Баллада

Гремит и грохочет лавина в горах, Стрелок не робеет на скользких тропах: Он дерзко шагает Средь снега, средь льдов, Где весен не знают, Не знают цветов. Внизу распласталась туманов гряда, И гордые тонут под ней города. И только в минутные Тучек разрывы Мелькают зеленые Рощи да нивы. Грим Матчстик был очень стеснительным. Казалось бы, все должно быть наоборот: он ведь огромный огнедышащий дракон, от одного только рыка все должны в ужасе разбегаться перед ним! Но нет. Грим и сам не знал, почему так получилось - видимо, он слишком долго был один. Насколько Матчстик себя помнил, он никогда не отличался решимостью: когда он был маленьким, стоило какому-нибудь ребенку заговорить с ним, он в страхе убегал, закрывая лицо крыльями. Именно поэтому Грим и живет в башне, выстроенной высоко в горах - это самое идеальное место для такого интроверта, как он. Местные здесь не бывают, и только самые безбашенные туристы изредка поднимаются на такую высоту, дабы полюбоваться горными красотами. Но иногда Гриму все-таки приходится спускаться: запастись пропитанием или за новыми красками - среди скал и горных хребтов особо заняться нечем, так что Грим коротает дни за написанием однообразных пейзажей. Ту часть гор, в которой живет Матчстик, почти постоянно обволакивает непроглядная завеса серого тумана. Но иногда она немного рассеивается, и тогда Грим выходит на небольшой выступ в горе и наблюдает за Инквеллом - а на такой высоте он как на ладони! Обычно ему виден только Второй Остров с Карнавальной площадью, но в особенно безоблачные дни можно разглядеть серые крыши домов из города на Третьем острове и верхушки деревьев лесной чащи на Первом. Однако бывают и дни, когда туман становится слишком густым и не то, что остров - своих собственных ног через него не видно. В такие дни Грим опасается летать: как бы не напороться на острые скалы. Вместо этого он поднимается по каменной лестнице - сложенная из камней, она начинается у подножия горы и виляет меж громадных валунов до самой башни на вершине. Дракон никогда не возражает против такой прогулки - все же крылья иногда устают; и так завораживает идти среди горных хребтов в безмолвной тишине, лишь с завываниями ветра, ощущать себя безмерно маленьким в этом каменном и величественном хранилище духа, чувствуя прохладную поверхность булыжников-ступенек под уставшими кожистыми лапами. Было еще кое-что, что безмерно нравилось Гриму в этой каменной тиши: прямо напротив его башни возвышалась гора, которая всем своим видом напоминала Матчстику старого и мудрого дракона - дракона, который бы сидел на хребте, сложив лапы на посохе и устремив свой взор в даль. Который бы, чуть сощурив глаза, потирал одной рукой бороду и размышлял о чем-то, что непонятно молодому уму. Который бы непременно был молчалив и хмур с одними, но вежлив и почтителен с другими. Который бы изрекался китайскими мудростями, дабы наставить на путь правильный и извлечь истину из спора. Который жил бы не одну тысячу лети многое повидал, но искренне и по-старчески улыбался, когда еще совсем маленький детеныш робко приносил ему венок из вереска. Который был бы как его дедушка. Грим помнил деда таким, каким он был при его детстве - исполинский дракон с темно-зеленой чешуей, черной бородой и тяжелыми мохнатыми бровями. У него был деревянный посох, чтобы опираться на него при ходьбе - в последнее время он не летал. Когда Матчстику становится одиноко, он вспоминает дедушку. Тот постоянно ворчал, что в Гриме от дракона только название и продолжая пугаться всех и вся, он не станет великим воином - на это было слишком уж смешно смотреть, если учесть факт, что в свободное время дракончик бегал на луг ловить бабочек. Правда он их тут же отпускал - не мог заставить себя пленить такую красоту. Но такие воспоминания приходили к Гриму не всегда: все чаще ему вспоминались дни жизни, которые лучше было бы забыть. В один такой раз Матчстик не выдержал и спустился с гор на землю* дабы отвлечься - все же среди живых существ голова соображает немного лучше, чем в абсолютной тишине на высоте в несколько тысяч метров. Спустился и потерял голову. Он не покидал башню на долгое время уже год: туман, очередной карнавал и просто не хочется - и почти забыл, как пахнут цирковые лошади и обезьяны, как весело смеются люди и создания, только что сошедшие с аттракциона, как из многочисленных ларьков манят сладкие липкие пряности, покрывшиеся