Плата

Прибор с нанизанной едой с грохотом летит на пол, а Чон младший и старший шокировано вытаращиваются на девушку . Хан чувствует, как стучит её сердце от нахлынувшего волнения. Она поднимает голову и негромко говорит: -В салате арахис.-Во взгляде Чонгука появляется осознание её поступка и смотрит он на неё уже не шокированно, а как-то…нежно и благодарно что-ли. Чего не скажешь о его отце, который всё ещё будто в прострации. Чонгук цокает в ответ на его непонимание. -У меня аллергия на арахис. — Констатирует факт тот и встаёт из-за стола. — Я в принципе уже сыт. -Я тоже уже побегу, чтобы к паре не опоздать. - Закидывая последний блинчик в рот, Чжи Вон обувается и выбегает к машине, в которой уже сидит Чонгук. Он смотрит на неё всё то время, что они едут к университету. -Ну что? Хочешь дыру взглядом просверлить? -, уже подъезжая ко входу, не выдерживает Хан. Тот замирает, а её взгляд непроизвольно падает на его шею с татуировкой. Как же до безумия интересно разглядывать его. В Корее такое наличие татуировок в большинстве случаев пугает людей, они чувствуют антипатию, отторжение и принимают это, как уродующее дополнение, от которого те брезгливо отводят взгляд. Но её же взгляд они притягивают при каждой возможности. -Спасибо. От такой странной грубиянки я помощи не ожидал. -И как прикажешь мне на это реагировать? Вроде поблагодарил, а вроде и с дерьмом смешал. Всегда пожалуйста! -Да ладно тебе-, Чон легонько ткнул её в плечо и вышел из машины. Та усмехнулась, произнося про себя «придурок» и пошла следом. ******* Пары, пары, пары. Как же долго и нудно. Оставалась одна из трёх на сегодня, а Чжи Вон уже думала о том, как пойдёт гулять по городу одна. Как зайдёт в кафе после запланированного посещения гинеколога и проведёт там несколько часов за просмотром хорошего фильма с тарелкой десерта и чашкой кофе. -Ты меня слышишь? -, вырывает её из сладких мечт голос Чонгука. -Ох, боже. Ну что? -"Ну что?» Я к тебе первый раз за день подошёл, а у тебя такая реакция, будто я неделю тебе мозги проедал. — Та немного впадает в ступор, потому что не знает , как должна вести себя. Сколько себя помнит , всегда была асоциальной и грубой. Это не касалось только клиентов и самых близких (точнее, ИнХу). А теперь, когда у неё стоит установка подружиться с Чоном, узнать о его интересах, друзьях, может даже девушках…она теряется в своих привычных ответных реакциях. -Что такое? -, уже более спокойно и даже нежно отвечает Хан. У парня появляется улыбка. Он тыкает её под бок локтём, мол «сразу бы так». -Почему не хочешь идти на экватор? -Просто не хочу. -Почему? -Просто. -Просто — это не ответ. Я хочу, чтобы ты пошла. - Та удивлённо вытаращивается на него. -С какого это перепуга я должна тебя слушаться? -Если пойдёшь, то я перестану допрашивать тебя.-Чжи Вон застыла в раздумьях, сопоставляя в голове все плюсы и минусы. -Хорошо, я пойду. Ты доволен? -Доволен. - Отвечает тот и сразу возвращается в компанию друзей. Хан немного раздраженно помотала головой и заметила на себе взгляд Юнги, стоящего в дверях аудитории. Быстро отвернувшись, она садится на своё место и делает глоток кофе. По телу почему-то пробежала неприятная дрожь. Пара социологии и она наконец свободна. Действительно свободна. Никаких машин, никакого ЁнМина за рулём. Хан идёт пешком в медицинский центр с наушниками в ушах и наслаждается пасмурной осенней погодой. Добираясь до места назначения, приходит на назначенный приём, где её осматривают, спрашивают о состоянии и выписывают новые противозачаточные. Врачей она посещает регулярно. Это один из пунктов, прописанных в папке. Кафе. Её любимое место, в котором, к сожалению, та бывает так редко. Чжи Вон заказывает чашку кофе с ореховым сиропом и свежий миндальный круассан с варёной сгущёнкой. Не важно, что