Сами пишем историю

      Ромал недоверчиво покосился на лучшего друга и, всеми силами скрывая дикий смех внутри себя, сказал со всей убийственной серьёзностью: — Дружище, скоро я буду катать тебя на тележке, потому что такими темпами ты будешь как большущий пирожок, милый и пухлый. И я, конечно, с тобой всегда буду дружить, но ты можешь... не есть так быстро есть? Я вообще не могу есть при тебе.       И у него есть причина для такого волнения.       Сонни делал все будничные занятия как того следует, вот только даже маленькие детёныши чувствовали, что он волнуется и не так, как бывает при заминках на работе, а по-другому. Если с утра он ещё сохранял бодрость духа и веселился как мог, то теперь лишь сидел в вагоне ресторане, горестно вздыхал и ел большими порциями ягодные пирожки. Если бы только его увидела мамаша, так сразу бы побеспокоилась за его фигуру. Но к счастью (или сожалению) он не смог выпить с утра тот самый кофе, поэтому аппетит у него имелся.       Да и повод для обжора имеется существенный. Дети из семьи Птеранодонов пришли? Да, только недавно и сейчас обсуждают события сегодняшнего дня. Её подруга Ксия крутилась около него и задавала всё тот же вопрос. А когда она задаёт вопросы, то от неё невозможно отцепиться, потому что она как репейник, то есть колючая и не хочет отходить ни на миг. Что он сам знает, если помнит только о приходе того аниматора в школу? Ну невозможно так долго проводить уроки по рисованию и мотивационные беседы, за это время давно приходят домой. Если следовать такой логике, то получается, что Селина опаздывает не по своей воле. Что если на неё вообще напали какие-нибудь там хулиганы? Хотя тут стоит учитывать её увлечение фехтованием и то обстоятельство, что в рюкзаке, помимо учебников и тетрадей, носит специальную шпагу. Она по-любому может себя защитить, уж он сам не забудет, как увидел её тёмную сторону на деле. Это было ожидаемо и всё равно пугающе.       Да и вообще, невозможно долго болтать с художником, даже если имеются общие интересы и увлечения. В конце концов, он же волнуется! — Сонни... если будешь продолжать дальше себя вести, то я буду называть тебя навязчивый папаша.       А ему всё равно, теперь для него осталось лишь волнение и целая кастрюля пирожков. Зря, что-ли, мать ему наготовила в кофейном экстазе?       Ксия лишь смотрела на незадачливого отца и тихонько прошептала Ромалу: — Он жрет как трицератопс. Ты думаешь, Сайлас полюбит и эту черту характера? Если так, то я буду открыто угарать над этим.       Ромал лишь примирительно пожал плечами. Что тут скажешь, любовь такая сложная штука, бывает, и подобные минусы расцветают в чьих-то глазах.

***

      Илиодор на несколько секунд впал в небольшой ступор. Никогда он ещё не видел и не слышал, чтобы об рисовании говорили так вдохновленно и красиво, со всем пониманием, что это не просто какое-то минутное увлечение, а полноценное занятие и просто, как бы пафосно не звучало, смысл всей жизни. Лично он видел, как дети с скукой ходили на занятия и тогда у него самого возникал резонный вопрос: зачем тогда они выбирают именно кружок рисования? Много бывает причин, кого-то родители заставляют, кто-то ради дружбы с кем-то идёт и скучает, а кто-то просто ходит, потому что в какой-то кружок да надо ходить. Причины разные, а смысл один. Такой самородок, как она, надо брать, пока современное искусство её не испортило. — Юная леди, думаю, мы сможем поговорить получше, с глазу на глаз, если вы придёте ко мне домой. Вот мой адрес дома.       Селина всё слушала настоящего мастера, наслаждаясь переливами его хриплого голоса, в котором чувствовались нотки искренней радости и когда она увидела, что ей оставили на столе тонкую карточку изумрудного цвета, то... «малость» удивилась. Это какое-то чудо, не иначе, её впервые видят и сразу же предлагают поговорить по душам. И это заставляет серьезно задуматься и блаженно улыбаться. Она могла проторчать в этом трансе целую вечность, если бы не... — Алё! Сегодня ты убираешь кабинет!       Вот умеет же учительница ломать такие трогательные моменты своим визгливым голосом и пофигистичной мордой.

***

      Селина и вправду не знала, что сказать. С одной стороны, приятно, что её ждут, но не до такой же степени, чтобы бросаться обнимать при большом скоплении народа, весь измазанный в варенье и что-то шепчущий. Нервы, что тут скажешь, да и целый день проводить с малолетними детьми то ещё «удовольствие». Да, она его понимает и покорно молчит, хотя отсутствовала она всего два часа. А вот Ксия на этот счёт знает другие слова. — Папаша Табита! Хватит всю её обнимать и тискать её атмосферу, я, между прочим, на неё тоже имею права.       С каких это пор её грудь стала атмосферой?!