коркой сахара на солнце. Забыл, насколько же теплые камни мостовой, засыпанные попкорном и измазанные шоколадной крошкой. Грим просто ходит по Острову, не задумываясь ни о чем. Он провожает глазами вагонетки на американских горках с визжащими посетителями, наблюдает, как веселый Беппи раздает детям шарики, а молчаливый Джимми катает детей на ковре-самолете. Гримм почти улыбается, когда Баронесса распугала всю толпу, продемонстрировав свой фокус с шеей. Дракон бродит, сложив крылья и высоко подняв голову, бродит и не замечает никого: ни возмущенную даму, споткнувшуюся об его хвост, ни группу подростков, хихикающих над ним; он как будто очнулся от долгого сна, снова вернулся в реальный мир, заигравший новыми красками - он вдруг осознал, как ему этого не хватало. Даже не подсчитать, сколько лет назад он сам катался на карусельных лошадях и с восторгом в первый раз попробовал сладкую вату. Грим настолько давно нормально не спускался вниз, что о существовании дракона некоторые уже успели забыть: девушка в красном поперхнулась лимонадом, а стоящий рядом с ней чашкоголовый мальчик вытаращился на него во все глаза и выронил рожок с мороженым. Многое поменялось - странно, что с высоты он этого не замечал. Взмахнув крыльями, Матчстик взмыл в небо прямо с площади. Дракон пролетел над всем Вторым Островом еще раз, стараясь запомнить его таким до мельчайших деталей: трудно объяснить, почему на него нахлынула ностальгия, но в нем пробуждалось все больше и больше воспоминаний. Влетев повыше, он перелетел родные горы и спикировал вниз, на Третий Остров. Хоть здесь не было так радостно и весело, как на Втором, тут были и свои плюсы - каменные улочки, виляющие среди разноцветных домов, набережная с деревянным причалом, фонтан. Когда Грим летел над одним из домов, солнце вышло из-за облаков и его широкая тень накрыла его целиком. Наклонив голову, Матчстик заметил прямоходящего крыса, сидевшего на крыльце. Маленький грызун вскочил со ступенек и поднял голову, заслонившись ладонью от солнца. Грим не был уверен, напуган ли он, и приветственно махнул лапой; крыс протер глаза и растерянно помахал в ответ. Сделав еще один круг над городом, дракон уловил нотки джаза. Спустившись чуть ниже, Грим увидел небольшое кафе. Рядом с входом стояло двое людей, играющих на саксофоне и контрабасе. Улыбнувшись, Грим взмыл в небо и устремился на Первый Остров. Пролетая над Вторым Островом, Грим увидел свое отражение в бассейне Квадратуса. Достигнув Первого Острова, Матчстик заметил, что лес стал более обширнее. На этом острове не было высоких домов и ярких ларьков, но от этого он не был хуже: нагретая солнцем земля, зелень и деревенская тишина хорошо расслабляли, заставляли по-настоящему почувствовать себя дома. Спустившись чуть ниже, дракон смог рассмотреть небольшую полянку с мирно дремлющем на солнце цветком, обсерваторию, каменный Мавзолей, "припаркованный" корабль и милый огородик с гигантской луковицей, поливавшей грядки. Увидев тень, а затем и летящего Грима, луковица выронила лейку и испуганно спряталась под землю. Вместо нее выскочили морковь и картофель таких же размеров, которые тут же уставились на дракона, от удивления открыв рты. Хихикнув, Грим пролетел над ними махнув хвостом. Дальше его глазам предстал небольшой островок, соединенный с Первым деревянным мостиком. На одном из перил сидел мальчик яблоко, который настолько удивился представшему перед ним зрелищу, что свалился в воду. Через мгновение на поверхности показалась его красная мордашка. На самом островке ничего не было, кроме маленького домика. Возле крыльца на кресле-качалке сидел старичок чайник, опираясь на трость. Свернув за кроны деревьев, Матчстику предстал еще более крохотный островок, еле вмещавший на себе наскоро построенный маяк. Кроме маяка на этом островке Грим увидел чашкоголового мальчика, похожего на того, что был на Карнавальной площади. Мальчик читал книгу, прислонившись спиной к маяку и похоже его не заметил. Расправив крылья так широко, как дракон только мог, он взлетел в небо, под самые облака. Когда уже для него подул холодный ветер, Грим завис, рассматривая Острова. Матчстик только сейчас понял, как прекрасен его родной дом и как же он рад, что грустил утром: ведь тогда бы он не спустился наконец на землю. Набрав полные легкие чистого воздуха, Грим Матчстик направился домой, обратно в горы - кто знает, может завтра ему придется встать пораньше.