термос с кофе у неё стоит в сумке ещё на половину полный. Она обожает кофеин. С этим напитком у них абсолютно нездоровая и определённо не взаимная любовь. Хан просто молча сидит за столом, вдыхая аромат свежей выпечки и любуясь на капли дождя, падающие на окно этого уютного заведения. Девушка машинально оборачивается на звон колокольчиков, висящих над дверью, ведь это заведение совершенно не популярное и каждый посетитель здесь, как редкий экспонат. Из-за этого постоянно переживала, что в один момент его могут закрыть и тогда у неё уже совсем не останется места, которое Хан сможет назвать своим пристанищем. В кафе заходят две девушки с длинными волосами. У одной светло-русые, а у второй пепельные, завязанные в высокий хвост. Они обе в тренчах и джинсах клёш с яркими вязаными свитерами и аккуратными серёжками-гвоздиками. От них пахнет лавандой и ванилью. Они звонко смеются, а их глаза сияют. Вот они, «these kinds of girls who look like they're made of honey and glass»(*англ.песня "тот тип девушек, которые выглядят так, будто их сделали мёда и стекла) А Чжи Вон сидит, как милый, пустой, почти разбитый сосуд и наблюдает за ними, ещё больше погружаясь в бездну своего отчаяния и боли. ***** Медленно отворяя дверь «дома», она заходит вся мокрая внутрь. Мужчина, тихо читающий журнал, наблюдает за её появлением из гостиной. Он строго не сводит с девушки взгляд, но молчит. Чжи Вон подходит к широкому проёму в комнату и останавливается. Чонгук в это время спускается с лестницы на кухню, чтобы выпить сока. -Я пойду на вечеринку для студентов...-, без эмоционально ставит в известность "милого" Хан. -С чего это вдруг? -, отложив журнал на колени, поинтересовался Чон старший. — Не думаешь ли ты, что будешь занята? И ты же не посещаешь обычно такие мероприятия, насколько я помню, ведь так? — Настаивающе якобы уточняет тот. И тут девушка чувствует, как чья-то тёплая зататуированная рука укладывается на её промокшее ледяное плечо. -Не ходит, но я настоял. — Заступается за неё Чон младший. -А я смотрю, вы быстро сближаетесь. -Ну, до взаимоотношений брата и якобы сестры нам нужно ещё поднажать, раз уж она тебе как дочь. Не думаешь? -, подняв одну бровь, язвит тёмноволосый. -Кхм…вам действительно неплохо было бы подружиться. Делайте, что хотите. А ты, иди переоденься и выпей чего-нибудь горячего. Не хватало, чтобы бациллы по дому разносила. - Раздражённо поправляя оправу очков, выпаливает Бён Хон. -Я об этом позабочусь, папочка. — Чон берёт Чжи Вон за руку и тут же ведёт на второй этаж. Огибая её комнату, он заводит промокшую и дрожащую девчушку к себе. — Я не буду спрашивать, почему ты перед ним отчитываешься и что это за гипер опека, но ты должна мне помочь. — Та устало закатывает глаза, громко выдыхая. — Отлично. Вижу ты согласна. Но для начала сними это всё с себя.-Чонгук проходится по её мокрой одежде придирчивым взглядом. -Всё? -Ну не всё. Пальто, штаны свои мокрые и кофту. -А не проще будет мне у себя это сделать? -Никаких своих комнат. Знаю я тебя. Уйдёшь туда, запрёшься и дело с концом. Поэтому раздевайся. Я отвернусь. — Строго процедил парень, уходя в гардеробную. Хан быстро стала стаскивать с себя мокрые вещи, откидывая их на диван. И начинала нервничать, когда осталась в одном нижнем белье, что для неё вообще не характерно. В таком виде её видели столько людей, что казалось, смутить девушку уже невозможно, но та тряслась и волновалась, как школьница, не зная, куда себя деть. Парень спиной аккуратно вернулся с каким-то вещами и, кинув их на кровать, отошёл в угол. Чжи Вон быстро побежала за ними, начиная натягивать на влажное тело со скоростью света. И как только их надела, почувствовала окутывающее тепло и безопасность. Огромная чёрная футболка и серые мягкие шорты пахли шоколадным гелем для душа и