своими выходками. – Ты что, действительно так думаешь. Оглянись, он не может, пока не получит разрешение Президента. А ты сам видишь, президент его ёще не выбран – сказал рыжеволосый. – Твоя правда, – и немного подождав, янтарноглазый продолжил, – не хочешь выпить, а то моя голова уже болит от всей этой нагрузки. На этот вопрос он получил лишь кивок согласия.       Узбекистан уже как двадцать минут стучит в ее дом, но её нет. Войти на территорию Туркмении было трудновато, как оказалось её на месте работы нет, как и дома. Парень, не выдержав, сломал дверь. Узбек знает, что Туркмения за это может его прибить чем-то тяжёлым. В её доме был бардак, вещи разбросаны в разных местах, и к тому же её браслет, которого она никогда не снимала, сиротливо лежал на полке. «Как я не догадался», – подумал он. В такие моменты нужно пойти в ООН. Искать как простые люди, они лишь потеряют время, страна ослабевает, если долго будет находиться в чужих землях, и Узбекистан надеялся, что она где-то здесь, пускай это надежда не имеет за собой смысла. В здании ООН       Телепортировшись, молодой юноша чуть ли не бегом зашёл в здание. Найдя нужного человека, он подал заявку о пропаже страны, и заявив, что это надо оповестить всем странам. Люди сказали ему, что надо ждать, но вдруг атмосфера в комнате стала какой-то мрачной и жутковато. Брюнет, сверкнув алыми как кровь глазами, зарычал: – Это дело требует особого внимание. Если вы не приступит, я от этого здания ничего не оставлю, – и развернувшис, он вышел быстрым шагом из офиса. Холодный ветер остывал ту жгучую волну гнева, которая разжигалась с каждым разом. Маленькие снежинки медленно падали на землю и на волосы парня. Сам парень посмотрел вверх и, глубоко вдохнув воздух, выдохнул, создавая своеобразный пар. Холодный воздух пробирался к лёгким. Парень закрыл глаза на минуту, пока не почувствувал тёплую ладонь на своих плечах. Открыв глаза и повернувшись к обладателю руки, он увидел Болгарию.  — Простудишся же, лучше пойдём в кафе, и я угощу тебе горячим кофе, заодно ты расскажешь о том, что случилось, дружище, – улыбнулся он. Узбекистан хотел отказать, но что-то сдерживало его, и он сейчас даже осознавая, что он сейчас согласился. Может быть он на минуту хотел забыться в этом суровом мире в обществе своего давнего друга? Кто знает…       В то время к Киргизии пришло сообщение от Южной Кореей с надписью «Приходи скорее, я слышала от Узбекистана про пропажу вашей сестры. И похоже, я знаю где она, так как от территории моего брата исходить её аура.       Как же Киргизия раньше не догадывалась, Южная Корея может чувствовать ауру той или иной страны. Ответив на письмо, девушка собрала все свои вещи и направилась в аэропорт, попутно печатая братьям.       Киргизия благополучно добралась до здания. Братья говорили, что уже выехали, но посчитав, что нельзя терять ни минуты, девушка на такси доехала до здания. Девушка была на месте, где её ждала Южная Корея. Шатенка выглядела крайне обеспокоенной. Увидев киргизску, она протянула её в угол стены, чтобы никто их не услышал. – Она находиться в каком-то тёмным помещении. Её аура слабеет с каждой минутой, мы должны поторапливаться, но успеем ли мы, – хотела сказать она, как почувствовала, что Киргизия подняла ее на руки. – Не беда, с моими крыльямы мы быстро прилетим туда, – сказала девушка, открыла окно и взлетела вверх. За все время полёта Южная Корея не открывала глаза, так как до смерти боялась высоты, но так как это действительно был единственный способом, она ничего не сказала, а лишь указывала куда надо, чувствуя ауру Туркмении.       Двое девушек благополучно добрались до того здания. Южная Корея сказала, что из места исходить очень сильная аура. Сказав кореянке прятаться здесь, Киргизия пошла одна, так как не хотела что бы пострадала Южная Корея. Благо Узбекистан успел, и теперь двое пробираются тихо, словно кошки в темноте. Сломав замок, они вошли в помещение, и не нашли ни одной улики. Они уже думали, что Корея ошиблась, но потом увидели лестницу, которая вела вниз. Спускаясь двое тюркоязычных стран заметили ужасную картину: Туркмения лежала вся в крови и ссадинах с закрытыми глазами. Но понимая, что нельзя терять ни минуты Узбекистан, подняв Туркмения, повернулься чтобы уйти, пока не увидел как Северная Корея стоял с пистолетом и сумашедшей улыбкой. Парень и девушка посмотрели друг на друга, как ни странно в их глазах не читалось страха, тогда как в душе они просто дрожали. Киргизия ринулась к сумасшедшему, чтобы отразить удар, а Узбекистан с девушкай на руках готовилься к бегству. «Раз, два, три» «Выстрел, кровь, крики»