были такими тёплыми, будто их вот-вот сняли с батареи или… с себя. Девушка тут же прогнала эти дурацкие мысли. -Всё. Парень обернулся и, опустив голову, усмехнулся увиденному. Он тут же пошёл в ванну и быстро вернулся обратно с полотенцем в руках и коричневыми шерстяными носками. Чонгук, хватаясь за мои плечи, молча садит Хан на кровать. Та тоже молчит, вглядываясь в него. Он горячими руками надевает на холодные девичьи ноги эти огромные шерстяные носки. От лёгкого прикосновения к пяткам ей становится щекотно и, вздрагивая, она начинает смеяться. Чон поднимает на неё взгляд и усмехается, закидывая на голову мокрую полотенце. -Что за дитё. -, брюнет начинает шаровать влажные волосы  махровой тканью, что-то бубня себе под нос на английском, а та уже не может сдерживаться и улыбается во все тридцать два. -Ну хвааатит. Я их после таких манипуляций уже и не расчешу.-, парень откидывает в бок полотенце и идёт на ковёр, где разбросаны распечатки и учебники. Хан идёт за ним хвостиком и усаживается рядом. -Мне нужно подготовить реферат по защите населения, но письменный корейский даётся не очень спустя 7 лет. Разговариваю по памяти ещё более менее, но с чтением и правописанием проблемы, а делать это всё через переводчик очень долго.- Он объяснил, что ей нужно делать и сначала та начала читать ему темы для реферата. Гук делал какие-то пометки себе в блокнот, а потом, составив тему и содержание, они вместе начали писать ему работу. Чонгук был очень сосредото­чен и серьёзен, а Чжи Вон периодически засматривалась на его татуировку, пытаясь разгадать смысл кучи этих замысловатых рисунков. Он похож на того человека, который в каждую даже мизерную точку вкладывает смысл, о котором никогда никому не расскажет. В тёплой комнате приятно пахло зеленью, а на фоне из акустической системы тихо играли the neighbourhood. После нескольких часов работы он наконец печатает в Ворде нижний колонтитул, подписывая работу своим именем, и они заканчивают. Хан встаёт с отёкших колен и начинает потягиваться в разные стороны. Чон откидывает голову на диван и расслабленно выдыхает, а потом лезет к тумбе под изображением проектора и достаёт пачку сигарет с зажигалкой. Он зажигает сигарету и, лопая капсулу со вкусом мяты и лесных ягод, делает затяжку. -Так ты куришь -, с небольшой ухмылкой говорит девушка. -Иногда. -, расслабленно выдыхая дым, отвечает уставший Гук. Он протягивает другой конец сигареты указывая фильтром на Чжи Вон и вопросительно с улыбкой на лице мотает головой, мол «будешь?». Девушка подходит ближе и делает затяжку под его пристальным взглядом. Комната наполняется дымом и запахом мяты в перемешку с ягодами. -Thanks-, благодарно и тихо произносит Чон. -You'rе welcome. ****** Сегодня была только одна пара. Защита населения. И, как бы Чжи Вон не хотела послушать выступление Чона с трудами их многочасовой работы, но из-за того, что перепила вчера кофе и на смогла нормально уснуть, проспала всю пару. Из университета она ехала сегодня на метро, потому что до этого забегала в магазин за вещами для вечеринки, которая должна быть уже на следующей неделе. С Чонгуком они особо тесно после этого не контактировали. Вместе ездили в и из университета, перебрасывались парой фраз время от времени и он периодически напоминал девушке о вечеринке. БёнХон был на работе, практически не появляясь дома, поэтому оба отдыхали от его тяготящего присутствия. Вот он. Этот вечер, на который Хан так не хотела идти. Девушка открыла шкаф и посмотрела на купленные вещи. Чёрная обтягивающая водолазка с открытыми плечами, джинсовая юбка с золотыми вставками затянутая чёрным кожаным ремнем и золотые серьги с подвеской, а наверх джинсовая куртка. Выглядело достаточно стильно и открыто, поэтому та подумала, что под такой род мероприятия этот образ пойдёт.  Чжи Вон вышла из комнаты на коридор и увидела перед собой Чона, который, видимо, собирался стучать в её дверь. Он был одет, как обычно. Белая толстовка, чёрные джинсы, серёжки-кольца, серебряная печатка на пальце и небрежно уложенные волосы. От него невероятно приятно пахло. Хан, пускай и незаметно, но рефлекторно сделала глубокий вдох от вкусившего аромата. -Неплохо. Очень даже. -Окинув спутницу взглядом с ног до головы, сказал тот. Чжи Вон довольно захлопала ресницами, как дура. Они вышли на улицу к гаражу и, когда Чон открыл гараж, где стояла BMW восьмой серии, та поняла, что повезёт их сегодня не ЁнМин. Усевшись на водительское и переднее пассажирское, они тут же тронулись с места. В салоне тихо играли the neighbourhood (видимо, он их любит) и пахло парфюмом Чона. Хан смотрела то в окно на горящие фонари и рассекающую дорогу, то на него. "Почему с ним так спокойно? Не неловко и не страшно? Почему хочется расспросить его о татуировках? И почему он перестал расспрашивать меня? Неужели и правда отцепится? Почему, когда он молча слушает эту чёртову группу, кажется, что вот-вот расплачется? Люди с таким сильным характером и невероятной харизмой разве вообще плачут? " -Приехали.- Парень закидывает жвачку себе в рот и вылазит из машины, как и Чжи Вон, которая рассматривает многоэтажный отель в центре города,к которому её привезли. Они подошли на ресепшен, продиктовали свои имена и им дали карты-ключи. Поднявшись на двенадцатый этаж и пройдя вперёд по коридору, Чон и Хан настигли нужный номер и, открыв его картой, Чжи Вон поняла, что поток со всего первого и второго курса сняли огромный пентхаус с лестницей разделяющей два этажа. По размерам это было похоже на две огромных трёхкомнатных квартиры с четырьмя санузлами. Музыка играла на всю, люди толпами теснились друг возле друга. Кто-то играл за столом в «я никогда не», «правду или действие» или «бирпонг». -Have fun! — Чон подмигнул Хан, тыкнув в плечо, и тут же слился с толпой, а та будто упала в чёрную пропасть. Танцы, крики, музыка, алкоголь, кальян, табачный дым, стоны, смех. Гамма восприятия окружающего сбивала с толку. Чжи Вон решила начать с алкоголя, чтобы снять напряжение. Становилось легче и постепенно она расслаблялась. Начинала общаться с какими-то подходящими и уходящими девочками. Максимально обходила странных парней с их «специальными» предложениями и туалеты, возле которых они обитали, ведь со своими трясущимися от зависимости руками прекрасно понимала, что не сможет отказаться от сомнительного косячка. А сегодня ей это точно не нужно было. Временами девушке казалось, что перед глазами пролетало белое пятно похожее на Чона, но та особо не акцентировала на этом внимания, хотя и происходило это довольно часто. Чувствуя некую слабость от опьянения, она садится на диван и спустя пару минут её отдыха слышит, как гремящие биты сменяются плавной мелодией. -Потанцуем? — Хан видит руку, протянутую ей, и, даже не заглядывая вверх на лицо, хватается за неё, поднимаясь к молодому человеку. Он аккуратно ухватывается за её талию рукой и устало кладёт голову на плечи, шумно выдыхая. Холодный металл серёжек касается её горячей шеи, а кончики его пальцев рисуют узоры на девичьей спине, от чего Чжи Вон приятно расслаблеся. Песня всё идёт и идёт и вдруг толпа, в которой те танцуем, начинает ликовать. Хан приоткрывает глаза и видит в центре Чонгука, целующего какую-то девушку в милом платье. Он обвил её шею своими ладонями и, пригнувшись вниз, нежно впился в её пухловатые губы. На лице Чжи Вон натянулась лёгкая ухмылка. Она ближе прижалась к раскачивающемуся с ней в такт парню, снова закрыла глаза и правой ладонью начала гладить того по затылку, чувствуя, как тот подрагивает. -И как мне это понимать? -Никак, Юнги. Никак… /Продолжение следует… /